Часть седьмая
Джеймс распахнул двери своего номера.
— Прошу, — гостеприимно пригласил он небольшую компанию внутрь. — Устраивайтесь поудобнее, а я пока налью нам выпить. Чувствую, что это нам сейчас не помешает, — усмехнулся брюнет, подходя к бару. Разливая по стаканам золотистую жидкость, Эванс краем глаза увидел, как Ричард устроился в одном из кресел, а пара присела на большой мягкий диван напротив телевизора. Невидимое напряжение так и витало в воздухе и не давало никому расслабиться.
— Ну вот. Угощайтесь! — Джеймс ловко поставил наполненные стаканы на стеклянный столик рядом с гостями. — Что ж. — Он сел в другое кресло, запрокинул ногу на ногу и внимательно взглянул на чету. — Я вас внимательно слушаю. Только сначала... — Эванс повернулся к Ардейлу. — Ричард! Ты никогда не рассказывал, что у тебя есть сын. И кстати, почему у него другая фамилия?
Блондин неспешно откинулся на спинку кресла.
— На самом деле... — после непродолжительного молчания начал «Ричард», на лице которого промелькнуло легкое недовольство, — меня зовут Люциус Абрахас Малфой. И Драко действительно мой сын. (Джеймс в удивлении присвистнул). Наша семья принадлежит к одному из старейших чистокровных родов. Мы — потомственные аристократы, Джеймс. К сожалению, Драко решил наплевать на все традиции, отказавшись от выбранной мной для него невесты, и женился на... мисс Грейнджер. (От прозвучавшего тона Драко сердито прищурился).
— Ну и дела, — выдохнул брюнет. — Хотя... я не удивлен. Ты, Ричард, ой, прости, Люциус, всегда вел себя не как мы, простые люди, — улыбнулся он. — А я еще удивлялся, откуда в тебе эта черта. Итак. С этим разобрались. Теперь слушаю саму историю про меня, — Эванс пристально взглянул на пару.
Гермиона выдохнула и сделала глоток, сжав руку супруга.
— Хорошо, Гарри...
— Джеймс, — перебил ее Эванс. — Меня зовут Джеймс.
— Ладно! — молодая женщина едва сдержала раздражение от поправки брюнета. — Я сейчас всё расскажу и прошу меня не перебивать. Итак, ДЖЕЙМС, — нарочно выделила она имя хозяина, вызвав у того улыбку. — Твое настоящее имя — Гарри Джеймс Поттер. Твоих родителей (Джеймса и Лили Поттер) убил Волан-де-Морт.
— Забавное имечко, — хмыкнул Эванс.
— Но в нашем мире он еще прославился как Темный Лорд. Он был... — Гермиона вдруг замялась, отчего-то не решаясь заговорить про волшебство. Она посмотрела на Драко. Тот кивнул. — В общем, он был злым волшебником. Однажды он ворвался в ваш дом, Гарри. Твои мама и папа пытались ему противостоять, но Волан-де-Морт обладал огромной силой. — Гермиона тяжело вздохнула. — Однако в тот трагический вечер произошло кое-что очень важное! Смертельное заклятье, поразившее родителей, отскочило от тебя и вонзилось в самого Темного Лорда! Волан-де-Морт тогда исчез на много лет, и тебя, Гарри, стали называть Мальчиком-который-выжил. До одиннадцати лет ты прожил у своих родственников, Дурслей. Петунья Дурсль являлась сестрой твоей мамы. А в день твоего рождения ты узнал о волшебном мире и величайшей школе чародейства и волшебства Хогвартсе, где ты в дальнейшем и проучился несколько лет. Мы учились вместе, на одном факультете, — улыбнулась молодая женщина, — на Гриффиндоре.
— Факультеты? В школе? — удивленно поднял бровь Джеймс. — Забавно...
— С Драко ты, к сожалению, не поладил. Вы враждовали всё время. Отчасти из-за того, что... — Гермиона сверкнула глазами в сторону вальяжно устроившегося «Ричарда», — его семья принадлежала к Пожирателям Смерти, прихвостням Темного Лорда. Так или иначе, но незадолго до битвы за Хогвартс вам удалось почти подружиться, чему я, конечно, была рада! А в тот вечер, когда погибли многие наши друзья, тебе пришлось в одиночку схватиться с возродившемся Волан-де-Мортом. И ты победил!
