Норд ( редактируется)

- Тебе неинтересно что в ней?

Я ничего не отвечаю, продолжая теребить папку в руках. Влажные пальцы оставляют на матовой и слегка шершавой поверхности отпечатки, что не ускользает от пристального внимания Норда.

- Там нет ничего ужасающего. Всего лишь гарант для нас обоих, - вкрадчиво произносит он и тут же добавляет, - и для твоего отца разумеется.

Последняя ремарка как раз таки больше всего напрягает. Тобиас кажется не собирается ничего объяснять, пока я не изучу содержимое папки, и моё неведение только усиливает градус напряжения. Неужели, вторжение в чужой конфликт обернётся неприятностями не только для меня, но и для единственного родного человека, который у меня остался?  Если так, то это слишком жестоко...

Я наконец собираюсь с духом, открываю папку и быстро пробегаю глазами по лежащим внутри неё  фотографиям и бумагам. Среди прочих есть несколько  снимков, сделанных на празднике в честь юбилея издательства. На одном из них все мы  сидим  за столом и улыбаемся, позируя папарацци. Удивительно, но только сейчас, глядя со стороны, я замечаю то, что  ускользнуло от меня на банкете. Отец, прекрасно умеющий позировать, на этом фото смотрит вовсе не в объектив. Его взгляд как будто потерян и обращён куда-то в сторону, лицо бледное, а улыбка выглядит сухо и натянуто. Я вполне могла бы сказать, что он чем-то обеспокоен и погружён в свои мысли, либо же... уже тогда он чувствовал недомогание.
Вобще, фотографий не слишком много, да и ничего особенного в них нет. Не понимаю, как хоть одна из них может скомпрометировать меня или отца. В чем же подвох? Возможно Тобиас просто блефует...

Перехожу к файлу, с вложенными в него бумагами. Здесь все сложнее. Какие-то выписки со счетов, бухгалтерские исчисления, в которых я совсем не сильна. Затем копии контрактов с несколькими авторами «Книжной мили», их фотографии, несколько копий расписок от их же лица об отсутствии каких-либо претензий. Далее идут скриншоты с непонятных сайтов. Что это? Зачем? И как это должно заставить меня беспокоиться? Определенно, больше всего меня интересуют расписки... В любом случае, после первого прочтения довольно сложно что-либо понять.

В последний файл вложен договор. А вот это уже не компромат, а, по всей видимости, как раз то, под чем мне предстоит поставить свою подпись. С договором все напротив, предельно ясно.

В  течение трёх месяцев я должна наладить контакт с сестрой Норда, вернее фактически стать её нянькой. Еженедельно мне будет необходимо отчитываться о том, с кем Гвен общается, где бывает, что употребляет и в каких количествах. К вопросу об употреблении даётся пояснение, что речь идёт о курении, наркотиках и алкоголе. Мне кажется это идиотизмом. Чтобы получить такую информацию, по хорошему, мне нужно двадцать четыре часа в сутки находится рядом с человеком, с которым я даже толком не знакома. Причём не просто находиться, а буквально контролировать каждое её передвижение, каждый звонок и каждую дрянь, которую она берет в рот. И как Норд себе это представляет?  У меня ведь ещё на работу должно находиться время, да и играть в Шерлока Холмса я не имею ни малейшего желания.

- Почему бы просто не приставить к сестре охрану?

Тобиас разводит руками и отвечает практически сразу. Как будто мой вопрос был для него слишком предсказуем:

- Мне не нужен охранник. Мне нужен тот, в чьём присутствии Гвен сможет расслабится, тот кому она будет доверять и прислушиваться. Напомню о главной цели  - убедить мою сестру передать мне полный контроль над её пакетом акций «Нордекс Корп». Вы должны подружиться, а она -  подписать доверенность в ясном уме и по собственной воле.

Я понимающе киваю и продолжаю изучать самый нелепый договор, который мне доводилось читать.

