Глава 83.
Линь Цюн уставился широко раскрытыми глазами, розовые губы приоткрылись от удивления, он с недоверием смотрел на высокую фигуру, стоящую к нему спиной. Губы то открывались, то закрывались, но он так и не смог вымолвить ни слова. Мужчина, похоже, не заметил, что происходит за его спиной — достал телефон и сделал звонок, пока ждал соединения, прошёлся туда-сюда.
Линь Цюн с неверием смотрел, как Фу Синъюнь делает шаг.
— Подготовьте машину, еду в офис, — сказал тот после того как повесил трубку и уже собирался сесть в лифт и подняться на третий этаж. В этот момент из гостиной вышли доктор и медсестра.
Доктор с привычной невозмутимостью обратился к Фу Синъюню:
— Господин Фу, раз господин Линь уехал в командировку, нам ещё приходить?
— Не нужно, — мужчина даже не взглянул на них. — Когда вернётся — тогда и приходите.
— Понял.
Фу Синъюнь:
— Сегодня вы хорошо справились.
Доктор усмехнулся:
— Мы же профессионалы.
Он поднял медсумку, собираясь уходить, но, сделав шаг, вдруг споткнулся.
Медсестра среагировала быстро и тут же подхватила его, но, подняв голову, вскрикнула от удивления. Двери лифта открылись. Услышав шум, Фу Синъюнь обернулся — и сразу увидел Линя Цюна, стоящего в ступоре, словно оглушённого.
Сердце Фу Синъюня резко упало вниз, будто провалилось в бездонную пропасть, тяжесть и потеря равновесия окутали его.
Медсестра сглотнула и с трудом произнесла:
— Господин... господин Линь.
Но Линь Цюн только продолжал смотреть на его ноги, не отвечая.
Опытный доктор в этот момент тоже растерялся:
— Господин Линь, вы так рано вернулись?
Неловкая атмосфера мгновенно повисла в воздухе. Линь Цюн смотрел на Фу Синъюня, не зная, что сказать, и сам не мог понять, какие эмоции сейчас испытывает.
— Я... — начал он, пытаясь подобрать слова. — Я забыл удостоверение личности... вернулся за ним.
Он быстро бросил взгляд на Фу Синъюня и снова опустил голову.
Линь Цюн сделал шаг вперёд. Жаркий взгляд, устремлённый на него, заставлял чувствовать напряжение, но когда тот вдруг встал, Линь Цюн оказался совершенно не готов — он не знал, как с этим справиться. Подойдя ближе, он почувствовал невидимое давление. Высокая фигура стояла неподвижно, глядя прямо на него.
Фу Синъюнь тоже не знал, что сказать. Он только открыл рот, как Линь Цюн опередил его:
— Я... я поднимусь по лестнице.
— Вместе поднимемся, — сказал Фу Синъюнь, пытаясь дотянуться до него.
Линь Цюн машинально отпрянул:
— Не... не надо.
Он нашёл какое-то нелепое оправдание:
— Лифт медленный.
И, перепрыгивая через ступени, быстро побежал вверх по лестнице. Он был не в шоке от того, что Фу Синъюнь встал, а от того, что не мог принять сам факт того, что тот теперь может ходить. Ведь перед отъездом с ним всё было в порядке. Как же... как же он вдруг встал?! Мозг Линя Цюна будто отключился. Он судорожно достал удостоверение из ящика, стараясь унять дрожь в руках, но те всё равно продолжали трястись.
Он представлял множество сцен, где Фу Синъюнь встаёт — это должно было быть радостно, неожиданно, гордо...
Но теперь он чувствовал совсем не это.
Он совсем не радовался. Даже наоборот. Он сам себе не мог объяснить почему.
Линь Цюн глубоко вдохнул, сжимая удостоверение:
— Линь Цюн, давай, радуйся.
Его маленький ротик тихо бормотал эту фразу снова и снова, уговаривая себя.
Когда он спустился вниз, мужчина всё ещё стоял на том же месте.
Линь Цюн украдкой посмотрел на него. Фу Синъюнь был выше, чем он себе представлял, с широкими плечами и длинными ногами, стоял словно укрытие от всех бурь.
— Линь Цюн, — первым заговорил мужчина.
Линь Цюн сделал вид, что не услышал, и отвернулся.
— Линь Цюн! — окликнул тот и подошёл, схватив его за руку.
Линь Цюн понял, что игнорировать дальше нельзя, и нехотя обернулся:
— А?
Фу Синъюнь вгляделся в его лицо, не в силах понять, что тот чувствует:
— Ты не хочешь мне ничего сказать?
Линь Цюн отвёл взгляд:
— Хочу.
Фу Синъюнь отпустил его руку:
— Говори.
— Я вернусь через три дня, — сказал Линь Цюн и, воспользовавшись моментом, юркнул за дверь.
Но тут зазвучали шаги — Фу Синъюнь вышел за ним.
Линь Цюн испугался и ускорил шаг:
— Зачем ты за мной гонишься?!
— А ты зачем убегаешь?
Вот ещё! Ты за мной бежишь — ты, конечно, убегаю!
Возможно, из-за того, что ноги у Фу Синъюня только начали восстанавливаться, он пробежал немного и споткнулся. Линь Цюн замер, хотел было обернуться, но в итоге сдержался, и, не оглядываясь, выбежал из жилого комплекса.
