Спасти возлюбленного из книги

25 декабря. 1989 год. Великобритания, Уилтшир. Малфой-Мэнор.

Диана почувствовала, как первые лучи солнца ласково коснулись ее лица, заставив ее открыть тяжелые веки. Девочка сонно заморгала, пытаясь приспособиться к яркому свету, заливающему ее комнату. Ее тело затекло после долгого, беспробудного сна, и Диана почувствовала, что в ее горле сильно пересохло. Волосы ее были взъерошенные и спутанные. Поднявшись, Диана случайно заметила свое отражение в зеркале, и испугалась собственного отражения. Как же она спала, чтобы наутро выглядеть вот так?! Обычно сон девочки был спокойным и чутким.

Диана взглянула на часы, которые уже пробивали пятнадцать минут одиннадцатого.

«Неужели я так долго спала?!» — подумала Диана, вскочив с постели. Быстрыми шагами девочка приоткрыла дверь: внизу, на первом этаже, витал головокружительный аромат праздничных блюд. Запах свежеиспеченного имбирного печенья смешивался с мясными изделиями и другой выпечкой. Диана услышала, как суетится ее мать, и восторженные крики ее младшего брата. Драко, должно быть, обнаружил подарки под елкой.

Тихонько закрыв дверь, мисс Малфой оглядела свою комнату и заметила на кресле одежду. Подойдя ближе, Диана увидела сверху бумажку, адресованную ей от Нарциссы.

Ознакомившись с содержанием записки, Диана с интересом принялась рассматривать праздничное одеяние, которое для нее приготовила мать. У Дианы не было причин сомневаться во вкусах Нарциссы, ведь они у нее действительно были отменными.

Потратив на сборы около двадцати пяти минут, Диана, уже красиво одетая и причесанная, разглядывала себя в зеркале. На девочке была нежная блузка молочного цвета с длинными рукавами-епископами и коротким воротником-бертой. Юбка темно-зеленого цвета имела коническую форму и длину чуть ниже колен. Широкий пояс на талии подчеркивал силуэт и придавал образу структурированность. Тонкие атласные ленты, завязанные на поясе, добавляли элегантности и женственности. Миниатюрный бантик того же цвета, что и юбка, расположенный по центру воротника, служил изысканным акцентом, дополняющим общий образ.

В целом, образ, выбранный Нарциссой, производил впечатление утонченности и изысканности.

«Нарцисса, как всегда, в своем репертуаре», — подумала Диана и улыбнулась, кружась у зеркала.

Уже ближе к одиннадцати часам, Диана спустилась на первый этаж. По пути в гостиную она встретилась с улыбающейся Нарциссой, которая держала в руках поднос с рождественскими угощениями.

— О, дорогая, выглядишь просто прекрасно! Я знала, что тебе подойдёт зеленый цвет! — Нарцисса взмахнула своей палочкой, и поднос, что она держала остался парить в воздухе. — С рождеством, доченька.

Нарцисса крепко прижала дочь к груди, погладив её по спине. Диана обняла мать в ответ и пожелала ей того же.

— Твой брат и отец в гостиной. Беги, пока Драко не вскрыл все подарки, — заулыбалась Нарцисса.

И пусть Диане ментально было уже двадцать два года, услышав про подарки, ее глаза засияли как у маленького ребёнка.

В гостиной сверкала огнями наряженная елка. Воздух был наполнен радостью и ожиданием. На кресле у камина, читая пророк, сидел Люциус. Драко же в это время сидел у ёлки, рассматривая подарки.

— Сестра! — весело окликнул мальчик. Заметив дочь, Люциус отложил газету.

— Доброе утро, спящая красавица, — усмехнулся Люциус и, встав с места, обнял девочку, — с рождеством.

— И тебя.

Люциус обратно взялся за газету, а Диана села рядом с Драко у ёлки.

— Ну что? Какие у тебя подарки в этом году? — поинтересовалась блондинка, взяв в руки ещё не открытую подарочную коробку.

— Папа подарил мне последнюю модель метлы Нимбус! — восторженно ответил Драко.

— Тебя ждёт такой же подарок, Диана, — спокойным тоном произнес Малфой старший, не отрываясь от пророка. Услышав небольшой спойлер касательно своего подарка, глаза Дианы сверкнули.

— Спасибо! — искренне улыбнулась девочка.

«К остальным подарком Драко не притронулся, значит все они мои», — задумалась Диана, наблюдая за младшим братом, который увлечённо рассматривал очередную драгоценность.

