Желтые одуванчики

Баскетбольный мяч очертил почти под потолком длинную ровную траекторию и, ударившись о край корзины, отскочил, падая на пол.

– Эх, такой бы красивый трехочковый был! – Илья подхватил мяч и ударил его пару раз, отбивая рукой.

Троица снова болтались после тренировки в спортзале. Все уже разошлись, а они, как всегда, вызвались убрать зал. Тренер вручил Егору ключи и испарился, будто и не было. Поначалу Егор с Артемом не очень признавали Илью, но тот упорно продолжал оставаться вместе с ними, не обращая на тычки и оскорбления никакого внимания. В конечном итоге они смирились с третьим.

Мяч попал в руки Егора, и тот снова запустил его в корзину, но результат оказался таким же. Парень зарычал, зло ударяя кулаком в стену.

– Эй, эй, друг. Ты чего? – Илья бросился к парню, но не добежал и пары метров, как тот ударил в стену снова. – Да что с тобой?

Со скамейки молча за ними наблюдал Артем. Он, итак, был не разговорчивым, но в последнее время стал еще тише. Егор не мог понять, не мог выяснить причины такого поведения, и это его дико раздражало. Он вообще в последнее время чувствовал себя поехавшим. С каждым днем настроение только ухудшалось, все валилось из рук, по утрам он с огромным трудом поднимал себя с постели, заставлял идти в школу. Причина? Конечно, он понимал причину, но не хотел признавать, что эта причина так серьезно на него влияла.

Зоя. Он жил два года с твердым убеждением, что она просто бросила их всех, молча уехала, оставив их, даже ни разу не поинтересовалась как срослась кость Артема и сильно ли пострадали они сами. Ни одного сообщения за два года, совершенно. Он злился на нее, обижался, обвинял в бессердечии и безразличии. Когда он узнал, что она возвращается, то поутихшие со временем эмоции вспыхнули вновь. Он злорадно хихикал, размышляя над планом мести, который разлетелся на осколки, когда в двери въехала инвалидная коляска.

Да, поначалу был шок, но потом он стал злиться еще больше. Зоя не отвечала на вопросы, от этого Егор чувствовал себя в каком-то подвешенном состоянии, будто под ногами была пропасть, а он был привязан к тонкому канату, который порвется или нет – зависело от ответов, но их ему не давали. Он понимал, что она его специально мучает, всех их мучает. Но ничего поделать не мог, не бить же ее в конце концов. Ее нет, а стену можно.

Удар.

– Да перестань!

– Когда ты уже выяснишь? Ты обещал все выяснить, до сих пор никакого движения! – Егор резко развернулся к Илье, хватая его за воротник футболки.

– Воу, воу, друг, мы же договорились до нового года, еще даже сентябрь не прошел, а тебе уже результаты подавай. – Илья поднял руки, стараясь показать свое дружелюбие.

Но Егор уже набрал обороты, чувствуя, что внутри раскручивается смерч, который успокоится лишь в том случае, когда кулак столкнется с чьей-нибудь челюстью. Да, он понимал, что специально нарывается, но остановиться не мог.

– Мы меняем условия договора! – Прорычал он в лицо парню, притягивая его совсем близко. – До конца сентября ты должен будешь дать нам ответы. Мне неважно каким образом, ври, обманывай, манипулируй, но ты должен достать ответы.

– Да ведь так нельзя! – Возмутился Илья. – Девочке, итак, хреново...

– А мне, по-твоему, распрекрасно?? – Заорал он, отталкивая Илью от себя обеими руками, что тот уперся спиной в стену и больно стукнулся затылком. – Мне хорошо? Да?

– Успокойся. – Перед Ильей встал Артем, загораживая того от разъяренного друга.

– Не лезь! Это не твое дело! – Прорычал Егор.

– Нет, как раз таки мое. Это я предложил сделку, мне и менять условия. – Артем пихнул друга в плечо.

Нить, державшая коней, лопнула, яростное стадо помчалось галопом навстречу неприятностям. Глаза Егора вспыхнули, кулак таки встретился с челюстью, пересчитывая зубы друга. Артем не успел среагировать, его голова отшатнулась, а ноги подкосились, но парень все же устоял.

– Давай! Ответь мне! – Егор манил его руками, с вызовом выкрикивая. – Давай.

– Тебе к психологу пора. Придурок. Не собираюсь я с тобой драться. – Артем схватил за рукав Илью и направился в сторону выхода.

– Слабак. – Донеслось в спину.

Парень замер на секунду, но внезапно рука Ильи тихонько подтолкнула его вперед, словно намекая, что лучше это проглотить, а не лезть в драку с сорвавшемся с катушек человеком, и себя держать в руках.

– Придурок. – Только и буркнул Артем, оставляя Егора наедине со своей яростью.

***

– Зоя, ты должна понять вот что. – Молодой мужчина в белом халате прокрутил в пальцах шариковую ручку, которой только что делал записи в медицинской карте девушки.