Слава Богу, нянчится с сестрёнкой Тобиаса сутками все же не прийдется. Достаточно  поддерживать контакт посредством телефона и встречаться хотя бы несколько раз в неделю, однако чем ближе мы подружимся, тем вероятнее получить доверие Гвен. А значит, я могу сама планировать наше времяпрепровождение. Расходы по этому пункту Норд, разумеется, берет на себя. Шопинг, рестораны, спа, походы в клубы или поездки за город, да все что угодно. И во время этих «восхитительных» часов, проведенных с Гвен, мне предстоит методично вкладывать в ее головку мысль о том, какой классный у неё брат, как здорово он рулит «Нордэксом» и будет разумно, если свою часть акций она передаст ему.
В обмен на вышеперечисленное сам Тобиас обязуется не препятствовать моему нахождению в ледяной глыбе, не выдвигать никаких претензий журналу  и даже ( о чудо! ) содействовать его развитию. Ниже приведено несколько примеров его содействия, в числе которых возможность освещения нашим изданием ключевых сделок и мероприятий, проводимых  «Нордэкс Корп». Нужно отдать моему оппоненту  должное, ему есть что предложить, и это действительно могло бы быть интересно, если бы не цена такого эксклюзива.

Есть также примеры того, что будет в случае моего отказа. На бумаге ничего действительно серьезного мне не грозит. Ни слова из серии « Я уничтожу тебя» или «заставлю пожалеть, что ты приехала в Лондон». Но кое-что все же вызывает  тревогу.

- Мистер Норд, здесь сказано, что если не выполню условия этого контракта или вообще не стану его подписывать, то вы оставляете за собой право требовать признания  другого  договора -аренды, заключённого Дереком с вашей общей сестрой, она же  совладелица «Нордэкса», недействительным? Вы серьезно? Разве есть основания для этого?

- Вполне, - бросает Норд, не скрывая своей победной ухмылки, от которой мне становится не по себе. - И уверяю, это не составит особого труда, учитывая, что Гвен - наркоманка со стажем, которая и дня не может вынести без дозы. Со своей жизнью она может делать что хочет, но решения относительно компании она обязана  принимать только согласовав их со мной. Честно говоря, смешно от того как Дэрек бравирует поддержкой Гвен даже зная, что договор аренды лишь фикция без моей подписи. Но я надеюсь, мы с вами сможем решить все другим путём, Оливия. Мне не хотелось бы выносить семейную грязь на всеобщее обозрение.

Так вот в чем дело! Наркотики... Теперь  хотя бы понятно, почему моя соседка так неадекватно себя вела и выглядела изнеможённой. Все дело в зависимости... Это объясняет и озноб, и худенькие трясущееся руки, и отстранённый взгляд, лишенный смысла и жизненной энергии. Гвен больна, ей требуется помощь, лечение. Но вовсе не это беспокоит её брата. Он ставит на весы не здоровье сестры, а собственную репутацию в противовес возможности извлечь из недуга выгоду. Оставить её ни с чем.

К горлу подступает тошнота... это настолько мерзко.

Во время нашей первой встречи я ничего не знала о Норде, я видела перед собой преступника и точка. А что же сегодня? Сегодня, увидев Тобиаса в другом образе, я едва не расстаяла и не поддалась его мужскому обаянию. Наверное после нашей безмолвной схватки в кабинете Тернера, я вдруг поверила в какие то глупые импульсы, и то, что в душе у этого человека вовсе не вечная мерзлота. Он якобы дал мне шанс...Ты просто дура, Оливия! Набитая дура! Первое впечатление всегда самое правильное. Норд - настоящий ледяной Демон, каким его и считают. Это не маска. Это его реальная сущность - красивая снаружи, но гнилая внутри. И насколько бы этот мужчина не был привлекателен, в какой бы дорогой костюм не был облачен, он остаётся монстром. Только чудовище способно ради собственной выгоды зафиксировать на бумаге нечто столь циничное. Ему не жаль даже сестру. Что уж говорить обо мне... Меня он втягивает в грязную игру, где я проиграю при любом раскладе.