Перед выходом из комнаты, Диана прихватила с собой свою первую волшебную палочку, которая не была зарегистрирована в министерстве. Лёгкое движение рук и подарочные коробки один за другим начали открываться. В большинстве оказались украшения и драгоценности, которых у Дианы и так было навалом.

— Вау, сестра! Научи меня таким же заклинаниям! — восторженно заявил Малфой-младший с искренним восхищением в глазах.

— Ты хорошо продвинулась. Молодец.

Больше всего на свете Диане была приятна похвала Люциуса. Малфой-старший ведь действительно надменный и скупой человек, который ожидал от своих отпрысков высших результатов. Он конечно любящий и заботливый отец, но и очень требовательный. Поэтому, для Дианы, одобрение Люциуса стало чем-то очень важным за 4 года пребывания в этом мире.

— Это лишь база и мелочи, — сухо ответила мисс Малфой. — В этом году тоже будет званый ужин?

— Нет, — мужчина посмотрел на дочь, вновь отложив газету. — В этом году никого не будет, кроме нас. На самом деле, Гойлы звали нас отпраздновать рождество у них, но я отказал. В этом году будем праздновать лишь в семейном кругу, — закончил говорить Люциус смазливой ухмылкой.

«Даже жаль как-то. Хотелось вновь встретиться с Теодором Ноттом», — подумала Диана, вспомнив их с мальчиком первый и последний разговор 2 года назад.

***

Из многочисленных подарков от родителей, Диане больше всех приглянулись несколько книг об истории магического общества и в целом о магии и книги с заклинаниями. А также наручные часы, в которых Диана очень нуждалась в Хогвартсе, а про новейшую модель Нимбуса лучше просто промолчать.

После сытного обеда Диана уединилась в своей комнате, и уже полтора часа увлечённо изучала новые книги.

Неожиданно её отвлёк настойчивый стук в балконную дверь. С любопытством подойдя к ней, Диана приоткрыла её створки. В тот же миг в комнату, вместе с порывом холодного ветра, ворвались две величественные совы. Ухая, птицы бросили коробочки на стол и вылетели обратно на балкон, усевшись на перила. Диана была в недоумении. Ведь все подарки от семьи она уже получила, как она думала, и больше не от кого ничего не ждала.

Подойдя к своему письменному столу, Диана с начала подняла прямоугольную коробочку, обернутую в рождественскую красивую обёртку. Под лентой, аккуратно завязанной в бантик, лежало письмо.

— От Р. Эйвери, Диане Малфой, — шёпотом прочла Диана и сразу поняла от кого это.

«Ребекка!» — сразу всплыло в мыслях девочки. Диана в спешке начала вскрывать письмо и начала читать:

Дорогая Диана,

Я очень надеюсь, что первые дни твоих каникул проходят отлично. Поздравляю тебя с Рождеством и прошу принять мой скромный подарок. Я долго думала о том, что тебе подарить, но потом выбрала то, что, по моему мнению, понадобится тебе всегда.

Желаю тебе хорошенько отдохнуть и вернуться в Хогвартс с новыми силами для учебы! Надеюсь, по окончанию каникул, мы с тобой вновь вернемся в школу на одном вагоне.

Ещё раз счастливого Рождества и каникул!

Твоя подруга, Ребекка

С улыбкой дочитав письмо, Диана взялась открывать коробочку. Наконец, сняв ленту и обертку, Диана-таки открыла коробку из мягкого картона.

Внутри оказалось перо для писем, но это было не обычное гусиное перо, к которому все привыкли. Само перо было черного цвета с золотистым отсветом на кончиках. Стержень был сделан из дерева, и его было очень удобно держать в руках. Кончик для чернил был металлическим, точно как у перьевой ручки. Это перо казалось настоящим произведением искусства.

В коробке также оказалась бумажка, похожая на инструкцию.

— «Бесконечное перо. Пиши сколько хочешь, чернила никогда не закончатся.» Перо с нескончаемыми чернилами... — задумалась Диана, поближе разглядывая новый подарок. — Действительно очень полезный атрибут.

Отложив перо и письмо от Ребекки, Малфой взялась за вторую посылку, которая оказалась от Эдриана.

На небольшом клочке бумаги, аккуратно сложенном в квадрат, парень написал:

Подумал, что эта заколка подошла бы к твоим волосам.

Встретимся после каникул. Не теряй бдительности, потому что я усиленно перечитываю все учебники и в следующем семестре намерен превзойти даже тебя в учебе.

С Рождеством и отличных каникул!

