Спасти возлюбленного из книги

По мере того, как ноябрьское дыхание охватывало Хогвартс, погода претерпела резкую перемену. Изумрудные склоны гор вокруг замка, некогда живые и пышные, теперь облачились в серый саван, приняв меланхоличный вид. Зеркальная гладь озера, некогда отражавшая небо, стало похожим на ледяное зеркало. Каждое утро земля пробуждалась в белоснежном одеянии инея. Студенты уже облочились в тёплые мантии и шарфы под цвет своих факультетов.

В четверг, вторая половина дня у слизеринских третьекурсников была свободна. Свое свободное время Диана и Ребекка решили провести за домашними заданиями в библиотеке, чтобы отдохнуть вечером после ужина.

— Где Эдриан? — тихим голосом поинтересовалась Малфой, закончив писать свою письменную работу, — я его с обеда не видела.

— У сборной слизерина сегодня тренировка. В субботу уже начинаются матчи, — не отрываясь от своего пергамента, бесстрастно ответила Ребекка.

Через минут двадцать прозвенел последний звонок. Со всех сторон Диана ощутила топот учеников, наконец вырвавшихся на свободу.

К этому времени и Эйвери закончила писать свою письменную работу по трансфигурации, и слизеринки, обсуждая задания и завтрашние уроки, начали собирать свои учебные принадлежности.

— Эм, Диана, — окликнул девочку сзади знакомый голос. Увидев, как Ребекка вскинула брови, глядя на парня недоверчиво, Малфой была уверена, что это Седрик Диггори. И она оказалась права. Пуффендуец с растрепанными волосами, только что вышедший с последнего урока, стоял с сумкой на одном плече, смотря на Диану самой невинной улыбкой.

— Да? — спросила Диана, полностью развернувшись к Диггори.

— Если тебе не сложно, можешь немного помочь мне с рунами?

Диана вопросительно посмотрела на пуффендуйца, а Эйвери сзади язвительно хмыкнула.

«Он же и сам вроде неплохо справлялся», — подумала Диана.

— Хорошо. Мне не трудно, — кивнула блондинка. Разве она могла отказать своему объекту обожания, когда он просит её с такой милой улыбкой.

— Если ты не заметил, уже время ужина, — холодным тоном проговорила Ребекка, обойдя стол и встав рядом с подругой.

— Точно, прости, я забыл про ужин. Может, тогда после ужина? — даже не смотря в сторону рыжеволосой, Седрик обратился к Малфою. — Семь часов тебя устроит?

Диана одобрительно кивнула, перекинув сумку на правое плечо.

— Да. В семь я буду свободна.

— Тогда договорились, — с этими словами и лучезарной улыбкой, Седрик поспешил к выходу. Единственная, кто находилась в замешательстве в этой ситуации была лишь Ребекка.

***

— Эдриан это не одобрит, — сухо проговорила Эйвери, уже на пути к большому залу.

После библиотеки, девочки отправились в спальню, где Ребекка оставила сумки с учебниками и другими вещами. Там же они увидели игроков слизеринской сборной по Квиддичу, но Пьюси рядом с ними не было. К половине шестого слизеринки переступили порог большого зала, в котором уже находились большинство учащихся. Диана и Ребекка отыскали взглядом Эдриана за столом слизерина.

— А мне и не нужно его одобрение.

Рядом с Пьюси оказалось ещё несколько пустых мест, на которые и сели девочки.

— Я-то уж подумал, вы не придёте, — поочерёдно взглянув на подруг, сказал Эдриан.

Ни одна из девочек не вымолвила ни слова, и они молча приступили к трапезе. Просидела слизеринская троица так ещё минут пятнадцать, пока это молчание не прервал Пьюси.

— Вы уже закончили все задания?

— Да, — Диана и Ребекка одновременно кивнули.

— Отлично! Тогда вечером надеюсь на вашу помощь. Послезавтра уже первый матч против гриффиндора, а у них ловцом ещё и Гарри Поттер записался. Поэтому времени на учёбу что-то совсем не осталось, — с воодушевленным пылом проговорил Пьюси. Диана отпила свой тыквенный сок, отодвинув уже пустую тарелку.

— Да, после сегодняшнего урока по зельеварению Снейп остановил меня и сказал, что качество твоих заданий упало. И попросил проследить за твоей успеваемостью, — неспешно сказала Диана, глядя в другую сторону. Затем она повернулась к парню и добавила: — Можешь расслабиться до следующей недели. Но потом все твоё время до матча с Когтевраном в феврале, надеюсь, будет посвящено учебе.

