23) Лис
Зайдя в свою комнату, Наруто уверенной походкой направился к высокому шкафу. Открыв его, и вытащив из него большую дорожную сумку, начал в спешке укладывать в неё свои вещи, которых было не так много. От пережитых событий в голове парня вертелись разные мысли. Он не ожидал, что по прошествии стольких лет он сможет найти свою пару, да ещё и при таких обстоятельствах, что не он её найдёт, а она его, придёт к нему прямо в руки. Раньше, когда Наруто был помоложе лет на двадцать, он сам усиленно искал ту девушку, которая предназначалась ему судьбой. Рыскал везде, как зверь, искал день ото дня. Девушек у нашего парня было очень много, и по части любовных похождений он уже давно славился пикап мастером. Любая особа, которая заинтересовывала нашего Казанову, в конечном итоге оказывалась у него в постели, а после проведённой страстной ночи, на утро просто мило улыбался и обещал непременно позвонить или напрямую говорил, что это было не более, чем просто секс.
От него девушки уходили либо счастливыми, либо заплаканными. Курама завидовал по-чёрному и сначала считал, сколько у "Лиса" было пассий, но примерно на пятнадцатой сбился со счёту, плюнул на это дело и послал ко всем чертям. Все как одна влюблялись в Наруто по уши, и каждый раз была одна и та же картина. Они буквально боготворили парня, выполняли всё, о чём он их просил, чуть ли не ели с его рук, все как одна ловили каждое его слово, и ни одна не осмеливалась ему перечить, ни в чём. В общем, вели себя словно преданные собачонки. А Наруто было надо лишь одно, и он это непременно получал. Пользовался, вертел ими, как мог, и как было душе угодно, а потом выбрасывал, как использованную, ненужную вещь. С любой девушкой он никогда не заводил повторных связей, всегда на место одной приходила вторая, и опять всё сначала.
Первое время такое отношение к себе интересовало, льстило парню, постепенно это начало надоедать, и в конечном итоге пользовался он ими без особого интереса, только ради прихоти, не более. Ни одна не могла по-настоящему зацепить, заинтересовать парня, одурманить, привязать к себе лишь одним взглядом, голосом, запахом. Саске первая, которая смогла сделать это, по-настоящему зацепить, обворожить с одного только взгляда чёрных глаз, а от голоса, что так сладко нашёптывал на ухо всякие сладкие двусмысленные слова, просто сорвало голову, а запах просто добил, выбивая почву из-под ног. Впервые в жизни он позволил себя обмануть, закрыл глаза на свою осторожность и, наплевав на свои принципы, отдался своим инстинктам. Его волк просто рвался к самке, что была готова, судя по запаху, отдаться, покориться ему, стать его.
И он, дурак, повёлся, сейчас он это чётко осознал. Она обвела его вокруг пальца, как глупого юнца, воспользовалась им, сделала так, как ей было нужно, что он сам согласился на всё, что она просила. Но он не жалеет, нет, вовсе нет, наконец-то он нашёл ту, которую так долго искал, ту, которая предназначена ему судьбой. Хоть он не узнал имя той девушки, что покорила его, он непременно узнает про неё всё, и она всё равно станет его. От этой мысли стало теплее на холодном сердце, а на устах появилась впервые за долгое время блаженная улыбка. Глаза сами собой закрылись, явив перед собой образ девушки, всё в точных, мельчайших деталях, даже сам запах всплыл в сознании парня, и он понял одну конкретную вещь. Впервые в жизни он крупно попал! От этих мыслей его прервал звук открывающейся двери. На пороге появился ни кто иной, как Курама.
— У тебя такая харя, словно ты кот, который обожрался сметаны. Аж смотреть противно!.. Кто ты, и что ты сделал с "Лисом"? – пристально смотря ему в глаза, сказал красноволосый.
— Чего тебе? – исподлобья посмотрел на пришедшего Наруто.
— Фу... Как грубо. Я, между прочим, потолковать пришёл, а ты сразу грубишь, хотя, от тебя ничего больше ожидать. Ты настоящее хамло!
— Рот закрой, пока цел. Говори, чего хотел, и проваливай. Мне сейчас не до тебя! – с раздражением ответил Наруто.
— Вижу, вижу. Вещички собираешь? Собираешься драпать за той цацей, что тебя всего лишь пальчиком поманила? Я тебя не узнаю, "Лис"! Ты умом тронулся или как? Да она же тебя вокруг пальца обвела, а ты смотрел ей в ротик, как преданная шавка. Хотя, ладно, признаю, ротик у неё весьма не плох, да и язычок наверное рабочий. Весьма сгодится для отсо...
— Эй, слышь, сука! Живо закрыл свою пасть, иначе я разобью тебе всё хлебало! Выбью тебе все резцы, сломаю зернодробилку и вырву зенки, оттаскаю тебя за патлы и пару раз приложу об стол. Заставлю жрать свои же кишки и говно. Все кости переломаю! И когда от тебя останется одно гниющее мясо, закатаю в асфальт! Усёк? – с красными глазами, рыча, кричал "Лис".
