• Глава 2. • Часть 1. •
!!!TW!!!! Присутствуют описание очень жестокого обращения с животными, описания убийств. Слабонервным не читать!!
Март. 1988 год.
Маленький мальчик сидел в своей огромной, мрачной комнате, играясь с хомячком, которого ему подарили недавно. Шестилетнего Пятого никто никогда не любил. Родители никогда не хотели детей, а получилось целых трое, и все мальчики. Отец семейства был жестоким человеком, ничего о его бизнесе не было известно даже матери детей. Мальчики часто видели, как он кидает в нее ножи, периодически избивает и доводит ее до тяжелого состояния, которое завершается приездом скорой помощи. Отец также любил измываться над своими детьми, ужасно избивая их, ломая кости и запирая в подвале на несколько суток. Много ужасного происходило в стенах этого дома. Даже мать, будучи жертвой, любила выплескивать агрессию на детей, оставляя их без еды, выгоняя в мороз из дома, избивая тяжелыми предметами и эмоционально их унижая... Все это было невыносимо тяжело для детской психики, но маленькие мальчики ничего не могли сделать против своих "любимых" родителей.
– Миленький маленький зверёк... А что будет, если я сделаю так?
Он аккуратно открыл клетку, достав оттуда животное. Взяв его в руку, он сильно сжал туловище зверька, заставляя его тяжело дышать и хрипеть. После чего взял в руки ножницы, аккуратно поднося их к хвосту хомяка.
– А вот так...– он поднес его совсем близко к лицу, и аккуратно отделил ногу животного от тела, с помощью ножниц. Животное запищало от невыносимой боли, а часть тела, которая была отделена, залилась кровью, испачкав щеку и руки малыша.
– Бедный зверек...– произнес мальчик жалобным голосом.
Вдруг из его глаз пошли слезы, и мальчик начал тихонько рыдать, держа в руках животное.
– Наверное, тебе очень больно, бедняжка...
Харгривз закрыл рот рукой, чтобы никто не услышал его всхлипов и плача. – Сейчас я тебе помогу, я быстро!
Мальчик взял иглу с нитками, и шприц с обезболивающим, которое принимал его отец. Он вколол его в тело зверька, ожидая реакции. Но тело чувствительного хомяка было уже бездыханно.
– Мертв. – Мальчик стал слишком спокоен, и следа от истерики не осталось. Он выкинул тело и отрезанную конечность в окно, на следующий день сказав родителям, что хомяк сбежал...
Родители Харгривза были очень богаты, потому им не было никакого дела до того, чем занимается их сын. Мальчик никогда не получал должного внимания и заботы, всё детство просидев в своей огромной, темной комнате в абсолютном одиночестве, с перерывами на семейные скандалы.
Ноябрь. 1994 год.
Пятый перешел в 6 класс. Средняя школа и деление на профили. Без раздумий он выбрал химбио, и стал отличником, лучшим учеником школы с таким багажом знаний, что легко мог после 6 класса сдавать экзамены за старшеклассников. Он не нуждался в деньгах, но зарабатывал их тем, что делал домашку или проекты за одноклассников и учеников постарше. Подросток состоял в плохой компании, где ребята постарше употребляли разные психоактивные вещества, начиная алкоголем, заканчивая наркотиками. В эту компанию Харгривз попал с помощью своего старшего брата - Клауса, которому было 16 лет. Он был бездельником и троечником, избалованным сыном богатых родителей. Как и младший и средний братья, внимания от них он никогда не получал, кроме избиений и эмоционального насилия. Потому и начал употреблять в возрасте 14 лет.
– Пятый, прикрой меня перед родителями... Я не дойду до дома сегодня. - сказал нетрезвый Клаус.
– Хорошо, братишка. - Харгривз улыбнулся, сел в машину и уехал домой. Конечно, родители даже не заметили отсутствия Клауса, поэтому Пятый просто снова закрылся в своей комнате, оставшись наедине с самим собой. Уже в этом возрасте его мучали сильные панические атаки, поэтому приняв дозу успокоительных, он просто лег спать.
Июль, 1999
Новость о чудовищном убийстве пронеслась по городу, как ураган. Соседний дом был оцеплен полицией, не оставляя шансов приблизиться. Семнадцатилетний юноша наблюдал издалека, как из дома выносят два трупа и... маленькую девочку, живую и здоровую.
— Бедняжка, теперь она совсем одна, — саркастично подумал про себя Харгривз. Он постоял еще немного, а затем неторопливо побрел домой, где его тоже никто не ждал. Родители ушли из жизни, когда ему было всего пятнадцать. Невелика потеря...