Под конец голос Малфоя стал более требовательным и жёстким. Пьюси таращился на Диану пару секунд, и неуверенно медленно кивнул.

— Д-да, конечно. 

— Сегодня тебе будет помогать только Ребекка, у меня другие планы, — сухо, как-бы между прочим бросила Диана, отвернувшись от друга. После слов Дианы, Ребекка прокашлялась и, выпивая свой тыквенный сок, тоже повернулась в другую сторону, чтобы не встречаться с вопросительным взглядом Эдриана. Пьюси недоверчиво вскинул брови, глядя то на одну, то на другую подругу.

— С чего вдруг? Что это за дела после ужина, кроме домашних задании? — голос Пьюси сел. Тот не сводил глаз с блондинки.

— Главное, тебя же это не касается. Зачем тебе знать? — саркостично усмехнувшись, сказала Малфой, бросив на Эдриана короткий взгляд. Парень ещё больше нахмурился.

— Еще как касается! Я твой друг. И судя по всему, кое-какие люди, — Эдриан специально повысил голос, обернувшись к Эйвери, — знают, что у тебя за дела после ужина.

Диана лишь закатила глаза, все еще не смотря в сторону Пьюси, который упорно сверлил её взглядом.

— Диана, я тебя полных 2 года знаю. Ты после ужина всегда делаешь либо домашние задания, либо ничего не делаешь. А уж тем более одна без Ребекки. Ладно, я — у меня тренировки, поэтому часто пропадаю. Но вы то двое, постоянно вместе.

— Эдриан, меньше знаешь — крепче спишь.

Хотел было парень возразить что-то, но тут вмешалась уже Ребекка:

— Да что ты пристал к ней? У неё что, по твоему, личной жизни нет. Она тебе понятным языком сказала: у неё д-е-л-а.

После слов Эйвери о "личной жизни", челюсть Эдриана невольно открылась, но потом крепко сомкнулась. Пьюси, который теперь выглядел мрачновато, замолчал и начал агрессивно поедать яблочный пирог. Диана и Ребекка вопросительно переглянулись друг с другом.

Не имея никакого желания комментировать поведение своего друга, Диана взглянула на свои наручные часы, которые уже показывали шесть часов пять минут.

— Мне пора, — сказав, Малфой встала со стола. — Учись нормально.

Диана потрепала Эдриану волосы, а тот даже не шелохнулся. Ребекка попрощалась с подругой как обычно, сказав, что будет ждать ее в гостиной, затем проводила взглядом до дверей.

— Я что, так и останусь в неведении о делах своего друга? — более тихим голосом, полным возмущения произнес Пьюси. Ребекка тяжело вздохнула, уводя взгляд.

— Этот, как его там, — Эйвери подняла глаза на потолок, вспоминая имя пуффендуйца. — Точно, Седрик Диггори. Он попросил Диану помочь ему с рунами. К нему в библиотеку она и идёт. Ничего сверхъестественного.

Эдриан поморщился, будто проглотил самое отвратительное драже Берти Боттс. Он хмурился и хмурился, а затем, с оживлением, но все таким же возмущением в голосе, начал:

— Этот пуффендуйский хлыщ определенно скользкий тип. Ты заметила, он постоянно крутится вокруг Дианы, как голодный пес вокруг кости?

После подобного заявления Эдриана, Ребекка лишь закатила глаза, испустив разочарованный выдох.

— Я бы не назвала его "хлыщом". Ты закончил? Давай быстрее, у тебя много заданий, которых ты должен закончить сегодня, — протараторила Эйвери, торопливо поднимая друга.

***

Диана, поднявшись на четвёртый этаж, направилась в библиотеку. До встречи с Седриком ещё около часа, за это время она хотела попасть в запретную секцию, очень надеясь на успех.

В библиотеке было довольно пусто. Многие студенты были либо в большом зале, либо уже в своих гостиных.

Диана подошла к библиотекарше мадам Пинс, и немного прокашлялась, чтобы обратить её внимание на себя. Темноволосая женщина строго взглянула на слизеринку. От такого давящего взгляда мадам Пинс, Диане стало не по себе.

— Чем могу помочь?

— У меня есть специальное разрешение от профессора Квиррелла на вход в запретную секцию для получения дополнительных материалов для задания по защите от тёмных искусств, — не опуская голову, с уверенным взглядом, проговорила Малфой и протянула бумагу с подписью профессора зоти.

Библиотекарша вопросительно подняла одну бровь и, недоверчиво глядя на девочку, взяла бумажку и начала читать.

