Пустые мысли

К вечеру похолодало. Тоня сильно жалела, что не подумала взять с собой что-нибудь теплое. Девушка вся дрожала, то и дело стуча зубами друг о друга. Андрей, казалось, не замечал этого. Или хотел не замечать... Между ними висело тяжелое молчание. Она испытывала жуткую обиду и на себя, и на Андрея. Но самым противным было то, что она не знала как ей сейчас себя вести. Они оба сделали достаточно ужасных вещей. От этого никуда не уйти. Но... может еще есть возможность все исправить?

Их семейная жизнь явно началась не лучшим образом... Она могли лишь надеяться на то, что этот жуткий день наконец закончится и все будет по-прежнему.

У Тони болел чуть ли не каждый сантиметр ее тела. Она любила много ходить, но сейчас была слишком измотана душевно, чтоб получать от этого удовольствие. Она была готова временно простить Андрея за все, соверши он сейчас даже малый добрый поступок для неё. Ей было тяжело видеть его полное безразличие, ведь она знала и верила, что ему не все равно. Тоня видела в нем искренне любящего и заботящегося о ней человека. Он был для неё всем в этом чужом городе, в котором она старалась стать своей... Она не могла отпустить его. Не могла снова стать одной. Болью отдавала даже одна мысль об этом.

Так что Тоня решила действовать. Дорога в тишине все равно казалась слишком долгой. Девушка сделала неловкий шаг вперед и подвернула ногу так, будто бы споткнулась. Она горько запричитала на свою ноющую из-за рюкзака спину.

- Ох, я же вроде ничего такого не брала! Всего пара документов, а спина так болит! Ты не... не мог бы помочь мне? Пожалуйста? Мужья ведь обычно помогают женам?

Она неловко улыбнулась, испытывая жуткий стыд за то, что наконец назвала себя так. Андрей повернулся к ней. Тоне показалось, что она снова заметила в его глазах те злые огоньки, что были тогда у фонтана... Ей вновь стало страшно, но совсем чуть-чуть. Она знала, что Андрей не обидит её. Скорее всего это потому, что он тоже расстроен и не знает как себя вести. Ну, ей хотелось верить в это...

- Ты могла бы просто попросить меня понести рюкзак. Без спектакля со спотыканием.

Его голос все еще звучал недовольно, но куда мягче, чем раньше. Тоня не смогла сдержать радостную улыбку и одним легким движением сняла с себя рюкзак и протянула ему. В ней появилось надежда, что все ещё может быть хорошо. Стоило забыть это неудачное начало и наслаждаться вечером по мере сил. Из головы сразу как-то улетучились все страхи и подозрения. Он все ещё с ней. И он все ещё любит её. Они вместе. И это главное

Тоня плавно подскочила на цыпочки и прильнула к Андрею. Она ощутила его теплое дыхание прямо у себя на шеи. Ах, какая близость... Почти интимная.

Девушка звонко чмокнула его в щечку и хихикнула. Может ее радостно-игривое настроение передастся ему через этот поцелуй? Сейчас главное было развеять ту ауру напряжения, что была между ними... Она аккуратно сделала шаг назад и выжидающие взглянула на Андрея, явно рассчитывая на что-то.

А он, казалось, растерялся. Или нет? В сумерках было плохо видно его лицо. Она видела как его ладонь легла на щеку и провела по ней, словно пытаясь стереть поцелуй. А затем он отшатнулся в сторону и тяжело вздохнул, то ли разочарованный, то ли недовольный.

- Тоня, о чем ты думаешь? Ты совсем недавно ползала в мусорке. Помойся хотя бы, а потом уже приставай.

Его слова отозвались острой болью в ее сердце. Тоня сильно сжала руки и попыталась сглотнуть тяжелый ком, подступивший к горлу. Ногти больно впились в кожу, оставляя на ней небольшие красные следы, но она не замечала этого. Сейчас физическая боль вряд ли могла быть сильнее душевной. Девушка опустила голову, надеясь, что Андрей не увидит ее лицо. Ей очень хотелось заплакать, но она знала, что он не утешит ее. А может это лишь разозлит его ещё больше...

- Прости.

Она не смогла выдавить из себя больше. Да и не хотела. Примирение не удалось.

