16) Вернулась!
— Наруто!
Девушка что закричала во всё горло. Она больше не должна медлить, она должна найти его, и пусть она сейчас от слабости не может стоять на ногах, но она должна найти его, прижать его к своей груди, поцеловать его пленительные губы, зарыться пальцами в его золотые волосы и никогда уже больше его не отпускать. Ведь если опустит, умрёт. Перед глазами пронеслось всё, что было, сон, в котором они с Наруто встретились и провели столь счастливое и чарующие время вместе. Вспомнилось, как она дала ему обещание найти его, как уходила от него, как после пробуждения она везде видела его, как он потом пропал и снова сейчас появился перед ней, всё! Всё до мельчайших подробностей. И сейчас, девушка уже не была той бездушной куклой, что больше полутора года провалялась на кровати, она очнулась и теперь полностью пришла в себя, а всё из-за чего? Ей просто надо было поверить, что она ошибалась, что её любимый жив, и находится в этом мире, а не в мире мёртвых. Рассказ дяди подтолкнул к этому, а фраза Наруко, что Наруто жив, вселила надежду, но в конечном итоге из этого состояния её вывел сам Наруто.
Его слова, в них было столько боли, столько отчаяния, столько мольбы, что девушка сначала не могла поверить, что это действительно её солнечный мальчик, но когда осознала, то поняла, что немедленно должна хоть что-то сделать. Хотя, что можно сделать в парализованном теле? Да ничего. Тут уже ничего не поделаешь, так она думала. Но тяжесть, что держала её столько времени, мгновенно отступила, давая почувствовать своё тело, глаза, что запеленала горькая дымка, прояснились и стали видеть как раньше, всё четко и ясно. Хотя нет, теперь даже лучше. А голос, что когда-то пропал и временами возвращался только лишь для того, чтоб можно было молвить имя любимого, окончательно вернулся. Девушка вернулась!
После крика девушки, все немедленно бросились к ней. Никто не ожидал, что тишину комнаты разразит душераздирающий крик, и главное, чей крик... Саске. Этого не ожидал никто. Находясь рядом, Кушина прижала девушку к себе, начала её успокаивать, гладить по волосам. Страх читался в её глазах, как и страх в глазах Минато и Наруко. Все были рядом.
— Саске!!! Саске, девочка моя, успокойся, всё хорошо, всё хорошо, тебя никто не обидит, мы тебя защитим, тихо, тихо... — женщина явно не находила себе место, не зная, что так повлияло на состояние девушки.
— Мама, что случилось? — дрожа от страха, спросила Наруко.
— Я не знаю, солнышко... Просто не знаю, всё же было как обычно — волнение захлестнуло Кушину.
— Кушина, надо позвонить Цунаде, немедленно! Такого раньше не было, может, ей становится хуже... — Минато тоже не мог успокоиться.
— Да ты прав, я не могу потерять её, не могу. Я не смогу это пережить. Я уже потеряла сына, теперь не могу потерять дочь, хоть она мне и не родная, но она мне дочь, я не выдержу этого! — У женщины началась истерика. Она не замечала вокруг ничего и никого, она просто крепче прижимала к своей груди тяжело дышащую девушку.
— Кушина, успокойся! Всё будет нормально, поверь! Всё будет хоро... – Когда Минато перевёл глаза на Саске, он замолчал на полуслове, не веря своим глазам. Он видел не потухший взгляд девушки, который видел раньше, а живой, вполне осмысленный. Её кожа уже не выражала такой болезненный вид, а медленно становилась живой. На щеках проявлялся едва заметный румянец, тени под глазами потихоньку начали спадать и исчезать, даже волосы становились ярче, насыщеннее. Медленно в девушку вливалась жизнь.
— Кушина, посмотри на Саске! — воскликнул Минато.
Женщина открыла свои заплаканные глаза и посмотрела на девушку. Каково же было её удивление, когда она всё же поняла, что девушке не становится хуже, ей становится лучше. Наруко тоже не смогла поверить в это, ей казалось, что она спит, что это сон. Ей казалось, что это не реальность, ведь именно этого она, нет, они все так долго ждали. Но когда дождались, когда это случилось, никто не мог поверить. Она просто стояла рядом и плакала, осознавая, что все усилия, все переживания не прошли впустую, что её сестрёнка наконец-то вернулась.
— Саске?! Саске?! Девочка моя, посмотри на меня... — Кушина с мольбой в голосе обратилась к девушке. Все напряглись. В комнате чувствовалось напряжение, страх и беспокойство. Саске же всё ещё тяжело дыша, окинула взглядом комнату, а потом Минато и Наруко, которые были напряженны, как струна, а потом перевела взгляд на Кушину.
— Т... Тё... Тётя... — еле слышно позвала её Чистокровная.
Сердце пропустило удар, а от долгожданного счастья, кажется и вовсе остановилось. Не веря своим глазам и слуху, Кушина бросилась обнимать и целовать девушку. Впервые за это долгое время, она узнала хоть кого-то из тех, кто находился вокруг неё. Из глаз женщины лились уже не слёзы горя, а слёзы радости, сердце забилось с новой силой, а с души упал тяжкий груз. Наруко тоже бросилась к ним, попутно целуя и обнимая Саске, причитая, как она соскучилась, как рада, что теперь от неё никуда не отойдёт и никуда от себя не отпустит.