— Ты с какого курса?

— С третьего.

— Подпись профессора Квиррелла, да, — будто говоря сама с собой, тихо произнесла мадам Пинс кивнув, — как твоё имя?

— Диана Малфой, — твёрдо ответила блондинка. Женщина посмотрела на неё искоса и что-то записала в своём, кажется, журнале.

— Даю тебе двадцать минут. Разрешено взять только одну книгу. Когда найдёшь, что искала, подойдёшь ко мне и покажешь какую книгу взяла, — строго проговорила мадам Пинс и повела Диану в сторону долгожданной запретной секции.

Даже после того как мадам Пинс вернулась на свое место, Диана чувствовала как у неё горит затылок от ее пристального взгляда. Атмосфера в запретной секции оказалась более мрачной и удушающей, чем в остальных частях библиотеки.

«Квиррелл вроде не такой идиот, кем себя выдает. Как он без всяких расспросов подписал допуск в запретную секцию третьекурснице?» — мысленно негодовала Малфой, хотя должна была радоваться, что смогла так легко заполучить это разрешение.

Диана бродила среди стеллажей, водя пальцами по корешкам книг и читая их названия на ходу. Все книги были старыми и потрепанными временем, покрытые толстым слоем пыли. Она брала некоторые из них и листала, ища хоть что-нибудь похожее на свою ситуацию, но без толку. Диана надеялась найти хотя бы что-нибудь, связанное с душой человека: может ли после смерти душа переселиться в другое тело или могут ли существовать две души в одном теле одновременно?

Малфой, уже теряя надежду, нервно посмотрела на часы. Время уже на исходе.

«Вполне возможно, что в книге, откуда Том Реддл узнал про крестражи, было что-то ещё связанное с человеческой душой. Но эта единственная книга хранится в кабинете у Дамблдора», — призадумалась Диана.

Внезапно в ушах девочки зазвенело и голову охватила сильная мигрень. Но странного потустороннего голоса на этот раз не было. Диана наклонила голову, массируя виски и сосредоточившись на дыхании и ярких мыслях. Боль постепенно отступила и Малфой, прислонившись лбом к стеллажу с книгами, тяжело вздохнула. Ей хотелось лицом к лицу встретиться с настоящей Дианой Малфой и задать ей один-единственный вопрос: почему? Почему та мучает её? Ведь она не по своему желанию после смерти оказалась заточенной в теле маленькой девочки. Если бы Джейн дали выбор, чтобы она выбрала? Она даже сама не знает ответа. Она определённо всю жизнь хотела оказаться в своей любимой вселенной, но не в таком положении и ситуации, нет. Определенно нет.

***

— Прости, ты долго ждала?

Рядом с Дианой, которая читала книгу из запретной секции, возвысился запыхавшийся пуффендуец. Он явно пробежал весь путь до библиотеки: тяжело дышал, его волосы и мантия были взъерошены. Малфой сразу закрыла книгу и запихала его в свою сумку.

— Нет. Я тоже недавно пришла, — вроде ложь, а вроде правда, — садись. С чем тебе помочь? Что именно ты не понял? — абсолютно спокойным голосом спросила Диана. Диггори сел рядом с Дианой и достал учебник и пару пергаментов.

— Профессор Бабблинг вернула мне моё домашнее задание, сказав, чтобы я приложил ещё больше усилий, — немного неуверенно произнёс Седрик, поставив на стол перед Дианой пергамент.

Малфой прошлась взглядом по содержанию и сама нахмурилась. А в самом внизу стояла твёрдая, профессорская оценка С — слабо. Многие слова были подчеркнуты.

— Хорошо, для начинающего неплохо, — пытаясь быть дружелюбной, сказала Диана.

— А у тебя как? Какую оценку ты получила?

Малфой замолчала. Она и так преувеличила оценку его домашнего задания с такими то ошибками, теперь же не хотела подавлять хороший настрой пуффендуйца, сказав, что у неё была всего одна ошибка и что она получила высшую оценку.

— Нормально... для новичка сойдёт, — выдавив странную улыбку, сказала Малфой, приуменьшив свои результаты. — Теперь смотри, — Малфой быстро поменяла тему, указывая на подчеркнутую ошибку пуффендуйца. — Ты, кажется, перепутал руну Эваз с Эйвазом.

Диггори состроил серьёзное лицо и внимательно прислушался. Диана открыла книгу по изучению рун и пролистала несколько страниц.

