Глава 19

Инесса

Мне снится солнце. Берег моря.
Скорее всего это юг Франции, быть может Флоренция.
Солнечные лучи опаляют глаза, но не это жарит мою кожу, словно я курица на гриле.
Примо выходит из моря, как сам Посейдон, его голубые глаза сверкают, словно океанские волны. Вода стекает по его мускулистому телу, подчеркивая татуировки, которые рассказывают о его жизни, о каждом пережитом мгновении. Я не могу оторвать взгляд — он словно олицетворение силы и нежности, непередаваемой красоты. В его взгляде читается что-то загадочное, что манит меня и заставляет сердце биться быстрее.
Мужчина сокращает расстояние между нами, а я уже лежу на жарком, но таком нежном песке.
— Перестань сопротивляться мне, — шепчет он, а моя киска живет собственной жизнью и сжимается от бархатного и сексуального грубого голоса.
Его губы опускаются на то самое место под ухом, всасывая как жадный вампир кожу. Одна рука мужчины оказывается на бедре и одним движением раздвигает ноги, пока другая с болью сжимает грудь.
Святые угодники.
Его большой палец касается моего соска, и даже несмотря на то, что между нами находится тонкая ткань моей футболки, от этого ощущения по моему телу пробегают искры. Я немного выгибаю спину, призывая его сделать это снова, и его рот изгибается в улыбке.
— О боже, — выдыхаю я, когда он медленно проводит большим пальцем по соску, заставляя его затвердеть.
— Я предпочитаю «мой бог - Примо», — мужчина хихикает поднимая голову, чтобы посмотреть на меня сверху вниз.
Он снова зажимает сосок костяшками первых двух пальцев и сжимает. Это не настолько сильно, чтобы причинить боль, но посылает острую волну ощущений, заставляя мой рот открыться.
Его голубые глаза темны, и они бегают между моими, когда наблюдает за моим лицом, словно пытаясь оценить реакцию на каждую мелочь, которую он делает. Примо не перестает прикасаться ко мне, переключаясь на другую грудь и играя с моим соском, прежде чем мять мягкую плоть, и я сжимаю бедра, когда все тело, кажется, светится под его вниманием.
Я поднимаю подбородок, глядя на солнце в оцепенении, но он завязывает мои глаза лентой, одновременно целуя горло, заставляя мурашки на коже пробежать по груди и плечам. Он добирается до ключицы и осторожно кусает ее зубами, а я ерзаю на чем-то мягком.
— П-примо ...
— Да? — выдыхает он, его руки приподнимают мою майку, и голова опускается ниже.
Он натягивает ткань на мою грудь, собирая ее высоко на верхней части, когда его губы смыкаются вокруг одного из сосков. Его рот теплый, и когда мужчина мягко кусает, я хватаюсь обеими руками за его голову.
— Ты мой бог!
Примо усмехается, переходя на другую сторону, словно решив уделить одинаковое внимание обеим грудям, и когда глубоко втягивает одну в рот, моя челюсть открывается, когда пронзает поразительное, неожиданное ощущение. Он снова сосет, заставляя меня немного корчиться, когда задыхаюсь, затем отпускает с влажным хлопком.
— Тебе нравится это? — бормочет он.
Я киваю, ощущая, что он смотрит на меня.
Я чувствую, как руки мужчины поднимают мои над головой и я оказываюсь в ловушке. Меня связали.
И я не желаю просыпаться.
— Да!
— Прекрасно, — ощущаю его улыбку на своей коже. — Мне тоже.
Примо возвращает свое внимание к груди, и он начинает опускаться ниже. Мужчина цепляется пальцами за пояс трусиков и стягивает, что-то бормоча.
Мой принц целует живот, прямо под пупком.
Перед глазами тьма, только ощущения его тела над моим.
— Ты великолепна, — он сжимает мои бедра, раздвигая их немного шире. — Не могу дождаться, чтобы разбудить тебя языком, светлячок.
— М-м-м, — бормочу я, кусая нижнюю губу.
Подождите, что?
Мои глаза резко распахиваются, но я снова смотрю в темноту. Я быстро моргаю, грудь учащено движется вверх. Что-то мешает мне видеть свет. Я ощущаю лишь мужские руки на моих бедрах и острая борода царапает мою кожу.
Срань Господня.
Этот мужчина действительно между моих ног, пока я связана и слепа.
— Наконец ты проснулась, — хмыкает засранец.
Я ощущаю что в этот момент он опускает голову, проводя языком вверх по складкам одним длинным движением, затем останавливается наверху и проводит языком по клитору, когда громкий стон слетает с моих губ.
Этот чертов язык. Умелый язык.
— Если ты позволишь мне, я с радостью останусь у тебя между ног на весь день.
В животе порхают бабочки, дико порхают, пока я сжимаю ноги.
— Хорошо, — сонно шепчу я не осознавая всего происходящего.
Я представляю, как он ухмыляется, затем полностью стягивает с меня майку, завязав еще один узел на руках, прежде чем наклониться, чтобы снова поцеловать сосок. Его пальцы скользят по моим складкам, а затем возвращаются к клитору, двигаясь легкими, неторопливыми кругами. Его рука остается между моими ногами, пока он медленно движется вниз по моему телу, его рот оставляет горячие дорожки на груди и животе.
Когда Примо снова кладет голову между моими бедрами, его руки перемещаются к моим ногам, держа их открытыми для него. Я выдохнула, пытаясь расслабить тело, стараясь стянуть повязку с глаз.
Что было вчера? Я помню, как мы оставили миссис Баресе дома, затем направились в город. Я должна была уехать к Али, но затем.
Затем я снова увидела уставший и замученный вид Примо. Его синяки под глазами от недосыпа и решила действовать. Отрывками я помню, как мужчина помог мне раздеться и мы о чем-то даже поговорили.
А сейчас я с раздвинутыми ногами, связанными руками, глазами и распухшей киской перед его лицом.
Идеально.
Моё внимание привлекает язык мужчины, скользящий по мне. Такой теплый и влажный, и это приятно. Он начинает медленно, как будто пытается исследовать все контуры. Он дразнит мой клитор, не оказывая слишком большого давления и меняя ритм или рисунок каждый раз, когда начинаю к нему привыкать. Закусываю губу, желая вцепиться в его волосы.
