Необдуманный поступок
А разве друга надо звать,
Когда темно в пути,
Когда дороги не узнать
И нету сил идти?
Когда беда со всех сторон,
Когда при солнце — ночь,
Да разве не увидит он,
Не ринется помочь?
Ведь он не сможет есть и спать,
Когда такое вдруг!
Но... если друга надо звать —
То вряд ли это друг...
На следующий день, проснувшись, Виолетта была счастлива как никогда и практически прыгала от радости целое утро. А утро к слову было как всегда, обычным, поэтому многие посчитали, что вчерашнее падение очень повредило голову Виолетты.
День пролетел быстро: завтрак, Мародеры и их перепалка с Северусом, усмирение обеих сторон, уроки, обед, опять уроки и наконец выполнение домашнего задания. Виолетта сидела в Большом зале за Гриффиндорским столом, а напротив сидели Лили и Северус. Хранительница что-то старательно вырисовывала пером на пергаменте, как к ней со спины подскочил Сириус...
***
Ранее
— А вы как думаете, я ей нравлюсь? – спросил Сириус у своих друзей. Мародеры шли на уроки, растянувшись во весь проход.
— Ну не знаю, но в любом случае ты должен её добиться, – воодушевляюще произнёс Джеймс, который прекрасно понимал Сириуса в этой ситуации. Он пытался подшучивать над ним, но его друг так грозно на него смотрел и угрожал шутить над ним при Эванс, чего Поттер боялся больше всего. Поэтому ему пришлось на время отказаться от таких привилегии.
— Я думаю, раз уж вы решили "добиваться" Виолетты, то думаю вам нужно продумать, как эту цель сделать явью, – сказал Римус.
— Думаю... – произнёс Блэк, и все четверо встали в круг, чтобы никто кроме них не услышал разговор, – Ну как?
— Гениально! – воскликнул Джеймс.
— А я вот не согласен. Не думаю, что Вайлет из таких. Вы же видели, как она бережно к ним относиться, носит их каждый день, не снимая, – задумчиво произнёс Люпин.
— Да нет же. Я давно заметил, что она стала носить их после Рождества. Я более чем уверен, что это она для меня наряжалась! – ответил с вздернутой головой Блэк.
— А вдруг нет? Все таки это её вещи, и если с ними что-то случится? – спросил Лунатик, закатив глаза на заявление друга.
— Чего ты, Римус, все будет хорошо. Он же сказал, что только немножко. Немножко, – сказал Джеймс и пихнул Римуса в плечо.
— Ну смотрите, я вас предупреждал! – прегрозил он, от чего все Мародеры рассмеялась.
— Я думаю, что все должно пройти, как по маслу, – произнёс тихо и не уверенно Питер, но все его услышали и поняли, ведь уже привыкли к такому тону.
— Значит решено, сегодня же приступлю к выполнению! – воскликнул Сириус, а Джеймс и Питер обрадовались и начали дальше болтать на другие темы. А Римус, до сих пор сомневался в разумности плана, и того, что ничего плохо не случится...
***
Настоящее
— Что делаешь? – спросил Сируис, пододвигаясь ближе и положив подбородок ей на плечо.
— Пишу эссе, – сосредоточенно ответила та и немного дернула плечо, чтоб тот убрал подбородок.
— Посмотри на меня, – неожиданно попросил тот.
— Сириус, давай не сейчас, я занята, – начала раздражаться Вайлет. Разве не видно, что она занята?
— Ну, пожалуйста, – умолял он.
— Всё? Доволен? – зло бросила та, и мимолетно посмотрела на него.
— Слишком быстро, – рассерженно сказал Сириус, который не успел среагировать за такой короткий срок.
— Ты не понимаешь, что я занята?! – воскликнула та, так что Лили и Северус, переглянувшись, синхронно закрыли учебники и отложили их, наблюдая за дальнейшими действиями. Лили очень хотела съязвить, но Северус прикоснулся рукой к своим губам, тем самым говоря, чтобы она пока подержала язык за зубами и им пока лучше не вмешиваться.
А Сириус, видимо, сам начал выходить из себя, поскольку все пошло не так, как предполагалось. Он резким движением снял с Виолетты ободок и вскочил из-за стола. Она спохватившись, ещё больше разозлилась, но теперь злость была перемешана со страхом. Что могло прийти в голову Сириусу?..