— А я силен! — шутливо похвастался Джеймс, чуть не смеясь от услышанного.
— После всех праздников, устроенных в твою честь, ты почти перестал общаться со многими нашими друзьями. Ты впал в жуткую депрессию, и мы с Драко не знали, как тебя расшевелить. А однажды... — на глазах молодой женщины появились слезы... — ты просто пропал! Мы не знали, что и думать, Гарри! Ведь ты ничем не делился с нами! Однажды вечером мы пошли в лес и на поляне нашли твое тело... И мы... мы... похоронили тебя... — Гермиона не выдержала и расплакалась, заново переживая те дни.
В гостиной номера воцарилось молчание. «Ричард» с каким-то любопытством посматривал на растерянного Джеймса, словно ожидая, как тот отреагирует на услышанное.
— Слушайте, — сказал Эванс. — Мне очень жаль, что вам пришлось пройти через настоящий кошмар. Я знаю, каково это — терять близких людей. Но это всё не имеет ко мне отношения!
— Отец! — неожиданно прошипел Драко. — А ты чего молчишь? Почему не помогаешь нам?
— Единственное, что я могу сказать, — с ухмылкой ответил мужчина, — так это то, что ваша история весьма увлекательна и достойна того, чтобы быть описанной в книге.
Джеймс вдруг хлопнул рукой по подлокотнику.
— Точно! — воскликнул он. — Книга! — Джеймс вскочил с места и быстрым шагом направился к высокому стеллажу у стены. Немного покопавшись, он с ликующим возгласом вытащил томик. — Вот оно!
Брюнет перелистнул страницы и ткнул пальцем.
— Я понял! Вы просто очень внимательно прочитали мою первую книгу и приняли мой вымысел за истину! Вы, конечно, слегка изменили некоторые имена, но это неважно. Мне всегда очень приятно пообщаться с фанатами моего творчества, но, честно говоря, ребята, вы уже перегибаете палку.
Супруги ошарашенно открыли томик, а Джеймс с облегчением одним глотком выпил содержимое стакана. Внезапно Люциус громко расхохотался. Ему было крайне интересно, чем же закончится эта беседа. Драко с подозрением уставился на откровенно веселящегося отца.
— Скажи-ка, папа, это ведь твоих рук дело??? — процедил он. — Ты чем-то напоил Гарри? И зачем ТЕБЕ это?
— Так, стоп! — Джеймс решительно прервал начинающийся абсурдный допрос. — Никто меня ничем не опаивал. Давайте спокойно подведем итоги. Итак. Вы на полном серьезе считаете, что я — волшебник. Причем довольно сильный, так? Замечательно. А куда же тогда делись мои способности? — задал вполне резонный вопрос Эванс. — Я что-то за собой не замечал, что могу передвигать вещи мановением руки или летать...
— Мы пока не знаем, но обязательно выясним! — пообещала Гермиона.
— Только, пожалуйста, без меня, — усмехнулся Джеймс. — От ваших рассказов у меня уже взрывается мозг. Я и не подозревал, насколько у вас богатая фантазия. Уж поверьте мне, как опытному успешному писателю. Предлагаю на сегодня закончить наш безумный разговор, — поднялся Эванс. — У меня был очень длинный день, а благодаря вам он определенно не стал легче, так что...
Драко решительно встал с дивана и подошел к Джеймсу.
— Значит, Поттер, по-хорошему ты не хочешь нам верить? — молодой мужчина достал из внутреннего кармана палочку.
— Это что, волшебная палочка? — стараясь не рассмеяться, полюбопытствовал Эванс при виде предмета.
— Она самая, — подтвердил Драко. — И прости, Поттер, но ты нам не оставил нам другого выхода.
Наставив на улыбающегося брюнета палочку, Малфой прошептал какое-то странное слово и... тот с глухим шумом внезапно рухнул без сознания на пол... Гермиона ахнула.
— Молодец, сын, — с сарказмом произнес Люциус. — Ты, кажется, окончательно превратился в гриффиндорца. Сначала действуешь, а потом уже думаешь о последствиях. Удачи. — Мужчина кинул взгляд на застывших супругов и медленно вышел из номера.