Черт.
Он же не разрешит мне кончать.
— Зачем ты мучаешь меня? — жалобно хнычу я.
Примо отстраняется, затем шепчет:
— Что?
— Ты запретил мне кончать, засранец. Ты снова оставишь меня ни с чем!
Дьявольский смешок слышен в комнате.
— Правила меняются, — лишь это отвечает, снова опуская голову.
Я немного теряю счет времени от его ласк, и в какой-то момент Примо отпускает мои бедра, освобождая руки. Он раздвигает меня пальцами, и удивляюсь. Я не могу видеть, но все же моя голова устремляется вниз как раз вовремя, чтобы ощутить, как он вонзает в меня свой язык.
— О, черт! — выпаливаю я, и сердце подпрыгивает в груди, а бедра непроизвольно напрягаются.
Он немного отстраняется.
— Ты в порядке?
— Я... да, — клитор пульсирует, когда я киваю.
— Тебе понравилось?
Я снова киваю. На этот раз он напрягает язык и вонзает его в меня, проникая так глубоко, как только может. Мои внутренние стенки напрягаются, и мне приходится бороться, чтобы не сжать ноги вокруг его головы. Он трахает меня вот так своим языком, когда один из его больших пальцев снова скользит вверх, чтобы обвести клитор, и я чувствую, что становлюсь все более влажной.
Когда он, наконец, делает перерыв, вся нижняя часть моего тела становится горячее, чем раньше, и он снова ласкает, прежде чем отстраниться.
— Ты знаешь, какой у тебя чертовски приятный вкус? — бормочет он хриплым голосом.
Моя нижняя губа начинает болеть от того, как сильно я ее кусаю, и когда позволяю ей выскользнуть, Примо стонет.
— Я мог бы смотреть, как ты делаешь это весь гребаный день, принцесса. Ты так хорошо выглядишь сейчас.
Он возвращается к своей задаче и снова трахает меня своим языком, затем проводит пальцем по клитору. Каждый раз, когда он делает что-то, что заставляет меня дергаться или хныкать, я уверена что он смотрит на меня, прежде чем повторить действие еще несколько раз.
— Черт, да, — бормочет он, когда я бессознательно поднимаю бедра вверх, чтобы встретить давление его языка. — Такая хорошая девочка.
Он покусывает клитор, слегка царапая его зубами, и толчок ощущений заставляет меня приподняться, прежде чем снова упасть.
— Боже мой, Примо! Еще! Да! Еще! — тяжело дышу я, чувствуя, как внутри разгорается жар.
— Кончай, моя требовательная девочка.
Его слова ударяют в голову. Но я хочу видеть, как жадно он пожирает меня, будто я его последняя еда.
Это грязно, в хорошем смысле. И мне нравится наша игра.
Когда он снова начинает трахать меня своим языком, я делаю то, что он сказал, и беру то, что хочу, выгибая бедра, чтобы оседлать его лицо.
Знакомый жар оргазма нарастает во мне, и дыхание становится прерывистым.
— Я близко. Черт, я... о боже, я...
Я кончаю.
Я кончаю ему на лицо, и он не останавливается. Примо вытаскивает из меня язык, но только для того, чтобы обвести мой клитор быстрыми, сильными движениями, заставляя биться в конвульсиях удовольствия.
Через пару мгновений, передо мной появляется лицо мужчины и мои руки обретают свободу. Я хватаю его за волосы точно так же, как в те прошлые разы и снова тяну его вниз, когда он жадно продолжает работу.
— Вот так, — бормочет он. — Черт, принцесса. Да.
Он ждет, пока мое тело, наконец, перестанет трястись, затем поднимает голову. Мои руки в его волосах, спутанных и неопрятных, и клитор снова начинает пульсировать, когда я понимаю, что вся нижняя половина его лица мокрая. Это происходит за несколько секунд.
Охренеть.
Примо облизывает губы, а затем усмехается.
— Спасибо за завтрак, светлячок, — говорит он.
Я смеюсь, чувствуя головокружение.
— Д-доброе утро.
Он скользит большим пальцем внутрь меня, затем вытаскивает его и подносит ко рту. Когда он высасывает его дочиста, что-то внизу живота сжимается при виде этого.
— Теперь оно окончательно доброе.
— Я хочу еще, — просьба слетает с моих уст, как гром среди ясного неба.
     От неожиданности, я сама распахиваю шире глаза и смотрю в сторону окон. Уже не такая тьма, но еще нет солнца на горизонте.
— К-какое время? — продолжаю заикаться я.
     Господи, этот мужчина подарил мне самый лучший оргазм. Кого я обманываю? Это единственный мужчина, который конкурирует сам с собой.
— Ты серьезно? — Он выгибает бровь. — Поговорим о погоде? — он сильнее усмехается, приподнимаясь и тут я вижу, то чего лучше мне не видеть.
    Его член настолько возбужден, что я вижу его очертания под серыми штанами и черт возьми, мокрое пятно.
— Нельзя одевать серые спортивки, — хнычу я, облизав губу.
    Подняв глаза на его лицо, я снова вижу голод.
    Кажется, но я попала в сексуальное рабство и не хочу, чтобы меня спасали.
— Я не кончил, не беспокойся. Если ты хотела спросить это, — смеется он.
— Так, сколько времени? — прерывисто выдыхаю я, не сводя взгляда с так называемого Армагедона мужчины.
— Около пяти, светлячок, — так нежно произносит Примо, дотрагиваясь до моей голени.
— Ты разбудил меня, — обвиняю мужчину с греховно сексуальным телом.
— Ты терлась об мою ногу своей киской всю ночь, как жадная шлюха. Я не мог отказать тебе, — усмехается он.
— Не правда! — запускаю в него подушку, а легкий смех слетает с его губ.
— О да! Это правда, Нес. Твоя киска была очень требовательна, поверь мне, — хихикает, ползя прямо на меня. — Нам нужно прикрыть тебя, светлячок, если ты не хочешь быть трахнута.
— А кто сказал, что я не хочу этого?
