Взаперти.
Эмилия очнулась, открыла глаза и огляделась, не понимая, где находится. Через мгновение она поняла, что, видимо, ее поместили в одну из тюремных камер, которые они видели с Эдом. Ее стены, пол и потолок были каменными. Она лежала на деревянной лавке, справа была крепкая деревянная дверь с зарешеченным окном сверху, у двери стоял стул, впереди под потолком в стене было длинное узкое окно с решеткой, в которое в данный момент лил солнечный свет. Свет освещал большую часть камеры, лился параллельно лавке и был очень близко к Эмилии, но пока что, она оставалась в тени.
Девушка осторожно села, поджала ноги и боязливо отодвинулась на своей лавке к стене. Она даже не могла спустить ноги на пол, так как свет сразу обжег бы её. Она вспомнила, как её поймали в той комнате, вспомнила лицо того Охотника, что ударил ее и поняла, где его видела. Это он подстрелил Вику, да уж, мир и вправду тесен, подумала Эмилия.
Вдруг заскрежетал засов на двери, и она открылась, Эмилия вздрогнула и подняла голову. На пороге стоял тот самый Охотник. Он закрыл дверь, прислонился к стене, скрестил руки на груди и молча уставился на неё, разглядывая прищуренными глазами.
Эмилия тоже не спускала с него глаз и разглядывала. Она вновь отметила, что парень был красивым. Очень. Он был очень высоким, когда он вошел в камеру, то даже чуть нагнулся. Он был атлетично сложен, с широкими плечами и грудной клеткой, с узкой талией и бедрами и длинными ногами. На нем была надета черная футболка, которая подчеркивала его мышцы и рельефы, и черные джинсы с мощным ремнем, а также черные высокие ботинки на шнуровке.
Лицо было очень красивое, прямой нос, красиво очерченные губы и бесподобно красивые глаза. Они были голубого цвета, с длинными черными ресницами. Волосы были черными, густыми, со стильной стрижкой. И вот теперь, этот красавец смотрел на неё насмешливо и презрительно. Наконец, он нарушил тишину.
- Все не перестаю удивляться вашей наглости и глупости! – даже его голос был красивым, - это же надо! Прокрасться к нам в Орден! Ты либо самоубийца, либо полная дура!
Эмилия ничего не ответила, только отвела от него взгляд и уставилась в стену рядом. Между ними был поток света, у неё даже в глазах резало от него. Было страшно от неизвестности, но она еще была жива и, по видимому, пока без клейма, поэтому, она пообещала себе, что обязательно выберется, ради Вики.
- Хочу тебе сказать, что тебя конкретно подставили, твои же соплеменники, дружок-то твой убежал..., - продолжил Охотник издевательским тоном.
- Как вы узнали, что мы в здании? – хмуро спросила Эмилия, вновь переводя взгляд на него.
- Как только ты дотронулась до пола в хранилище, сразу же сработали датчики, неужели вы думали, что мы такие лохи и никак не будем защищать наши ценности? С современными-то возможностями по безопасности? – презрительно сказал он.
Охотник оторвался от стены, взял стул и поставил его рядом с её лежанкой, спинкой к ней и уселся на него. Солнце заливало его своим светом, он весь светится, в его лучах. Вдруг он молниеносно протянул руку к ее лицу и сорвал с нее маску. Эмилия испуганно отпрянула.
-Ух ты, вот мы и встретились, - он хохотнул, - я еще тогда на крыше заметил твою наглость и глупость, все надеялся на новую встречу, чтобы изменить твое мнение о себе. Ну, так что, теперь ты по-прежнему не боишься меня?
- Что тебе от меня нужно, - напряженно спросила Эмилия.
- О, не так быстро, - продолжал парень, - как я понимаю, вы прокрались к нам в Орден, чтобы найти противоядие, верно? По видимому, для той Нежити, что я подстрелил недавно...
- Ее зовут Виктория, - угрюмо сказала Эмилия, не смотря на него, - есть те, кому она дорога.
- О нет, не нужно никаких имен, имена для людей, а вы кто? - презрительно изрек Охотник.
Эмилия поняла, что видимо, нарвалась на одного из главных ненавистников таких существ, как она и удивилась своей невезучести.