— Эй, брат... тихо, тихо! Ты чего так завёлся-то? – со страху еле вымолвил Курама. Он знал, что угрозы "Лиса", это не просто слова и их игнорировать ни в коем случае нельзя.
— Ещё раз я услышу нечто подобное, и ты сыграешь в ящик! Уяснил? – не унимая жестокого взгляда, спросил Наруто. Курама немедленно кивнул.
— Я услышал тебя.
— Надеюсь, принял к сведению, и намотал на ус!
— Ага, ты втюрился как малолетка! – вдруг пришло осознание к красноволосому и по ответному взгляду он понял, что догадка верна, и ему удалось раскусить Наруто.
— Курама! Блядский ты выродок! Ты бессмертный, что ли?! Когда ты, сука, за ум возьмёшься? Сколько раз я тебя пиздил! До тебя ещё не дошло? Ты действительно нарываешься, ищешь на жопу приключения? Хочешь, чтобы я тебя по стенке размазал, и чтоб потом твои куски мяса по комнате собирали? Да не вопрос, ты только скажи! Я мигом всё устрою! – рычал парень.
— Тебе меня жалко будет. – невозмутимо ответил тот.
— Чего? С хера ли?
— Ну, колись! Ты же меня любишь!! Я знаю!– С наглой лыбой заявил Курама.
— Что? Да пошёл ты!
— Вот видишь, мы друг друга понимаем, как никто другой. Мы ведь братья.
— Ага, сёстры, блять... Курама, я тебе одно скажу... – уже более спокойно, с тихим вздохом ответил Наруто.
— Чего?
— Ты ёбнутый на всю голову!!!
— Да? А ты знаешь, это я от тебя заразился!
— Блять, ты не исправим! За что мне всё это? – Наруто даже закатил глаза от безысходности. Нашёлся же ему надоедливый компаньон.
— Да ладно тебе, не разыгрывай драму.
— Если на свете есть Бог, пусть он ответит: за что мне всё это? Откуда у меня столько терпения? Любой на моём месте тебя бы уже давно грохнул. Но нет, как ни крути, терплю. А ты, сучёныш, этим пользуешься! Но знай, терпение моё когда-нибудь кончится, и тогда, мой дорогой братец, ты действительно сыграешь в ящик! – обреченным голосом сказал Чистокровный.
— Хо... Хо... Не знал, что ты религиозен. По мне, тебе за свои грешки надо обращаться не к Богу, а прямиком к Сатане.
— Курама! Ещё слово, хоть ещё одно поганое слово...
— Молчу, молчу! Кстати, ты мне не расскажешь про тот концерт, что вы там устроили? – с прищуром спросил красноволосый.
— Знаешь, твой нос, который ты постоянно суёшь не в свои дела, я тебе когда-нибудь оторву.
— Нет ну, правда! Мне вот одно интересно. Как ты дал какой-то девке себя обмануть? Как? Как сам грозный "Лис" лоханулся? Да она ж тобой вертела как хотела.
— Что ж ты, гнида, никак не уймёшься-то? – снова воздел глаза к небу блондин. – Слушай, отвали, а?
— Нет, ты мне скажешь или я устрою тебе расспрос с пристрастиями, и ты в конечном итоге взвоешь! – и Курама так гаденько и победно ухмыльнулся.
— Знаешь, сука, на что давить! Тебе никто раньше не говорил?
— Чего?
— Что ты настоящая, настырная, кровососущая муха-заебуха?
— Да, ты! Постоянно!
— И как вижу, ты это понял и постоянно выносишь мои мозги? Ладно. Как я вижу, ты всё равно не отвалишь! Будь, по твоему.
— Вот сразу бы так. Так почему ты так повёлся? Невооружённым глазом было видно, что она тобой просто вертит, а ты, дебил, чуть ли слюни не пускал!
— Да знаю я, знаю! Поступил как лох! Но ни чего не мог поделать... Она моя истинная.
— Да ладно? Чтоб она? Твоя истинная? Пиздишь!
— Я, по-твоему, на пиздабола похож? Я знаю, что поступил, как малолетний пацан! Что забил на свою осторожность, но бля, ты бы знал, какого это, когда после всего того дерьма, через которое я прошёл, наконец-то встретить её! Когда она прижималась ко мне, шептала на ухо и при этом так томно вздыхала, её запах был везде, всюду, от всей этой картины в штанах стало тесно, думал, повалю её там и отрахаю при всех. Да, давненько у меня такого не было! До неё ни одна не могла меня зацепить по настоящему, ни одна! Всё в ней мне нравится, всё! Глаза, лицо, волосы, фигура, запах, всё! Даже характер! Ни одна до неё мне не перечила, а она с лёгкостью это делала и не боялась за себя. При этом вела себя так спокойно, непринуждённо, как будто так оно и должно быть. – Наруто мечтательно закрыл глаза и облегченно вздохнул.