— Отдай, пожалуйста, – произнесла та, медленно вставая, как будто на неё навели дуло пистолета.
— А ты достань! – зло произнёс Бродяга и рассплылся в надменной улыбке, когда поднял ободок так высоко, что Виолетта, даже встав на носочки, не смогла бы дотянуться до него. За ними увлечённо наблюдали огромное количество глаз. Даже слизеринцам было интересно, что же будет дальше.
Виолетта стояла на носочках и тянула руку к своему "сокровищу". Палочки, как назло, не было рядом. Сириус стоял, и смотрел на её лицо, на котором был неподдельный страх. Тут его взгляд упал ниже и он увидел то, о чем Виолетта совсем забыла. Он сорвал кулон, которым девушка дорожила ни меньше, чем ободком. Виолетту очень сильно кольнуло в сердце. Она подняла умоляющие глаза на Сириуса. Тот хотел остановится, но неведомый демон сказал ему на ухо: "Она должна поплатиться за то, что не обращала на тебя внимание! За то, что игнорировала! Разве она не могла сделать то, о чем её просили, ведь просили совсем мало! Давай! Сделай это!". И он со злобной ухмылкой на лице бросил оба украшения на пол. Для Виолетты в это время,все вокруг будто замедлилось. Но и на этом ничего не закончилось. Сириус начал давить украшения ногой. По всему залу пробежали аханья и оханья. Лили вскочила со стола, и готова была перепрыгнуть через стол, лишь бы этот Блэк получил по заслугам, но Северус удержал её. Он не хотел в это влезать, хотя ему и было жалко сейчас Виолетту. Они с ней хоть и мало общался, но за это время он успел понять, что Виолетта очень хороший человек, и не заслуживает такого. Никто такого не заслуживает. Питер, Джеймс и Римус, стоявшие все это время около дверей Большого зала, раскрыли рты от удивления, и синхронно хлопнули себя по лбу, разочаровавшись в Сириусе.
Вот вроде бы и настал конец. Украшения были растоптаны. Блэк стоял с высоко поднятой головой, с видом победителя и надменной ухмылкой на лице. Виолетта посмотрела на осколки её "маленького счастья". Её переполняли эмоции. Ей хотелось и рыдать, и она была безумно зла на Сириуса, который очень подло повёл себя. Она даже не понимала причины, почему он так сделал. Ноги под ней стали ватными и она больше не в силах стоять, упала на колени. На её глаза навернулись слезы. Виолетта подняла свои темные, как никогда серые глаза на Сириуса, и этим взглядом говоря: "Зачем?".
Руки её тряслись и она судорожно водила руками по осколкам. Подарки брата и сестры. Самое дорогое, что у неё было. Но от брата ей остался ещё и браслет, а от сестры только кулон... Виолетта могла носить его постоянно, не как пуанты или какая-нибудь другая вещь. По её щекам ручьями текли горючие слезы. Только сейчас Сириус понял, что натворил. С его лица пропала та ухмылка, он опустил голову, и понял, что это была как раз не победа, а поражение. Сириус опустился на колени.
— Ви... Виолетта, пр... – запинаясь произносил он, поскольку в горле его стоял ком, – Прости, меня, пожалуйста, я веду себя, как полный болван. А гнев делает меня исчадием ада, и я становлюсь не управляем. Я не контролировал свои эмоции и действия. Пожалуйста, прости...
— Зачем? – еле тихо спросила Виолетта, пропустив все его слова мимо ушей, а потом добавила громче, – Зачем?! – в зале стояла гробовая тишина, поэтому все её слышали, а она медленно поднималась с колен.
— Я... Я...
— Я, я, – передразнила Сириуса Виолетта, – Да как ты посмел?! Это было самое дорогое, что у меня есть! А ты отнял это у меня! - она опять упала на колени. От безысходности у неё началась истерика.
— Я понимаю, – ответил Сириус, дотронувшись до неё.