    Я снова заигрываю с Примо, черт возьми.
    Мой принц одевает на меня ту самую футболку, прикрывая грудь, живот и его взгляд останавливается внизу.
— Блять.
— Что?
— Тебе больно? — мужчина нежно проводит костяшками пальцев по внутренней стороне бедер. — Я поранил тебя.
— Поранил?
— Борода оставила мелкие царапины, извини.
    Господи, почему он такой милый?
— Не делай так, — произношу, вставая с постели.
— Как?
— Не будь таким милым, Примо, — вздыхаю, направляясь в ванную. — Я могу воспользоваться душем?
— Конечно, — тихо отвечает он, положив голову на подушку. — Не пригласишь меня составить тебе компанию?
— Мечтай дальше.
    Зайдя в ванную комнату, я подхожу к зеркалу и стягиваю футболку.
— Охренеть, — вырывается вздох.
    Моё тело украшено мелкими красными отметинами зубов и царапинами.
— Тебе нравится это, Инесса Кансио. Перестань лгать самой себе, — качаю головой проходя в душ.
    Включив горячую воду, я встаю под обжигающие струи и тянусь за мылом, обнаружив персиковый гель.
— Маньяк, — ухмыляюсь его озабоченности моим любимым ароматом.
    Выйдя из ванны спустя десять минут, я обнаруживаю Примо всё еще в постели. Мужчина лежит на своей половине кровати на животе, а его спина медленно опускается в ровном дыхании.
    Он уснул?
    Осмотревшись, я тихо вступаю в гардеробную и скидываю полотенце на пол, взяв свежую футболку. Найдя телефон в сумочке, я открываю сообщения от Али, мамы и Сары.
    Представив крики Алисии, я откладываю её письма напоследок. Сара интересовалась моим отказом на то, что я не сходила на свидание с Габриэле, а мама попросила заехать к nonna (ит. «бабушка»)
— Черт. Я снова буду испытывать стресс, — вздыхаю, посмотрев на спящего Примо.
    Он действительно снова уснул?
    Я не знаю как объяснить тот факт, что наедине со мной у мужчины прекращаются кошмары. Во сне его складка на лбу разглаживается и он становится милым медвежонком.
— Нес, ложись в постель, — резко приказывает он, когда я делаю фото спящего мужчины.
— Ты не спишь?
— Дай мне пару часов, раз ты тут. Я отвезу тебя к Али, — сонно шепчет он не раскрывая глаз.
— Не стоит. Отдохни, — ближе подхожу к нему, желая поцеловать. — Ты мало спишь, Примо. Так нельзя.
— С тобой я высыпаюсь, — сонно бормочет в ответ.
— Я не могу приезжать каждую ночь, — вздыхаю, проводя рукой по его волосам.
— Мы можем просто пожениться. Выйди за меня, — открывает он глаза и наше противостояние снова сталкивается.
— Мой ответ по-прежнему нет.
— Почему?
— Потому что ты сделал мне больно однажды, — произношу отстраняясь. — Я не хочу пережить это вновь, пока не буду убеждена в обратном.
— Даже если я скажу тебе о своих чувствах? — поднимается он вслед за мной, пока я одеваю платье.
— Примо, — усмехаюсь я, — твои слова еще больнее ударят меня.
— Почему? — хмурится он.
— Потому что ты не желаешь говорить со мной! — не сдерживаюсь я. — Расскажи мне, что в твоей голове?
— Мы разговариваем с тобой. Прямо сейчас.
— Нет, Примо. Ты приказываешь мне выйти за тебя замуж. Ты не желаешь говорить о своем прошлом, которое не дает тебе жить.
— Потому что это прошлое, черт возьми! — повышает голос, подойдя ближе. — И это никак не касается тебя.
    Ну вот и снова.
    Опять глупая Несси поверила, что в этот раз по-другому.
— Если это не касается меня, то и ты впредь не прикасайся ко мне, — смотрю в гневные глаза цвета морской волны. — В прошлый раз я сказала тебе отпустить прошлое, прежде чем начинать отношения со мной, но ты этого не сделал. Наоборот же, ты всё глубже и больше закапываешь и себя и наше совместное будущее, Примо.
    Я отстраняюсь, взяв туфли и сумочку не желая его больше видеть.
    Как он смеет снова приказывать мне и говорить о замужестве?
— Ты убегаешь. Вновь, — отчитывает он меня, когда я опускаюсь на диван в гостиной.
— А что мне делать? Выйти за тебя замуж? Спать с тобой? Трахаться? Сидеть дома? Снова трахаться? Родить детей и продолжать делать вид, что в моментах ты не теряешь контроль? Что прошлого у тебя нет?
— Я не теряю контроль! — встает он передо мной.
— В тот раз ты чуть не задушил меня, Примо. Это было не в первый раз, — говорю четко. — Да, я успокоила тебя и сказала, что всё в порядке, но я не могу постоянно закрывать на это глаза, не зная сути твоей проблемы!
— Потому что это не твоя, блять, проблема! — произносит он по буквам.
    Этот мужчина никогда не поймет чего я хочу от него.
— Если я выхожу за тебя замуж, то это и мои проблемы, Примо, — одеваю туфли. — Потому что в браке нет, черт возьми, секретов! Люди доверяют друг другу! Люди защищают друг друга! Но ты не позволяешь этого сделать для тебя! Ты думаешь лишь о том, как бы твоя тайна не погубила меня. Но знаешь что? — поднимаюсь, тяжело дыша. — Твои слова о том, что это «не моя проблема», — показываю кавычки в воздухе. — Это губит меня! — тычу кулаком в грудь. — Ты не подпускаешь меня к себе и в свою голову!
— Не подпускаю?! — громко рявкает он, схватив меня за руку. — Ты в моей голове постоянно. Я, черт возьми, дышу мыслью о тебе!
— Расскажи мне, что сделала это женщина, — умоляю сквозь собравшиеся слезы. — Расскажи мне, кто такая Наоми.
— Нет, — снова качает головой.
— Я не смогу тебе помочь, Примо, — ощущаю влагу на лице. — Если я не буду знать, то как я справлюсь с твоими кошмарами?
