Глава 4
Я бежала вперед, не очень быстро, чтобы слышать звуки. Ветер раскачивал деревья, спотыкался о каменные башни, время от времени доносилось пение птиц. Помню, Лина мечтала научится говорить на языке птиц. Они с Амане бежали в лес, хотя это было строго запрещено. Часами слушали и что-то записывали. Не знаю, вышло ли у них. Наверное, это просто невозможно.
Я остановилась возле огромного, пожилого дуба.
-Привет, Форрест, - Джейк достал из дупла фонарик и граммофон, -давно мы с тобой не танцевали.
Обычно все тело охватывал сладкий страх от нарушения правил: у Стражей Мира музыка и танцы были запрещены. Чуть позже приходила совесть – но она не мешала, только слушала мои оправдания. А еще было яркое, но непонятное мне чувство: свет в конце туннеля, от которого не знаешь чего ожидать.
Но сегодня нечего этого не было. Я нечего не чувствовала. Совсем. Как будто превратилась в груду полезных, но безмозглых датчиков и экранов.
Джейк включил песню, она была красивой, но слов я не понимала. Интересно эти строчки имели когда-то смысл? Сочетались с ритмичной мелодией? Амане наверняка знает. Я тряхнула головой чтобы избавится от лишних мыслей.
Джейк подал мне руку.
-Не хочу.
-Почему?
-Просто не хочу.
-Я покажу тебе одно место?
-Ладно, идем, - я поставила граммофон обратно в дупло и прикрыла прошлогодними листьями.
Он пошел вглубь леса с фонариком.
Я хотела спросить про Миякую, но что-то мне помешало, тогда заговорил он.
-Как дела на роботе?
-Нормально, продвигаемся.
Вдруг он обернулся и блеснул мне фонариком в лицо.
-Ты читала книги по психологии? – он продолжил идти вперед.
-Что это?
-Наука, которая изучает как работает мозг. Точнее, она изучает чувства и эмоции.
-Ну, это мне не пригодится.
-Но ты ведешь себя сегодня не так как обычно, а это тоже психология. Если у тебя действительно нету эмоций, то ты ведешь себя так потому что планируешь меня убить. Но мой показатель нулевой, так же как и у тебя, потому это бессмысленно, - он ждал что я отвечу, но я промолчала, - во втором варианте у тебя есть эмоции. То есть они были, но сейчас нету - это депрессия.
-У всех Стражей Мира тогда депрессия, и у тебя тоже.
-Тогда мы бы не любили танцевать.
"Тогда у Миякуи не было бы жены" -мысленно добавила я.
-Можно заставить человека скрывать свои чувства, но отнять их совсем – невозможно.
-У меня же нету чувств, теперь точно нету.
-Да, - сказал он со вздохом, - это и есть депрессия.
-Выходит что депрессия спасает мир от войны.
Тропинка давно превратилась в синее стекло, деревья редели. Мы вышли на поляну. В свете фонарика она блестела синим и голубым, как озеро-Лихтенштейн.
-Хочешь ответов? Садись, - он показал на плоский камень. Камень был теплым, слегка горячим. От него расходилось серебристо-голубое сияние радиационных волн.
Я вытянула ладони перед собой. При слабом свете шрамов не было видно. Он встал на одно колено и приложил свои ладони к моим. У меня закружилась голова, перед глазами текли черные волны. Они взрывались, как танковые снаряды и заполняли все вокруг.
Я лежала на теплых, гладких стеклянных камушках. Голова немного кружилась. А действительно, я никогда не задумывалась над тем как работает мутация Джейка.
Я догнала его только возле старого дуба.
-Почему ты ушел?
Он обернулся, по его лицу текли слезы.
-ТЫ СДЕЛАЕШЬ ЭТО?
Я отпрыгнула назад, но он успел схватить меня. Я могла вырваться, но сил уже не осталось.
-Ты убьешь Амане?! Ты это сделаешь?! Молчишь.. тварь... ТВАРЬ, - заорал он не своим голосом.
Джейк отпустил меня и я упала на землю.
-С ума сошел? – сказала я наигранно саркастично. -Ты же знаешь что я не причиню ей вреда.
Его датчик начал пищать – его вызвали в больницу.
-Но ты об этом думала.
-Может и думала, но теперь точно нет.
-Ладно. Прости, я просто знаю что ты убила многих людей и потому испугался что ты можешь... - он подал мне руку, я встала. Голова раскалывалась.
Мы попрощались и он пошел в город, его вызывали в больницу. Он прибежал на вокзал, ели успел на последний поезд. После слежки за Джейком от леса до центра, я была совсем сонной, ели дошла до корпуса. Внутри воздух был густым, горячим, в голову ударил новый приступ боли. Я легла на заднем дворе. Лавочка была твердой, но лучше чем пыльные, тяжелые одеяла. И я провалилась в сон.