Мёльдер

И вновь Морган сидит рыдая, обхватив колени руками. Облакотился он на то самое дерево, которое пнул несколько минут назад. Парень пытается хоть как-то остановить слёзы, но от того начинает плакать ещё сильнее. В один момент он задумывается "а если бы мама была здесь?". Он вспомнил, как женщина тепло обнимала его каждый раз, когда ему становилось плохо или просто грустно. Мать Моргана была светлой души человеком, всегда его поддерживала и утешала, и тогда, парень в какой-то мере воспринимал это как должное. Сейчас же, он готов отдать всё, лишь бы вновь увидеть родителей. Парень вспоминал каждый свой поступок, расстроивший родных, и от каждого из них начинало крутить живот, а слёзы вытекать с удвоенной силой.

Моргану было больно из-за того, что он не мог извиниться. Не мог извиниться за то, что в юношестве пропустил день рождения матери, в угоду прогулке с друзьями. Не мог извиниться за то, что редко помогал родителям по дому, хоть и жил в нём. В конце концов, он не мог извиниться перед матерью за то, что родился таким придурком. Вспоминая всё это, на душе стало ещё хуже, чем прежде. Слезами он уже мог поливать это самое дерево, а из из его души можно было вычерпать всю грусть, и наполнить ею "Титаник" или "Хатико", да ещё и с горочкой останется. У Моргана даже не было сил идти дальше, он просто устал, как морально, так и физически. Голова стала болеть от обильного количества слёз, а мышцы принялись ныть из-за сильной нагрузки. На улице всё так же светило солнце, хотя желание поспать у парня появилось уже сейчас. Этот день вышел действительно паршивым, может, хоть следующий окажется благоприятнее.

Ещё где-то с десять минут Морган просто сидел, лениво вытирая остатки слёз с щёк. Глаза начали гореть, и по хорошему, стоило их промыть. Голова разболелась, и если бы парень сейчас встал, то в его глазах точно бы потемнело, а тело покачнулось. Морган знал об этом, потому и не спешил уходить. Хоть одинаковые пейзажи порядком и надоели, выбора не было, просто встать - казалось непосильной задачей. Единственное, что смог сделать Морган - это достать воду из рюкзака, немного промыв ею глаза. Место было тихим, вокруг только деревья и узенькая тропинка, так что ему пришла в голову идея просто подремать здесь. Да, небезопасно, да, безрассудно, он и сам это понимал, но усталость брала своё, да и в таком подавленном состоянии Моргану было уже плевать.

На четвереньках он дополз до опавших листьев, сваляв в одну кучу, и формируя своеобразную лежанку. Под голову он положил рюкзак, благо внутри как раз был мягкий свитер, единственное, что парень взял из одежды. Конечно, спать на такой конструкции было неуютно, трава холодная, рюкзак то и дело проваливается под головой, не давая принять удобное положение. Ветер забирался под кофту, покрывая кожу мурашками, но ни о каком одеяле и речи быть не могло. Рефлекторно Морган засунул руки под рюкзак, и уж было хотел вытащить, как понял, что земля здесь не такая влажная, и вполне хорошо греет руки. Открытие это порадовало парня, хоть на его лице до сих пор не было никаких эмоций, он просто устал. Вероятнее всего, парень смог уснуть исключительно потому, что действительно утомился.

Сон был странным. Неглубоким и будто бы неправильным, Морган даже не шевелился во сне, словно чувствовал, что если скатится с нагретого места - застудит себе почки. Если честно, ему казалось, будто он и не спит вовсе. Морган чувствовал всё, и холод, и тревогу и сырость. Здесь сон не был чем-то приятным, способным отвлечь от проблем, а напротив. К счастью или нет, но проснулся Морган достаточно скоро, где-то через час или около того. Время здесь, знаете ли, не менее странное, чем само место.