— Ты? – усмехнувшись переспросила та, – "Ты" меня понимаешь?! Да если бы ты понимал меня не сделал бы такого никогда в жизни! Не трогай меня больше! – прокричала Вайлет, и небрежно стряхнув с своего плеча его руку, опять пытаясь встать, продолжила, – Как я тебя ненавижу! Терпеть не могу! Не хочу больше видеть тебя! Никогда! Никогда! Никогда! – кричала она, не в силах сдерживать эмоции. Она кричала на него, как могла, а Сириус стоял, выслушивал и стоял до конца, понимая, какую большую ошибку он совершил, и каря себя за вспыльчивость.
— Мы больше не друзья, я ни хочу тебя видеть. Не смей больше подходить ко мне или разговаривать, – были её последние слова, после чего Виолетта, вся в слезах, быстрым шагом направилась к выходу, оставив после себя тишину. Выходя она встретила проходящих мимо Большого зала Дамблдора и МакГонагалл. Даже не поздоровавшись она отправилась дальше.
— Так вот, зачем вы сказали быть здесь в это время. "Это" начинается? – обеспокоенно спросила Минерва.
— Да, коллега, начинается, – произнёс тот и посмотрел вслед Вайлет.
***
В Большом зале стояла гробовая тишина после сей сценки. Всем было искренне жаль незнакомую, большинству, девушку, а кто-то даже собственнолично хотел придушить обидчика. Даже некоторые слизеринцы питали к ней жалость. Лили очнувшись, и поняв, что её никто не держит, налетела на Сириуса и начала сама читать нотации о том, какой же он ужасный человек и чтобы он никогда больше не подходил к Виолетте.
— Лили, хватит, и без тебя тошно, – произнес тот, а Лили, удивившись, изменилась в лице. Сириус сгреб, трясущимися руками, все осколки в кучу. Он судорожно перебирал в голове способы восстановления украшений. Вдруг его осенило, и тот с надеждой в голосе произнёс, – Джеймс, отдай мне мою палочку.
Джеймс протянул ему палочку.
— Что ты хочешь сделать? – спокойно спросила Лили, опускаясь рядом с ним. Она понимала, что злиться нет смысла, ведь она видела, что Сириус хочет исправить необдуманный поступок. Лили видела, как тяжело было ему самому, и как сильно он злился на себя, поэтому решила не подливать масло в огонь.
— Я совсем забыл, что есть заклинание, – сказал он и закрыв глаза, сосредаточенно произнёс, – Репаро, – ничего не произошло, – Репаро, – ещё раз произнёс Сируис, надеясь на лучшее, но осколки остались на своих местах, – Репаро! – растерянно воскликнул Блэк. Осколки оставались на своих местах. Заклинание не срабатывало...
***
Виолетта весь день плакала, уткнувшись лицом в подушку. Лили принесла ей учебники, и попыталась утешить, но хранительница не поддавалась, поэтому предпочев больше её не тревожить, вышла. А ночью Виолетте снились кошмары, из-за которых она кричала во сне, а Лили, просыпавшись, очень сильно беспокоилась за неё.
На следующий день Виолетта не пошла на уроки, и целый день не выходила из комнаты. Лили приносила ей еду, но той ничего не хотелось есть. Просто ни единый кусок не лез ей в горло. Но на второй день она просто была обязана выйти из комнаты и отправиться на уроки. Девушка очень сильно изменилась. Волосы её были растрепаны и сильно запутаны, под глазами залегли синяки, само лицо было бледным, а одета она была в мятую форму. Падающие ей на глаза волнистые локоны постоянно напоминали об утрате. Из-за недостатка еды, движения её были вялыми и выполнялись еле-еле. Сама Виолетта ходила, как серая туча и ни с кем не разговаривала. Ни Римус, ни Северус, ни даже Лили, не могли вытянуть из неё и слова. Сириус постоянно кидал на неё сожалеющие взгляды и опять обвинял себя за гнев.
Многие учителя заметили перемену её настроения, и никто не знал из-за чего. Только МакГонагалл и Дамблдор догадывались...
А вот ученики наоборот, знали всё, от и до. Новость переходила из уст в уста, и в скором времени об этом знала вся школа. Все шептались за спинами Сириуса и Виолетты, но ни первому, ни тем более второй не было до этого дела. Блэк пытался понять, как загладить свою вину, а Вайлет была слишком погружена в свое горе. В любом случае, посплетничают денёк, другой, и забудут.