Решение приходит молниеносно.

- Желаю удачи, Норд... - тихо говорю я, заранее прокручивая риски от того, что я собираюсь сделать - Все это, - взмахиваю договором, - это же полный бред! По мне,  это и есть фикция! Да что у вас вообще за семейка такая... Почему я ? Зачем, если вы итак можете контролировать Гвен? - Я подбрасываю договор в воздух, и листы бумаги, разлетаясь в разные стороны, медленно опускаются на пол. - А что касается журнала... мы съедем, как только подыщем новое место. Будьте уверены, находиться здесь мне также противно, как и в вашем обществе.

Желваки ходят на лице Норда, а серые  глаза, похожие сейчас на расплавленную сталь,  смотрят на меня с угрозой и ненавистью. Да да, это именно ненависть, даже не презрение, которое он по моему итак испытывает ко всем жителям планеты Земля. Они всего лишь дышат с ним одним воздухом, а я осмелилась не один раз нарушить его планы, дерзить, пренебрегать его правилами .

- Я не собираюсь в этом участвовать. Игра окончена, Тобиас, - я поднимаю руки вверх, символизируя капитуляцию и собственное поражение, которое на самом деле является огромной победой.

- А мне кажется, все только начинается, - цедит он сквозь зубы. - Ведь мы даже не перешли к самому интересному. Ты думаешь, что я монстр, но ты многого не знаешь. Есть монстры гораздо страшнее,  и порой они скрываются за самым ангельским обличьем. Вернёмся к твоёму отцу, Оливия.

Я снова напрягаюсь и сглатываю образовавшийся в горле ком. Он лжёт... Нет у него ничего на моего отца, кроме сомнительных непонятных бумажек, которые возможно вобще подделка. Он  хочет использовать меня в своих грязных махинациях и просто запугивает.

- Ты блефуешь! В этих бумажках ничего нет, ты ничего не сделаешь ему.

- Оооо, мисс Миллс всё-таки перешла на «ты». Мне ничего и не нужно делать, детка. Боюсь, он сам позаботился об этом. - Норд делает паузу, поворачивая голову на бок. - Ты не задумывалась, зачем твоему папочке было ввязываться в раскручивание вшивой британской газетенки? Он ведь владелец крупного издательства, не так ли?

- Многие бизнесмены так работают.
Сомневаюсь, что «Нордэкс корп» единственный источник дохода для вас.

Тобиас молча засовывает руку в карман
брюк и извлекает оттуда чёрный смартфон, на чехле которого тоже  выгравирована буква «N». Кажется все в этом здании, каждая вещь имеет имеет  такое клеймо, и, если бы я согласилась на его чертов контракт, то превратилась бы в одну из них.

- Ты можешь считать меня монстром, Оливия. Я таков и есть, но сейчас я делаю то, что мне совсем несвойственно - открываю тебе глаза  на реальное положение дел и даю шанс, пока не поздно. Как видишь, во мне ещё осталась частичка добродетели.

Я морщусь от столь неуместной метафоры и продолжаю наблюдать, как Тобиас ковыряется в телефоне, а затем почему то протягивает его мне.

- У твоего папочки большие проблемы. Вряд ли теперь он сможет позволить себе другой офис.

Меня как будто пронзают  тысячи иголок.

- Вижу тебя не посвятили, принцесса. - Норд громко смеётся и этот глубокий гортанный смех превращает мою былую самоуверенность в руины.
Отчаяние  и боль, заполняют каждую клеточку меня, пока я читаю заголовки новостных лент Нью-Йорка, отображенные  на экране телефона. « Книжная миля оказалась Книжной ямой»... «Обманутые авторы требуют справедливости»... « Книжная миля - банкрот»... « Где Френклин Миллс прячет исчезнувшие миллионы?»... « Кто подставил Книжную милю?»... Ноги подкашиваются. Каждое слово попадает в самое сердце.