— Я сам должен сделать это, — отвечает мужчина, расслабляя хватку на моем запястье.
— Ты не справляешься. Разве, ты не видишь это? — отчаянно произношу. — Ты никому не показываешь свою боль, каждое утро натягивая улыбку для родных. Перестань притворяться и держать это в себе.
— Я расскажу тебе, — выдыхает он. — Но не сейчас. Со временем, Нес.
    На мгновение надежда озаряет моё лицо, после чего снова жестокая реальность ударяет меня в ребра, выбивая кислород.
— Хорошо, — я отстраняюсь от мужчины и иду в холл.
— Подожди, черт возьми, Нес! Перестань убегать от меня!
— Это ты убегаешь от меня! — выкрикиваю в ответ, открывая дверь. — Стой на месте! Не подходи ко мне!
— Нес, — все же делает шаг.
— Нет. — Выхожу за порог дома. — Не надо. Просто оставь меня.
— Нес ...
— Нет. И еще раз нет, Примо! Ты выполняешь своим ртом чертовски хорошие вещи, но ты не можешь сделать простого - поговорить со мной.
    Мужчина останавливается, затем схватив ключи от машины выходит босиком ко мне.
— Ты можешь думать так и дальше, но я отвезу тебя. И возражения не принимаются.
    Вздохнув, я отступаю.
— Хотя бы одень обувь.
    Я направляюсь к лифту, скрывая свое разочарование не только в мужчине, но и в жизни.

***

— Тебя разыскивают журналисты и фотографы. Ты знала об этом? — обращается Флави ко мне, открывая балконные двери. — Валите нахер от нашего дома!
— Мам, останови его. Он может достать пистолет, — проговаривает Сара, жуя шоколадный маффин.
— Пис-то-лет? Это член? — спрашивает Эли, подбежав к креслу. — Фла-ви! Не показывай свой член! — кричит на весь дом моя племянница.
— О мой бог, — шепчет мама, краснея.
— Какой член, Элеонора! — ругается сестра. — Не произноси это слово!
— Пли-мо говолил папе, что не показывает свой пистолета шлюхам. А па-па сплосил «что такое пистолет». Плимо ответил, что это ...
— Господи, я скоро умру, — хнычет Сара, подходя к своей дочери. — Забудь о пистолетах и членах, Элеонора! Это взрослая шутка.
— Значит, Примо не показывает свой пистолет распутным женщинам, — шепчет мама, ухмыляясь. — Но, может он показывает его особой девушке ... — подмигивает мне.
— Нет! Мама! — вскрикиваю, поднимаясь с места. — Ничего подобного!
— Я шучу, успокойся, — хихикает она. — Зато я вывела тебя хоть на какие-то эмоции. Ты в последние дни выглядишь поникшей, — хмурится она.
— Все в порядке. Я просто устаю на съемках, — улыбаюсь ей мягко.
— Я скажу отцу, чтобы впредь помимо Антонио был кто-то еще, — с недовольным лицом возвращается брат. — Эти ублюдки решили поселиться напротив нашего дома!
— Не кричи и не ругайся, Флави, — качает головой Сара. — Несси, ты в порядке? Тебя не напрягает столь излишнее внимание прессы?
— Меня это раздражает, — признаюсь я. — По началу это было забавно и мне нравилось, но сейчас они всюду ходят за мной! Им интересно узнать больше о племяннице известного итальянского бизнесмена.
— Тогда прекрати это, — хмурится брат, присаживаясь на край моего кресла. — Тебе нужна охрана, сестренка. И желательно покой. Я попрошу отца и дядю придумать что-то.
—  Зачем?
— Как бы я не хотел говорить тебе правду, но ты под прицелом, Несси, — вздыхает он. — Все замужем.
— И что? Это не меняет мой статус и значимость.
— Меняет. Ты легкая мишень, Несси, — проводит рукой по волосам. — Я поеду в офис к дядям и папе. Нужно что-то придумать.
— Ты преувеличиваешь, — смеюсь я ровно в тот момент, когда слышен взрыв.
    Это происходит быстро. Рука брата бросает моё тело на пол и женские крики заполняют комнату.
    Я боюсь поднимать голову и увидеть вездесущий кошмар, но всё же рискую это сделать.
    Сара прижимает Эли к груди, а мама обнимает их двоих, прячась за спинку дивана. Благо Ари сегодня в доме тети Кары, я боюсь представить как бы она это пережила.
— Мамочка! — кричит Эли. — Мамочка! Что это?!
— Несси! — встряхивает меня за плечи брат, пока сестра успокаивает дочь, а мама шокировано быстро моргает. — Ползи к маме! — отдает он мне приказ.
    Я быстро ползу к женщинам, пока Флави возвышается надо мной и кому-то звонит.
— Пап, дома был взрыв. Они в порядке. Да. — Отрывисто отвечает он, пока мама ловит моё тело в объятия.
— Что за хрень!? — вскрикиваю, прижимаясь к женщине. — Ч-что это?
— Все целы? — вбегает в гостиную Антонио.
— Что это было? — испуганно вскрикиваю я, пока Сара прижимает Эли к своей груди и закрывает ей уши.
— Флавио, я позвонил Луке. Они с отцом будут с минуты на минуту какая, — говорит телохранитель бросая на нас взгляд.
— Что за взрыв? Это не похоже на чертову бомбу и откуда?
— Это было в той куче коробок, — указывает Антонио в сторону окна на задний двор. — То что передали мисс Кансио. Её одежда для съемок.
Мои глаза широко распахиваются, а мама сильнее прижимает к себе.
— Все в порядке, — шепчет мне на ухо женщина, пока моё дыхание учащается.
Оторвавшись от матери, я подскакиваю с места и взлетаю вверх по лестнице.
— Несси! — кричит сестра.
— Оставь её! Я буду с ней, — слышу шаги брата, пока не добираюсь до спальни.
Забежав в свою ванную, я закрываюсь и тут же достаю из шкафчика пачку сигарет.
— Дорогая, открой, — проговаривает брат, стуча.
— Ф-Флави, мне нужно побыть наедине с-с собой, — снова заикаюсь я. — П-пожалуйста, дай мне придти в себя.
