глава 37
Узнав о спонтанной поездке Клары в Лас-Вегас, Джош почувствовал укол ревности.
– По-твоему, я должен радоваться, что при первой же возможности ты побежала к дру-гому? – Он расплылся в ухмылке. – Но должен признать, мне понравилось, как ты потребовала ключи у этого болвана, чтобы побыстрее вернуться ко мне.
Бабочки порхали в животе у Клары. Но теперь ей предстояла встреча с Тони.
Джош сжал ее руку перед дверью в офис Джилл.
– Что происходит в твоей прекрасной умной голове?
– Я немного нервничаю.
Сильно нервничаю.
– В студии во мне бурлил адреналин и куча эндорфинов. А теперь мне придется отвечатьза свои поступки.
– Ты сожалеешь? – его голос звучал неестественно нейтрально.
– Точно нет. И если кому-то что-то не нравится, пусть идут к черту.
Джош покачал головой.
– Мы должны достать тебе разговорник миллениалов или что-нибудь в этом роде. Может,мне стоит подождать здесь?
Он колебался и не хотел заходить. Клара прижалась губами к его щеке.
– Пожалуйста, будь со мной, что бы ни случилось. Кроме того, я хочу познакомить тебяс моей тетей.
Он сжал челюсти.
– Идем.
– Доброе утро, – сказала Клара, входя с Джошем в конференц-зал, где их уже ждалиДжилл и окружной прокурор. – Прошу прощения, что заставила вас ждать.
– Не страшно. – Тони Гренджер приподнялась. – Понимаю, вы, вероятно, не ожидалиувидеть меня. Рада новой встрече, Джош.
Клара невольно сделала шаг назад. Джош смотрел в потолок, скрестив руки за спиной. Тело Клары покрылось гусиной кожей.
– Можете представить себе мое удивление, – сказала Тони, – когда я сегодня утром вышлана крыльцо забрать газету и обнаружила на пороге этого смутно знакомого молодого человека. Тони положила руку на плечо Джоша.
– Когда я спросила его, что ему нужно, он ответил, что у него есть ценная информация,которой он может поделиться со мной. Информация, относящаяся к моей кампании. Вручил мне флешку и вежливо предупредил, что подождет снаружи на случай, если у меня возникнут какие-либо вопросы.
Клара бросила на Джоша вопрошающий взгляд: «Какого черта?» Им предстоял серьезный разговор.
– Теперь я могу признаться, что моим первым побуждением было надрать ему задницуза вторжение в частную собственность, но что-то в его глазах заставило меня прислушаться.
Джош всплеснул руками.
– Хочу уточнить, что это была чрезвычайная ситуация. Я не мог ждать до открытияофиса. Но вам определенно стоит удалить ваш адрес из интернета, если не хотите, чтобы ктото из причастных к этому делу наведался в гости.
– Я рада, что вы нашли меня, – сказала окружной прокурор и протянула Кларе флешку. –Джош собрал огромное количество компрометирующей информации о корпорации Black Hat и Х. Д. Прюитте.
Джош подхватил повествование Тони.
– Я собирал электронные письма и текстовые сообщения, которые доказывают противо-законные действия Black Hat, последние несколько недель. Актеры и съемочная группа узнали, чем я занимаюсь, – ты же знаешь, я не отличаюсь скрытностью – и рассказали свои истории. Тони говорит, что у нас есть доказательства почти тридцати фактов нарушений трудового законодательства. Стю даже раздобыла видео, которое мы можем использовать в суде.
– Какое видео? – Мысли Клары метались. – Почему ты мне ничего не сказал?
– Я не был уверен, что решусь на это. А если бы сказал тебе, пришлось бы сделать этонаверняка. Понимаешь, мне нужна была причина, которая бы пересилила мой страх.
Окружной прокурор улыбнулась сквозь плотно сжатые губы.
– Он также вызвался выступить в качестве свидетеля от индустрии развлечений длявзрослых. Сказал, что если мы объединим усилия, это поможет общественности поверить в то, что я не… Как вы сказали?
Джош покраснел.
– Еще один мерзкий политик, использующий секс-работников в своих целях.
– Он явно беспокоился, что я откажусь действовать на основании предоставленных имдоказательств, поэтому вежливо напомнил мне, что в своей предвыборной кампании я обещала бороться за равенство прав всех слоев населения без исключения. Я могу только догадываться, что эту информацию он получил от вас. Также он вручил мне копию моей жалобы, написанной пять лет назад. – Стальной взгляд окружного прокурора смягчился. – Не хотите сами рассказать ей остальное?
Джош взял Клару за руки.
– Я попросил Тони рассмотреть вопрос о том, чтобы снова принять тебя в команду. Ска-зал, что ты знаешь, как все исправить. Ты многое сделала для меня, и если бы она дала тебе еще один шанс, ты сделала бы много и для нее.
Клара была потрясена.
– Могу я присесть?
Джош помог ей опуститься на стул.
– Вы уверены? – Она не могла поверить, что прокурор готова пойти на такой риск.
Тони повернулась к Джилл.
– Вы отвечаете за мой пиар. Думаете, возбуждения дела против Black Hat будет доста-точно, чтобы оказаться на первых полосах?
– Хм. Секс, деньги, власть. – Джилл загнула пальцы на руке и улыбнулась. – Это опреде-ленно должно сработать.
– Ну что, Клара? Вы готовы? – Тони ухмыльнулась.
Клара повернулась к тете. Джилл была одной из самых сильных и лучших женщин, которых она знала. Она пошла на риск, пригласив Клару, и никогда не задавала лишних вопросов. Несмотря на все то, через что ей пришлось пройти, Джилл придерживалась своих убеждений. Сражалась за них не оружием, а стойкостью, принимая бойкот своей семьи с большим достоинством, чем они того заслуживали. Она заплатила за свой выбор, за свою свободу, и только мягкие морщинки вокруг ее глаз были свидетельством затянувшегося приговора.