- Ты разве не в курсе того, что издательство как Титаник идёт ко дну?

Я встряхиваю головой. Это не может быть правдой... это монтаж. Нажимаю на первый попавшийся заголовок, за который цепляется взгляд. Несколько раз обновляю страницу, чтобы убедиться в своей правоте, но гнусная статья не исчезает. Разум отказывается верить. Единственная мысль, пульсирующая в висках: « Мне нужно домой! Я должна быть рядом с отцом!».

- Я не стал бы такое подделывать. Все что здесь написано можно перепроверить. Итак... - Норд нехотя наклоняется и подбирает с пола несколько листов, разбросанных мною, - признаться, выяснив, что ты дочь Френклина Миллса, я был даже удивлён. Ты правда работала в его издательстве простым редактором? Неужели у тебя не было никаких амбиций ?

- Вас это не касается! - цежу я сквозь зубы.

- И тем не менее... папочка наконец оценил тебя. Из рядовой книжной моли в кресло помощника главного редактора бизнес - журнала, претендующего на успех. Забавно! Знаешь, моим людям хватило пары часов, чтобы докопаться до истины, вернее до интереснейшей истории с которой все началось. Тебе говорит о чем-нибудь имя Брайана Льюиса?

Я ничего не отвечаю, хотя прекрасно понимаю о ком идёт речь и догадываюсь,  на какую историю намекает Тобиас. Вот только как он о ней узнал???

— Несколько месяцев назад бесцеллер некого Брайана Льюиса  за неделю до своего выхода вдруг попал в сеть. Конечно Брайан не заработал на своей книге то что ожидал , но хотя бы сохранил поклонников. А вот издательству это встало в копеечку. Плюс для таких как Френк важна в первую очередь репутация, а именно на ней оказалось жирненькое пятнышко. И все же он  смог загладить инцидент. Ты серьезно не помнишь  этого, Оливия? Кажется, книга ушла в сеть именно с твоего IP- адреса?

- Я...я знаю об истории с Льюисом, - отвечаю я честно, - но я не сливала книгу! Это была ошибка, возможно сбой в компьютере.

- Или в издательстве завелась крыса...

- Все было улажено... Брайан даже произносил поздравительную речь на празднике в честь десятилетия издательства .

- Не будь, дурой! Брайан произносил речь, потому что ему заплатили. Почему не заработать хотя бы так? Агент Льюиса ещё месяц назад вёл переговоры с вашими конкурентами. Странно, что я - посторонний человек, живущий даже в другой стране, об этом знаю. А вот ты нет. Твоему папочке просто нужно было пустить людям пыль в глаза, показать что у издательства все хорошо. Весь этот праздник - сплошной фарс, разве не очевидно? Как видишь, эпизод с книгой, попавшей в сеть перед самым релизом, вовсе не единичный. И все они ушли с твоего компьютера, Оливия. А как известно, некоторым даже деньги не могут закрыть рот.  В случае с твоим отцом они не помогли, ситуация просто вышла из под контроля. Он уже тогда понимал это. Слухи поползли как снежный ком. Все те, кто на этом празднике улыбался и жал ему руку, сегодня отвернулись от него. Писатели разрывают контракты, в издательстве идут проверки, а со счётов Френка бесследно исчезает гигантская сумма денег. Как такое могло произойти?

Я отрицательно мотаю головой. Я не делала этого... я не сливала Книги! Я даже не знала про это все... Частичка меня все ещё отказывается принимать происходящее.

- Это ложь... - единственное, что у меня получается выдавить из себя.