— Гляди, это руна эваз, оно означает лошадь. А ты перепутал его с руной эйваз и перевел как тис, — указывая пальцами на руны в книге, затем указывая на ошибку Седрика, объясняла Малфой, — ещё, ты перепутал руны дагаз и гебо. Здесь дагаз, и оно переводится как день, а ты написал дар. Дагаз и гебо довольно схожи по написанию.

— Наверное поэтому и перепутал, — смущенно улыбнувшись, произнес Диггори.

— Изначально, я тоже их часто путала.

Диана продолжила объяснять Седрику его ошибки, показывая что-то то в книге, то в пергаменте. Диггори слушал внимательно, пытаясь вникнуть в каждое слово девочки и все понять. В какой-то момент пуффендуец поймал себя на мысли о том, какой приятный у Дианы голос. В его голове пронеслась мысль, что он хотел бы слушать её такой спокойный и мягкий голос в окружении тишины всегда. Парень сам не заметил, как засмотрелся на Диану, напрочь забыв о рунах, которые ему нужно было запоминать.

— Ты меня слушаешь? Ты понял?

Из сладких мыслей пуффендуйца вывел голос Дианы. Седрик, быстро опомнившись, закивал.

— Всё понял. Благодаря тебе, — парень расплылся в улыбке. Ну как сердце Дианы могло не растаять от подобной улыбки. И все же, Малфой взяла себя в руки и сохраняла невозмутимое лицо.

— Если ты понял, то пора уже заканчивать. Уже почти восемь, скоро библиотека закроется.

Третьекурсники встав, каждый начал собирать свои учебники и другие учебные принадлежности. 

— Еще раз большое спасибо, — поблагодарил Диггори девочку, когда они уже вышли из библиотеки.

— Не за что, — Диана улыбнулась. Пару секунд они смотрели друг на друга, пока Диана первая не решила удалиться.

— Спокойной ночи! — вслед Диане прикрикнул пуффендуец, когда та уже собиралась свернуть на лестницу ведущую вниз.

***

Около восьми часов, Малфой вернулась в сырое подземелье слизерина. В разных уголках сидели или стояли студенты разных курсов. Пройдя взглядом по гостиной, Диана обнаружила своих друзей возле камина. Неспеша подойдя, Малфой опустилась на кресло напротив Ребекки и Эдриана. Двое одновременно подняли голову и увидели подругу. Эйвери улыбнулась, а вот Эдриан, никак не отреагировав, продолжил что-то писать на пергаменте.

— Ну и как? — первой спросила рыжеволосая.

— Что как? Ничего особенного. Просто объяснила то, чего он не понял, — пожала плечами блондинка, откинувшись на спинку кресла. Пьюси фыркнул. Обе девочки вопросительно посмотрели на парня.

— Всё, кажется закончил, — громко произнес Пьюси и начал складывать пергамент и перо в сумку. — Спасибо, Бекки, от души.

Пьюси потрепал волосы Эйвери и направился в сторону спален мальчиков, даже не взглянув на Диану. Ребекка проводила друга злым взглядом со звуками недовольства, поправляя и приглаживая свои волосы, а Малфой проводила того негодующим взглядом, пока парень не пропал из виду, свернув за угол. Такое было впервые. Никогда ещё Эдриан не игнорировал Диану или оставлял без внимания.

— Ведёт себя как ребёнок. Что с ним не так? — возмущалась Диана по пути в свою спальню.

— Его тоже можно понять, — на легке сказала Эйвери, заходя в их с Дианой спальню. Малфой бросила на подругу недоверчивый взгляд, примерно догадываясь, что она что-то знает. Но ничего углубленно спрашивать не стала. Как-то не до этого было.

Каждая из девочек уселась у себя в кровати с книгами. Ребекка увлечённо читала учебник по ЗОТИ, а Диана вновь и вновь перечитывала книгу из запретной секции, надеясь уловить хоть что-то.

К десяти часам Эйвери уже мирно сопела в своей постели, плотно окутавшись одеялом. Диана же, зевая, только собиралась засыпать. Она положила книгу обратно в свою сумку и, потушив последние несколько свечей, тоже легла в кровать как можно удобнее.

Уже много ночей Диана не накладывала на себя чары сна без сновидений, в надежде, что сможет сопротивляться настоящей Диане во сне. Таким образом, девочка хотела узнать по больше о том, что с ней произошло после смерти. Даже думала, может, если она сможет одолеть во сне настоящую Диану, то ей удастся поговорить с ней. Но пока что ей это не удавалось. И Диана лишь утешает себя мыслями, что надежда всегда умирает последней. А её надежда ещё совсем юная и полная сил.