Мама сжала руку дочери, с волнением переводя взгляд с доктора на Зою и обратно. В начале сентября девушка приходила уже сюда, ее приставили к этому врачу, который оказался вполне грамотным, что не могло не радовать девушку. В Калининграде ей не повезло с хирургом. Дмитрий Александрович же настроился оптимистично сразу, заражая этим и саму Зою.

– Не скажу, что будет просто. – Предупредил он, заглядывая в глаза девушке. – Твоя травма тяжелая, но надежда есть.

Сбоку раздался долгий выдох. Зоя бросила взгляд на маму, мысленно моля не настраиваться так быстро, но глаза у женщины все равно загорелись надеждой.

– Путь этот будет долгим, нужны будут не только таблетки, которые так любит глотать молодежь в надежде на скорое выздоровление. – Зоя хмыкнула. Доктор едва тянул на тридцать, а говорил как дед. – Но и физические упражнения. – Продолжил Дмитрий Александрович, вызвав последней фразы уже вздох Зои, но не облегчения.

Девушка расстроилась. Все же физическая нагрузка давалась ей с особым трудом. Когда она пыталась хоть что-то сделать с ногами, пошевелить ими или передвинуть, то было чувство, будто двигаешь воздух силой мысли. Не чувствовать своих ног было тяжело. Она столько слез пролила из-за болей в спине после нагрузок, столько истерик претерпела от нулевого результата, и вот опять. Зоя собралась было оспорить это, но доктор ее перебил.

– Я понимаю. – Он наклонился вперед, беря девушку за руку. – Тебе страшно и вера уже почти угасла, но ведь ты ничего не теряешь. Попробуй чисто из принципа сделать все, что я тебе скажу, пусти свои негативные эмоции по другому руслу, вымещай злость на оборудовании. Просто попробуем, ладно? А я сделаю все, чтобы твои усилия были не напрасными.

Зоя смотрела в его добрые и уверенные глаза, и не находила того же энтузиазма внутри себя. Она старалась услышать хотя бы отголосок надежды, но внутри была лишь звенящая тишина. Сколько раз ей говорили такие же слова, но все было без толку? Сколько раз ее вот так же держали за руку, и сколько раз потом отводили взгляд, когда понимали, что результат нулевой?

Она не верила во все это, уже смирилась, что до конца жизни будет обузой для своей семьи, но все же натянула на губах улыбку, чтобы не расстраиваться маму. Вот она то точно еще надеялась и верила.

– Я поняла, хорошо. – Зоя чувствовала себя куклой с застывшим выражением лица, которое она несла на себе уже второй год, показывала людям и в принципе забыла, как выражать настоящие эмоции.

– Ну все, тогда я подготовлю полностью программу для тебя, и на днях вышлю на почту, чтобы тебе лишний раз сюда не гонять, окей? – Дмитрий Александрович записал что-то в свой ежедневник. – Пока что отпускаю вас, до встречи. – Он улыбнулся своей приятной улыбкой.

Зоя с мамой попрощались и вышла в коридор. Лицо Марины Степановны не покидала счастливая улыбка, а глаза светились. Зоя смотрела на свою родительницу и думала про себя, что за несколько месяцев улыбка ее сползет, а взгляд потухнет, как и всегда до этого. Она молча перебирала руками колеса, толкая коляску вперед по коридору, не комментировала ничего, уже зная наперед исход событий. Но не хотела расстраивать маму.

Их заверили, что Дмитрий Александрович, пусть выглядел только молодо, был специалистом своего дела. Говорили, что его наставник был талантливым хирургом, оперирующем в Израиле, для мамы это был действительно показатель, но Зоя сомневалась. Она как-то спросила, почему же такой распрекрасный доктор живет и работает в их захудалом городишке, а не, скажем, в той же Москве?

«Мне бабушка всегда повторяла, что где родился – там и пригодился» – Был его ответ. Так глупо, продавать свой талант за копейки, которые платили в местной больнице. Зоя не понимала этого стремления оставаться на своей малой родине, а впрочем, это было не ее делом.

– Хороший доктор. – Произнесла Марина Степановна, открывая входную дверь и давая возможность проехать дочери. – Внушает доверие, я думаю, что с ним у нас все получится.

– Мам...

– Нет! Зоя, не смей даже думать, что это очередная провальная идея! Даже не произноси ничего такого в моем присутствии! Поняла? – Марина Степановна грозно сложила руки на груди. – Мы должны пробовать! Два, три, четыре раза, да хоть десять раз! Все ясно?

– Ээ... Да. Мам, я просто воды хочу. Не могла бы ты взять в автомате бутылочку? А то обратно не доеду. – Зоя улыбнулась маме.

Она видела, как женщина растерялась, когда поняла, что поторопилась с выводами. И только сейчас Зоя поняла, что у нее не какая-то наивная вера, все намного глубже.

Телефон в рюкзаке, лежавшем на коленях, свибрировал.