Эдриан

— Его вообще учили правильно писать письма? — усмехнулась девочка. Открыв коробочку, завернутую в крафтовую бумагу, Диана обнаружила маленькую заколку в виде извивающейся серебристой змеи с зелеными камушками вместо глаз. Заколка и впрямь была завораживающей.

«Надо бы и им что-то подарить в ответ», — подумала Диана, бережно положив заколку обратно в коробочку. Время уже почти близилось к вечеру. Если Ребекке можно подарить что-то из своих украшений, то Эдриану Диана не знала, что дарить. Казалось, из её вещей не было ничего, что подошло бы Пьюси.

— Другого выхода нет, — вздохнула Диана.

***

— Зачем мне в такое время в Косой переулок? — посмотрел Люциус на Диану исподлобья.

— Мой друг, отправил мне подарок, и... я считаю, что я должна ответить тем же. Но, к сожалению, среди моих вещей нету того, что мог бы подойди в качестве подарка, — сжимая сзади юбку, неуверенно промямлила девочка.

«Понимаю, должно быть сложно отцу, слышать от одиннадцатилетней дочери, о том, что она хочет сделат подарок какому-то другу», — думала Диана, стараясь не смотреть в глаза Малфою-старшему.

— Ясно, — потёр переносицу мужчина, — и какой же подарок ты хочешь подарить?

— Я тут подумала, часы — хороший вариант, — кивнула девочка, все еще старательно избегая прямого зрительного контакта.

— Мне хотя бы можно узнать, кто этот счастливчик?

— Он мой однокурсник, тоже со Слизерина. Насколько мне известно, чистокровный. Зовут Эдриан Пьюси, — неохотно ответила Диана. Услышав имя мальчика, Малфой-старший замер, смотря в одну точку.

— Пьюси, говоришь...

Проигнорировав странную реакцию на имя Эдриана и видя недовольную гримасу на лице отца, Диана решила, что нужно как-нибудь смягчить его.

— Знаешь, папа, из всех известных мне мужчин у тебя всегда был самый безупречный стиль. Ты прекрасно разбираешься в предметах роскоши, и...

— Мне приятны твои комплименты, но не стоит ради этого льстить, — хмыкнул Люциус, не дав договорить девочке. Диана закусила губу.

— Так уж и быть. Добби, — встав с кресла, Люциус позвал домовика. Спустя пару секунд появился потрепанный домашний эльф.

— Д-да, хозяин... — дрожа, поклонился Добби

— Я отправлюсь в Косой переулок ненадолго, принеси моё пальто в прихожую, — властным тоном приказал Малфой-старший и вышел из своего кабинета, оставив Диану в тихом одиночестве.

Стрелки часов неумолимо приближаются к семи вечера. Так как сейчас зима, солнце уже давно скрылось за горизонтом, погрузив Малфой-Мэнор в холодные объятия ночи. Несмотря на морозный воздух, Диана, тепло одевшись, сидела на качелях.

«Может, обиделся? Почему он так долго?» — думала Диана с тех пор, как Люциус отправился в Косой переулок.

Слегка покачиваясь на качелях, морозный ветер пронизывал ее тело, но Диана не обращала на это внимания. Она была слишком погружена в свои мысли о всяком. О Седрике, о Ребекке и так далее.

— Если заболеешь и не выздоровеешь до конца каникул, я не пущу тебя в Хогвартс, — медленный и монотонный тон, которого Диана узнала бы из тысячи, вывел ее из навязчивых мыслей. Девочка подняла голову и увидела Люциуса, полностью одетого в черное, с тростью и завязанными сзади платиновыми волосами.

Ни одно слово не могло выразить то, насколько сейчас Диана была рада его видеть. Будучи в хорошем настроении, девочка лишь ответила улыбкой и не стала лишний раз огрызаться.

***

«Постарайся теперь уснуть после такого пира», — думала Диана, расчесывая волосы, перед тем как отойти ко сну.

По возвращению Люциуса, девочка спешно написала ответные письма и отправила скромные ответные подарки через сов, которые все это время сидели на балконе Дианы. Дальше был богато накрытый праздничный стол: пиршество для глаз и желудка, где каждый элемент — шедевр кулинарии. За столом Диана задалась лишь одним вопросом: «Неужели все это приготовил Добби?!» Но поиск ответа на этот вопрос быстро забылся под влиянием весёлой праздничной атмосферы и беседами с семьёй.

