Chapter eight
Дни пролетали один за другим. Луи все также продолжал мучить Гарри, не давая ответа. А Гарри перестал пытаться. Да, они разговаривали, но омега частенько запирался у себя в комнате и мог не выходить до самого вечера. И королева видела, что что-то не так, но Найл попросил её не вмешиваться.
*
- Ваше величество, не стоит. Они сами во всем разберутся. Просто...Дайте им немного времени.
- Я не знаю, Найл. Я не хочу, чтобы мой сын страдал. И я также не хочу, чтобы страдал Луи. Если им не комфортно друг с другом, то я отправлю Луи домой, и они больше никогда не увидятся. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать их счастливыми.
- У Луи сейчас слишком сложный период. Ему нужно немного времени. И все будет в порядке.
- Я надеюсь, Найл. Я надеюсь.
*
Но спустя пару дней, Гарри не выдержал. Когда их, наконец-то, оставили одних, он быстрым шагом закрыл дверь на защёлку и сел в кресло напротив Луи. Омега смутился от пристального взгляда, но мысленно готовился разложить все по полочкам раз и навсегда.
- Лу, я так больше не могу.
- Я рад.
- Ты так легко все это говоришь, как будто для тебя ничего не имеет значения.
- Возможно, оно так и есть, - пожал плечами омега.
- Нет, Луи, это не так. Ты бы не был здесь, если бы не хотел, - Гарри упрямо продолжал цепляться за любую возможность.
- Ты в этом уверен? – тихо рассмеялся Луи. – Мне просто было скучно. И я решил развлечься тобой. Но ты немного скучный. Пристал ко мне со своей любовью. А мне оно не надо, понимаешь? Не надо.
- Я ошибся.
- Полностью.
- Ты не тот милый омега, который приехал сюда. Ты другой.
- Господи, Гарри, что за бред ты несёшь? Я всегда был таким. Но кому-то стоило раскрыть свои влюблённые глазки и посмотреть на мир.
- Тебе стоит уехать.
- С радостью.
Луи встал, стряхнул невидимые пылинки и пошагал наверх. Изо всех сил стараясь не оборачиваться, чтобы не видеть разбитого Гарри.
Потому что он уже всё решил. И, как говорил он раньше, альфа всего лишь часть развлечения.
Это ведь так?
Поэтому, уже на следующий день, омега вместе со своим камердинером вернулись домой к удивлению Джоанны. Луи просто сказал, что ему нужна небольшая передышка. Но истинных причин рассказывать он никому не собирался. Никому, кроме, конечно же, Найла. И блондин совершенно не был удивлен. Он знал Луи, как свои двадцать пальцев, и был уверен, что такое случится. Но не сказал и слова в упрек. Лишь просидел всю ночь, обнимая своего друга, пока тот рыдал у него на плече.
Настали трудные времена…