Глава 11
Сон Дже
"Признался?" — сообщение от друга мигнуло на экране моего раскладного телефона. Я вздохнул, закрыл его и положил обратно в карман. Куда там, подумал я, чувствуя, как тяжесть нерешительности снова наваливается на меня.
Мы с Соль сидели в автобусе, ожидая своей остановки. Внутри было тихо, спокойно, никто не мешал. Это был идеальный момент, чтобы наконец сказать ей то, что давно хотел. Я огляделся, убедился, что вокруг всё спокойно, и начал:
— Слушай...
Но она резко перебила меня, её голос звучал неожиданно твёрдо:
— Ничего не говори!
Я замер, ошарашенно посмотрев на неё. Её лицо изменилось, словно внутри неё боролись какие-то эмоции. Автобус тронулся, но тут же резко затормозил, заставив нас слегка качнуться вперёд.
— Как крутит, — тихо произнесла она, словно на последнем издыхании.
Я сел ровно, дотронулся до своего лба, пытаясь понять, что происходит.
— Авария, что ли? Не должна тут машина стоять, — недовольно пробормотал кто-то из пассажиров.
— Что? — вдруг подала голос Соль, её глаза расширились.
— Что такое? — спросил я, стараясь говорить спокойно, но её реакция меня настораживала.
— Нет, ничего, — ответила она, но её улыбка выглядела натянутой, словно она пыталась скрыть что-то важное.
Я смотрел на неё, пытаясь понять, что происходит. Всё же было замечательно, но теперь её поведение стало странным. Она улыбалась, но я чувствовал, что внутри неё что-то не так.
— Мама, я очень хочу в туалет! — раздался голос ребёнка неподалёку.
Им Соль моментально повернулась на звук, её внимание полностью переключилось на разговор мальчика с его мамой.
— Боже мой, не сможешь потерпеть? — спросила мама.
— Я не дотерплю! — ответил мальчик, его голос звучал отчаянно.
— Остановить автобус? — предложила мама.
Я следил за тем, как Им Соль борется внутри себя, её взгляд был прикован к мальчику. И вдруг я понял: она тоже хочет в туалет, но стесняется попросить. Её лицо выражало смесь смущения и отчаяния, она была похожа на маленького щеночка, кричащего, но всё равно милого. А я-то думал, в чём беда.
— Точно не дотерпишь? — продолжала мама.
— Мама, хочу в туалет. Сейчас в штаны описаюсь, — мальчик говорил всё громче.
Им Соль продолжала наблюдать за ними, её лицо озарила улыбка, когда мама мальчика встала. Но разочарование пришло мгновенно: женщина не собиралась просить водителя остановить автобус. Вместо этого она достала бутылку с широким горлом и протянула её мальчику.
Последней каплей стал звук, который обычно провоцирует освобождение из организма. Им Соль закрыла руками уши и скрестила ноги, её лицо выражало полное отчаяние.
— Водитель! — я встал, напугав её своим резким движением. Всем своим видом я показывал, что сам срочно хочу в туалет. — Остановите автобус!
— Прямо тут? Что случилось? — уточнил водитель.
— Мне срочно надо выйти, — добавил я, усиливая драматизм.
— Мы ведь только что останавливались! — возразил он.
— Пожалуйста, — сказал я, стараясь выглядеть как мученик.
Автобус проехал ещё небольшое расстояние и наконец остановился. Как только двери открылись, Им Соль первой выбежала наружу, поблагодарив водителя. Я последовал за ней, тоже поблагодарив.
Мы стояли на тротуаре, вечерний воздух был прохладным и расслабляющим. Я наблюдал за ней, как она изо всех сил старается не подавать виду, что ей срочно нужно в туалет. Её движения были смешными и милыми одновременно.
— Ты беги в туалет, — тяжело вздохнула она, переступая с ноги на ногу. — Я пока свежим воздухом подышу.
Она засмеялась, но её лёгкие дергания выдавали её состояние. На первый взгляд можно было подумать, что она замёрзла, но я знал, что это не так.
— Там опасно, — сказал я, указывая на сторону позади неё.
Она оглянулась, увидела дорогу, а за ней лесок и зелёную траву.
— Иди туда, — предложил я.
— Что? — спросила она, ещё больше растерявшись.
— Иди скорее. Я посторожу тебя, — протянул ей фонарь, избегая смотреть ей в глаза.
— Меня? — её голос звучал ещё более удивлённо.
Я кивнул.
— Полный провал, — пробормотала она, схватив фонарь и побежала туда, куда я указал. Лишь ее пятки сверкали в темноте.
Я остался стоять на мосту, размышляя.