- Но ты ведь видишь, что пишут в новостях? Я лишь цитирую их. А ещё ты можешь внимательно изучить эти бумаги!  Все они теперь в свободном доступе, и каждый имеет возможность оценить, как бездумно Френк тратился в последнее время. - я отталкиваю руку с протянутым листком. -Или же можешь спросить все у мисс Митчел, не так ли ? Или у... - Тобиас на секунду останавливается. - Такой скандал! Все что создавалось твоими родителями годами, сейчас летит в бездну. Ты вовремя уехала. А может тебя вовремя отослали? Совпадение ли - едва ты села на рейс до Лондона, как грянула буря, судебные иски покатились лавиной, а ты даже не удосужилась заглянуть в интернет?

- Хватит! - выкрикиваю я, пытаясь остановить его. - Хватит, пожалуйста!

- Почему же? Мы только начали. Итак, твой папочка отправил тебя сюда, желая уберечь от грядущего скандала, прикрываясь новым проектом. И пока он думал как все устроить , с его счётов исчезают миллионы. Парадокс ли, но на данный момент от ареста твоего отца спасает лишь состояние здоровья. Ты и журнал - единственное, что осталось у Френклина Миллса - Норд делает шаг ко мне. - А я - тот самый человек, который либо до конца разрушит остатки вашего мира, либо как доблестный рыцарь не даст упасть на дно и поможет найти того, кто стоит за этим дерьмом.

- Ты знаешь, кто мог все это сделать? - дрожащим  голосом спрашиваю я, уже не сдерживая слез. Я цепляюсь за его слова, как за соломинку. Моего отца подставили, меня подставили. Кто-то разрушил нашу жизнь и украл наши деньги. Мысленно прошу Господа, чтобы он помог отцу пережить то, что сейчас твориться вокруг него. Кристен... она должна быть рядом. Она ведь не бросит отца, она поможет со всем справиться. Как она могла утаить от меня такое? Отчаяние, надежда  и желание немедленно оказаться в Нью-Йорке сменяется злостью. С того самого праздника моя жизнь превратилась в кошмар, а это кульминация. Что может быть ещё хуже! Каждый новый день приносит лишь дурные вести, но все ничто по сравнению с недоверием от близких людей. Почему они ничего не сказали мне...
На какое-то время я даже забываю где нахожусь, я забываю о Тобиасе, стоящем напротив меня, о том зачем вобще он меня сюда позвал. Все меркнет...

- Оливия?

Кто- то теребит меня за плечо. Норд.  Я довольно резко прихожу в себя, хотя виски продолжают пульсировать, а лицо покрывается испариной.

- Да... я... Так ты знаешь, кто может быть к этому причастен? - повторяю вопрос даже не расчитывая  на какой- либо ответ. Откуда англичанину знать то, что не известно даже американской полиции.

- Александра. - бросает Норд, и его ответ окончательно приводит меня в чувства. Это имя, преследующее меня с самого приезда в Лондон, снова звучит, но теперь оно связано с отцом. С нами... Кто она? Кто эта чертова Александра? - Подпиши договор, Оливия. Помоги мне, и я сделаю все возможное чтобы вытащить твоего папочку. Я предоставлю ему юристов, которых он не может себе позволить. В Нью-Йорке ты бесполезна, но здесь у тебя есть шанс. Александра умна, она все просчитала. Следущей она уберёт с дороги тебя...
- С дороги??? - я поднимаю на Тобиаса мокрые от слез глаза. - Ради чего она так поступает с нами? Куда ведёт ее эта дорога?
Он долго молчит, а затем впервые я вижу то, что совсем не ожидала. Я вижу огонь, пляшущий в его зрачках и  гримасу боли, искажающую его красивое лицо.

- Ты, твой отец, Гвен и даже Дэрек... вы все пешки. Она получает то что хочет  и идёт к своей цели. Ее дорога лежит ко мне... Она хочет уничтожить меня...

Я смотрю на Норда пристально, не отводя глаз. Его слова, как и все что происходит с нами, это абсурд. Однако именно в этих словах я слышу правду.