Игрок

Джой отдернула руки, удивившись, каким образом они переползли с вполне приемлемого с точки зрения приличий положения на плечах Грея вверх на его шею.
— Извини, я думала, это Том.
— Что?
Руки Грея стиснули ее талию. Потом он наклонил голову. Его голос, глубокий и немного хриплый, задрожал над ее ухом:
— Да ты хоть понимаешь, что твои глаза могут сделать с мужчиной?
Джой затаила дыхание. Почти перестала двигаться. Музыка, люди, тент, весь мир исчез где-то вдалеке. Единственное, что она чувствовала, это жар большого мужского тела, исходивший от Грея. Она посмотрела вверх. Его глаза обещали так много. Опасный, безрассудный секс, которому суждено разбить ее сердце на мелкие кусочки.
— Черт, Джой. Ты меня убиваешь.
Она замерла, утонув в его глазах.
— Предупреждаю честно, — скрипнув зубами, произнес он. — Еще немного, и я покажу тебе, что твой взгляд делает со мной. Прошлой ночью тебе это не слишком понравилось, помнишь?
— Это потому, что ты думал о ком-то другом.
— Я? — Грей издал низкий гортанный звук и прижал ее теснее. Их ноги соприкоснулись. Его руки скользили у нее по ребрам, а пальцы сжимались, как будто он хотел проверить твердость ее костей. Как будто хотел прижать ее к себе так, чтобы они треснули.
Однако потом они вдруг холодно отодвинули ее. Как некий неодушевленный предмет, как солонку или перечницу.
Джой чувствовала себя разочарованной, пока не посмотрела ему в глаза. Они горели.
— Проклятье. Надеюсь, Том понимает, как ему повезло.
— Все совсем не так.
— Сколько ему? — Грей будто не слышал ее.
— Двадцать девять.
В его глазах появилась тоска.
— Прекрасный возраст для тебя.
Джой собралась было снова объяснить, что у них с Томом ничего не было. Но потом подумала, что Грей может понять это как намек. А ведь у нее тоже есть гордость. Кроме того, песня закончилась, и он уже отходил от нее.
Они вернулись к своему столику, где Том и Кассандра болтали, доедая остатки мороженого. Рыжая встала.
— Было очень весело, — сказала она, — но завтра рано утром мне надо возвращаться в город. Том, я была очень рада познакомиться с тобой...
Они стали прощаться, и Джой взглянула на Грея. Он, улыбаясь чему-то сказанному Кассандрой, жал руку Тому.
«Сейчас середина сентября, — подумала Джой. — Скоро он уедет, вернется в свою настоящую жизнь и не появится в Саранаке долгие месяцы. Сменится несколько сезонов: промозглая осень, унылая зима, сырая холодная весна, прежде чем он приедет снова».
Она внимательно изучала черты его лица, подмечая морщинки в уголках глаз, когда он улыбался. Вечернюю щетину, тенью лежавшую на подбородке. Широкую грудь под курткой. Плоский живот, бедра и длинные-предлинные ноги.
Это был последний шанс, когда она могла видеть его до следующего лета.
И она могла побиться об заклад, что больше никогда в жизни не будет снова танцевать с ним.