У среднего брата, Бена, из-за невыносимого стресса обнаружили рак. Младший брат не видел его уже три года. Не хотелось смотреть на несчастного калеку в больнице, да и близки они никогда не были. Но вот старший брат, Клаус, любил Бена больше всех на свете. Они были неразлучны, заменяли друг другу родителей и являлись живым воплощением братской любви. В тот день, когда Клаус узнал о болезни Бена, он кинулся к Пятому, надеясь обрести в нем поддержку и найти способ помочь брату. Но...
— Как ты можешь смеяться, узнав о таком? — Клаус был на грани истерики. В тот день он был необычайно трезв. — Он наш брат, он еще так молод, чтобы умирать!
Пятый лишь равнодушно пожал плечами:
— Все умрут, как наши родители, так Бен, ты и я.
— Ты не понимаешь! У нас есть деньги, мы можем оплатить его лечение, мы можем сделать все, чтобы он выжил!
— Хочешь - помогай. Я не буду вмешиваться.
Пятый развернулся и, не проронив больше ни слова, пошел на выход из квартиры. В отличие от него, Пятый все еще жил в родительском доме, будучи несовершеннолетним, но имея право на самостоятельную жизнь.
— Он столько для нас сделал, как ты можешь быть так неблагодарен... — Клаус запнулся, не в силах совладать с эмоциями. — ... Ты всегда был бессердечным эгоистом... как отец...
Пятый ничего не ответил, лишь захлопнул дверь, оставляя Клауса наедине с его горем. С того дня они больше не виделись. Никогда.
Июнь, 2000
– Мольбы о пощаде напрасны.
— Но... — незнакомец не успел договорить, как пуля прервала его слова, лишив всякого шанса на выживание.
— Никаких "но". Смерть не будет спрашивать разрешения, когда явится за тобой. – Хмурясь прошептал Харгривз.
Брюнет улыбнулся, глядя на неподвижное тело. Закурил сигарету и продолжал смотреть в безжизненное лицо, истекающее кровью, пока не почувствовал, что вдыхает фильтр.
— Ничтожество, — Харгривз потушил сигарету о рану на лбу трупа, на мгновение замер, а затем расхохотался так громко, как только мог. Он коснулся щеки незнакомца, стирая с нее кровь.
— Тебе ведь уже все равно, да? — он наклонился, заглядывая ему прямо в глаза. — Конечно.
Пятый лизнул его щеку, а затем со всей силы ударил по ней. Подняв пистолет, который только что убрал, он начал беспощадно стрелять в труп.
— Нет. Бессмысленно тратить пули на мертвеца, — произнес Харгривз и тут же набрал неизвестный номер, отходя от тела. — Готово. Что ж, кто следующий?... Понял.
Декабрь, 2001
— Вы обвиняетесь в 140 убийствах, 320 вымогательствах и 615 других мошеннических действиях, совершенных в период с 1999 по 2001 год. Признаете ли вы свою вину?
— Признаю, — улыбнулся девятнадцатилетний юноша.
– Ваша фамилия...Харгривз?! Наслышаны.– адвокат был слишком шокирован, ведь до этого считал, что у подсудимого нет шансов на избежание наказания, и дело будет проиграно. Но благодаря известным и богатым родителям, завещавшим все имущество детям, шанс успеха значительно возростал. Юрист ехидно улыбнулся в ответ на улыбку Пятого. – В таком случае, мы сделаем вот что...
Декабрь, 2002
— Я принимаю таблетки, и они очень помогают мне справиться с приступами. Спасибо вам огромное, доктор Харгривз. Деньги за месячный курс принесу сегодня вечером. Могу ли я быть свободен?
— Всегда пожалуйста. Если снова станет плохо, номер и адрес клиники прежние. Вы можете идти, — улыбнулся мужчина.
Май, 2004
"Психиатрическая клиника нашего города удостоена звания лучшей клиники округа благодаря выдающемуся вкладу доктора Пятого Харгривза, чье имя известно каждому в нашей стране! С этого года доктором Харгривзом приобретена клиника. Дальше — больше. Мы выражаем глубокую благодарность доктору за его помощь другим людям! Мы счастливы, что среди нас есть такие чистые и бескорыстные души! А теперь к другим новостям..."
Ноябрь, 2007
Харгривз уже три года не принимает пациентов, посвятив себя исключительно управлению клиникой и иногда подменяя санитаров. И все из-за одной пациентки, с которой он не сводит глаз. Странные жидкости в шприцах, неизвестные таблетки... жесткий контроль. Что он задумал? Ответ очевиден.