- Ну так, я продолжу строить свои предположения, - сказал парень, в упор смотря на нее, - по всей видимости, твои поиски увенчались успехом и, слыша, что вас обнаружили, ты не нашла ничего лучшего, как вколоть противоядие себе в вену?
- Я смотрю, тебе надо было идти в детективы, - ехидно сказала Эмилия.
- И вот теперь, мы вплотную подошли к ответу на твой вопрос, - не обращая внимания на ее ехидство, сказал он, - откуда вы знали, где находится противоядие? Что оно лежит именно за этой дверью? И что именно в тех шприцах? Короче, мне нужно имя крысы, которая сдает нас вам.
- Я тебе ничего не скажу, - поднимая на него глаза, сказала Эмилия, правду о своих способностях она не собиралась рассказывать первому встречному.
- Я могу быть очень убедительным в вопросах выведывания правды, - голосом, не предвещающим нечего хорошего, сказал Охотник.
- Я уже мертвая, что ж еще со мной можно сделать? – ехидно улыбнувшись, спросила Эмилия.
- Да, ты видимо и правда считаешь нас за лохов! - воскликнул парень, - я Охотник и мне известны все ваши слабые места. Знаешь, камеры не просто так устроены, именно с этой стороны здания. Сторона солнечная, - он улыбнулся, повернул голову к солнцу, закрыв глаза.
Эмилия не спускала с него настороженного взгляда. Внезапно, он резко встал и обхватил ее туловище своими сильными руками, зажав руки, она вскрикнула и стала вырываться. Но он был сильнее и, удерживая ее одной рукой, другой быстро расстегнул молнию на ее комбинезоне и сорвал один рукав с ее руки. Эмилия выкручивалась, как змея, и он практически навалился на нее сверху, рассматривая ее кожу, наконец, девушка сумела извернуться, уперев ногу ему в живот, и резко оттолкнула его. Он отшатнулся к стене, но сумел сохранить равновесие.
Эмилия смотрела на него в ужасе, натягивая рукав на место, и радуясь, что под комбинезон надела черную майку.
- Не спеши натягивать, дикая кошка, а то потом придется выбрасывать прожжённую одежду, - ее сопротивление забавляло его, - я так и подумал, что ты еще не пуганый зверь, поэтому такая смелая и наглая. Кожа чистая, без ожогов. Значит либо сидишь безвылазно в своей норе, либо из свеженьких.
- Ты просто маньяк! – крикнула она, - как можно так набрасываться на девушку?
- Ты не девушка, - прошипел он и, резко подскочив к ней, ухватил ее за запястье и резко рванул её руку на свет. Она закричала от боли, увидев, как ткань ее рукава задымилась, а вместе с ней и кожа.
Охотник безжалостно держал её руку на свету, другой рукой удерживая её за шею. Она пыталась вывернуться, брыкалась и кричала. В какой-то момент ей удалось сильно отпихнуть его ногой. Он от неожиданности отшатнулся и отпустил её.
Эмилия вскочила на ноги, прижимая к себе обожженную руку. Она вжалась в угол, с ужасом смотря на него и всхлипывая. Охотник отшвырнул стул и снова направился к ней, она спрыгнула с другого конца скамьи и отбежала в другой угол, чувствуя себя совершенно беспомощной, загнанным зверем. Он в один шаг преодолел расстояние между ними. Его лицо и глаза были полны гнева и ненависти. Он навис над ней. Он был такой здоровенный, её макушка была на уровне его ключиц. Сейчас она уже не восхищалась им, а боялась.
- Оставь меня в покое! - закричала она.
- Вначале ты мне все расскажешь! - он схватил её за шею и потащил на свет. Эмилия собрала всю свою силу и ударила его по лицу. Он отскочил в сторону, а она рванула к лавке и забралась под нее. Парень кинулся за ней, полез под лавку и, схватив ее за ноги, стал вытаскивать. Эмилия ухватилась за ножку лавки и, удерживаясь из последних сил, стала звать на помощь. Внезапно, дверь распахнулась, и перед её глазами появились чьи-то ботинки.
- Что здесь происходит?! - сказал мужской голос, - Алекс, я просил допросить её, а не убить!
