Глава 6
Лишь бы его не трогали, а что с дочерью сотворят, все равно…
В комнату к себе она залезла обратно через окно… Обидно было осознавать, что ты никому не нужна… Алена ворочалась в
постели, думая, что не сможет заснуть. Но сон все же не заставил себя долго ждать.
Гошу разбудил Витек, его громкий грубый голос:
– Да какая девчонка! Глюки у тебя!
– Да какие глюки? Была девчонка! – наседал на него Мурат.
– Она же сама сказала, что у тебя глюки. И ты поверил!
– Ну да, говорила… А ты откуда знаешь, что говорила?
– Знаю?… – стушевался Витек. – Ну, значит, и у меня были глюки…
– Э-э, не, браток, так не бывает! –
развеселился Мурат. – Можно одни трусы на двоих носить, а чтобы глюки – на двоих…
Глюки у каждого свои… Давай у Лысого спросим, он скажет…
Гоша резко поднялся с кровати, о чем тут же пожалел. Встряска вызвала взрывную боль,
он даже подумал, что сейчас голова разлетится на куски.
– Скажу, – пальцами сжав виски, сердито изрек он. – Сначала грохну вас обоих, глюки
вы недоделанные. А потом скажу… Чего разорались, на!
– А жрать охота, того и разорались! – ничуть
не испугавшись его гнева, отозвался Мурат. –
Обеда не было, ужин скоро, а ты, в натуре, все дрыхнешь!
– Не твое дело!
– Не мое, а жрать охота!
– Сейчас…
Гоша и сам был не прочь похлебать чего-нибудь горяченького. Но так не хотелось
вставать на ноги.
– Что за глюки там у вас? – спросил он.
– Да не глюки, – мотнул головой Мурат. –Витек вчера девку в дом приволок…
– Витек, это правда?
– Да нет, ерунда, не было ничего…
– А я думал, у тебя ерунда такая, что все девки тащатся. А они, оказывается, на тебя не
клюют. Не нравишься ты бабам, да? Чо,рылом не вышел?
– Почему не вышел? – огрызнулся Витек. –Была же баба вчера. Значит, вышел…
– Ну вот, а говорил, что не было! –
встрепенулся Мурат. – Была же! Молоденькая такая!
– Где ты ее взял? На трассе снял? –
заинтригованно спросил Гоша.
– Снял, – расплылся в улыбке Витек. –Только не с трассы, а с окна… Хозяйская
дочь…
– Как это с окна?
– Ну, она мне окно открыла, а я ее хап и
сюда! Как кошка мышку, гы-гы!..
– Погоди, я не понял, ты чо, снасиловал девку?
– Зачем снасиловал? – обиженно надулся Витек. – Нет, просто притащил. Думал, она
травки хочет. А она не захотела, я ее домой отправил…
– Ну, ты ваще, в натуре! – осерчал Гоша. –
Как ты вообще у окна оказался?
– Не знаю… Не помню… Просыпаюсь, а мы с ней базарим…
– Где просыпаешься, у окна?
– Ну да.
– И в охапку?
– Ну.
– Баранов гну!.. Она ж папаше все
рассказала. А тот в ментовку заявит… Ну ты баран!.. Жрать они хотят! Уходить надо!
– Да не надо, – мотнул головой Витек. – Я ей сказал, чтобы она ничего не говорила. Ну,
чтобы не жаловалась… Говорил же…
– Я тоже тебе говорил, что ты правильный
пацан. Так ты о том забудь, понял!.. Ну, чего расселись, ля, в машину, на!..
Гоша готов был порвать Витька на части за его идиотскую выходку. И порвал бы, если бы это могло спасти положение. А так только
напрягаться… Он уверен был в том, что хозяин
гостиницы уже заявил в м Гошу разбудил Витек, его громкий грубый
голос:
– Да какая девчонка! Глюки у тебя!
– Да какие глюки? Была девчонка! – наседал
на него Мурат.
– Она же сама сказала, что у тебя глюки. И
ты поверил!
– Ну да, говорила… А ты откуда знаешь, что
говорила?
– Знаю?… – стушевался Витек. – Ну, значит, и
у меня были глюки…
– Э-э, не, браток, так не бывает! –
развеселился Мурат. – Можно одни трусы на
двоих носить, а чтобы глюки – на двоих…
Глюки у каждого свои… Давай у Лысого
спросим, он скажет…
Гоша резко поднялся с кровати, о чем тут же
пожалел. Встряска вызвала взрывную боль,
он даже подумал, что сейчас голова
разлетится на куски.