Первый вдох табака помогает мне забыть о тех злосчастных пяти минут. Черт. Я бросила свою семью внизу.
— Эгоистичная ты сука, — шиплю самой себе, раскрывая дверь. — Ой, — я и забыла что здесь находится мой брат.
Его глаза направлены на мои пальцы с мятной сигаретой и левая бровь приподнимается вверх. Развернувшись, я включаю воду в раковине и тушу сигарету, смывая в канализацию свое спокойствие.
— Я так и знал, что ты куришь, — раздается его голос позади меня и он разворачивает лицом к себе. — Несси, посмотри на меня.
Чувствую, что вот-вот сломаюсь, но я стараюсь держаться.
— Ф-Флави.
— Моя Несси, — громко вздыхает он и прижимает к себе, укладывая голову на груди. — Прости, что не замечал, как тебе тяжело.
Я просто качаю головой, боясь думать о его словах. Если я прокручу их вновь, то развалюсь как старый бабушкин диван.
— Мне не нравятся, что со мной будут другие мужчины, Флави, — признаюсь я. — Я-я не хочу никого кроме Антонио. Не надо мужчин с Фамильи.
— Почему? — спрашивает целуя мои волосы.
Я молчу, а брат ждет ответа.
Черт.
— Я б-боюсь быть наедине с другими мужчинами.
— Почему? — резко спрашивает он, замерев.
— После того раза, Флави, — прижимаюсь крепче. — После того похищения. Я вообще стала бояться людей. В независимости мужчина это или женщина, — наконец признаюсь.
С моих плеч будто падает тяжкий груз и брат сильнее прижимается ко мне.
— Черт, Несси, — стонет он. — Ты ...
— Мы не будем говорить об этом родителям, — прошу его, подняв голову вверх. — Пожалуйста, не давай им повода пережить то, что они чувствовали с Сарой. Папа начнет снова винить себя.
— Несси ...
— Флави, прошу тебя. Ради психического и физического состояния мамы.
Брат поджимает нижнюю губу, сопротивляясь.
— Им хватило забот и до моей проблемы, Флави. Они должны наконец спокойно выдохнуть, — настаиваю я. — Прошу тебя.
— Ладно, — все же сдается он. — Но ты не будешь употреблять эту дрянь больше.
— Флави ...
— Инесса, — твердо отвечает, отрезвляя моё состояние. — Умойся и мы спустимся вниз.
Не споря с братом, я быстро ополаскиваю лицо не веря тому, что кто-то хотел ... убить меня?
— Выброси те чертовы сигареты в урну, — приказывает Флавио, стоит мне выйти из ванны. — Сейчас же, Инесса.
— Хорошо, ладно? — закатываю глаза, достав пачку своего маленького «счастья».
— Я сказал выкинуть все, Инесса, — настаивает брат.
— Всё ты знаешь, — ворчу себе под нос, выбросив в урну вторую пачку сигарет, которую прятала за туалетом.
— Лучше смой это дерьмо ...
— О мой бог!

Примо

— Папа, дай, — приказывает Лэстер, качнув головой. — Дай, дай!
— П Р И М О — проговаривает Ники по буквам. — Это П Р И М О, зайка.
— Папа, — усмехается мальчик, доводя мою подругу.
— Прости, босс. Но и я бы тоже очень хотел знать, где твой отец, — с упреком смотрю на Николь.
— Примо! — шикает она, готовя детскую кашу. — Лучше расскажи мне о своих проблемах. Что снова произошло между тобой и розовой бомбой? — усмехается подруга, скривив лицо. — Я неправильно засыпала пропорции, — показывает мне содержимое в кастрюле. — Примо, — хнычет она, простонав.
— Ты безнадежна. И чем ты кормила ребенка до этих пор? — встаю и передаю девушке сына. — Хотя, нет. Я догадываюсь чем. Можешь не посвящать меня в это мамское дерьмо.
— Да, ты догадливый. Но моему сыну скоро два года и он не должен пить уже моё молоко, — громко вздыхает она, усадив Лэса в детский стул. — Прошу тебя, зайка, посмотри мультфильмы, — ставит планшет и поворачивается ко мне. — Ты же приготовишь кашу? О! Ты уже это делаешь?
— Да, иначе твой сын умрет с голода, — вздыхаю, выливая содержимое из кастрюли в раковину.
— Так, что насчет нашей принцессы? Ты собираешься нас познакомить? Думаю, что время точно уже пришло, раз ты решил жениться на девушке.
— Я- я хотел это сделать. Но сейчас все сложно.
— И почему же? — чувствую как хмурится Ники.
— Потому что я идиот, как всегда, — вздыхаю, насыпая детскую смесь в бутылочку. — Какого черта ты хотела это сварить, Ники? Ты могла развести смесь в бутылочке.
— Простите, папочка Примо, — усмехается Николь. — Знаешь, тебе бы подошло быть отцом. Возможно когда ты высунешь голову из задницы, то в один день сможешь осчастливить меня этой новостью с Нес.
— Она Инесса или Несси, — поправляю подругу, передавая боссу в руки бутылочку с едой. — Ты должен есть больше.
— Мультик, Плимо, — просит он указав на планшет.
— Как скажешь, босс, — подмигиваю ему. — В общем. Нес хочет знать о моем прошлом.
— И?
    Округлив глаза, я качаю головой.
— Ники, что значит «и»? Я не хочу посвящать свою женщину в прошлое под названием ...
— «Наоми Вэй», — закатывает глаза Николь. — Примо, ты должен.
— Это тяжело, — опускаюсь на стул, наблюдая за смеющимся Лэсом. — Как ты отпустила?
— Эта сука всегда будет напоминать о себе, — указывает на свой протез на ноге. — Но это не означает, что я позволю ей вмешиваться в мою жизнь и сейчас. Нет. Это моя линия судьбы и мои решения. Пусть катится к черту и перевернется в могиле!
    Лэстер замирает от повышенного тона своей матери и быстро моргает.
— Все в порядке, малыш, — целует Ники ребенка. — Поцелуй и ты свою мамочку, — подставляет щеку и ребенок прижимается к ней.
— Ники, — смеется Лэс, снова заигрывая со своей матерью.