***
— Что будем предпринимать? – спросила Лили за ужином, поглядывая на Виолетту, которая вяло ковырялась вилкой в тарелке. Это продолжалось уже четыре дня. Ничего не изменилось, только Виолетта стала худее из-за того, что почти ничего не ест.
— Есть у меня один план... – произнёс Сириус, который отобрал самый подходящий план. Они все наклонились поближе, чтобы никто из посторонних не услышал их.
— Что?! – воскликнула Лили, так что Виолетта медленно повернула к ним голову, а все уставились на неё. Увидев взгляд Сириуса, брови Виолетты сдвинулись к переносице так, что между ними залегла морщинка, и вернулась к своему занятию.
— Сириус, не наступай на те же грабли, – тихо произнёс Люпин, который сам обвинял себя все эти дни за то, что не остановил своего буйного друга.
— А мне кажется нужно попробовать, – произнёс Джеймс, ободряюще ложа руку на плечо друга.
— Как хотите, но я в этом не участвую! – сказала гриффиндорка и решила взять ситуацию под свой контроль. Ей совершенно не понравился план Сириуса. Лили думала, что Блэк понял свою ошибку, но это было не так. Она решила, что нужно любыми способами разговорить свою подругу. Сев рядом с ней, она начала, – Виолетта, может ты выскажешься мне? Я из тебя и слова вытянуть не могу. Я очень за тебя беспокоюсь, – встревоженно произнесла та, и крепко сжала ладонь Виолетты.
Та лишь покачала головой и продолжила ворошить еду в своей тарелке.
— Ладно, придёт время, ты сама все мне расскажешь. А сейчас тебе лучше покушать, иначе ни к чему хорошему это не приведёт, – укоризненно произнесла Эванс, – И не смей мне качать головой. Давай, открывай рот, ты же хорошая девочка. Смотри, самолётик летит, – сказала Лили и взяв вилку с едой, водила им по воздуху, как самолётиком. Виолетта посмотрела на него и уголок её губ слегка дрогнул, но тут же упал. Она решила пойти навстречу Лили, ведь сама понимала, что так продолжаться не может. И она прекрасно понимала, что одна она не справиться. Виолетта не могла сама себя заставить съесть что-либо или хотя бы привести себя в порядок. Она открывала и закрывала рот, с трудом проглатывая еду. Но Лили настойчиво уговаривала съесть ещё чуточку.
— Я больше не могу, – хрипло произнесла та, поскольку не разговаривала уже несколько дней.
— Ты просто молодец! Ты умничка! Ты съела очень много по сравнению с предыдущими днями, – восклицала та, хотя в тарелке было ещё довольно много еды, – И ты заговорила! А теперь пошли в нашу комнату, приведём тебя в порядок.
Лили помогла ей выйти из-за стола и подняться по лестнице. Войдя в комнату они переоделись в домашнюю удобную одежду. Виолетте, конечно, помогала Лили. Она отправила её в душ, привести мысли в порядок, а сама сидела у полуоткрытой двери и на полу выполняла её домашнее задание, чтобы сегодня Виолетта не нагружалась, ведь сама Эванс свое задание уже выучила.
Когда Виолетта вышла из ванны, Лили достала расческу и нежно, стараясь не повредить волосы, начала расчесывать очень сильно запутанные волосы Вайлет. Лили заранее попросила Северуса изготовить специальное зелье снов без сновидений и мазь, которая освежала и пробуждала кожу. Намазав мазь ей на лицо, и дав зелье, перед этим приказав спать, Лили ушла обратно в ванную, чтобы постирать школьную форму Виолетты. Была уже глубокая ночь, когда форма была выстирана и без единой складки, висела на вешалке в шкафу. Лили сама приготовившись ко сну, напоследок посмотрела на Виолетту. Они не перебрасывались даже несколькими словами за все это время, Виолетта просто выполняла указания Лили. Но Эванс могла поклясться, что на лице Вайлет была лёгкая, выражающая благодарность улыбка...
***
Самые большие опасения Лили свершили на этой неделе. Ведь сердце Вайлет разбили...