– Скажу, – пальцами сжав виски, сердито
изрек он. – Сначала грохну вас обоих, глюки
вы недоделанные. А потом скажу… Чего
разорались, на!
– А жрать охота, того и разорались! – ничуть
не испугавшись его гнева, отозвался Мурат. –
Обеда не было, ужин скоро, а ты, в натуре, все
дрыхнешь!
– Не твое дело!
– Не мое, а жрать охота!
– Сейчас…
Гоша и сам был не прочь похлебать чего-
нибудь горяченького. Но так не хотелось
вставать на ноги.
– Что за глюки там у вас? – спросил он.
– Да не глюки, – мотнул головой Мурат. –
Витек вчера девку в дом приволок…
– Витек, это правда?
– Да нет, ерунда, не было ничего…
– А я думал, у тебя ерунда такая, что все
девки тащатся. А они, оказывается, на тебя не
клюют. Не нравишься ты бабам, да? Чо,
рылом не вышел?
– Почему не вышел? – огрызнулся Витек. –
Была же баба вчера. Значит, вышел…
– Ну вот, а говорил, что не было! –
встрепенулся Мурат. – Была же! Молоденькая
такая!
– Где ты ее взял? На трассе снял? –
заинтригованно спросил Гоша.
– Снял, – расплылся в улыбке Витек. –
Только не с трассы, а с окна… Хозяйская
дочь…
– Как это с окна?
– Ну, она мне окно открыла, а я ее хап и
сюда! Как кошка мышку, гы-гы!..
– Погоди, я не понял, ты чо, снасиловал
девку?
– Зачем снасиловал? – обиженно надулся
Витек. – Нет, просто притащил. Думал, она
травки хочет. А она не захотела, я ее домой
отправил…
– Ну, ты ваще, в натуре! – осерчал Гоша. –
Как ты вообще у окна оказался?
– Не знаю… Не помню… Просыпаюсь, а мы с
ней базарим…
– Где просыпаешься, у окна?
– Ну да.
– И в охапку?
– Ну.
– Баранов гну!.. Она ж папаше все
рассказала. А тот в ментовку заявит… Ну ты баран!.. Жрать они хотят! Уходить надо!
– Да не надо, – мотнул головой Витек. – Я ей сказал, чтобы она ничего не говорила. Ну,
чтобы не жаловалась… Говорил же…
– Я тоже тебе говорил, что ты правильный
пацан. Так ты о том забудь, понял!.. Ну, чего расселись, ля, в машину, на!..
Гоша готов был порвать Витька на части за его идиотскую выходку. И порвал бы, если бы это могло спасти положение. А так только
напрягаться… Он уверен был в том, что хозяин гостиницы уже заявил в милицию; возможно,
в любое время появится группа захвата. Тогда придется стрелять или даже умирать…
А умирать Гоша не хотел. И в планах на ближайшее будущее у него кровью было
выведено: «Выжить любой ценой». Выведено
чужой кровью… И он дальше будет убивать, лишь бы жить на свободе…
Номер полагалось сдать администраторше, но
Гошу совершенно не волновали гостиничные правила. Достаточно было собрать свои вещи
и сесть в машину, чтобы ехать куда глаза глядят. Он бы уехал сразу, если бы Мурат не
сказал, что нельзя отправляться в путь на голодный желудок, дескать, плохая примета.
Да и есть, если честно, хотелось…
Они выехали за ворота гостиницы и остановились возле кафе со стороны шоссе.Съезжий пятачок у дороги был пуст, ни одной
машины. илицию; возможно,
в любое время появится группа захвата. Тогда придется стрелять или даже умирать…
А умирать Гоша не хотел. И в планах на ближайшее будущее у него кровью было
выведено: «Выжить любой ценой». Выведено
чужой кровью… И он дальше будет убивать,лишь бы жить на свободе…
Номер полагалось сдать администраторше, но
Гошу совершенно не волновали гостиничные правила. Достаточно было собрать свои вещи
и сесть в машину, чтобы ехать куда глаза
глядят. Он бы уехал сразу, если бы Мурат не сказал, что нельзя отправляться в путь на
голодный желудок, дескать, плохая примета.
Да и есть, если честно, хотелось…
Они выехали за ворота гостиницы и остановились возле кафе со стороны шоссе.
