Силуэт
Мы с Даней гуляли ещё очень долго. Он водил меня по ночному Петербургу, а я любовалась всей красотой этого города.
Уже сегодня утром мне нужно лететь в Англию, встречаться с моими дальними родственниками и видеть, как мой папа навсегда покидает меня. Но это все будет утром, сейчас мои глаза видели лишь тусклый свет фонарей, звёздное небо и яркий свет круглосуточных магазинов. Вся эта суматоха и день полный печали уже ждали меня.
*****************************
Было пол пятого утра, когда мы пришли к моему дому. Весь город еще спал, одни мы блуждали по улицам, которые только-только озарялись первыми лучами осеннего солнца.
Возле моего дома стояла небольшая, но вместительная лавочка, на которой умещалось два или же три человека. Даня предложил мне присесть, и я не отказалась. Тихо, боясь разбудить хоть одного жителя Петербурга, мы сели на лавочку. Наши вздохи стали слишком громкими по сравнению с шумом спящего города, ну нам так казалось.
Никто из моих близких еще не проснулся. Мама, я думаю, видела ещё десятый сон, а Влад и не мог даже думать, что его девушка по ночам гуляет с другими парнями.
Сон даже не думал лезть в мою голову, да и я бы не хотела засыпать в такой момент. Даня просто смотрел куда-то в пустоту, а я думала, что будет дальше.
Самолет у нас был рано примерно в восемь часов. Поэтому, я знала, что мама проснется намного раньше обычного. И в это время я должна быть дома, дабы мама не узнала, что я гуляю по ночам.
На лавочке мы просидели где-то до пяти утра. Это был мой последний срок, просидев я там немного подольше, мама бы точно узнала о моих ночных похождениях. Прощаться с Даней мне как-то не хотелось. Я сама не понимала, как можно привязаться к человеку, с которым общаешься, от силы четыре дня? С Даней я попрощалась легким объятием. Оно было легким, но долгим. Он как будто не хотел отпускать меня от себя. Я отошла от Дани и направилась к входной двери. На секунду я обернулась и мимолётно столкнулась с Даней взглядом.
С легкой улыбкой я зашла домой. Темнота объяла все комнаты, а теперь и меня. Каждый мой шаг, будто бы гром разносился по всему дому. Каждый мой вздох нарушал эту тишину. Я как можно тише дошла до своей комнаты. Тихо открыв дверь, я вошла в свое убежище.
Моё сердце остановилось. В темноте стоял чей-то силуэт. Но первые лучи солнца слегка озарили лицо этого силуэта. Им оказался Влад, он стоял посередине комнаты и пристально смотрел на дверь.
- Где ты была?- грозно спросил он.
- Я ходила дышать свежим воздухом, в комнате было очень душно,- соврала я.
- В платье?- недоверчиво произнёс Влад, осматривая меня с ног до головы.
- Я надела первое, что попалось под руку. Этой вещью оказалось платье.
- Подышать воздухом? А ты, видно боишься, она дышать, поэтому позвала себе друга на помощь?- с грустью, но одновременно и с ненавистью произнёс Влад.
- Ты нас видел?- тихо вымолвила я, понимая, что он уже догадался.
- Да, видел. Вы сидели на лавочке, он держал тебя за руку, а потом вы очень долго обнимались. Как мне это понимать?- говорил Влад и медленно подходил ко мне.
- Влад я не знаю, я тобой очень дорожу, я даже думала, что люблю тебя как парня. Но сегодня меня как током ударило. Я поняла, что моя любовь идет к тебе только как к другу, и я ничего не могу с этим поделать,- сказала я всю правду.
- То есть, ты согласилась быть моей девушкой, опираясь на дружескую любовь?- из его уст это звучало, как-то обидно, но это была правда.
- Влад, пойми меня правильно, нельзя приказать сердцу кого оно должно любить. Иногда ты годами общаешься с человеком, но сердце молчит. А иногда, и недели общения не пройдет, как сердце уже не дает тебе уснуть своими криками,- я это говорила искренне и открыто, не скрывая никакой правды.
- Ты хочешь сказать, что когда я рядом сердце молчит?- я видела, как Владу было неприятно говорить об этом. Но и мне было тоже крайне больно говорить ему правду, но жизнь слишком коротка, чтобы быть несчастной. И с Владом моя жизнь могла быть полна его любви, но не счастья.