Наверное, это всё же не тот момент. Нет. Признаюсь ли я ей вообще? Не знаю.
xxx
Мы дошли до наших домов. В воздухе царила тихая, едва уловимая магия момента. Я тяжело выдохнул, остановившись у её ворот:
– Вот и всё, – сказал я, стараясь скрыть свою усталость за простым жестом.
Повернувшись к ней, я увидел её лицо, озарённое лучезарной улыбкой. Она смотрела на меня с такой добротой и теплотой, что моё сердце сразу растаяло.
– Ты большой молодец, Сон Дже. Поздравляю тебя с золотой медалью, – произнесла она искренне, её слова звучали как музыка.
Её улыбка — это всё, что мне надо. Может быть, именно поэтому я так влюбился в неё? Она была как солнце, согревающее моё сердце. И в этот момент что-то неожиданное полетело на нас. Сверху вниз посыпались лепестки. Они кружились в воздухе, падая на наши плечи, волосы, как будто время замедлилось. Это были лепестки сакуры, а может и что-то другое. На мгновение показалось, будто это снег — слишком волшебно для летнего дня.
– Что? Лето же, – удивлённо произнесла она, глядя вверх.
Я посмотрел на её лицо, её удивление было таким искренним, и только тогда мне удалось выдохнуть:
– Им Соль, спасибо, что пришла.
Её глаза засверкали, и она произнесла слова, которые глубоко запали мне в душу:
– Я за тобой хоть на другой конец света... Нет. Будь ты в другом 10-летии, я бы хоть сквозь время примчалась к тебе.
Её слова согрели мою душу. Внутри стало тепло, и в этот момент я понял. Это тот самый момент. Я должен сказать ей всё, что давно держал в себе.
– Я же твоя фанатка, – добавила она с лёгким смехом.
Я собрался с духом, посмотрел на неё и спросил:
– Долго это будет продолжаться?
Она нахмурилась, явно не понимая, что я имею в виду.
– Что? – спросила она.
– Мне больше не нужна фанатка, – тихо, но твёрдо сказал я.
– Почему? – удивлённо спросила она, её голос стал чуть серьёзнее.
Я собрал всю свою храбрость и начал:
– Ты, мне...
Но она внезапно перебила меня:
– Хочешь дружить? Давай дружить!
В этот момент мне показалось, что мир рухнул. Будто вся тяжесть Вселенной обрушилась на меня. Моё сердце сжалось, а мысли закружились в хаотичном вихре. Как же это тяжело.
Я опустил взгляд, чувствуя, как моя решимость рассыпается. И тут я заметил своего лучшего друга. Он стоял наверху и сыпал те самые лепестки из своего пакета, раздувая их вентилятором. Его взгляд был полон сарказма, разочарованный, он смотрел на меня, как на полного дурака, неспособного просто сказать ей о своих чувствах.
Я точно жалкий.
xxx
– Ну и что, можно не стараться? – голос друга пробил тишину комнаты, заставив меня отвлечься от своих мыслей. Я обессиленно сел на кровать, чувствуя, как усталость и сомнения вновь берут верх.
– Раз ты молчишь, значит, всё ещё не признался. Трус! Я вам такую романтику устроил там... Что? – продолжал он, его слова раздражали меня, и я отвернулся к стене, избегая его взгляда. – "Не нужна фанатка"? Боже, а сколько слов было. Это отметкой, кто бы говорил.
Я не выдержал и схватил подушку, лежащую рядом, затем начал бросать её в него с силой, как будто хотел выбить из себя накопившееся раздражение.
– Заткнись! Кто? Кто спрашивал тебя? – выкрикнул я, не останавливаясь.
Он пытался уклоняться, но всё равно продолжал:
– Тебя не отшили!
Мои движения замерли, а подушка осталась зажатой в руках. Я пристально посмотрел на него, осознавая смысл его слов.
– Не отшили? – переспросил я с лёгким недоверием.
– Господи, – тяжело выдохнул он. – А что мне ещё сказать? Ты же ей не признался.
Мои губы невольно скривились в усмешке. Я указал на него, а внутри меня уже начинал разгораться огонёк надежды. Его озадаченный взгляд ничего не изменил, ведь для меня всё стало ясным.
– Точно, – произнёс я, словно для себя.
Я лёг на кровать, прижав к груди подушку. Улыбка медленно расползлась по моему лицу. Меня действительно не отшили. Эти слова звучали эхом в моей голове. Я снова и снова прокручивал в памяти её фразу: "Будь ты в другом 10-летии, я бы хоть сквозь время примчалась к тебе."
Эти слова были как якорь, удерживающий меня от сомнений, и одновременно как крылья, поднимающие вверх. Единственное, что убеждало меня сильнее и сильнее. У меня есть шанс.
Я ещё крепче прижал к себе подушку, словно это была она. Моя Им Соль. Я улыбнулся, потом тихо усмехнулся, чувствуя, как внутренний свет снова заполняет меня.
