Глава 6
Я беру свою тетрадь, открываю ее на первой странице и пододвигаю Лизе.
— Почему бы тебе просто не написать что-то о себе в моей тетради, и я сделаю то же самое в твоей.
Это лучше, чем пытаться разговаривать с ней.
Лиза кивает, соглашаясь, хотя я замечаю, как уголки его рта приподнимаются в ухмылке, когда она протягивает мне свою тетрадь. Она ухмыльнулась, или мне это только показалось?
Делая глубокий вздох, я выкидываю эту мысль из моей головы и старательно пишу в ее тетради до тех пор, пока миссис Питерсон не призывает нас к молчанию и просит внимательно слушать одноклассников.
— Это Дарья Боэм, — начинает Саша.
Но я не слушаю дальнейший его рассказ о путешествии Даши в Италию летом, и как она замечательно провела время в танцевальном лагере. Вместо этого, я сморю в свою тетрадь, которую Лиза только что подвинула ко мне и открываю рот от изумления из-за написанных там строк.
Pov Лиза
Ок, наверное, мне не следовало подставлять ее с этим "узнайте друг друга" заданием.
Написать в ее тетради "Суббота, вечер. Ты и я. Урок вождения и... горячий секс", скорее всего, было не так уж и остроумно. Но меня так и подмывало озадачить эту Маленькую Мисс Perfecta с представлением меня. Вот она и озадачена.
— Мисс Лазутчикова?
Я смотрю с наслаждением, как сама Perfection поднимает голову на миссис Питерсон. Ох, она хороша. Этот мой партнер знает, как скрыть свои настоящие чувства, уж я-то знаю, я делаю это постоянно.
— Да? — говорит она, слегка наклоняя голову и улыбаясь, как королева красоты.
Интересно, спасала ли ее эта улыбочка когда-нибудь от штрафа за превышение скорости?
— Твоя очередь. Представь Лизу классу.
Я кладу локти на стол в ожидании представления, которое она должна либо выдумать, либо признать, что нихренашеньки не знает обо мне. Она кидает взгляд на мою расслабленную позу, и по ее отчаянному взгляду я понимаю, что загнала ее в тупик.
— Это Елизавета Андрияненко, — начинает она, ее голос немного дрожит. Меня немного раздражает использование моего полного имени, но я сохраняю маску безразличия, а она продолжает с выдуманным представлением. — Этим летом, когда она не ошивалась на улице и не угрожала мирным горожанам, она посетила все тюрьмы нашего города, если вы понимаете, что я имею в виду. И у нее есть тайная мечта, о которой никто не знает.
В классе внезапно становится совсем тихо. Даже Питерсон выпрямляется, внимая рассказу.
Черт, даже я слушаю, как будто слова, произносимые лживым ртом Ирины, какая-нибудь проповедь.
— И ее заветная мечта, — продолжает она, — это поступить в колледж и стать учительницей химии, прямо как вы, миссис Питерсон.
Ну да, конечно. Я смотрю за свою подругу Изу, которая выглядит изумленной тем, что девчонка не боится поставить меня на место на виду у всего класса.
Ирина кидает мне победную улыбку, думая, что выйграла этот раунд. Ошибаешься, gringa.
Я встаю со стула, пока в классе сохраняется тишина.
— Это Ирина Лазутчикова, — говорю я, теперь все внимание обращено ко мне. — Этим летом, она ходила по магазинам, чтобы расширить свой гардероб. А еще она потратила деньги своего отца на пластическую операцию по увеличению своих, эммм, форм.
Это не было то, что она написала, но скорее всего, это было достаточно близко к правде.
Совсем не то, что она придумала обо мне.
С задних рядов раздались смешки, а Ирина застыла на своем стуле, как будто мои слова намертво оскорбили ее бесценное самолюбие. Ирина Лазутчикова привыкла, что все люди вокруг подлизываются к ней, ей совсем не помешает небольшая встряска. На самом деле, я делаю ей одолжение. Она, правда, не знает, что я еще не закончила.
— Ее тайная мечта, — продолжаю я, и получаю ту же ответную реакцию слушателей, что и она, — найти себе богатенького парня до конца года.
Как я и ожидала, мои слова встречаются шепотом и свистом с задних рядов.