— Я мама, зайка, — вздыхает она. — А это дядя Примо.
— Папа, — заливается он смехом.
— Ему просто нравится выводить тебя, — усмехаюсь я. — Ты же зовешь меня Примо, босс, — усмехаюсь ребенку.
— Плимо, монстл.
    У моего не кровного племянника в запасе есть всего около двадцати слов. Николь переживает по этому поводу и в свободное время таскает ребенка по всем возможным врачам, спрашивая о различных диагнозах из интернета. Лэстер сразу же выучил моё имя, как только начал разговаривать и почти полноценно составлять предложения. Его любимой просьбой является - скорчить рожицу-монстр. Или же я такой устрашающий, но в то же время и смешной или что-то другое, я не знаю, но эта заразительная детская улыбка успокаивает мою душу. 
— Не ругайся при сыне, Ники, — отчитываю её, когда девушка поджимает губу.
— Я ужасная мать, — тихо шепчет она, закрывая глаза рукой. — Как ты думаешь, он любит меня?
— К чему такие мысли? — обнимаю её за плечи и притягиваю к себе. — Ты для Лэса не только мама, но и целая Вселенная, дорогая.
— Но мальчик растет без отца, — еще тише произносит подруга. — Ты единственный мужчина,  который общается с ним.
— Я могу познакомить наконец тебя со своей семьей и тогда на двух мужчин станет больше, — смеюсь я. — Не беспокойся, я шучу. Я знаю, как ты относишься к Лэсу. Но это парень, Ники. Он не может быть с тобой всю жизнь двадцать четыре часа в сутки.
— Знаю, — отстраняется она, поцеловав сына в голову. — Но я никому не доверяю кроме тебя и Сес. Мне не нужны другие люди в моей жизни и жизни моего сына.
— Понимаю, — целую девушку в макушку головы.
Николь мягко говоря бережно относиться к Лэсу. Я бы сказал, что это гиперопека, пока другие бы поставили психический диагноз женщине, но проблема в том, что сама по себе и Ники была не столь открыта с людьми. После произошедшего несколько лет назад, она и вовсе закрылась от людей, впустив только меня в свой маленький кокон. Со временем в её кокон доверия вошла Сесилия и судя по всему отец Лэстера. Но так как про мужчину не идёт никакой речи, Ники снова стала избирательно относиться к людям.
Подруга по-прежнему пишет картины, закрепляя за собой имя на рынке искусства. Девушка перестала выпускаться как анонимный художник и продолжает работать в будние дни в собственной маленькой галерее. Её личностью особо никто не интересуется, но некоторые работы оцениваются в несколько тысяч долларов, что определено хватает на жизнь.
Лэстер можно сказать живет в той галерее, приходя на работу с матерью в будние дни. Мы не раз намекали с Сес, что ребенку нужно больше общения с детьми, так как проведенного времени на детской площадке катастрофически мало. Про детские сады мы даже не заикаемся, так как знаем категоричный ответ Ники - нет.
Девушка вовсе перестала доверять людям и переживает за безопасность своего малыша. Я могу её понять, девушка категорически не хочет видеть в людях хорошее.
— Я и Сесилия иной раз не можем тебе помочь. Давай мы наймем человека, который будет сидеть время от времени с Лэсом? Тебе нужен отдых.
— Я отдыхаю. Прямо сейчас. С тобой, — отмахивается от меня.
— Плимо, монстл, — снова просит ребенок, привлекая к себе внимание.
Скорчив рожицу и получив в ответ радостные звуки смеха, я немного расслабляюсь, но все же обращаюсь к Ники.
— Ты когда-нибудь расскажешь мне про отца босса?
Николь вздыхает и молчит, глядя в окно, где снова начинается гроза. Когда я думаю, что девушка уже не ответит и я решаю встать из стола, её голос приобретает звук.
— Это тот самый мужчина, которого я встречала несколько лет назад в галерее.
Я хмурюсь, затем осознание пронзает меня. Это было восемь лет назад, когда мы только познакомились.
— Я снова встретила его в той галерее, — усмехается она невесело. — Интересно, что до той весны я обходила это место стороной. В тот год мой менеджер рассказал о благотворительной картинной выставке, которую я и посетила. — Ники замолкает после чего невесело усмехается. — Мужчины знают что говорить, поэтому я и впустила его в свою жизнь. Ты тогда работал то в Бостоне, то в Филадельфии и был занят Инессой, Сесилии я рассказала что встретила мужчину ...
— Продолжай, — мягко подталкиваю её, взяв за руку.
— Мы договорились с ним изначально, что это просто секс, так как нас тянуло друг к другу. Никаких сообщений, звонков и свиданий. Просто номер гостиницы и всё ... Вскоре он сказал мне, что не местный и прилетает в Нью-Йорк только на встречи по бизнесу.
Моему терпению можно позавидовать, потому что прямо сейчас мне хочется найти этого мужчину и набить ему морду. Николь не заслуживала отношения построенные на похоти, эта девушка должна была получить любовь, заботу и поддержку.
— В один из наших вечеров ему позвонили из дома. Он тогда подскочил с кровати и грубо с кем-то разговаривал, после чего сказал мне, что на их складе с товаром произошел пожар. Мужчина оставил мне свой номер, по особенному как мне показалось поцеловав руки, — обводит она контуры на своих пальцах. — Спустя неделю я все же решила ему написать и ... ты знаешь мою осмотрительность ... но я купила новый телефон, номер и наконец написала: «Почему ты поцеловал мои руки?», — усмехается снова девушка, встав и взяв сына.
У Николь небольшая квартира-лофт, но в ней ощущаешь уют. Уложив сына на игральный коврик с игрушками, она снова присела возле меня.
— Мы начали общение. Пять дней мы узнавали друг друга, но так и не признались в подлинности своих имен.
— Что? — хмурюсь я.
— Изначально мы договорились о том, что не расспрашиваем о жизни и увлечениях друг у друга, а также имена ... он назвал меня «Су», как героиню из фильма «Любовное настроение» судя по восточным платьям, которые я люблю. Тогда я сказала что он будет моим чопорным «Чоу» в этих строгих костюмах ... (прим. имена главных героев фильма)
Я улыбаюсь этой идее и продолжаю слушать рассказ.