«Сходила?»

Девушка нахмурила брови. За месяц Илья каким-то чудом втерся в доверие настолько, что она даже не следила рядом с ним за словами, и ляпнула, не подумав, про больницу. И все же, внутри теплилась надежда, что он искренне интересуется ее делами, и это было не пустое любопытство.

«Да» – отправила короткий ответ Зоя.

«Отлично, заскочу вечером, расскажешь».

Девушка закатила глаза.

***

– Кто просил тебя лезть, а? – Илья укоризненно покачал головой, убирая испачканную в крови салфетку.

– Если бы я не влез, он бы ударил тебя сильнее, чем меня. – Артем скривился, когда Илья приложил новую салфетку к его рассеченной губе. – Дай я сам! Откуда у тебя вообще салфетки? Ты же парень.

– И что? Это запрещенная вещь для парня? – Усмехнулся Илья, протягивая ему всю пачку.

– Нет, но обычно с собой такое только девочки носят.

– Пфф. – Закатил глаза Илья, показывая свое отношение ко всему этому.

Тема поднялся с узкой скамейки и подошел к небольшому круглому зеркалу в углу мужской раздевалки. Запах пота в помещении забивал ноздри, губу саднило, на челюсти наливался опухший синяк. Парень аккуратно стер остатки крови с подбородка и осмотрел место удара. До дома дотерпеть, а там в морозилке можно будет найти что-нибудь холодное. Лед у них в доме не задерживался, отец использовал его весь, поглощая вечерами алкоголь, но пачка сливочного масла или курица должны были быть.

– Слушай, – раздалось из-за спины, – это не мое дело...

– Ты прав, это не твое дело. – Перебил Илью Артем.

– Но мне нужно знать хоть что-то. – Продолжил собеседник, появляясь в отражении зеркала за спиной. – Я же не могу вслепую узнавать информацию. Расскажи мне, что произошло?

– Я не могу. – Артем со злостью выкинул грязную салфетку в мусорное ведро, развернулся и уперся спиной в стену. – Я, итак, тебе много выболтал тогда, в день похода, когда напился. Обещал молчать, но... Алкоголь до добра не доводит.

Он грустно опустил глаза. Ему ли было не знать этого простого правила, он всеми силами не хотел становиться похожим на него, но иногда программа давала сбой, бесконтрольно заставляя хозяина заливать в глотку алкоголь.

– Хорошо, что тогда я тебя нашел, а не кто-то другой. – Усмехнулся Илья.

– Нет. Лучше бы меня вообще никто не нашел. – Артем оттолкнулся от стены, направился к своему шкафчику, чтобы забрать оттуда свои вещи.

– Хоть я и не знаю всей истории, – Илья притормозил парня, положив ему руку на плечо. – Но, думаю, что ты ни в чем не виноват. Я вижу людей насквозь, ты не можешь быть плохим, поверь мне.

«Как раз я во всем и виноват» – усмехнулся про себя Артем.

– Встретимся вечером. – Не глядя на Илью, бросил он через плечо. – Не дай мне пожалеть о своем решении.

Он молча забрал рюкзак из шкафчика и выскочил в двери, оставив Илью одного. Их троица до сих пор ему не особо доверяла, но Женька, он чувствовал, начинала испытывать к нему симпатию. Было видно, как она смотрит на него, как розовеют ее щеки, стоит только Илье появиться на горизонте. Артема это бесило, он внутренне клокотал, злился, но понимал, что ничего не сможет с этим поделать. Женька сама вправе выбирать тех, с кем ей общаться, и он не мог ей запретить этого. Или мог?

Он шел быстрым шагом по коридору, которые в это время были тихими, спокойными. Не бегали, сшибая с ног, безголовые малолетки, не кричали, своими визгами разрывая перепонки. Огромный минус того, что их поселили на первый этаж, были неуправляемые младшеклассники. Конечно, не все дети были такими. Их Ангелина уж точно бы не вписалась в подобный цирк, но она вряд ли будет когда-либо учиться в школе, среди сверстников, малышка заперта была на домашнем обучении, и медленно сходила с ума от недостатка общения, как думал Артем.

Завернув за угол, парень не заметил, как дверь в подсобное помещение возле туалета резко открылась и на полном ходу изнутри выскочила девушка, врезаясь в него.

– О, Господи. Аккуратнее! – Артем выставил руки, пытаясь сохранить всем равновесие.

– Ох, прости. – На него подняла взгляд Милана. – Привет.

Волосы девушки были слегка растрепаны, губы раскраснелись, она поправила блузку, заталкивая ее поглубже в юбку.

«Все понятно. Решил стресс в подсобке снять? Ударил друга и сразу трахаться. Хрен с тобой, долбоеб. Еще приползешь ко мне, вот посмотрим» – Промелькнуло в голове парня.

– Привет. – Артем прошел мимо девушки, махнув рукой. – И пока. Егору не говори, что меня видела.