Вскоре они оказались у опушки леса. Тоня редко бывала здесь, но путь к их особому месту знала всегда. Им пришлось пройти через небольшие кусты, чтоб оказаться на том самом склоне, где они впервые встретились. Огни города все так же мирно и спокойно светили прямо на них.

- Я хочу покурить... - коротко кинула Тоня и протянула руку в сторону рюкзака.

Однако Андрей не торопился отдавать его ей.

- Ты уверена, что хочешь курить? Курение сильно вредит здоровью... Оно может вызывать рак легких и...

- Я знаю. Я слышала это тысячу раз. Видела множество картинок на коробках с сигаретами с самыми "интересными" картинками. Я все это знаю, Андрей. Дай мне просто покурить.

Тоня чувствовала, что нуждалась в этом. Звёзды, город и сигареты могли успокоить её и дать силы пройти оставшийся путь...

- Ты же не хочешь, чтоб я отбирала у тебя сигареты силой? - Хмыкнула Тоня.

Андрей еще колебался пару минут, но все же открыл рюкзак, чтоб достать ей сигареты.

- У тебя бы все равно не хватило силы, - Пробурчал он себе под нос. - И я вроде уже просил тебя не курить при мне. Это совсем не красит девушек... Лучше бы ты вообще не курила.

- Сама решу, что и как мне делать. В советах не нуждаюсь.

Тоня испугалась, что эта фраза могла спровоцировать новую ссору, но Андрей, казалось, не заметил её. С куда большим интересом он рылся в сумке Тони... Девушка начала перебирать в уме все вещи, которые могли вызвать интерес у Андрея. В рюкзаке вроде не было ничего такого. Документы, сигареты, вода, салфетки и...

- Что это за разорванные бумажки?

Тоня тихонько выругалась про себя. Ну почему она не могла выкинуть это письмо сразу же как порвала его? Желательно куда подальше.

- Это... порванная реклама. Ничего интересного. Дай, пожалуйста, сигареты. Очень уж хочется курить.

- Зачем рвать рекламу? Обычно люди просто выкидывают ее и все. Мне кажется, там явно не реклама...

Он не должен был прочитать это. Тоня не знала точно сможет ли он понять смысл письма по разорванным кускам, но если сможет, то быть беде. Она должна была предотвратить это любым способом. Так что девушка не нашла ничего лучше, чем одним быстрым движением прыгнуть вперед и повалить Андрея на землю.

- Давай... Давай займемся любовью! Под звёздами! Я очень давно хотела предложить тебе, но стеснялась. Давай...

Она стала судорожно покрывать его шею поцелуями, всеми силами стараясь отвлечь. Тоне хотелось думать, что Андрей не сможет устоять. Лишь бы забыл о письме...

- Тоня, прекрати! Тут холодно и я...

- Тише. Просто не сопротивляйся. Я могу сама все сделать, если ты боишься...

Её рука коснулась его щеки. Тоня постаралась проигнорировать этот недовольный взгляд. Её ладонь медленно начала опускаться, пока не коснулась его пальцев. Аккуратным движением Тоня положила его руку себе на грудь, испытывая небольшое отвращение от процесса. Затем девушка стала медленно спускаться, вплоть до ширинки парня. Она ожидала увидеть хоть какое-то движение в той области, но ничего такого не обнаружила. Это и порадовало, и раздосадовало ее одновременно. Порадовало потому, что это значило, что ей не придется перебарывать себя ради того, что она не хочет делать. А раздосадовало потому, что это означало, что плохо старается. Или же просто она уже не нравится ему в этом плане?.. Прежде чем она нашла ответ для себя, Андрей оттолкнул её.

- Тоня, думай головой, твою мать! Что на тебя вообще нашло? Что такого в этой рекламе, что ты начала себя так вести?

- Я... я правда хотела...

- Не ври мне, пожалуйста. Я знаю как ты к этому относишься со мной... Прекрати. Мне неприятно думать об этом. Просто замолчи, пожалуйста. Ничего не говори.

Девушка отвела взгляд и тяжело вздохнула. Может ей стоило лучше стараться? Или он правда уже ничего не чувствует к ней. Но почему? Она привыкла всегда считать себя довольно привлекательной в этом плане. Дак почему же все пошло не так... Её план не сработал и оставалось лишь надеяться на то, что Андрей не сможет разобрать слова в записки. Но Тоня решила сделать последнюю попытку.

- Андрей, ты любишь меня? Её голос дрожал от неуверенности и холода.