Изначально, Морган не понял, что происходит. Перед глазами всё ещё стояла темнота, но вот тело стало чувствительнее. Когда ему наконец хватило сил открыть глаза, он увидел перед собой чьи-то ботинки, а затем, почувствовал что в него чем-то тычут. Переварив увиденное, Морган тут же вскочил с земли, сначала сел, прижавшись к дереву, а потом попытался встать. Попытка не увенчалась успехом, в глазах снова потемнело, а ноги слово онемели. Тот, кто стоял перед Морганом тоже испугался, резко сделав шаг назад. Затем со стороны этого человека послышался звук, словно кто-то затягивал кожаный ремень.

- Нет! Не убивайте, пожалуйста!

Морган закричал, не зная, что ему делать и куда деться. Нахлынула самая настоящая паника. Парень даже не успел толком сообразить, поэтому просто закрыл лицо руками, свернувшись в клубочек.

- А? А я думал ты уже умер...

Сверху послышался предельно спокойный и безэмоциональный голос. Человек отбросил палку, которой тыкал в парня, в сторону. Теперь он просто с интересом разглядывал этого мальчика, дрожащего под раскидистым древом. Сам же Морган, не ожидая от человека такой спокойной реакции, убрал руки от лица, взглянув на того, кто стоял перед ним. Хоть этот кто-то пока и не проявлял враждебности, выглядел он по-настоящему странно; на его плечах лежал длинный тканевый плащ с капюшоном, а сама одежда была достаточно изношенной, помимо грубых ботинок, что выглядели достаточно свежо. Что самое главное, на лице у этого человека была маска, полностью закрывающая всё лицо. Но не обычная, а будто у чумного доктора из шестнадцатого века, правда, "клюв" был не таким длинным.

Они оба смотрели друг на друга с удивлением, правда, из-за маски человека это не было заметно. Морган наконец решил встать, снова немного покачнувшись, но на этот раз, он зацепился за ветку.

— Ты почему тут лежишь, раз не умер? - Поинтересовался странный мужчина, — Под деревьями обычно неживые лежат.

Тон снова был нейтральным, хоть и говорил этот человек довольно странно. Стоял он ровно, чуть ли не по стойке смирно, и в такой позе было легко разглядеть, что он был ещё и непропорционально высоким. Ростом под два метра, с длинными ногами и коротким корпусом, при этом, будучи очень худощавым. После более тщательного осмотра нового знакомого, Морган начал испытывать беспокойство, ведь это тоже было не особо похоже на человека, как и контролёры в поезде. Да, он говорил, и выглядел как обычный хомо сапиенс, но было в нём что-то тревожное.

— Да я просто поспать прилёг...

Морган отвечал тихо, неуверенно. Как бы его самого это не раздражало, голос всё никак не мог прийти в норму. То слишком тихий, то слишком писклявый, что парень заметил ещё в поезде. Человек же, судя по всему, не обращал внимание на тембр собеседника. Он всё так же стоял, изредка крутя головой, продолжая осматривать нежданного гостя.

— У-устал сильно в дороге, понимаете?

Наконец, человек поменял позу, аккуратно сложив руки на груди.

— Значит ты...из этих? - Заговорческим тоном произнёс мужчина.

Морган не понял, потом до него, вроде как, дошло. Только сейчас он задался вопросом; а как вообще местные относятся к приезжим? Кто знает, может их тут любят и жалеют. А может, и до ужаса ненавидят. В общем, парню лишь оставалось надеяться на лучшее.

— Из каких - из этих? - Хоть он и понял, но сомневался, — Из поезда, в смысле?

Хоть за маской и не было видно эмоций человека, Морган был уверен, что он заулыбался. Словно поманенное едой животное, он подошёл ближе к пареньку, будто подкрадываясь.

— Да. Из этих-из этих, - Из-под маски послышался лёгкий, совсем тихий смешок, — Больной небось? Да, вижу что больной, весь бледный, словно поганка. Щёки вон, какие худые.

