Понарошку

Я все еще сонный сидел на уроке русского, пытаясь понять что вообще несет Добровольский. Веки казались настолько тяжелыми, что держать их поднятыми уже стало невыносимым. Этой ночью я вообще не спал, выслушивая крики отчима по телефону, смотря в стену. И я знал что Попов про это спросит. Прекрасно знал, поэтому пытался придумать отговорку.

Вдруг в класс зашел Станислав Владимирович, пройдясь взглядом по всей аудитории и остановившись на нас.

- Павел Алексеевич, можно Шастуна и Попова забрать? - спросил он, переведя взгляд на учителя, который стоял в недоумении, держа в руках мел.

- Конечно, можете еще третьего в подарок выбрать. - пошутил Алексеич и по классу прошел смешок.

- Спасибо, и двоих хватит. Давайте собирайтесь.

Я посмотрел на рядом сидящего Арса, который, видимо, тоже не понимал что происходит, но мы все же запихнули вещи в рюкзаки и прошли за Шеминовым.

- Куда мы идем? - спросил я, когда мы вышли в коридор.

- К психологу. - коротко ответил Стас и мы с Арсом переглянулись.

Дверь в кабинет была открыта, и за столом напротив сидела женщина около сорока лет, разглядывая какие-то бумаги. Учусь в этой школе 10 лет и ни разу ее не видел, но что-то в ней мне сразу же не понравилось.

- Мария Олеговна, я вам привел этих... - мне показалось, что учитель собирался закончить предложение, но не решился.

- Ах, да. - женщина подняла глаза на нас, противно улыбнувшись. - Проходите.

Желания зайти вообще не было, но Шеминов подтолкнул меня рукой вперед, и я все же вошел, садясь на небольшой диванчик. Арсений уместился рядом со мной, скрестив руки на груди, показывая свое недовольство, и дверь в кабинет захлопнулась.    Повисла тишина, которую прерывали только тикающие  часы, звук которых очень бесил.

- Вы знаете зачем вы здесь? - спросила женщина, явно пересмотревшая детективов.

- Не думаю. - ответил Попов знакомым мне тоном. Тоном, готовым смениться на крик.

- Я слышала что вы... Встречаетесь. - она будто боялась этого слова.

- А вам какое дело? - ну все, молимся чтоб Попов не нагрубил этой овце, иначе нас обоих выгонят.

Психолог опустила глаза, хитро улыбнувшись.

- Я надеюсь вы понимаете что это не нормально.  - она начала медленно стучать карандашом в руке о парту.

- Не вижу ничего ненормального.

- Ладно. - женщина усмехнулась. Ей, видимо, и самой психолог нужен - ебанутая какая-то. - Смотрите, вы еще дети и не разбираетесь в своих чувствах. Вы просто где-то увидели... - она попыталась подобрать слово. - Гомосексуалов, и придумали себе что вы...

- Что вы хотите этим до нас донести? - перебил ее Арсений.

- Вам не стоит тратить время на такие игрушки. У вас сейчас такой возраст, начинает появляться симпатия к девушкам...

- К парням. - прервал я Марию Олеговну, пытаясь влиться в разговор, понимая что Попов уже на грани срыва. Ну юморист же.

- Я вижу вы не поняли... - все таким же спокойным тоном продолжила женщина с нежной улыбкой на лице, поправляя свой кардиган.

- Дамочка, я не понимаю в чем проблема вообще? - огрызнулся Арс, покусывая губу. - Это наше дело.

- Тогда хотя бы занимайтесь этим делом не в школе. Вы подаете плохой пример остальным детям. - ее голос начал становится немного грубее.

- То есть когда парочки натуралов сосуться в середине коридора это нормально, а когда мы существуем рядом это плохой пример? - парень положил локти на колени, наклонившись вперед. Мария Олеговна уже открыла рот чтобы сказать очередную дичь. - Пойдем, Антон. - успел сказать Арсений, схватив меня за руку и выводя из кабинета быстрым шагом, захлопнув дверь. - Как же она меня заебала. - он схватился за волосы, завыв. - Пойдем обратно в класс, Тош.

- Можно я быстро сбегаю покурю? А то на перемене в туалете толпа. - решил спросить я.

- Конечно. Только быстро.

Я кивнул и направился по коридору в туалет, открывая окно и залезая на подоконник. Я нащупал в кармане штанов пару сигарет и зажигалку, поджег трубку и медленно втянул дым, наблюдая как мои ноги свисают с высоты трех этажей. В большинстве случаев я курил когда меня что-то волновало, и сейчас меня волновала лишь одна вещь. Не конченный психолог, не оценки, не мои выходки перед Стасом, а одна абсолютно другая вещь...