- Что за вопрос? Конечно люблю.

- И доверяешь?

Тоня думала, что он ответит на этот вопрос быстрее, но он задумался. Она не винила его. После всех этих событий любой бы стал сомневаться...

- Наверное да.

Это "наверное" словно спица уколола её в сердце, но Тоня постаралась проглотить это, казалось бы, обычное слово, звучавшее сейчас как оскорбление.

- Тогда не смотри.

- Тогда скажи, что там.

Тоня сглотнула, но ответить честно. Более-менее.

- Там моё письмо тебе. Я написала его перед нашей годовщиной, но... оно показалось мне суховатым и не интересным. Так что я подумала, что лучше его выкинуть.

- И ты разорвала его на куски? Выглядит странно.

- Там... там же личная информация как никак. Так что да, я разорвала его, но мусорки рядом не было и я... решила выкинуть потом. Вот.

Звучало вполне убедительно, так что может он и поверит ей. Ну, Тоне хотелось в это верить.

- Видишь? Я все честно рассказала тебе. - Она неловко улыбнулась. - Так что дай, пожалуйста, мне немного покурить.

Андрей окинул её оценивающим взглядом. Тоня протянула в ответ руку, словно призывая к примирению. Парень тяжело вздохнул и достал из рюкзака сигареты и зажигалку. У Тони словно камень с души упал.

- Спасибо большое.

Дрожащими руками она быстро достала сигарету, подожгла ее и села курить на траве. Земля тут была холодная, но ей было плевать. Главное, что пронесло...

Андрей сел недалеко от нее и посмотрел на звездное небо. Она тоже посмотрела на верх и на душе стало как-то спокойнее... Однако мысль о том, что ей пришлось немного соврать ему, пускай и не очень сильно, не давала ей покоя.

А в голову полезли мысли. Она смотрела на облачка дыма и видела в них далеко сверкающие огоньки, мирно спящие на небе. Ей так хотелось дотянуться до них и унестись подальше от всего этого недоразумения. Унестись куда-нибудь в детство, когда жизнь была гораздо проще и веселее. Когда ты не думал о том, правильно ли ты делаешь, а просто делал то, во что верил. Когда не приходилось вертеться словно уж на сковородке. Вернуться в свой родной город, где не было сложных вопросов без ответов... Вернуться туда, где было её место.

- И ты ещё пишешь, что это я недоговариваю тебе?

Его голос прорезал ее мысли словно топор. Тоня резко обернулась и выронила сигарету. Андрей держал в руках те самые разорванные записки и изучал их одну за другой.

- Андрей, ты... ты... мы же договорись, что ты не будешь! Зачем ты вообще это сделал?

- Потому что я не обещал не смотреть их.

Она вскипела от ярости, но не нашла, что сказать. Ну зачем было так делать... Они и так не в лучшей ситуации, а он лишь все усугубляет. Или усугубляет она?

- Ты наврала мне.

- Я не врала... Письмо правда показалось мне сухим и там нет ничего...

- "Прости, что не вышло с первого раза. Я, наверное, постоянно буду извиняться за это. Просто... понимаешь... Одно дело человек в одежде и другое без. Ладно, ты сам все знаешь."

Она вспыхнула от смущения и ощутила жуткий стыд за свои слова.

- Не читай, пожалуйста. Мне неприятно... Зачем вообще было лезть в мою сумку...

- Потому что я хотел подбросить тебе туда записку со следующим местом. Но нашел это.

Тоня почувствовала как слёзы подступают к горлу. Нельзя сейчас плакать.

- Там... там есть и много хорошего. Я много хвалила тебя и...

- Мне хватило того, что я прочитал.

Он сжал в кулаке охапку записок и выпрямился, нависнув над ней. Тоня сглотнула и постаралась отползти в сторону. Когда он так возвышался над ней ей всегда было немного страшно. И вновь этот зловещий взгляд... Ей хотелось убежать подальше.

Он пошел вперед, не видя перед собой ничего. Тоня не отрывала от него взгляда, следя за каждым движением. Вдруг руку пронзило острой болью. Она тихонько взвизгнула и прижала руку к себе. Он даже не заметил как наступил на неё. Лишь шел куда-то вперед. Туда, за склон, на город. В какой-то момент Тоне показалось, что он собирается спрыгнуть вниз. Она быстро рванула вперед и обняла его, стараясь утянуть подальше от склона.