— Звучит романтично, не правда ли? — мягко улыбается Ники. — Прошел месяц нашего общения, но он так и не появился в городе. Тогда я наконец спросила его откуда он. Мой Чоу ответил, что с Бостона и на следующей недели будет в нашем городе. Он тут же сказал мне, что хочет поговорить и ему не нравится статус наших отношений ... Через три дня я узнала, что беременна и не дожидаясь его прилета, я написала ему об этом.
Кажется, но то что я услышу после, мне не понравится.
— Тут же раздался входящий звонок и немедля я ответила, — качает головой подруга и горько улыбается. — Это была женщина. Она сказала, что жена мужчины с которым я общаюсь, что у них есть ребенок и рекомендует мне избавиться от моего.
— Блять. Блять, — взрываюсь я. — Этот ублюдок женат?
— Его жена сказала, что если я не верю, то она вышлет мне фотографии их семейной счастливой жизни, а я лишь была его минутной слабостью вдалеке от любимой, — вздыхает Ники. — Я была любовницей, понимаешь? — смотрит на меня, пряча голову в ладони. — Я была той самой женщиной, соблазнившей чужого мужа. Я не хотела этого, Примо.
— Ты не знала, Ники, а он ублюдок, который воспользовался твоей доверчивостью, — обнимаю девушку и прижимаю к себе. — Почему ты молчала? Ты должна была рассказать мне. Я бы бросил все дела и примчался бы к тебе. Хотя, нет. Я бы перевернул весь Бостон, чтобы найти этого ублюдка.
— Зачем? У него есть семья, — отстраняется она. — На следующей день мне позвонил какой-то мужчина и сказал, что его босс не желает меня ни видеть, ни слышать. Я тогда поняла, что не смогу избавиться от ребенка и позвонила Сес. Она приехала в течении пятнадцати минут и мы удалили его номер, а затем я и вовсе сломала телефон. Тогда я решила поменять ту старую квартиру на эту и в течении суток я освободила свое жилье ... и вот мы здесь, Примо.
— Черт. Мне нужно найти этого ублюдка и убить его.
— Тише, тише, старик, — берет мою руку в свою Николь. — Ты не будешь никого искать, Примо. Я не хочу, чтобы в жизни Лэса был его лживый отец. Хорошо?
Гнев так и бьет меня под дых, но я успокаиваю свое дыхание и киваю головой.
— Хорошо, это твое право и ваша жизнь ... и пока что я отступлю.
— Спасибо, — обнимает подруга. — Мне достаточно тебя и Сес в жизни моего сына. Ну, со временем это будет твоя принцесса и семья, но не более.
Я улыбаюсь девушке и не представляю через какую боль прошла моя подруга. Ники заслуживала быть счастливой и я должен попытаться найти того ублюдка.
Мой телефон звонит и заметив имя, я хмурюсь.
— Привет, но я удивлен твоему звонку.
— В доме был взрыв, Примо, — отвечает Флавио, когда моё сердце замирает. — Кто-то хотел навредить Несси.
— Я буду через десять минут, — подскакиваю с места.
— Нет. Ты не можешь поехать в наш дом. Что ты скажешь отцу?
— Мне плевать что я скажу Ромеро, блять, Флавио, — целую на прощанье испуганную Ники.
— Подумай об Инессе, блять, Примо. Девушке не нужны сейчас еще одни проблемы с вашими недоотношениями. Она начнет переживать по поводу отца и тебя. Пожалей психику моей сестры, — грубо отвечает он.
— И что ты прикажешь мне делать?! — рявкаю я, возле двери. — Она пострадала? Что с ней?
— С ней все в порядке ... по крайней мере физически, — вздыхает парень. — Приезжай к Сеси домой. Я привезу её туда на некоторое время, чтобы развеяться.
— Я еду, — сбрасываю звонок и оборачиваюсь к Николь.
— Что происходит?
— В доме Кансио произошел взрыв, — протираю глаза рукой. — Никто не пострадал, но мне нужно увидеть Нес.
— Конечно, — открывает дверь Ники. — Сообщи мне, как она, — обнимает быстро подруга.
— Я не попрощался с боссом.
— Беги, все в порядке, — подмигивает Ники и закрывает дверь.
— На все замки, Николь, — выкрикиваю ей и в щели двери появляется рука со среднем пальцем.

***

Я звоню и стучу в дверь, когда перед моим лицом появляется Флавио.
— Где она? — переступаю порог, но парень останавливает меня.
— Сначала мы поговорим, — он с силой заталкивает меня в ванную.
— Флавио, — рычу я.
— Расскажи мне, кто для тебя Несси, — приставляет к моему виску пистолет. — Если ты относишься к моей младшей сестре, как к игрушке и к траху на одну ночь, то можешь уходить.
— Не раздражай меня, — вцепляюсь ему в горло. — Пропусти меня к Нес. Я сильнее тебя, Флавио, — усмехаюсь, указав на пистолет возле виска. — И это не остановит меня.
— Пуля в голову, говоришь, не будет преградой к моей сестре? — прижимает сильнее дуло.
Оторвав руку от его горла, я поднимаю её вверх и спускаю курок.
— Стреляй, но попрошу тебя позволить мне попрощаться перед этим с принцессой.
Флавио сузив глаза, приближает свое лицо к моему.
— Если ты разобьешь ей сердце и как-то посмеешь осквернить её честь, то я не буду смотреть на дружеские отношения наших семей. Эта пуля попадет в твою голову, но я сделаю так, чтобы ты остался жив и думал о своей ошибке всю жизнь.
Улыбка озаряет мое лицо.
— Договорились, а теперь пропусти меня к принцессе.
— Мы поговорим, — опускает он пистолет и возвращает курок на место. — Кто-то хотел навредить ей, но не убить. Папа и дяди проверяют людей и их компании, с которыми она сотрудничает. Ей отправили одежду и украшения для съемок. В одной из коробок была взрывчатка. Да, это могло, блять, убить её, но если бы этот ублюдок был настроен на летальный исход, то он бы позаботился о том чтобы она взорвалась при её присутствии. А здесь ...