— Оооууууу! Всё ясно, у тебя недотрах! Но ты не переживай, в наше время это лечится, всех лечат и тебя вылечат! Мне вот только девицу твою жалко! Ты хоть после кроватного марафона её в живых оставь.
— Бля, кончай язвить, а то своим ядом захлебнёшься!
— Ага, как же! А что думаешь насчет своих предков? – спросил Курама. Наруто вмиг собрался и открыл глаза, серьёзно посмотрел на парня.
— Это не мои предки, по крайне мере, я их не вспомнил. Ты же сам знаешь, что я ничего не помню, до пятнадцати лет. Но чувствую, что скоро вспомню.
— Да, было время! Тебе было шестнадцать, когда мы встретились, а сейчас ты уже старый пердун!
— Нарываешься!
— Нисколько! – ответил довольный самим собой Курама.
— Кстати, я вот тут что вспомнил!
— Что? – спросил с любопытством в глазах красноволосый, и неожиданно получил удар под дых. От неожиданного удара, из лёгких вышел весь воздух, сдавило грудь, и парень скрючился в три погибели, стал громко кашлять. Оседая на пол, получил звонкого леща, и от его воздействия поцеловался с полом, и при этом лбом! Стук об паркет вышел таким громким, что в глазах заплясали звёздочки, напевая какую-то дебильную песенку, всё кружили и кружили, и не как не хотели исчезать. Теперь поза Курамы выглядела, как будто он религиозный, истинно верующий мусульманин, припал к полу во время молитвы и молит Бога о прощении всех грехов. Голова была опущена вниз и не отрывалась от пола ни на миллиметр, руки были вытянуты по обе стороны от головы, коленями он упирался в пол, а задница была откинута как у похотливой кошки в период гона.
— Знаешь, а у тебя классная задница! Особенно в этих кожаных шмотках! Никогда не замечал! Не будь ты альфой, непременно бы трахнул, как грязную сучку! – и с этими словами Наруто зарядил ему смачный пендаль, и Курама с громким гулом встретился уже со стеной.
И вот теперь красноволосый лежал на полу, опираясь об стену, сверкал своей пятой точкой, пытался прийти в себя. Голова болела, как и многострадальная задница, было ещё трудно дышать. Парень, найдя в себе силы, перекатился в нужное положение, и когда попытался сесть, зашипел от боли. Удар был очень сильный, и ещё усугубляли кожаные штаны, что сдавили и стали натирать в некоторых местах. Похоже, нормально сидеть ещё долго не получится. И вот, тихо поднявшись и опираясь об стену, Курама поднял глаза и тихо спросил:
— За что?
— А ты забыл? – с наглой рожей спросил Чистокровный.
— Возможно. Напомнишь?
— Ну, если ты страдаешь провалами в памяти, так и быть, скажу! Это тебе, мой горячо любимый братец, за мою тачку, которую ты взял без спросу и бессовестно искалечил!
— Оу... надо же, а я и правда забыл! Ты же меня простишь, Наруто-чан? Нет, не так... Прости меня, аники! Я больше так не буду! – сделав милую мордашку, произнёс Курама.
— Я тебе сейчас харю расквашу! Сколько раз я просил не брать то, что принадлежит мне, и сколько раз я просил не называть меня так, а? Да ты видно смерти ищешь...
— Нару... брат, правда, прости. Я не знаю, как это вышло, бес попутал. Ну не кипятись, а то на чайник становишься похож.
— А ты больше ни чего не попутал? Знаю я, какой это бес. Просто решил на моей тачке выебнуться перед тёлками, потом решил погонять, тут на горизонте показались копы, втопил по всем газам и удирал, поджав хвост, не вписался в поворот и протаранил бампером стену. Угадал?
— Всё-то ты, падла, знаешь! – фыркнул красноволосый.
— Не понял? Мне послышалось или ты что-то вякнул? – грозно обернулся к нему Наруто.
— Тебе показалось, тебе просто показалось. Поверь мне! – на всякий случай, Курама даже прижался к стенке, словно она в случае чего сможет его защитить.
— Ну-ну! Ладно, проехали. Но запомни, ты от меня так просто не отделаешься!
— Понял. Ладно, иди, тебя там уже теперь твоя фифа заждалась. Ну, покеда, брат!
— Ну, крошка, не скучай без меня! – с довольной ухмылкой парни по-братски взялись за руки, и посмотрели друг другу в глаза. Что у одного, что у другого парня глаза были кроваво-красные с вертикальным зрачком. Теперь всё стало ясно. В комнате стояли, прощаясь, два "Диких" оборотня, они были друг другу братьями, и, не смотря на проделки одного, второй парень ему всегда всё прощал, ведь чувствовал в нём родственную душу, и не мог на него долго злиться. И вот, разомкнув братское рукопожатие, Наруто взял дорожную сумку, перекинул её через плечо и с улыбкой на прощание помахал другу.
— Ну, "Лис", попутного тебе ветра в харю! – с улыбкой сказал "Дикий".
— Ага, и тебе не хворать, "Кьюби"!
Наруто