Глава 81.
Мужчина замер:
— Что?
Линь Цюн поспешно объяснил:
— Я... я тебя разбудить хотел.
Фу Синъюнь перевёл взгляд на его руку, лежащую у него на щеке:
— А это что такое?
На тот момент рука Линь Цюна всё ещё щипала его за лицо. Осознав это, он мгновенно отдёрнул руку и, опустив голову, смущённо пробормотал:
— Услуга по пробуждению...
— ...
Фу Синъюнь медленно сел на кровати, небрежным движением пригладил волосы со лба. Рукав халата соскользнул, обнажив крепкое плечо. Его резкие черты лица хранили следы раздражения от пробуждения. Он поднял глаза и посмотрел на Линь Цюна. Линь Цюн тут же выпрямился, машинально уставившись на него, сглотнул. Будучи мужчиной более двадцати лет, он впервые в жизни испытал такой мощный прилив мужской привлекательности.
Почувствовав его пристальный взгляд, Фу Синъюнь спросил:
— Что?
Линь Цюн очнулся, поспешно отвёл взгляд и смущённо взъерошил свои торчащие волосы.
— Ничего, просто...
Фу Синъюнь облокотился на спинку кровати:
— Просто что?
Линь Цюн снова взглянул на него — приоткрытый халат, внезапно обнажившаяся крепкая грудь врезались в глаза.
Он честно признался:
— Просто ты очень красивый.
Рука Фу Синъюня, потянувшаяся за вещами, замерла. Он хотел что-то сказать, но Линь Цюн опередил:
— Такой... человекоподобный.
— ...
Линь Цюн бросил взгляд на часы и вскочил:
— Ладно, Синъюнь, собирайся, скорее всего, доктор уже пришёл. Переоденься и выходи завтракать.
Он спрыгнул с кровати, и, открывая дверь, ещё и высунул голову в коридор, оглядываясь по сторонам.
Фу Синъюнь: ...
Да кто угодно подумал бы, что они тайком встречаются, а ведь они официально женаты.
— Ты чего там делаешь? — внезапно спросил он.
Линь Цюн вздрогнул от неожиданности, резко обернулся и с громким "БАМ" ударился лбом об дверной косяк.
— Ай! — вскрикнул он, хватаясь за голову и, как юла, закружился на месте от боли.
— Линь Цюн! — Фу Синъюнь резко отбросил одеяло и вскочил, но тут же потерял равновесие. Линь Цюн только хотел сказать, что всё в порядке, как услышал глухой стук:
— Бух!
Мужчина рухнул на пол.
Линь Цюн перепугался, напрочь забыв про свою боль. Он бросился помогать, но, поскользнувшись на ковре, грохнулся прямо сверху.
Ожидаемой боли не последовало. Линь Цюн испуганно открыл глаза — оказалось, он лежит прямо на Фу Синъюне.
— Э... ты же был у кровати?
Он бросил взгляд на кровать в двух метрах.
Фу Синъюнь, с невозмутимым лицом:
— Просто двигался быстро.
— А... — Линь Цюн кивнул, слез с него и с заботой спросил:
— Синъюнь, ты не ушибся?
Фу Синъюнь выдохнул:
— Всё нормально.
Линь Цюн искренне восхитился:
— Синъюнь, ты такой крутой.
Тот бросил на него взгляд, в душе приятно потеплело, но, наблюдая за Линь Цюном, всё же обеспокоенно спросил:
— Ты головой не сильно ударился?
Линь Цюн уже и забыл про свою шишку. Но тут его голову потянули вниз.
— Эй, Синъюнь, ты чего делаешь? — удивился он.
Фу Синъюнь, разглядывая его растрёпанные волосы:
— Проверяю, не снесло ли яйцо.
Линь Цюн: ...
А вежливость?
Мужчина потрогал его макушку, не обнаружив шишки, облегчённо кивнул, но лицо оставалось серьёзным:
— Впредь будь осторожен.
— Понял! — Линь Цюн закивал, как цыплёнок.
«И не такой уж он мрачный, как кажется», — подумал он. Помог Фу Синъюню вернуться в кровать и только после этого вышел из комнаты.
Переодевшись, Линь Цюн пошёл открывать дверь — доктор с медсестрой, наверное, уже давно ждут.
Однако за дверью никого не оказалось, только ящик с лекарствами. Линь Цюн удивлённо вышел в сад — и обнаружил медсестру и врача, оживлённо спорящих о чём-то.
Подойдя ближе, он услышал:
— Я говорю, это роза.
