глава 3 "Дальше бога нет"
Могильные плиты, словно вытянутые челюсти голодного зверя, растрескались от времени и ветра, выставляя напоказ истлевшие человеческие останки. Чёрные вороны, гнездящиеся в ветвях засохших деревьев, издавали зловещие карканья, будто предупреждая о надвигающейся опасности. Сырой, удушливый воздух, насыщенный запахом разложения, резал лёгкие, как ядовитый газ. Андрей и Сашка, охваченные любопытством, стремительно устремились к покосившемуся семейному склепу, даже не заметив, как ветхая табличка с надписью "Не расходиться" тихо отвалилась от ржавых петель. Деревянная резьба на двери изображала искривлённые в жуткой гримасе человеческие лица, словно проклиная любого, кто осмелится преступить их порог. Скрип несмазанных петель, точно предсмертный хрип, заставил меня вздрогнуть. Андрей и Сашка скрылись в темноте открытой двери, и тут же она захлопнулась за ними с оглушительным грохотом, отрезая их от внешнего мира. Я бросился к двери, но она не поддавалась, будто держалась невидимыми когтями потустороннего зла. Снаружи послышались крики и отчаянные попытки выбраться, от которых у меня по спине пробежали ледяные мурашки.
Я в панике заметался по кладбищу, освещая фонарём надгробия, на которых кружились отвратительные насекомые. Свет выхватывал из тьмы истлевшие черепа с провалившимися глазницами, из которых будто струились тонкие ручейки тёмной энергии. Старые, прогнившие гробы, точно разинутые пасти хищников, источали зловоние и жидкое тление.
Вдруг луч моего фонаря выхватил старую, мшистую статую Ангела Смерти, возвышавшуюся над центральной аллеей кладбища. Безжизненные, ставшие чёрными от времени глаза глядели на меня с немым укором, будто осуждая за вторжение в это проклятое место. Её костлявые пальцы, сжимающие косу, казалось, вот-вот оживут и нанесут смертельный удар.
Я в ужасе попятился, но наткнулся спиной на что-то твёрдое. Медленно обернувшись, я увидел перед собой огромный, наполовину разрушенный склеп, покрытый густыми зарослями плюща. Из его распахнутых дверей веяло могильным холодом, точно из пасти Левиафана. Тянущиеся к небу трещины на стенах напоминали змеиные языки, а стекла давно выбитых окон походили на пустые глазницы черепа. Меня охватил леденящий ужас - я понял, что Андрей и Сашка исчезли, оставив меня одного среди этого царства смерти и тьмы. Их отчаянные крики, от которых кровь стыла в жилах, давно стихли, превратившись в гнетущую тишину. Неужели они навсегда остались в ледяных объятиях этого проклятого места? Сердце бешено колотилось, пока я отступал, боясь даже представить, какая участь могла их постигнуть. Внезапно из-за тёмных кустов послышался зловещий шорох. Я застыл, гадая, что же это - быть может, Андрей и Сашка вырвались на свободу? Но тут из-за плюща высунулось нечто... Это была не человеческая рука, а длинные, костлявые пальцы, словно сожжённые адским пламенем. Они медленно тянулись ко мне, как будто источая ядовитое зло. Я попятился, охваченный ужасом, и почувствовал, как что-то холодное и твёрдое упирается мне в спину. Обернувшись, я увидел, что уперся в кованые ворота склепа. Отступать было некуда.