Съезжий пятачок у дороги был пуст, ни одной
машины. Гоша предположил, что и в самом кафе никого
нет, но не угадал. В закрытом зале он увидел
людей, сидевших за одним столом.
Вчерашняя администраторша, мужчина в
темно-сером костюме при галстуке, юная
милашка в синей жилетке на белую сорочку,
паренек и девочка лет шести-семи. Шедший
за спиной Витек запанибрата помахал
милашке рукой. И Гоша все понял. Это не
просто семейство, это хозяин гостиницы со
своими домочадцами. И неудивительно, что
они ужинают в собственном кафе. Не
пропадать же продуктам из-за отсутствия
посетителей.
Гоша пристально посмотрел на мужчину.
Интеллигентный склад лица, открытый взгляд,
бодрая улыбка на губах. Всем видом он как
будто давал понять, что рад видеть гостя, но в
глубине глаз можно было заметить
настороженность. Внешность у Гоши
подозрительная, отсюда и обеспокоенность. И
не похоже, что папаша знает, чем занимали
вчера ее дочь… А может, и не было ничего
вчера. Может, правда Витек и Мурат поймали
один глюк на две пустые головы…
– Вы уже уезжаете? – поднимаясь со своего
места, спросила администраторша.
– Да нет, пока только поужинать зашли.
– А машину зачем взяли?
Она взглядом показала на стоявшую за окном
машину.
– Да пешком отвыкли ходить, – нашелся
Гоша.
А может, и не надо никуда уезжать, думал он,
глядя на милашку. Девочка явно пытается
казаться крутой и самостоятельной – как
перед парнями, так и перед родителями.
Возраст у нее такой, когда подростковый
протест лезет из всех щелей. Может, она
была у них вчера в гостях. Может, сегодня
ночью она снова зайдет. Хорошо, если с
мамочкой… Надо перекусить, выпить водки и
хорошо подумать, прежде чем рвать когти.
Деньги еще есть. На пару-тройку дней хватит.
А потом можно будет и хозяйскую мошну
дернуть. Мужика с бабой в расход, деньги
себе, и адью… Денег у них должно быть не
мало.
– Ну, присаживайтесь!.. Арина!
Администраторша крикнула официантку, а
Гоша сел за ближайший стол. Хозяин
гостиницы смотрел на него вежливо, но
беспокойство в глазах нарастало.
– Что-то не так? – косо глянув на него,
спросил Мурат.
– Да нет.
– А чего тогда напрягаешься?
– Папа просто хотел спросить: откуда у вас
такая дорогая машина? – спросила милашка с
ехидством и вызовом, обращенным к отцу.
– А что, купить хочешь? – заинтересованно
спросил Гоша.
Неплохо было бы узнать, сколько у мужика
денег.
– Да нет, – смущенно пожал плечами хозяин.
– Недорого отдам. За двадцать «зеленью».
– Ага, – кивнул Витек. – Такая сейчас
семьдесят-восемьдесят стоит… Движок
дизельный, хороший движок. Для джипа
расход небольшой, отвечаю… Ты меня извини,
брат, но твоя «Тойота» дерьмо… Покупай, в
натуре…
– Я подумаю…
– Думай, думай. Как только надумаешь, так
можешь взять. Двадцать штук плюс твоя
«Тойота», – выставил окончательную цену
Гоша.
– Номера у вас хабаровские, – сказал мужик.
– В Хабаровск далеко ехать.
– Зачем ехать? Доверенность выпишем, все
дела… Думай, думай…
– Думаю уже, думаю… Варвара, дети, ужин
закончен.Он поднялся из-за стола, увлекая за собой
свое семейство. А ведь никто еще даже к
чаю не притронулся. Рановато уводит,подумал Гоша. Видно, в падлу ему сидеть в
одном зале с брутальными парнями… Или что-
то задумал?
Само чутье заставило его глянуть в окно. Он увидел белую с синими полосами «десятку».
Менты!.. И сразу все стало на свои места.Теперь Гоша точно знал, зачем мужик
выводит из кафе свою семью.
– Стоять, падлы! – заорал он.
И, подскочив к администраторше, схватил ее за шею. Мужик рванулся было к нему, но
приставленный к ее голове пистолет охладил
его пыл. Да и его самого взяли на прицел –
Мурат постарался.
– Дернешься – башку отстрелю!