Есть шанс. Огромный шанс.
xxx
Старшая школа Чагам.
Бассейн был освещён яркими лампами, отражающимися на воде, которая казалась гладкой, как стекло. Я стоял на мостике, надев очки, и готовился к заплыву. Сердце билось быстрее, адреналин разливался по венам. Это был момент, который я ждал, момент, чтобы доказать себе и всем, что я могу.
Звук свистка разорвал тишину. Я прыгнул в воду, её холод мгновенно охватил моё тело, но я не обращал на это внимания. Я плыл так, как никогда раньше, разгребая воду руками, словно за мной гналась акула. Каждое движение было мощным, целенаправленным, я чувствовал, как мышцы напрягаются, работая на пределе.
На половине пути я внезапно остановился. В плечо отдала острая боль, такая сильная, что я едва мог двигаться. Это было невыносимо, словно кинжалы вонзались в моё тело, разрывая его изнутри. Я пытался продолжить, но боль становилась всё сильнее, заставляя меня замереть на месте.
Вода вокруг меня казалась тяжёлой, как будто она тоже давила на моё плечо. Я смотрел вперёд, но не мог заставить себя двигаться.
Тренер и другие спортсмены начали беспокоиться, их голоса стали громче, но я едва слышал их. Всё, что я чувствовал, была эта боль, которая поглощала меня. Я закрыл глаза, пытаясь собраться с силами, но внутри меня росло отчаяние.
Им Соль
Я подбежала к спортивному залу с торца улицы. Солнце ослепляло, заставляя меня прикрыть глаза рукой. Я прильнула к окну, прикрывая лоб ладонями, чтобы уменьшить блики. Внутри, за стеклом, спортсмены прыгали в воду, сливаясь в движение синих дорожек.
– Ничего не видно, – произнесла разочарованно, пытаясь рассмотреть знакомую фигуру. Силуэты двигались, но Сон Дже всё не появлялся. – Почему Сон Дже не видно?
И тут, как снег на голову, раздался знакомый голос:
– Бабуль, хорошо устроилась!
Я вздрогнула от неожиданности. Это был Тэ Сон, который, как всегда, возник из ниоткуда с лукавой усмешкой на лице.
– Ты чего? – ответила я раздражённо, но быстро вернула взгляд на бассейн, надеясь всё же заметить Сон Дже.
Тэ Сон явно не собирался уходить:
– Интересные увлечения. А я думал, ты ко мне пришла? – сказал он, делая вид, что обижен.
Я бросила на него косой взгляд, его самодовольное выражение лица вызвало у меня странное ощущение. К нему? Хах, это шутка, да?
– Кажется, у вас сейчас уроки идут, – сдержанно заметила я, показывая видом, что ему здесь делать нечего. – Не прогуливай. Возвращайся, давай.
Скрестив руки, я пристально посмотрела на него, ожидая, что он вот-вот уйдёт. Но Тэ Сон не спешил сдаваться.
– Говорю тебе, как взрослый человек, – продолжила я, стараясь говорить с ним строгим тоном, – многие мечтают учиться, но не могут. Если есть возможность – надо стараться. Чтобы потом, когда станет трудно, не сожалеть об упущенном времени.
Его ответ был неожиданным. Он усмехнулся и, подходя ближе, произнёс с вызовом:
– Когда признавалась, в глаза не смотрела. Пытаешься так меня зацепить?
На секунду я опешила. Да, было такое – я писала ему признание много лет назад. Но сейчас... Сейчас я была совсем другой, взрослой Им Соль. Тогда я была наивной девочкой, не понимающей, что такое настоящие чувства.
– Ты, – он бросил на меня оценивающий взгляд и с лёгкой усмешкой добавил: – Не в моём вкусе.
Я фыркнула, тряхнув головой.
– Да-да, спасибо большое, – сказала я насмешливо, трижды поклонившись ему. С облегчением выдохнула и улыбнулась, словно сбросила с себя что-то лишнее. – Как хорошо, что я не в твоём вкусе. Сейчас всё объясню.
Сложив руки крестом, я завершила:
– Признание аннулировано. На тот момент у меня были проблемы с головой.
Эти слова вызвали у меня смех, настолько заразительный, что даже Тэ Сон не выдержал и рассмеялся в ответ.
– Надо же! Да-да, но я протестую против аннулирования, – произнёс он, выставив ладонь, словно указывал на закон.
Я резко посерьёзнела, нахмурив брови:
– Как это так? Соглашайся!
– Забираешь своё сердце?
Не желая продолжать этот странный разговор, я снова вернулась к окну, продолжая искать взглядом Сон Дже.
– Вы посмотрите на него, – пробормотала я, качая головой.
Тем временем Тэ Сон достал телефон, на который пришло сообщение.