- Шаст, ты ебанутый?!

А вот и она.

Я дернулся от неожиданности, чуть не уронив сигарету и не упав сам. Попов подошел сзади, обхватывая меня вокруг талии и притягивая ближе.

- Какой же ты ребенок, Тош. - на выдохе сказал он.

- Отпусти. - по детски надув губки, возмутился я.

- Ага, хуй тебе. Выпадешь еще. Давай докуривай и пошли на урок, и так уже один проебали.

Волновало меня то, что я, походу, сильно привязался к Арсу. С начала нашего гениального плана и близкого общения прошло даже меньше месяца, а я уже не мог представить себе и дня без его «Тош». Но кроме привязанности было что-то еще. Что-то, чего я не мог понять.

***

Я лежал на кухонном полу с громким звоном в ушах, зажмурив глаза, один из которых сильно болел. Я повернул голову к духовке, в стекле которой отражалось мое лицо. Под моим левым глазом красовалось красное пятно размером с картошку. Знаете за что мне так? Я разбил бокал, пока мыл посуду. Я конечно понимаю, что дело плохо, но не настолько же! Я подполз к морозильнику, открывая его и доставая пачку холодной смеси овощей, прикладывая ее к глазу.

Сегодня четверг. Завтра еще один гребаный день школы. Попов пристанет точно, а это нам не надо, нужно что-то придумать. Добравшись до кровати я включил телефон в поиске идей что делать если у тебя синяк на пол ебала. Вдруг до меня дошло, что его можно просто зарисовать. Макияж же так работает, да? Нужен профессионал. А кто он у нас? Ира. Не очень хотелось просить ее о чем-то после того небольшого инцидента в актовом зале, но это лучше чем выслушивать сюсюкание Арса.

Уговаривать Кузю вообще не пришлось и на следующее утро я уже стоял в ее подъезде. Двери открыла девушка в коротких пижамных шортах и лифчике и я насторожился.

- Че встал, заходи. - она отошла на бок и я зашел в квартиру, рассматривая прикольные обои на стенах. - Тебя там било 10 качков или че? - спросила Ира, сложив руки на груди и направилась в комнату.

- Нет, я ударился просто. - ответил я, сев на кровать, куда указала одноклассница. Она лишь оглядела меня, явно не поверив, но расспрашивать не решила. Научите так Попова пожалуйста, а.

- А как там с твоим этим пидором? - Ира нашла в косметичке какие-то скляночки и мочалку, подходя ко мне.

- Да нормально все... - неуверенно ответил я, не понимая что хотела услышать девушка.

- Понятно. - она улыбнулась и закинула одну ногу на кровать, после чего оседлала меня, открывая тюбик бежевой дичи.

То что я ахуел - ничего не сказать. К такой херне от Арса я уже привык, но никак не от Кузнецовой. Она начала наносить неприятную жижу на мой уже фиолетовый синяк, затем постучала по мне какой-то хуйней и прошлась кистью. И это девочкам реально нравится?

Кузя отложила вещи на тумбочку рядом, начиная трогать мои волосы на челке. Мне стало уже слишком не по себе. Вдруг девушка провела пальцем вниз по моему торсу и я уже не смог молчать.

- Ир, что ты делаешь? - тихо спросил я, но ответа не последовало.

Вместо этого Кузнецова улыбнулась и резко приблизилась, настойчиво целуя меня. Я раскрыл глаза, на секунду встав в ступор, а затем грубо схватил девушку за плечи, скидывая с себя и направился в коридор. Дверь была не заперта, поэтому я спокойно вышел, побежав вниз по ступенькам.

Мне стало противно от себя. Я почувствовал себя какой-то потаскухой. Подбежав ближе к своему дому я заметил спокойно идущего Арсения и сразу кинулся к нему. Услышав шаги парень обернулся, а я лишь вцепился в него, начиная тихо всхлипывать ему в плечо.

- Ты что, так сильно соскучился? - усмехнулся он, но услышав мои всхлипы, начал поглаживать меня по волосам. - Эй, что случилось? - нежным голосом спросил он.

- Арс, прости, прости, прости. - начал как на автомате тихо извиняться я.

- Да что такое, Тош?

- Меня Ира поцеловала. - вдруг его рука в моих волосах остановилась и я понял, что он знатно так прихуел. - Арс, прости, я не хотел, правда. - я даже не знал за что мне было стыдно, мы же даже не пара. Но почему-то чувство вины просто рвало изнутри.

- Все в порядке. - сказал парень тем самым тоном, которым всегда меня успокаивал.

- Прости, прости, прости...