Замшелые пни
Вот так мы гуляем. Идём себе по городу, а навстречу люди, люди, прoпасть, сколько людей. Я многих из них знаю, между прочим, хотя мне Некоторый Человек не верит. Но что я могу поделать: стоит мне раз увидеть человека, повнимательнее на него посмотреть — всё, готово дело! Я его запомнила. Так что сначала я всё время говорю Некоторому Человеку (его удобнее называть НЧ, кстати) какие-то такие слова:
— Помнишь вон того дядьку? Усатого. О, смотри, вчера у фонтана эта же девушка была. Только в другой юбке. А вот этого на прошлой неделе видели, в магазине. Он у нас ещё пятачок попросил.
— Слушай, хватит уже, не помню я никого, — наконец говорит мне НЧ. Он любит молча гулять. Но я-то так долго вытерпеть не могу!
— Смотри, ты хочешь такую же шляпу?
— Какую?
— Видишь, мужчина идёт? Руку ещё поднял. Вон, дерётся.
— Не хочу.
Идём молча. Недолго, правда, потому что по пути нам попадаются яркие воздушные шарики разной формы, в том числе шарик-бегемот, шарик-Плуто, шарик — космический корабль.
— Ты бы хотел быть бегемотом?
— Я хочу кофе, — говорит НЧ, и мы идём в летнее кафе. Там я тоже вижу знакомые лица, что-нибудь интересное на скатерти, но Некоторый Человек нечасто отвечает мне. Он любит молча пить кофе.
Так бывает не всегда. Иногда Некоторого Человека невозможно остановить — так много он говорит. Двигает целые монологи о роли стюардесс в передвижении самолётов над поверхностью земли. Он учится в физическом классе, ему видней. То рассказывает часами про жуков-сновидцев, где-то он слышал про них. А как-то раз вовсе объявил акцию «Ни дня без замшелого пня!». Каждый день мы находили по замшелому пню в городе. За месяц побывали во всех парках, посетили все кладбища, а через два месяца знали все лесопосадки. Вскоре на нас обратила внимание милиция — куда бы мы ни шли, всюду видели неподалёку милиционера. Он усердно делал вид, что не замечает нас, но мы в конце концов подошли вплотную, милиционер не растерялся и предложил нам закурить, несмотря на наш несовершеннолетний возраст. Оказалось, его зовут Василий Палыч, ему поручена работа с молодёжью и неформальными объединениями. Он ждал, когда к нам начнут присоединяться другие.
— Кто — другие? — спросили мы.
— Ну, эти ваши, толкинисты, — смутился он.
Мы не поняли, почему к нам должны присоединиться какие-то толкинисты. Оказалось, что эти ребята, которые играют в ролевые игры, всегда ищут себе места для побоищ пластмассовыми мечами. Для этого сначала отправляют своих разведчиков в парки и лесонасаждения, чтобы найти подходящее место. Выглядят они примерно как мы — бородатые и в длинных юбках. Вот когда к разведчикам присоединяются остальные, начинается активная работа милиции.
— А у меня сейчас не очень активная, — объяснил Василий Палыч, — вас только двое, так что урон обществу вы вряд ли нанесёте.
— А толкинисты наносят?
— Ещё какой, — заважничал милицейский.
— Пластмассовыми мечами? — не поняли мы.
— Вообще-то они текстолитовые, — поправил он нас, — но они наносят вред своей массовостью.
— Как это? — нисколько не поняли мы.
— Разговорчики! — пригрозил Василий Палыч и удалился курить. При детях курить нельзя, вы тоже, наверное, знаете.
С тех пор у нас как-то пропало желание искать замшелые пни, тем более что мы их все нашли. Кроме того, обнаружили ещё не вовсе замшелые пни, а те, которые не сегодня-завтра замшатся, и те, которые начнут мшиться через месяц или даже больше. Где-то у меня были записаны результаты наших экспедиций, но долго искать, поэтому я не скажу пока что. Поверьте, нам известны все замшелые пни города и ближайших окрестностей. Обращайтесь.