Отужинав, Люциус даже устроил небольшое шоу фейерверков по просьбе Драко. И сейчас, когда рождественская суматоха понемногу улеглась, Диана ощутила необыкновенное умиротворение. Она поняла, что уже давно не чувствовала себя настолько расслабленной. В этот момент у нее возникло неудержимое желание, чтобы ее жизнь навсегда осталась такой же беззаботной и свободной от тревог. Но Диана знала, она прекрасно знала, какие тяжелые времена грядут. Она также понимала, что ей нужно будет сделать много рискованных шагов и выборов. И все же, девочка хотела по полной насладиться всеми прелестями жизни богатой и чистокровной волшебницы хотя бы ближайшие шесть лет.

— Сестра, — от размышлений Диану вывел голос Драко. Отложив расчёску, девочка посмотрела на мальчишку, который уже самовольно зашёл в её комнату.

— Драко, сколько раз я тебя учила: не входить в чужие комнаты без стука и разрешения?

— Прости, — приуныл мальчик, опустив взгляд. Видя расстроенный вид младшего брата, Диана не могла не смягчиться.

— Ладно, хорошо. Что случилось, почему ты ещё не в постели? — уже на более мягкий тон перешла Диана.

— Ты вчера обещала рассказать мне все про Хогвартс и вообще истории про магию. Вот и я подумал, может, если ты ещё не спишь...

Диана вздохнула и пересела со стула на кровать.

— Хорошо, иди сюда, — похлопала девочка по месту рядом с собой на постели. — Я расскажу тебе все, что тебя интересует.

Услышанное заставило глаза мальчика загореться ярким пламенем, а губы его изогнуться в широкой, счастливой улыбке. Драко подбежал к Диане и сел рядом с ней.

— И? Что ты хочешь услышать? — приобняв брата, спросила Диана.

— Расскажи про этих грязнокровок, — не долго думая, выпалил Драко.

— Ты же понимаешь, что это слово очень, и очень грубое. Не говори так больше, — строго произнесла Диана, нахмурившись.

— Но они же не такие как мы! Они дети маглов! У них грязная кровь!

— Я второй раз повторять не буду, Драко. Не надо излишний раз злить меня.

После холодного тона и свирепого взгляда сестры, Драко замолчал. Казалось, Драко побаивается Дианы также, как и Люциуса.

— Я расскажу тебе все, но если ты не будешь переходить границы.

Драко, надув щеки, закивал.

— Тогда, расскажи про Северуса Снегга. Он такой же как про него говорят? Злой и страшный?

— Может быть, — Диана сама не знала, какие слова лучше подобрать, чтобы описать обиженного на жизнь мужчину, — он... у него просто свои методы. Но да, он очень строгий учитель.

— Но я слышал, своему факультету он делает поблажки, — ухмыльнулся Драко.

— Да, но это не значит, что можно расслабляться на его уроках.

Проведя так ещё около двух часов, Драко медленно заснул рядом с Дианой. Диана же, как истинная заботливая сестра, уложила его поудобнее на подушку и укрыла своим одеялом. Прямо сейчас, в такую тихую и мирную ночь, глядя на Драко и поглаживая его по платиновым волосам, Диана желала лишь одного: защитить его. Она понимала, что, возможно, Драко всё равно вырастет таким же отморозком, как в оригинале, но всё же не переставала верить, что её влияние сможет изменить его в лучшую сторону.

— Надеюсь, ты вырастешь достойным человеком.

Поцеловав младшего брата в лоб, Диана прижала его к себе и тоже погрузилась в сон.

***

Комнату мисс Малфой освещал лишь слабый свет от свечей. Нарцисса получше укрыла своих детей одеялом и по очереди поцеловала их в лоб.

— От Э. Пьюси, — шёпотом прочёл Люциус имя адресанта на одном из листков на столе Дианы.

— Ты знаешь его? — тихими шагами Нарцисса подошла к мужу. Под влиянием падающих от свечей теней лицо Люциуса казалось тёмным и мрачным.

— Да, знал. Родителей. Эмили и Мартин Пьюси. Я был рядом, когда Тёмный Лорд убил их, — тяжело выдохнул Люциус.

Нарцисса положила руки на плечо мужа с выражением сострадания на лице.

— Они отказались принять его сторону и стать Пожирателями смерти. Жаль их, конечно. Чистокровные были, как никак, — добавил мужчина.

Лицо Малфоя-старшего было нахмуренным. Он, вероятно, думал, что дружба этого мальчика с его дочерью долго не продлится, если тот узнает, что Люциус был одним из причастных к смерти его родителей.

— Наша дочь умеет выбирать людей. Раз она подружилась с этим мальчиком, значит, в нем есть какие-то достоинства, — полушёпотом произнесла Нарцисса, обвив руками мужа и положив голову ему на плечо. Люциус слабо улыбнулся.

— Надеюсь. Очень надеюсь.