- Оно кричало лишь о дружеской любви, да и не кричало, а очень тихо шептало. Влад я всегда любила, люблю и буду тебя любить, но, похоже, только как друга,- последние слова эхом пробежали по всей комнате и повисли в воздухе. Влад посмотрел не меня, благодаря лучам солнца, мы уже четко видели друг друга и, поэтому, было легко найти глаза друг друга. Его взгляд был печальным, полным обиды и боли. Он медленно направился к двери, и я не стала заграждать дорогу. Он на секунду остановился в дверном проеме и последние слова, которые я услышала, были, - а я любил тебя всю свою осознанную жизнь…и не как подругу. Сказав это, он вышел из моей комнаты. Через небольшой промежуток времени я услышала хлопок входной двери. Он ушёл, просто взял и покинул дом, в котором находился, предавший его человек.
Отвращение к себе снова проснулось во мне, но я уже ничего не могла поделать. Все слова уже сказаны, и их не вернуть обратно. Выбор сделан, но правильный ли он, покажет жизнь. Может правильнее было остаться с человеком, который любит меня и не испытывать удачу на любовь Дани. Но моё сердце уже точно не принадлежит Владу, но оно также и не принадлежит и Дане. Сейчас я была свободная как птица, но с комком боли на душе.
В пол шестого я услышала не громкий шум на кухне. Это мама готовила мне завтрак. Впервые после смерти папы, мама что-то утром делала на кухне. Чаще всего она не просыпалась рано, она просто отдыхала от стресса. Да и я не будила ее. Мне было важнее ее самочувствие, чем собственный желудок.
Через пару часов мы должны уже лететь в Англию. И моей одеждой стало черное по колено платье. На нем не было ни каких броских узоров, на нём не было ничего. Это было простое черное платье. Мне оно досталось на одной из распродаж как подарок. И сейчас оно подходило лучше всего.
Оставался час до вылета. Я завтракала, а мама вызывала такси. В Англию мы ехали максимум на три дня, поэтому у нас не было огромных сундуков с вещами.
Когда приехало такси я и мама уже были готовы. Маме очень дорого обошелся этот перелет. Ритуальные услуги потребовали намного больше денег, чем мы рассчитывали. Но сейчас для нас деньги были не самая главная проблема, нас волновали лишь похороны.
*Несколько часов спустя*
После пяти часового перелета, самолет приземлился в столице Англии - Лондоне. В аэропорту нас встречали заплаканные лица родственников. И мама, увидев их, сама начала плакать. Из моих глаз тоже не специально начали падать слезинки. Толпа родственников подбежала к нам и начала обнимать. Мама обнимала всех уже плачущих родственников и сама рыдала на взрыв.
Во всей этой толпе я заметила стоящего немного в стороне молодого парня. Это был старший сын папиной сестры. Его, по-моему, звали Джек. С ним я была знакома мельком, они однажды, с тётей Люсиндой, приезжали к нам. На тот момент мне было лет восемь и единственное что я помню из нашей встречи, это - поход в аквапарк, и все. Я пристально разглядывала его, удивляясь, как он изменился за эти годы. Джек заметил мой взгляд и направился ко мне.
-Привет, Алекса? Правильно?- смущённо спросил Джек.
-Да
- Прими мои соболезнования, я очень хорошо помню твоего отца. Я до сих пор в шоке, не могу поверить в случившееся,- искренне произнес Джек. Я лишь опустила свою голову потому что слезы снова начали пробираться наружу.
Похороны - самая тяжелая ситуация, которую может пережить человек. На них ты уже точно понимаешь, что человек уже не вернется. Всю церемонию похорон я видела, как все родственники плакали. Кто-то из них читал шепотом христианские молитвы. Кто-то просто молча смотрел на все это.
Отца похоронили рядом с его дедушкой и бабушкой. Мама назвала это «воссоединение родственных душ на том свете». В ее словах присутствовал какой-то бред, но я знала, что это все из-за волнения и переживания. Никто и не слушал ее кроме меня. Она произносила огромную речь о папе, как она его любила и ценила, что, потеряв его, она потеряла себя и это была сущая правда. После смерти отца она стала совсем другой, он забрал часть её с собой.
После окончания похорон все пошли на помин. Я села в дальнем углу, мне и кусок в рот не лез. Я не могла не пить, ни есть. Я просто наблюдала за происходящим. Как люди сквозь слезы толкали речи про моего отца и, не чокаясь, выпивали все содержимое стакана до капли. Я смотрела на маму, как она кивала головой на каждое произнесенное слово. Она иногда перемещала свой взгляд на меня, чтобы увидеть все ли со мной нормально. Но со мной все было не нормально, все, до ужаса, было плохо.
Все три дня мы оплакивали папу. Третий день нашего прибытия в Англии стал девятым днем смерти отца, поэтому мы не смогли уехать. В этот день тоже было застолье, но не такое масштабное, как два дня назад. Здесь все было по минимуму.
________________________________
Дорогие мои всех с Рождеством❤