Глава 25. Судьба оборвалась, как ниточка.
- Доброе утро. - целует меня Рон в щёку, обнимая со спины.
- Доброе. - пытаюсь не придавать значения этому противному запаху из его рта.
- Ты все деньги вчера потратил? - вспоминаю слова Алисы.
- Я свои тратил. - переворачивает меня на спину, притягивая к себе за талию. - А ты что-то хотела купить?
- Нет - делаю паузу В раздумьях: а стоит ли говорить? Спустя секунд пять, решаюсь. - Я подумала, что мы могли где-нибудь посидеть последние дни вместе.
- Последние дни? - преподымается на руки - Ты сдаёшься?! Бросаешь Меня?!
- Нет, ни в коем случае! - пытаюсь его успокоить, ладонями касаюсь его скул.
- Так будет лучше. - в комнату входит Алиса, перебивая все мои мысли. - И для тебя и для неё. - скрестив руки на груди стоит в проёме у двери.
На меня уже почти не действовала её способность. За ночь я поставила барьер против неё, думала не поможет, но, видимо, ошиблась. Мне не не нравится, что она влезает в разговор, поэтому думаю, что нам лучше уйти в уединённое место.
- Мы подумаем. - обрываю я и встаю, одевая джинсы. - Рон, пошли? - кидаю ему жвачку.
- Пошли. - начинает одеваться, попутно жуя жвачку от похмелья и плохого запаха изо рта.
- Вы надолго?
- Скорее всего, вернёмся. - направиляюсь к выходу.
Мы вышли из дома и идём к лесу, который чуть дальше заднего двора.
Алиса смотрит нам вслед. Я даже не смотрю на неё, лишь иду в неизвестном направлении и вспоминаю все наши счастливые моменты в этом забеге за красивой жизнью.
Мы проходим через луга, опушки к берегу реки в удушающем молчании. Господи, как же это тяжело: молчать, когда сказать хочется так много.
Утренний туман у реки и прохладное, влажное дыхание земли и мха под ногами заставляет лёгкому пару выходить изо рта, а мои мурашки по коже заставляют меня укутаться в куртку. Неужели всё так и закончится? Он будет молчать и думать о своём, а я буду идти, погружённая в воспоминаниях и просто мириться с этим?
Через какое-то время нашего пути через «адскую зону», мы приходим к заброшенному вокзалу с железнодорожными путями, на которых я решаюсь начать диалог...
- Рон. - беру его за руку и пытаюсь развернуть к себе.
- Молчи. - одёргивает руку и идёт дальше
...но он тут же закончился.
Мы проходим ещё какое-то расстояние по путям до водосброса - мост, под которым река с одной стороны грязная, а с другой чистая, ибо под мостом есть очистительные сетки, которые фильтруют воду.
Мы переходим на другую сторону и усаживаемся на холмик, который полностью покрыт сухой травой и листвой.
Мне очень холодно, моя челюсть трясётся и Рон, это заметив, начинает расчищать местность у воды для костра. Когда он чем-то занят, то немного смягчает свой пыл. Я ловко применяю это качество против него.
- Рон, давай будем реалистами. - с неуверенностью начинаю разговор - вторая попытка.
- Нет, ты не поедешь к ним. - раздувает он маленький огонёк.
- Но Рон! Как ты представляешь беременную девушку, которая бегает от ментов?! - я уже не могу в себе сдерживать здравый смысл и с агрессией раскрываю ему глаза на правду.
- Ты и не будешь бегать! В столице есть моя квартира! Там и отсидишься!
- А роды?! А дети?! Как?! Так же?! На улице?! Или они будут сиротами,ибо маму и папу казнили?! - он раздувает костёр ярким пламенем, а кажется, будто меня.
- А приедешь ты домой будто лучше будет?! Они над тобой издеваются! Они заставят сделать аборт!
- Да не узнают они об этом, пока срок станет необратимым!
- А где гарантия?! - кричит он подпрыгнув в боевую стойку.
- Ты веришь мне? - пытаюсь успокоиться. Рон сделал паузу и пару вздохов, чтобы тоже успокоится и через силу произносит.
- Да.
- Тогда проведи со мной эти последние два дня.
- А что потом?
- А потом... - я на минуту задумалась.
- Ну что потом? - настаивает на своём. - Вот ты приедешь с канвоем. Вот они тебя забрали, это в лучшем случае, что канвой ничего не обыщет и не скажет про беременность. А в худшем? - он сел у воды, повернувшись ко мне спиной и закурил. - А в худшем вас всех казнят. Счастливый финал, да? - выдыхает густой дым едкого дыма.
В интернете я прочитала, что можно передавать мысли не только глядя в глаза, а ещё и на расстоянии. Было много разных методик, поэтому я решила проверить одну из них.
Я села у воды и произнесла.
- Протяни руку в воду.
- Зачем?
- Без вопросов, пожалуйста.
Рон протянул в воду руку и я показала план действий, который мне нужен был, чтобы он успокоился и думал, что с меня снимут какие-либо обвинения.
- Я понял. - смирился он.
- Хорошо. - я стараюсь не поддаваться эмоциям, ведь счастливого финала в нашей ситуации просто не может быть. Мы поуши в дерьме.
- И ты так всегда можешь делать?
- Только тогда, как твоя рука коснётся воды.
- Понял.
Мы сидели, обнимаясь ещё пару часов у костра, смотря, как тлеет пень. Рон думал о своём и медленно дышал, наполняя чистым воздухом свои лёгкие в край снова и снова. А я думала о своём не поддаваясь грусти.
Маникюр - технологии, технологиями, а вот маникюр делают только специалисты - люди. И они, действительно, знают что они делают. Ловко орудуют пилочкой и кистями, знают все термины и комбинации. За каждой работой, хоть даже за этой, стоит многолетний труд и опыт.
Фотографии, фотошоп делают тоже люди и они тоже мастера. Матовая плёнка, глянцевая, какой лучше фильтр нанести и какой лучше принтер купить - лазерный или струйный, знают только они, действительно, мастера. В своей коморочке со стороны они выглядят, как улитки с горбами ничего не решающие, но именно у этой улитки руки набиты так, что сможет убрать ненужный прыщ на твоём фото для паспорта в два счёта.
Как на каждую работу свой мастер, так на каждого человека по психологу.
Я тоже, своего рода, мастер. Мастер лжи. Рон думает, что всё это просто так и я никогда не смогу его обмануть своими мыслями, но это не так. Он купился, как ребёнок и я очень сожалею об этом.
Мы отправились в путь до ближайшей трассы, ибо почти все объездные трассы выходят на мотели.
Мне очень не хочется уезжать, но выбора особо и нет: либо меня казнят по приговору, либо сдаст Алиса.
Её тоже можно понять, она, как мать, пытается защитить сына от казни.
Я бы тоже так поступила. Никто не заслуживает смерти, тем более по моей или чьей-то вине.