Этим летом Джилл многому ее научила, но Клара не хотела превращаться в свою тетю. Уитоны пережили бесчисленные скандалы. Пришло время научиться прощать.
– Я вернусь. Но ты должна поехать со мной в Гринвич на Рождество. – Брови Джиллвзлетели вверх. – Будем отбиваться от их нападок вместе. Две паршивые овцы, вернувшиеся в стадо. Клара затаила дыхание, ожидая ответа. Она была уверена, что семья не закроет перед ней дверь, но хорошо бы рядом была и Джилл. Уитонам следует гордиться ими обеими. Они не сделали ничего ужасного.
– Ну хорошо. – Джилл обняла Клару и прошептала: – Горжусь тобой.
– Вероятнее всего, мы не сможем скрыть ваше имя от оппозиции, – сказала Тони. – Намнужно начать немедленно, и будет нелегко. У нас есть доказательства, но Прюитт наймет лучшего адвоката. И его личное влияние огромно.
– Тогда приступим к работе. – Джилл подмигнула, провожая Тони из конференц-зала.
Как только они остались одни, Клара повернулась к Джошу.
– Не могу поверить, что ты это сделал.
Судебный процесс – это не просто подтрунивание над Прюиттом. Это намного больше, чем крошечный тихий бунт «Бесстыдников». Судебный процесс может положить конец карьере Джоша в сфере развлечений для взрослых. Многие люди в индустрии сочтут его в лучшем случае оппортунистом, в худшем – предателем.
В детстве Клара наблюдала, как ее родители многим жертвовали ради любви к своим детям, но никогда прежде мужчина не делал ничего подобного из любви к ней. Она действительно этого заслуживала?
Джош состоял из одних достоинств. Все было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Три месяца она неустанно твердила себе: «Это не твое». Его глаза, руки, рот, доброта, его чувство юмора – ничто из этого не принадлежит тебе, и ты не смеешь себя обманывать. Даже услышав всю историю от женщины, которую она очень уважала, Клара с трудом верила в происходящее.
– Я сделал это не для тебя, – сказал Джош. Плечи Клары опустились. – Но я смог этосделать благодаря тебе.
Он провел ладонью по ее щеке. Когда Джош прикоснулся к ней, он словно замкнул цепь, и теперь электричество перетекало между их телами, подпитывая и оживляя ее.
– Все это кажется невероятным, – сказал он. – Не только то, как я люблю тебя, и «Бес-стыдники», но и этот шанс с помощью Тони помочь людям, которые мне небезразличны.
В порыве энтузиазма он жестикулировал.
– Никогда не думал, что могу повлиять на что-то. Я дам показания, потому что хочу,чтобы у людей появилась безопасная рабочая среда. Если мое вмешательство защитит порноиндустрию от таких типов, как Прюитт, я не считаю это изменой или предательством. Я принесу пользу всем в нашем бизнесе. – Джош потер шею сзади. – Конечно, мои заслуги не столь велики, чтобы завоевать тебя. Но когда ты уехала два дня назад, я понял, что сделаю все возможное, чтобы показать, как много ты для меня значишь.
В его глазах снова вспыхнула боль.
– Я был глуп и напуган, и настолько уверен, что ты отвергнешь меня, что сам же и оттолк-нул тебя. В тот момент ты была доказательством моей неполноценности. Я позволил обществу заранее считать меня недостойным, прежде чем вообще что-нибудь сделал. И когда я все это осознал, то решил начать с того, чтобы помочь тебе вернуться на работу, в надежде, что потом мы обсудим и остальное, в том числе мою любовь к тебе. – Он вытащил из кармана сложенный лист бумаги. – Я взял на себя смелость составить список «за» и «против» наших отношений.
– Ты это сделал? – Клара уставилась на него. – Это так романтично.
– В моей жизни было много женщин, но теперь мне нет дела до них, – сказал Джош. –Когда я смотрю на тебя, Клара, бешеный зверь внутри меня садится на задние лапы и мурлычет. Но я хочу убедиться, что ты справишься. Прежде чем мы продолжим, должен спросить: ты говорила со своей семьей?
Клара закрыла глаза. Этот вопрос, помимо множества других замечательных вещей, которые сделал Джош, показал ей, что он слушал ее тогда, что ему не все равно.
– Нет. Еще нет. Но я думаю, все будет хорошо. Конечно, мне будет сложно, но, поймименя правильно, дискомфорт мне привычнее комфорта. Ты был прав, я долго использовала свою семью как предлог, чтобы избегать того, что меня пугало, даже если это было что-то хорошее. Но я больше не прошу разрешения. Я выбираю свою жизнь. В конце концов они меня простят. Я не приму ответа «нет».
– Черт побери, это был важный день, – сказал Джош, широко улыбаясь. – Как ты себячувствуешь?
– Благодарной. – Клара встала на цыпочки и обняла его за шею. – Спасибо. Знаешь, яне думаю, что мне понравилось бы держаться подальше от «Бесстыдников». Наверное, я бы почитала репортажи в прессе, посмотрела, как растет число подписчиков сайта и закипела от зависти. Мне слишком дорог этот проект. Я очень хочу помочь Тони переизбраться и свергнуть Прюитта, но, когда кампания закончится, я буду счастлива полностью посвятить себя сайту и израсходовать еще немного деньжат из трастового фонда.
Его руки спустились от ее волос по талии и теперь поигрывали с подолом платья. От прикосновений к бедрам у Клары по спине прокатилась волна желания.
Когда она заговорила, ее слова звучали немного взволнованно:
Ну и не каждый день приходится свергать порноимперию.