- Андрей, не смей! Я... Я знаю, что письмо расстроило тебя, но я правда писала там много хорошего про тебя! Про то, как мне хорошо с тобой, как я люблю тебя, как я люблю тебя, как хочу всегда быть с тобой! Можешь выкинуть сумку, но не прыгай сам! Я не смогу без тебя! Ты... ты единственный, кого я по-настоящему люблю. Я без тебя ничто... Не оставляй меня, прошу. Родной, любимый, дорогой... Прошу тебя...

Теперь уже слёзы во всю струились по ее щекам. Она сильно дрожала и никак не могла сдержать громкие всхлипывания. А он просто молчал и не смотрел на неё. О чем он сейчас думал? Тоня не могла даже предположить. В один день человек, которого она казалась знала лучше других, стал для неё полной загадкой. Как будто она совсем его не знала... Она чувствовала, что они становятся друг другу чужими людьми. Это было страшно. Куда страшнее, чем непонятные звуки и движения в заброшенном доме...

Он поднял руки вверх и замер. Казалось, он стал так минуту и слушал ее уговоры, которые пробивались через непрекращающийся рев. А затем он просто раскрыл руки и множество бумажек из письма полетели в разные стороны. Красивое и грустное зрелище...

- Теперь если кто-то найдет их... - Андрей растягивал каждое слово, словно смакуя их. - Они увидят какая ты на самом деле. Я знаю, что твои друзья часто собираются здесь. Они узнают, кто ты. Вот твоя плата за вранье. И за то, кто ты есть на самом деле.

Тоня не слышала его. Она продолжала захлебываться в слезах и совсем ничего не видела вокруг. Андрей окинул её презрительным взглядом и полез в карман. Она пыталась цепляться за его руку, переплести с ним пальцы, но он легко уворачивался. Из кармана Андрей достал записку и громко прочёл её вслух.

- "Войдем, обнявшись, мы туда, где не были с тобой, но где мы счастье обретем и свечи все зажжем".

Его голос был почти не слышен из-за её слёз. Андрей тяжело вздохнул и положил руку на её голову. Тоня замолчала на миг и удивленно подняла к нему зареванные глаза.

- Ты... ты простил меня?

- Я хотел, чтоб мы обвенчались в церкви. Закрепить этот брак на небесах... И обвенчались именно в той церкви, что была так близко к месту, где мы впервые встретились.

- Д-давай! - Тоня едва могла связно говорить. - Я сделаю все! Только будь со мной! Не бросай меня, умоляю!

Он тяжело вздохнул и повернулся в сторону той самой церкви. Её купол виднелся из-за листвы. Идти было совсем немного.

- Я хотел семью... Хотел быть счастлив с тобой, по-настоящему любить и быть любимым. Я видел, что ты не пустышка, как остальные. Что ты настоящая. Я... я, наверное, был слишком жесток к тебе. Это все на эмоциях. Прости, если сможешь простить. Я... Я лишь хотел сказать, что ты заслуживаешь быть счастливой. Даже без меня.

- Я не буду без тебя!.. Не буду я!..

- Выслушай, пожалуйста. Это очень важно. Ты должна запомнить мои слова, хорошо? Пусть это будет моим ответным письмом тебе. Мне нравилось проводить с тобой время. Все эти прогулки, дурачества, поцелуи... Это бесценно, и я навсегда запомню это. Просто пойми, что я не такой, каким ты хочешь меня видеть... Ты можешь думать, что я лучший и замечательный на свете, но почему же тогда другие не видят этого? Почему они не считают меня таким?

- Потому что... потому что никто не знает тебя лучше меня? Андрей кисло усмехнулся.

- Никто не знает нас лучше, чем мы сами. Я не тот, кого ты видишь во мне. Я причинил тебе боль, много боли. Я и сам испытывал её. Я не виню тебя. Просто постарайся понять мои эмоции. Мне тяжело говорить все это... Просто давай отпустим все это и начнем сначала? Очистимся в церкви. Это... это будет правильно, как считаешь?

- Да... Голос Тони почти не дрожал. Мягкие и как прежде добрые слова Андрея успокоили её. Она жалась к нему лишь сильнее, чувствуя что он понимает её... И что он готов бороться за их отношения вместе с ней. Тоня чувствовала, что они вместе.