Доктор покачал головой и усмехнулся:
— Молодо-зелено. Это пион.
В саду, полном цветов, на клумбе стоял одинокий цветок.
Медсестра вгляделась:
— Всё-таки роза. У вас возраст, зрение уже подводит.
Доктор:
— Ты перегибаешь.
— Это всё благодаря наставнику, — медсестра указала на цветок. — Это роза.
Доктор строго нахмурился:
— Это пион!
Услышав шаги, оба обернулись. Доктор обрадовался:
— Мистер Линь, вы как раз вовремя. Мы тут спорим, какой это цветок. Смотрите, как прекрасно цветёт этот пион!
Линь Цюн глянул:
— Это шиповник.
— ...
— ...
Медсестра засмеялась:
— Я же говорила! Они же похожи.
Линь Цюн:
— Например?
— Ну... оба в апреле цветут.
— ...
Доктор, чтобы спасти лицо, указал на другой куст:
— А это точно пион.
— Это роза.
— ...
Интеллект зашкаливает.
Они неспешно пошли в дом. Доктор, взяв ящик, спросил:
— Поздно встали сегодня?
Линь Цюн кивнул.
— Плохо спали ночью?
— Да, читал до поздней ночи.
— Вы усердны.
— Перехваливаете.
Занятия прошли успешно. Линь Цюн постоянно наблюдал за ногами Фу Синъюня, но улучшений не было.
Он, подперев голову рукой, сидел на диване:
— Не может быть...
Прошёл почти год с момента их свадьбы. По логике, ноги Фу Синъюня уже должны были восстановиться, а он сейчас должен бороться за главного героя.
Линь Цюн посмотрел на него, затем на его ноги.
— Что? — спросил Фу Синъюнь.
— Да так... — пробормотал он. Но потом всё же не удержался:
— Ты в последнее время чувствуешь какую-то силу?
— Какую силу?
Силу бага, подумал Линь Цюн.
Обычно антагонисты после травмы больше не восстанавливаются. А этот вдруг встал и начал разносить главного героя. Потом автор, будто спохватившись, резко его убил.
— Да так, ничего... — отмахнулся он.
Вдруг зазвонил телефон. Фу Синъюнь взглянул на экран:
— Что?
— Праздник будет, пойдёшь? — весело сказал голос на том конце.
— Сейчас?
— Завтра вечером.
— Нет времени.
— Какое нет времени? Проект завершён, корпорация в кармане, ты сейчас самый свободный человек. Завтра быть обязательно.
— Что за повод?
— Я его нашёл.
— Кого? Яблоко?
— Это моя жена!
— Вы снова вместе?
— Нет.
— Она с тобой заговорила?
(Надеюсь что это все таки он)
— Тоже нет.
— Тогда что празднуешь?
— Я хочу — и праздную! Завтра быть!
Гудки.
— Кто это был? — спросил Линь Цюн.
— Цинь Хэн. Завтра вечеринка.
— Правда? — глаза у Линь Цюна засветились.
— Хочешь пойти?
— Угу!
На следующий день, когда Линь Цюн собирался готовить, его окликнули.
— Пора на вечеринку.
Он тут же помчался переодеваться и выкатил Фу Синъюня за дверь.
У Цинь Хэна уже собралось немало людей, всех Линь Цюн знал, кроме хозяина.
— Сюда! — позвал их взволнованный Ли Ханъян. — Четвёртого не хватает!
— ...
— ...
— Умеешь играть в маджонг? — спросила Цзи Яо.
— Ну... более-менее.
— Может, ты? — кивнул Линь Цюн на Фу Синъюня.
— Нет! — неожиданно вмешалась Цзи Яо.
— Почему?
— Он слишком хорош в этом.
— Не скажешь по нему.
Цзи Яо не дала отказаться и затащила за стол. Линь Цюн оглянулся:
— Синъюнь, не обижайся. Я ведь тебя люблю — как же я могу тебя игнорировать?
— Тогда что ты сейчас делаешь?
— Ощущаю судьбу.
Чтобы не допустить подсказок, все тщательно следили за Фу Синъюнем.
Через некоторое время с мрачным лицом появился Цинь Хэн, но никому не было до него дела.
Он подошёл к Фу Синъюню:
— Надо поговорить.
Тот взглянул на него и кивнул.
На террасе Цинь Хэн протянул сигарету:
— Ну и как ты?
Фу Синъюнь затянулся, не отвечая.
— Не хочешь, чтоб он узнал?
Тот лишь бросил на него взгляд.
— Понял. Вот пёс ты, Фу Синъюнь.