— Так держать, Андрияненко, — выкрикивает мой друг Лаки.
— Я буду твоим парнем, mamacita, — произносит другой.
Я даю "пять" своему другу Маркосу, и краем глаза замечаю, что Иза качает головой, как будто я сделала что-то неправильно. Что? Я просто подшутила над богатенькой девчонкой с севера.
Взгляд Ирины перемещается между мной и Сашей. Я смотрю на Сашу, и взглядом даю ему понять — игра. Его лицо мгновенно краснеет, приобретая цвет острого перца. Я сто пудово ступила на его территорию, отлично.
— Всем успокоится, — приказывает миссис Питерсон.
— Спасибо за ваши чрезвычайно интересные представления. Мисс Лазутчикова, Мисс Андрияненко, задержитесь после урока.
— Ваши представления были не только неподобающими, они были абсолютно неуважительными по отношению ко мне и остальным вашим одноклассникам, — высказывает нам миссис Питерсон, пока мы с Ирой стоим перед ее столом после окончания занятия.
— У вас есть выбор", произносит она и протягивает к нам руки, в одной из них зажаты два синих билетика на отработку наказания и два тетрадных листа в другой. — Вы можете либо остаться сегодня после уроков и отработать свое наказание, либо написать сочинение на тему 'уважение' и принести его мне завтра.
Я протягиваю руку и беру билетик, тогда как Ирина выбирает тетрадный лист.
Как предсказуемо.
— У кого-нибудь из вас есть проблема с тем, как я распределила места? — Спрашивает Питерсон.
Ирина говорит "да", в то же самое время как я выдаю "нет".
Миссис Питерсон снимает очки и кладет их на стол.
— Вам двоим лучше выяснить свои отношения до конца года. Ирина, я не буду менять тебе партнера. Вы обе старшеклассницы и должны будете уметь работать с разными людьми и нравами после вашего выпуска. Если вы не хотите завалить мой предмет и отправиться в летнюю школу из-за этого, я советую вам начать работать вместе, вместо того, чтобы портить друг другу жизнь. А теперь отправляйтесь на свой следующий урок.
Я следую к выходу и дальше по коридору за своей партнершей по химии.
— Перестань преследовать меня, — говорит она через плечо. Оценивая на ходу, сколько вокруг людей наблюдают за тем, как мы идем по коридору вместе.
Как будто я el diablo собственной персоной.
— Одень что-нибудь с длинными рукавами в субботу вечером, — говорю ей я, прекрасно понимая, что скоро ее ангельское терпение иссякнет. Обычно я не пытаюсь доводить девчонок, но с этой, это даже весело. Этой, самой популярной и желанной из всех, на самом деле не все равно. — На заднем сидении моего мотоцикла бывает холодно.
— Послушай, Лиза, — говорит она, поворачиваясь ко мне и откидывая назад свои блестящие волосы. Встречая меня ледяным взглядом карих глаз, она произносит:
— Я не встречаюсь с девушками. Особенно которые состоят в какой-либо банде, и я не принимаю наркотики.
—Ну, ну, — говорю я, подходя ближе. — А я и не принимаю наркотики.
— Ну, да, конечно. Я вообще удивляюсь, почему ты еще не в каком-нибудь рехабе или школе для трудных детей.
— Ты думаешь, ты меня знаешь?
— Я знаю достаточно, — выдает она и складывает руки на груди, глянув вниз, она замечает, что такая поза выставляет ее chichis, поэтому она мгновенно опускает руки вдоль туловища. Я делаю все, что в моих силах, чтобы не пялится на chichis и делаю еще один шаг к ней.
— Это ты настучала обо мне Агирре?
Она делает шаг назад.
— И что если я?
— Ты меня боишься, — это не было вопросом, мне хотелось услышать от нее самой, в чем была ее причина.
— Большинство людей в этой школе боятся, что если они просто не так на тебя посмотрят, ты их просто застрелишь.
— В таком случае моя пушка уже дымилась бы, разве нет? И почему это ты не убегаешь от этого отвратительного Mexicano?
— Дай мне хоть пол шанса, и я убегу.
Ну, все, мне надоело препираться с этой маленькой стервой, пора спустить ее с небес на землю. Я сокращаю расстояние между нами двумя шагами.