— Ее пугают, — вздыхаю я. — Хотят ввести в заблуждение, чтобы она жила в страхе.
— Да, поэтому отец решил усилить её охрану и охрану мамы.
Осознание только сейчас ударяет мне в голову.
— Сара была там с Эли?
— Да, у птенчика была страшная истерика. Пока Максимус не приехал, она не успокоилась.
— Этот придурок мне не позвонил, — злюсь я. — Что насчет охраны? Капо предоставил людей?
— Лука велел чтобы все наши женщины в городе были окружены охраной, пока они не выяснят это, но ты знаешь неугомонную задницу Несси. Она уже завтра собралась учавствовать в фотосессии.
— Я не удивлен, — усмехаюсь я. — Она не будет сидеть дома в четырех стенах. Принцесса наоборот будет выходить больше на свет, чтобы показать всем какая она сильная и ей не страшно.
— Да, я вижу, что ты отлично разбираешься в моей сестре, — кривит лицо Флавио. — Но Несси боится посторонних ей людей ... Я предложил отцу, чтобы ты и Антонио были рядом с ней, когда я или папа не сможем.
— Что ты имеешь ввиду говоря, что принцесса боится посторонних людей?
— После похищения. Инесса боится и у неё начались панические атаки.
— Это знаю.
Нас прерывает стук в дверь и после Сесилия заходит в эту и так небольшую комнату.
— Вы решили устроить из моей ванной переговорную? — хмурится девушка, приблизившись ко мне. — Привет, как ты?
Подруга поднимает руки, чтобы обнять меня, но Флавио отдергивает их, притягивая девушку к себе.
— Мой пистолет всё еще заряжен, — испепеляет меня взглядом.
— Я знаю, что твой пистолет всегда заряжен для Сес, — подмигиваю девушке, вызывая красноту на её лице. — Я оставлю вас. Но не будьте слишком шумными, дети.
Открыв дверь, я скорее оставляю пару наедине, а сам направляюсь в гостиную. На полу возле столика расположились Алисия, Валерио и мой светлячок. Они играют в настольную игру и все внимание принцессы принадлежит ухмыляющемуся Валерио.
— Ты не можешь так нагло забрать мои деньги, — сгребает в руки бумажные купюры. — Нет, я не отдам.
— Ты банкрот, Несси, — смеется Валерио, передвигая фишку девушки.
Его ухмылку мне тот час хочется стереть с лица.
Мой кузен замечает меня и приподнимает подбородок.
— Ты поговорил с Флавио? — спрашивает Валерио.
Нес тут же оборачивается и округляет глаза.
— Примо, — выдыхает девушка.
— Если я стою перед тобой, то очевидно, что переговорил с Флави, — переключаю свое внимание на блондинку. — Выйдем на балкон? Нам нужно поговорить.
Девушка немного колеблется, но увидев мой невозмутимый взгляд поднимается и идёт в сторону французского балкона.
— Тут тесно. Ты занимаешь много места, — жалуется она, осматриваясь по сторонам.
Действительно здесь мало места и мы вынуждены стоять лицом к лицу, что точно радует меня.
— Если бы я знал, что произошло с тобой раньше, я бы тот час приехал, — заправляю выбившуюся прядь светлых волос за ухо. — Ты в порядке? Хотя, это глупый вопрос.
Нес слабо улыбается и прижимается щекой к моей ладони.
— Все довольно хорошо. Вы создаете шум из ничего.
— Ты должно быть шутишь? Тебя мог тот взрыв убить или ранить.
— Но я жива. Здесь. Перед тобой, — вздыхает она, отстранившись. — Я не позволю моим завистникам управлять своей жизнью. Это делает меня слабой.
— Отец согласился на твои условия?
— Он сказал, если Антонио ... — краем глаза смотрит на меня, — и ты будете со мной рядом. Но я знаю, что у тебя полно работы.
— Я работаю, когда заходит солнце, Нес, — проговариваю, отвернувшись и уперевшись об перила. — Мне не составит труда быть с тобой днём.
Потому что ты нужна мне всегда. Каждую секунду, как кислород.
Взметнув голову к небу, я замечаю очертания немногих звезд. Это завораживающе красиво.
— Ты как галактика, знаешь? Такая загадочная, полная света и тёмных уголков, где я теряюсь, но всегда хочу быть рядом, — шепчу, взглянув на девушку.
— Ты говоришь, как будто я могу тебя поглотить.
— Нет, наоборот. Я хочу быть тем, кто защитит тебя от всего этого дерьмового мира. В тебе есть такая невероятная красота, и я не позволю никому её разрушить.
Нес громко вздыхает и щелкает языком.
— Ты спал на этой неделе? — задает вопрос, повторив мою позу, смотря на вечерний город.
Как бы не дулась на меня девушка, она продолжает заботиться обо мне и моем состоянии.
— Да.
— А если честно?
— Да.
— А если от твоей правды зависит моя жизнь?
— Нет, — тут же отвечаю не думая. — У тебя завтра съемки?
— Да.
Нес замолкает, наблюдая за движением улиц после чего дополняет.
— И ужин в ресторане, но ты не обязан сопровождать меня.
— Почему?
— Нет необходимости. Я там буду в безопасности.
— С чего это?
Повернув голову, Нес встречается со мной взглядом. Я вижу долю сомнения и печали на её лице, прежде чем она ломает меня.
— Это свидание. Завтра вечером я ужинаю с Габриэле, — произносит она и отворачивается.
Габриэле Моретти? Значит, этот ублюдок все же официально положил глаз на мою женщину.
— Хорошо, — отвечаю я, отстранившись, стараясь контролировать бушующий внутри меня гнев.
— Хорошо? — хмурится Нес.
— Да.. Всё отлично. Напишешь мне к скольки тебе нужно быть в студии и в ресторане, — не взглянув больше на принцессу, я возвращаюсь во внутрь.
— Примо! — окликает Сесилия. — Я приготовила ... ты уже уходишь?
— В следующий раз, Сес, — не удостоив взглядом, я вылетаю из квартиры и мчусь к своему Харлею, желая заглушить адскую боль внутри.
Я слышу, как моё сердце сжимается и разбивается.