Гоша с тревогой смотрел на милицейскую
машину. А ведь знал же, что мужик наведет
на него красноперых.
– Ментов зачем вызвали, суки? – заорал он,
вжимая ствол пистолета женщине в щеку.
– Успокойся! Никто никого не вызывал! – на
удивление хладнокровно сказал мужчина.
– А это кто? – показал он на «десятку».
– Милиция. Патрульно-постовая служба. На
ужин приехали.
– На ужин! Тобой сейчас ужинать будут,
козел!..
– Не знаю.
Из машины вышел молодой парень в
милицейской форме. Безмятежное выражение
лица, скучающий взгляд. С таким
настроением на задержание не выезжают…
Гоша понял, что зря вызвал переполох. Не
надо было суетиться и обнажать пушки. Но
что сделано, то сделано…
– Что делать? – спросил Мурат.
– Кончать.
– Всех?
– Сначала этого, – взглядом показал он на
мента, уже отошедшего от машины в сторону
кафе. – И с ним который…
Гоша оттолкнул от себя женщину и взглядом
показал на нее Витьку. Он тоже держал свой
«ствол» на изготовку. Стрелял он плохо, но мирное население этого не знает. Пусть
попугает доморощенных буржуев… Сам он
собирался заняться ментами. Но те, как оказалось, не пожелали идти на убой. Тот,
который сидел в «десятке», вышел и позвал
еще не успевшего удалиться коллегу. Тот
вернулся в машину, на этом его ужин и закончился.
– Ну, вот и все, а ты боялась, даже платье не
помялось, – с облегчением хохотнул Гоша.
И с вожделением глянул на администраторшу.
– Это я про тебя, краля.
– А я и не боялась, – строго посмотрела на
него женщина.
Удивительно, но в ее глазах не было страха.Беспокойство наблюдалось, но переживала
она не за себя, а за свою семью.
– Мама ничего не боится, понял! – с гонором заявила юная милашка.
– Понял?! – пораженный такой наглостью,
возмутился Гоша. – Да нет, я не понял…
Сейчас вы понимать будете!
Ему совсем необязательно было заботиться о своем имидже. Он уже показал свое истинное
лицо и не собирался больше надевать маску.
– Деньги на бочку, живо!
– Сколько вам нужно? – стараясь сохранять
самообладание, спросил хозяин гостиницы.
– Все!!!
– Хорошо, я отдам все. И вы сразу уедете.
– Бабло где?
– Я покажу!
Глядя на мужчину, Гоша понял, что он снимет
с себя последнюю рубашку, лишь бы никто из
его семьи не пострадал. Похвальное чувство…
Поэтому за деньгами пошел сам. А Мурата на пару с Витьком оставил смотреть за
женщинами и детьми.
Папа держался на удивление стойко: не
заискивал, не унижался перед бандитами. Он ушел за деньгами, но Алена почему-то
решила, что вернется он один. И чтобы спасти
ее, маму, братика и сестричку. Он убьет
ушедшего с ним отморозка, заберет у него
пистолет и пристрелит его дружков…
– Витек, нельзя так много курить! –
воодушевленная такой перспективой, сказала
она, обращаясь к своему вчерашнему
знакомому.Знала бы она, у кого вчера побывала,
обязательно бы папе сказала… Но ведь она знала! Видела же оружие… Дура она, ох и
дура…
– А ты по мужикам меньше шляйся, сучка
малолетняя! – осклабился бандит, которого Витек вчера называл Муратом. Восточной
внешности парень – бровастый, с широким
лицом и приплюснутым носом.
Вчера он был инфантильным овощем. А
сегодня на него страшно было смотреть,столько в нем было злобы и агрессивности.
Витек был крупней, чем он, и на лицо поуродливей. Добродушности в нем ноль
целых, ноль десятых. Но Алена его боялась
меньше. Тупой потому что как валенок. Хотя
такие, как правило, наиболее опасны. Такие сначала делают, потом думают. Вчера он
вовремя одумался. А что, если шиза найдет на него прямо сейчас? Что, если начнет
стрелять?… Зря, ох и зря будит она в нем зверя.
– Я не шлялась. Он сам, – подавленно сказала она.
– Что сам? – прижимая к себе Лешку и Катюшку, возмущенно спросила мама.
– Он сам затащил меня к себе в номер, –показав на Витька, в смятении ответила Алена.
– Что ты с ней сделал, урод? – вознегодовала мама.