Когда он сел в микроавтобус, выглядел так, словно увидел привидение. Ван Чэн удивлённо спросил:
— Что с тобой? Привидение увидел среди бела дня?
— Почти что, — ответил Линь Цюн.
— Кого?
— Живого Хуа То*.
*Хуа То — знаменитый врач в древнем Китае.
— ...
— За двадцать минут вылечил Фу Синъюня.
Ван Чэн опешил, но промолчал и завёл машину, направляясь в аэропорт.
Линь Цюн всю дорогу молчал. Уже в самолёте неожиданно сказал:
— В будущих промо-акциях я могу участвовать.
— Что?
— Я сказал, теперь я могу участвовать во всех промо-акциях.
— Тот старый извращенец больше тебя не контролирует?
Линь Цюн не знал, как ответить, и просто кивнул.
— Ни хрена себе! — удивился Ван Чэн. — Если он больше не ограничивает тебя, значит, всё — наигрался и бросил?
— Вы же собирались развестись, как только он поправится, — продолжал Ван Чэн. — Вот он и поправился, теперь пора разводиться.
Линь Цюн уставился на пальцы:
— Наверное...
— Я ведь говорил, эта свадьба не продлится долго: ты за деньгами, он за телом. Ничего общего.
Линь Цюн не ответил, но внутри чувствовал неприятное напряжение.
По его плану всё должно было быть иначе: Фу Синъюнь встаёт, они разводятся, он получает кучу денег и уезжает, живя как сытая пиявка.
Но сейчас — он не чувствовал ни капли радости.
Когда Фу Синъюнь встал?
Почему он ему не сказал?
Может, все уже знают, кроме него?
Он не задал этих вопросов в лицо.
Ван Чэн болтал без умолку:
— Разошлись — и хорошо. У вас возрастная разница, в жизни точно бы не сошлись.
Стюардесса начала раздавать еду, Линь Цюн молча взял свою порцию и стал уплетать.
— Заедаешь горе?
— ...
Увидев, что тот молчит, Ван Чэн протянул ему свою порцию:
— На, поешь.
Линь Цюн замер:
— А ты?
— Не голоден. Ешь.
С набитым ртом Линь Цюн вдруг почувствовал, как щиплет в глазах. Будто вернулся в прошлое, когда бродяжничал.
— Ван Чэн, ты хороший человек...
Тот аж подпрыгнул:
— Блять, у тебя чего, глаза покраснели?
Он впервые видел, как Линь Цюн теряет самообладание:
— Ну и что? Развод — это начало новой жизни!
Линь Цюн уткнулся в поднос и продолжал есть, как когда-то жадно ел черствый хлеб, выкопанный из мусорки. Он и сам не знал, почему расплакался. Но когда Ван Чэн отдал ему еду, он вдруг почувствовал — его кто-то поддерживает. И из груди вырвались накопленные, даже не осознанные до этого, обиды. Обидно, что Фу Синъюнь встал — и не сказал.
Обидно, что скрывал это. Он больше всех хотел, чтобы тот снова смог ходить. Это как цветок, в который вложил душу — а он расцвёл, но тебе даже взглянуть не дали, срезали и унесли. Даже лепестка не оставили.
В отеле, когда Линь Цюн всё ещё выглядел подавленным, Ван Чэн схватил его за плечи и начал яростно трясти:
— Чего ты ноешь-то?!
Линь Цюн молчал.
— Ради чего ты с ним женился?
— Ради денег.
— Разведёшься — получишь деньги?
Глаза Линя Цюна тут же загорелись:
— Конечно!
— Тогда чего расклеился?
Да, чего же он, в самом деле?
Линь Цюн только собрался ответить, как вдруг почувствовал, что кто-то сжал его лицо — Ван Чэн начал мять его щёки, превращая рот в «птичий клюв».
— Линь Цюн! Пусть это будет тебе уроком — деньги не купят любви! Этот старый извращенец просто хотел твою молодость и внешность, это не любовь.
Линь Цюн остолбенел.
Он играл много романтических ролей в театре, но никогда не знал, что такое любовь на самом деле. У него не было ни родных, ни любимого. Все чувства он выдумывал сам.
Он думал, что у него есть чувства к Фу Синъюню — но теперь в этом сомневался.
— Не любовь?
— Конечно нет! — твёрдо сказал Ван Чэн. — Любовь не смешивается с деньгами. Если смешивается — уже не чиста.
Видя, что тот задумался, Ван Чэн продолжил:
— Но теперь это не важно. Сейчас тебя любят многие.
— Кто?
— Незнакомцы.
— ...
— Твои фанаты. Люди, которые тебя не знают, но всё равно любят.
— Меня?
— Тебя.
Ван Чэн попытался приободрить:
— Посмотри на себя — ты хорош собой, талантлив. Фильм получил хорошие отзывы, актёрская игра признана. Пусть однажды ты оступился, но тебе всего чуть за двадцать. Твоя лучшая жизнь — впереди.
— Разведёшься с тем старым извращенцем — и можешь снова начать с начала.
Он похлопал его по плечу:
— Главное — меняй партнёров почаще. Тогда и горевать некогда будет — только любовь.