Минато же пытался сдержать счастливые слёзы, ведь не пристало же мужчине плакать, хоть и от радости. Но, наплевав на всё, он просто подошёл ближе, присел на краешек кровати и заключил в объятия своих девчонок. Да, его девчонки! Жена и две дочки. Только с ними ему хорошо, только с ними он живёт, живёт по-настоящему. Только для них бьётся его сердце.
Но всё же, успокоившись через некоторое время, он выпустил их из объятий и теперь просто молча сидел, гладил Саске по голове и счастливо улыбался. Наруко тоже отстранилась, прижалась к отцу и тоже улыбалась, во все тридцать два зуба, попутно вытирая слёзы и держа при этом теплую ручку Саске. Одна Кушина не могла выпустить из своих объятий эту хрупкую девушку. Она словно волчица-мать, которая ждала пробуждения своей названной дочери, ревностно охраняя её покой, и наконец дождалась его. Всё ещё плача, она с нежностью целовала лоб, щёки, глаза, нос девушки.
— Тё... Тётя, Дя... Дядя, Нар... Нару... Наруко... — еле шептала Саске смотря на них уже заплаканными глазами. Она знала, что они её слышат, что никогда не покидали и не покинут её, до конца будут рядом с ней.
— Солнышко, всё хорошо, мы рядом, мы рядом с тобой, мы тебя никогда не покинем, мы с тобой! — тихо говорила женщина.
— Тётя... Нару... Наруто жив...
— Да, да... Наруто жив, он с нами, он всегда с нами, он нас никогда не покидал... — успокаивала её Кушина.
— Да, Саске, мы все рядом с тобой, даже Наруто... — сказал Минато.
— Нет, вы не понимаете, Наруто и правда жив... — уже более уверенно повторила Чистокровная.
— Да, да сестрёнка, он для для нас всех жив! Он находится в наших сердцах — улыбаясь, пролепетала Наруко.
Саске тяжело вздохнула, она знала, что ей не поверят, это неудивительно. Сначала, ей надо восстановить силы, а уж потом она вдолбит им в головы, что Наруто и правда жив, и она добьётся своего, она найдёт его, чего бы ей это не стоило.
— Минато, живо звони Цунаде! Саске надо немедленно осмотреть — указательным тоном сказала "Кровавая Хабанеро".
— Да! Конечно, любимая, уже бегу! Наруко, солнышко, быстро, пойдём со мной... — с долькой волнения проговорил мужчина.
— Но папа... – недовольно воскликнула Наруко.
— Ни каких но! Бегом! – сказал он тоном, не терпящим возражений, и ей пришлось повиноваться.
Когда отец и дочь вышли из комнаты, Кушина выпустила Саске из объятий и потихоньку начала помогать девушке подняться, чтоб отвести её в ванную и искупать. Девушка была ещё слаба и тяжело ступала своими ногами по полу, но, не смотря на слабость, всё-таки шла. Дойти до ванны не составило труда, Кушина довела её, раздела и искупала. От купания, на девушку навалилась дополнительная слабость, и она еле-еле могла сама переставлять ногами, но всё-таки шла.
В комнате их уже ждали Минато, Наруко вместе с Цунаде. Женщина была так рада пробуждению девушки, что когда позвонил Минато и сообщил ей об этом, она не смогла сдержать слёз радости, находясь при этом на совещании. Все врачи и медсёстры смотрели на неё во все глаза, и не могли понять, что же такого случилось, что главный врач больницы, сама Цунаде Сенджу, которая славилась своим хладнокровием и спокойствием в любой ситуации, сейчас плачет от счастья. Все были, мягко говоря, в шоке. Ничего и никому не говоря, Цунаде покинула совещание и на огромной скорости помчалась в дом своих друзей, где ждала её Саске.
И вот она здесь, стоит и смотрит счастливыми глазами, как девушка слабыми шагами идёт к ней. Несмотря, на слабость, девушка прекрасна, она улыбается ей так искренне, как только может. По щекам снова побежали слёзы радости, и Цуна даже не старается их скрыть, она просто срывается с места, преодолев расстояние между ними, и заключает её в крепкие объятия. Вернулась, наконец-то она вернулась. Сейчас она жива, и находиться рядом с ними, сейчас главное она, а остальное уже не важно. Разомкнув объятья, Цунаде довела Саске до постели, посадила её и начала осматривать.
Хоть лицо женщины было радостное, а слёзы ещё не высохли, Цунаде была сосредоточена на своём деле, как и всегда. По мере обследования, женщина всё больше и больше светилась от счастья. Это говорило только лишь одно. Всё будет хорошо! После обследования, Цунаде со счастливой улыбкой на устах объявила всем, что жизни девушки ничего не угрожает, и она дней через четыре-пять встанет на ноги. Все ликовали, радовались как дети, радовались долгожданному, и наконец-то наступившему счастью.
Вколов ей витамины, Цунаде уложила девушку в кровать, укрыла её лёгким пледом и поцеловала в лоб, нежно улыбнувшись. Девушке стоит отдохнуть, набраться сил. Расспросы? Они будут завтра, когда Саске будет чувствовать себя гораздо лучше. А сейчас пускай отдыхает. Ведь она всё ещё маленькая девочка, хоть ей и через две с половиной недели будет двадцать лет, это ничего не меняет, пока что для всех она остаётся маленькой беззащитной девочкой. В особенности для названных родителей, ведь для них дети навсегда останутся маленькими и нуждающимися в их опеке, какими бы взрослыми они не стали. Уже засыпая, Саске с улыбкой на устах произнесла фразу, растворившуюся в тишине уходящего дня:
— Наруто жив...