Эмилия стихла, а хватка Охотника ослабла. Он вылез из-под лавки и встал. Девушка продолжала, скрючившись лежать под лавкой, поджав под себя ноги. Обожженную руку жгло со страшной силой.
- Михаил, я говорил, что не надо меня к ней засылать, - нервно сказал Алекс, - я не могу себя контролировать рядом с ними. Пусть Владимир займется ею.
- Они вломились сюда в твое дежурство, значит разбираться тебе, - твердым тоном сказал Михаил, - ответственность на тебе, ты знаешь правила.
- Давай, милая, вылезай оттуда, - уже обращаясь к Эмилии, сказал Михаил.
Медленно и испуганно Эмилия стала выползать из-под лавки и присела на краешек лавки, бегая глазами с одного Охотника на другого. Михаил был старше Алекса, и явно главнее его по рангу. Он присел перед ней на корточки, и заглянул в лицо
- О, да ты совсем еще дитя! – сказал он и, махнув головой в сторону Алекса, добавил, - я прошу прощения за его методы.
- Магистр, вам не надо обращаться с ней, как с потерпевшей, - сказал, Алекс, подходя ближе, - она не хотела идти со мной на контакт, пришлось показать, что мои намерения вполне серьёзны. И, кстати, их внешность обманчива, ей может быть лет восемьдесят.
Михаил осмотрел её руку и с укором посмотрел на Алекса.
- Ты, наверное, хочешь пить? – спросил он Эмилию. Она кивнула. Да, у неё в организме уже всё пересохло, а солнце выжгло последние остатки влаги.
- Алекс, принеси ей воды, да побольше, - сказал Михаил.
- По мне, так пусть сдохнет от жажды, - пробурчал Алекс, но пошел к выходу.
Михаил подошел к окну и потянул за крючок сверху, закрывая его ширмой. Все-таки, есть в этой камере что-то хорошее, подумала девушка. Она бы до неё не дотянулась. Эмилия чуть успокоилась, но была предельно насторожена. Она вновь забралась на лавку и забилась в самый дальний угол.
- Что со мной будет? - спросила она Михаила. Возможно, она была наивной, но он не казался ей таким кровожадным, как Алекс.
- Всё зависит от тебя, милая, - Михаил присел на корточки рядом с ней, - если расскажешь, откуда узнала, где находится противоядие, и кто вам на нас стучит, то не пострадаешь. Я, конечно, не обещаю, что ты будешь свободна, все-таки, ты совершила преступление...
- Но это все ради подруги! – воскликнула Эмилия, - она умрет без него!
- Вот не нужно мне этого детского сада, - резко сказал Михаил, тут же перестав быть милым и добрым, - есть определенные правила, которые нарушать нельзя, ты их нарушила, значит, будешь отвечать!
Эмилия поняла, что жалости и добра она тут ни от кого не добьётся и притихла.
- В общем, рекомендую рассказать все, что знаешь, - сказал Михаил, - Алекс - парень горячий, я не смогу тебя от него постоянно спасать.
Вернулся Алекс, неся канистру воды. Он швырнул её Эмилии, чуть не пришибив, она поймала её на лету, продолжая насторожено смотреть на них обоих.
- Тебе еще что-то нужно? - спросил Михаил у выхода, Эмилия угрюмо молчала, прижимая канистру к себе, - ладно, мы пойдем, а ты посиди тут. Поразмысли над своим положением.
Они ушли, закрыв дверь на замок. Она открыла канистру и принюхалась. Вроде всё чисто. Она принялась жадно пить воду, обливаясь. Когда она закончила, в канистре воды оставалось половина. Черт, надо бы поэкономить, подумала она, Охотники вполне могут морить её жаждой. Хотя они и эту воду могут у неё отнять. Да, положение у неё не завидное.
Она встала и начала ходить по камере взад вперед, трогая стены, исследуя углы. Ничего лишнего в ней не было. Только койка, дверь и окно. Койка была прикручена к полу. Стул Алекс унес с собой. У неё естественно забрали все вещи, хорошо хоть одежду оставили.
Она посмотрела на руку и закатала прожженный рукав, кожа на месте ожога была красной и зудела. После того, как она попила воды, ожог стал болеть меньше. С ощущением полной безнадежности она легла на свою койку и уставилась в потолок.