Протянув из-под плаща руку, человек внезапно потрепал Моргана за щеку, больно впившись в неё острыми ногтями. Рука у этого мужчины была длинной, тонкой, но не костлявой. Запах от неё исходил странный, вроде его и не было, а вроде, доносился тонкий аромат чего-то сильно испорченного, мяса. Парень поспешил отвести голову в сторону, ведь от прикосновения этого странного типа становилось мерзко. Морган подумал, что может, оно и к лучшему, что этот мужчина скрывает своё лицо, мало ли какому уроду может принадлежать такая отвратительная рука, с такими грязными и нестриженным ногтями.

— Да нет, я не болен. Там история долгая, в общем, просто знайте, что у меня всё...

Не успел он договорить, как незнакомец накрыл своей холодной и липкой ладонью его рот. Теперь, когда она была под самым носом, Морган точно убедился в том, что от неё чем-то странно воняло. Запах и ощущения кожи снова заставили уже пустой желудок скрутиться, и парень изо всех сил пытался не стошнить. Всё-таки нельзя было так просто расставаться с хоть какими-то остатками пищи, особенно в нынешних условиях.

— Я тебя вылечу, мальчик, не волнуйся. Пойдём со мной, я тебя приведу куда надо.

А вот теперь, Морган не на шутку испугался. Он уже понял, что с этим парнем что-то не так, но до этого было хотя бы терпимо. Только незнакомец протянул руку, чтобы схватить Моргана, тот резко вывернулся, заодно грациозно схватив рюкзак с земли. Он отпрыгнул в сторону, делая маленькие шажки назад.

— Знаете, я, наверное, пойду. Скоро солнце сядет, а без света в лесу...опасно.

Теперь человек принял угрожающую позу, и сердце парня ушло в пятки. С этой маской и капюшоном, ещё и при достаточно тусклом свете, силуэт этого мужчины стал напоминать животного. Эмоций, как и на животной морде, видно не было, но несмотря на это, Морган знал, что он зол.

— Ты не просто болен, ты - заражённый.

С этими словами, человек быстро смахнул с себя капюшон. За его затылком стали виднеться кожаные ремешки, те самые, которые парень уже слышал. И только Морган успел подумать, зачем незнакомец надевал маску перед ним, как тот тут же сорвал её с лица. Сначала, из-за тумана, разглядеть мужчину было трудно, но чуть приглядевшись, парень повергся в ужас. На месте глазниц у этого человека были какие-то полоски кожи, словно решето, полностью закрывающее глаза. Рот был похож на огромную дыру, с торчащими оттуда длинными клыками, чья форма попросту не позволяла мужчине закрыть рот. Его длинный, мокрый язык вывалился наружу, капля слюны упала на землю, а изо рта вышел клуб пара.

Всё тело Моргана тут же покрылось мурашками, и хоть поверить собственным глазам было трудно, в голове крутилась лишь одна мысль: БЕЖАТЬ.

Полностью забыв о сонливости и усталости, Морган резко развернулся, став нестись так быстро, как только можно. Пару раз он даже чуть не потянул ногу, но прилив адреналина заставил не обращать на это никакого внимания. Лишь подумав об этом существе, Морган начинал бежать ещё быстрее. Теперь он в полной мере чувствовал ветер, ставший полноценным препятствием. Он дул прямо в лицо, становясь невидимой стеной, и мысль о том, что он снижает скорость - вводила в ужас. Когда Моргану удавалось расслышать топанье за спиной, он чуть ли не терял сознание, но понимал, что это будет равняться смерти. Ледяной воздух заполнил всё тело, горло стало неистово драть от холода, а каждый вдох носом причинял боль. Мышцы стало серьёзно тянуть, сердце стучало и болело, ноги ощущались деревянными.

Когда под ногой хрустнула ветка, Морган подскочил, подумав, что его нагоняет оно. Паранойя достигла апогея, как и усталость, правда вторую в этой ситуации не замечать было легче. Он бежал и бежал, не оглядываясь, не думая. Парень даже не был до конца уверен в том, что чудовище продолжает его преследовать, ему просто хотелось убежать и выжить.