Огонь. (18+)
Я до безумия его люблю. Это чувство... будто твое сердце обрастает благоуханными цветами, твое тело пропитано нежностью. Хочется постоянно касаться его, прижиматься к его спине, закрывать глаза и просто дышать, слушать ритм его сердца. И когда ваши сердца сольются в унисон, ты почувствуешь это объединение, вы — одно целое.
Он баловал меня. Подарки никогда не ограничивались букетом цветов, хотя и те были всегда прекрасными. Мы любили выбираться из города, снимали загородный дом и проводили там свои «медовые выходные». Мы не отлипали друг от друга ни на секунду: когда я готовила пиццу для нас, он пристраивался сзади, копался носом в моих волосах и вдыхал их аромат, приговаривая шепотом, как он любит мой запах. Я обожала, когда мы уезжали от этой городской суеты и оставались наедине друг с другом. Никто и никогда не тревожил нас. Он был моим, а я — его.
Мы всегда снимали один и тот же дом. Каждый его угол, каждая комната, кровати и диваны — все напоминало нам о нашем самом первом отдыхе там, ведь он был великолепным.
Сидя у камина поздней ночью в теплых халатах, мы наслаждались друг другом. Я сидела на его коленях, обнимая его одной рукой и поглаживая пальчиками по шее, смотрела в глаза.
— Так и просидим тут всю ночь, другого и не надо, — прошептал он в мои губы, так же смотря в мои глаза, поглаживая по волосам.
— Хоть всю жизнь... Я бы отдала все дни, десятки лет, чтобы сидеть тут с тобой, — с нежностью в глазах ответила я и тут же накрыла его губы своими, не торопясь втягивая в поцелуй.
Это был самый нежный поцелуй. Такой чуткий, искренний. Я чувствовала, как он проникает в самое сердце, как оно впитывает этот поцелуй, словно лечебный бальзам, от которого я расцветала еще больше.
Расцветала я не только внутри: мои руки потянулись к краям халата, и я, подобно цветку, откинула ткань назад, как тот откидывает свои лепестки. Его руки и до того были на мне, но теперь им ничего не мешало в сотый раз исследовать мое тело. Пока наши языки сплетались в танце, его руки бесцеремонно скользили по моим бедрам и ягодицам, раз за разом прижимая меня к нему сильнее.
Я не первый раз чувствую его возбуждение, но оно каждый раз заставляет мой пульс учащаться. Я буквально простонала в его губы от нахлынувшего волной возбуждения, и тут он заканчивает поцелуй, жадно облизывая мои губы языком. Мы несколько секунд смотрим друг другу в глаза, горячо выдыхая, и оба знаем, чего хотим в эту секунду.
Алекс встает с кресла, крепко удерживая меня на себе, и аккуратно опускает на мягкий ковер прямо у камина. Он набрасывается на мою шею, усыпая ее поцелуями, но не задерживается надолго. Следом поцелуи доходят до груди, и в этот момент я снова выпускаю стон. Алекс тут же игриво кусает меня за сосок и оттягивает его, присасываясь к нему вновь. Я же нетерпеливо накрываю его спину ладонями и слабо впиваюсь ногтями в его кожу.
– Войди... Пожалуйста. – Он так нужен мне. Я чувствовала, как возбуждение буквально пожирает меня снизу.
Он обожает, когда я прошу, но не спешит выполнять мою просьбу. Смотря на его ухмылку, чувствую, как головка касается моих половых губ. Он медленно скользит ею по промежности, смазывая его моими соками. Я раздвигаю ноги шире, надеясь, что его игра не продлится долго.
– Ты ведь знаешь, я не сделаю этого, пока не подразню тебя... – С отдышкой проговаривает он, наблюдая за тем, как я выгибаюсь.
– Боже... Прошу! – С трудом перенося эти жестокие игры, я сильнее впиваюсь в его кожу ногтями и провожу по спине, оставляя красные царапины.
– М-мрх... – Он выпустил желанный стон, наверняка чувствуя, как спина разгорается, и тут же резко входит в меня, заставляя широко раскрыть рот и выгнуть спину.
– О-ох... – Простонав на весь дом, я снова цепляюсь пальцами за его спину, начиная двигаться от толчков.
Он постепенно набирал темп, жадно целуя мою шею и плечи. Я любила, когда он близко, любила сжимать его плечи, шею, оттягивать его волосы, выражая свое желание. Я по-настоящему желала его, и когда получала это, то находилась на седьмом небе от удовольствия.
Он замедлялся, делая толчки редкими, но резкими, слушая мои протяжные стоны.
– Что же ты творишь со мной... – Прохрипев в мои губы, он обхватывает одной рукой мою шею и сжимая, впивается в губы, прерывая мои крики.
Я была так охвачена этим возбуждением, что ничего не могла сказать или сделать. Я просто целовала его, прижимала к себе и старалась дышать. Глубоко дышать.
Вскоре, не разрывая поцелуя, он ускорился, разнося шлепки наших тел по всей гостиной. Мне же было трудно удерживать его губы, и я просто оторвалась, с облегчением выкрикивая стоны. Я чувствовала этот огонь, как конец быстро приближался к нам, заставляя мои ноги, а вскоре и всю меня безумно дрожать.
Я до боли сжимала его кожу, прижимала к себе и выкрикивала его имя, чувствуя, как он вошел в меня до упора и остановился, так же впиваясь зубами в мою шею и рыча в нее, заполнил меня семенем.
Мы лежим в таком положении еще пять минут, глубоко вздыхая и остывая. Ощущая, как дрожь успокаивается, я уже нежно глажу ладонями царапины на его спине, довольно улыбаясь. Он поднимает на меня глаза и снова гладит по волосам.
– Люблю тебя, дорогая. – Шепотом произносит он и снова целует меня, накрывая теплом и лаской.
– И я... люблю тебя. – Я отвечаю ему и прикрываю глаза, наслаждаясь своим бессилием.