– Бабуля, – вновь привлёк он моё внимание. – Допустим, человек меня уже достал. Что делать?
Я задумалась на секунду, потом с серьёзным видом одобрительно кивнула самой себе:
– Вот это.
С этими словами я резко развернулась, топнула ногой и демонстративно начала уходить, шаг за шагом, словно маршируя.
– Что это? – услышала я его голос за спиной.
– Я твои вопросы решать не буду! – громко ответила я, даже не оборачиваясь, наслаждаясь своими действиями.
Когда я уходила от Тэ Сона, почувствовала, как с плеч спадает тяжесть. Ноги сами шли быстрее, сердце билось ровнее. "Не понимаю, что я увидела в этом придурке?"— мелькнуло у меня в голове. Я ускорила шаг, стараясь как можно быстрее добраться до спортивного зала.
У входа меня окликнул тренер, который стоял неподалёку. Его лицо выражало усталость, но при виде меня он чуть оживился:
— О, опять к Сон Дже пришла?
— Да, а где он? — спросила я, с трудом сдерживая нетерпение. — Через окно не увидела.
Тренер замялся. Я заметила, как его лицо слегка напряглось, и он отвёл взгляд. Его пауза показалась мне вечностью.
— Да, он... — начал он, но слова давались ему трудно, словно он не хотел говорить. — Утром ушёл в больницу.
— Что? — ошарашенно произнесла я, чувствуя, как ноги становятся ватными.
Мир вокруг начал плавно рассыпаться. Всё, что казалось таким радостным и светлым ещё пару минут назад, потускнело. Неужели ничего не вышло? Неужели судьба вновь решила играть со мной? Я пыталась поверить, что это какая-то ошибка, недоразумение, но в груди уже завязался узел страха.
Солнце, которое ещё недавно так ярко освещало путь, теперь казалось слишком резким, раздражающим. Голоса вокруг смешались в гул, доносящийся издалека. Казалось, что всё, страшная участь обошла стороной... и вот опять.
Я закусила губу, стараясь не выдать тревогу. Но страх с каждой секундой становился всё сильнее. Что с ним? Почему больница? Сердце начало колотиться быстрее, а в ушах зазвенело. Всё остальное перестало иметь значение.
Сон Дже
Врач посмотрел на меня со смесью сочувствия и профессиональной отстранённости. Его голос звучал чётко, но каждое слово било как молот по моему разуму:
– Так, в ротационной манжете плеча опять растянулась ткань. Состояние ухудшилось. Нужно как можно быстрее провести операцию, – сказал он, его взгляд был устремлён на мои медицинские данные.
– Прооперировать? – переспросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается. Глубокий вздох вырвался из груди, а слова застряли в горле.
Врач кивнул, немного помедлив, прежде чем продолжить:
– После операции могут возникнуть осложнения. Но поверьте, они не помешают в повседневной жизни.
Я услышал, как мой тренер громко вздохнул, его голос прорезал воздух:
– В повседневной жизни? А что будет с плаванием?
Врач вздохнул, уже предвосхищая эту реакцию:
– Я же вам уже говорил. Реабилитация займёт минимум 2-3 года. Даже в лучшем случае мышцы восстановятся только на 80%. При таком раскладе я не думаю, что Сон Дже сможет плавать как раньше.
Каждое слово врача звучало как удар в сердце. Я опустил взгляд на свои руки, которые столько раз приносили мне победу. Это конец. Конец всему: плаванию, мечтам, соревнованиям.
xxx
Теперь я сидел на автобусной остановке, окружённый звуками обычной жизни. Люди проходили мимо, не обращая на меня внимания. Автобусы гудели, проезжая мимо. Но для меня этот мир казался будто размытым. Всё, что я мог видеть перед собой, — это одно пятно на асфальте, на которое я тупо уставился.
Тяжело выдохнул, чувствуя, как что-то внутри меня медленно разрушается. Почему это случилось? Почему именно сейчас? В голове мелькали моменты моих побед, моих усилий, тренировок, мечты о золотой медали, и все они внезапно казались недосягаемыми.
Никогда раньше я не чувствовал себя таким бессильным. Казалось, всё, ради чего я жил и старался, теперь рушится. Я сжал кулаки, но даже это движение напомнило мне о боли в плече. Этот жест казался таким бессмысленным.
Ветер прохладно обдувал лицо, но внутри была только пустота. В голове крутились слова врача: "Повседневная жизнь"... Я всегда думал, что моя жизнь — это бассейн, вода, соревнования. А теперь, что? Это должно быть моей "повседневной жизнью"?
Я тяжело вздохнул ещё раз, чувствуя, как всё, что я когда-то строил, уходит из-под ног. Это конец, снова повторилось в моей голове, но даже от этой мысли я не мог найти выхода.