ГЛАВА 4
Свет... Лампа. Стены. Книга. Шекспир... Я начал читать и... Неужели я потерял сознание? Может, мне приснилось что-то страшное... На часах едва наступила полночь, и мне совсем не хотелось спать. Вернее, глаза слипались, и я чувствовал себя уставшим и расслабленным, но спать я отказывался. Чаю... Я бы не отказался от чая, нужно позвать Анну. Я выхожу из своего купе и направляюсь к купе проводников, находящееся в самом конце вагона. Необъяснимая усталость продолжает бить по моему сознанию, по моим ногам и, кажется, что вагон длиною в несколько километров. Так тяжело. Нужно собраться с силами. Наконец, я дошел до цели, первое купе вагона, обычно там располагается экипаж нашего железного зверя. На двери нет никаких табличек или знаков, поэтому меня посетили минутные сомнения, но мне они не помешали. И не зря. За дверью не было никого. Пусто. И никаких признаков того, что здесь вообще кто-то был. Поначалу я подумал, что по своей невнимательности забрел не в тот конец вагона, и решил пройтись обратно. Увы, в последнем купе также никого. Меня определенно начинают напрягать подобные странности. Нужно вернуться. Вернуться в своё купе и... что? Просто переждать? Уснуть? Это было бы самим логичным и простым выходом из ситуации, но когда мы ищем легких путей? Я дошел до своего купе и уже сделал шаг внутрь, как по спине прошелся холодок. Такой холодок, который обычно посещает вас, когда происходит что-то серьезное, а вы не можете это контролировать. Я поворачиваю голову направо и вижу фигуру. Фигуру в дальнем конце вагона. Не может быть... Не может быть! Я в оцепенении всматриваюсь вдаль и распознаю женские очертания, да, это точно дама. И она двигается, она медленно двигается по направлению ко мне, а я, как вкопанный стою и ничего не делаю. Очнись!
— Чай!
— Что?
— Чай.
Слева, как по повиновению волшебной палочки, возникла Анна с чашкой. Я вновь посмотрел направо и никого не заметил.
— Я поставлю его на столик.
— Эээ, спасибо...
Анна поставила чашку на столик и поспешила выйти.
— Я искал вас. Но не смог найти ваше купе.
Проницательная остановилась и, медленно обернувшись, любезно ответила:
— Вы просто не вовремя искали, мы в это время были в другом вагоне.
Она быстро направилась к своему купе, но я понимал, что мне сейчас нужна компания.
— Извините! Анна! Вас ведь так зовут?
— Да...
— Я у вас на бейдже прочел... Можно попросить вас?
Проводница робко смотрела на меня, будто, я хочу попросить ее о чем-то таком, чего ей не хочется выполнять. Такое выражение лица обычно бывает у 10-летнего мальчика, которого родители заставляют присмотреть за 4-летней сестрой, когда тот хочет погулять с пацанами.
— Конечно... Можно. Вам что-то принести?
— Нет, спасибо... Не могли бы вы посидеть немного со мной... в купе. Составите компанию за чаепитием? Ненадолго...
— С вами? То есть, мы вдвоем???
В голосе девушки отчетливо слышалась тревога и даже, возможно, страх. Только чего она боялась?
— Вы не переживайте, я никакой не маньяк, мне просто скучно в дороге...
Я посмотрел на нее и заметил одну вещь. Проводница на долю секунду посмотрела туда, в дальний конец вагона, где пару минут назад мне почудился женский силуэт.
— Ммм, да... Почему бы и нет?
Она согласилась. Это прорыв в наших с ней отношениях. Мы провели около 25 минут в моем купе. Я пил чай и рассказывал о книгах, которые люблю перечитывать по несколько раз, а она изредка улыбалась и кивала. Задушевная беседа, нечего сказать. Но сейчас мне хватало и этого. Я уже смирился со своей ролью оратора в нашем разговоре, как она неожиданно перебила меня вопросом, который я не ожидал услышать:
— Вы к кому-то едете?
Я оказался в недолгом ступоре, но решил ответить прямо.
— К любимой девушке... Вы же уже спрашивали... Я тогда не ответил, извините, но вы угадали.
— А вы... как вы познакомились?
Такой живой интерес к моей жизни давно не проявляли, а уж тем более, незнакомый человек. Но раз я сам позвал Анну на беседу, то делать нечего, врать я не люблю.
— Мы ни разу не виделись. То есть, не встречались, мы познакомились в интернете и долго общались, переписывались, созванивались по телефону и в скайпе.
Я рассказывал ей о нашем общении, часах телефонных разговоров и прочих романтичных штучках.
— И что, вы влюбились друг в друга? Такое бывает?
— Я не знаю, бывает такое или нет, но она мне очень дорога, я ее люблю больше жизни, и она любит меня.
— Она ждет вас? Вы уверены, что Елена ждет вас?
— Девушка, если вы сомневаетесь в чем-то, это не повод вносить сумятицу в чужие отношения, конечно ждет.
Подобные подозрительные вопросы рассердили меня, и я попросил Анну уйти. Сам виноват. Я же звал человека не копаться в моей душе, а просто поболтать. Она взяла в руки пустую чашку и уходила, а меня вдруг осенило.
— Анна, стойте!
Проводница застыла в коридоре.
— Анна, откуда вы знаете, как ее зовут? Вы что, прочли одно из моих писем ей?!
— Что? Вы о чем?
— Вы спросили, уверен ли я, что Елена ждет меня. Откуда вы знаете?
В тот же миг из ниоткуда в наш разговор втиснулась Вторая. Женщина постарше и, видимо, не так дружелюбно настроенная, как по отношению ко мне, так и к своей коллеге.
— Анна, ты что делаешь?!
Анна бросила небрежное «Простите, мне нужно идти работать» в мою сторону и ушла, а Вторая сопровождала ее укорами.
— Я тебе разве не говорила, чтоб ты не шлялась в рабочее время где попало, мало ли сумасшедших там находится?!
Тут моё самолюбие и смелость смешались в коктейле и выплеснулись на женщину.
— Простите, дамочка, но я не сумасшедший, и на девушку вы зря так кричите, мне кажется, она не заслужила.
Я чувствовал себя рыцарем, вступившимся за красивую даму. Не бойся, юная принцесса, я спасу тебя от лап злого огнедышащего дракона!
— А ты вообще сиди у себя и помалкивай! Я здесь начальник и мне решать!
Такая наглость и невоспитанность меня удивила. Еще немного и я начну вскипать.
— Слушай, мне наплевать, что там тебе кажется и что ты там себе навоображал! Она здесь новенькая, а я работаю больше 5 лет и мне глубоко наплевать на твои душещипательные истории! Оставь в покое хотя бы ее!
После этой речи Вторая открыла дверь между вагонами и ушла, подгоняя Анну вперед. Только я хотел начать скандал и даже, стыдно признаться, заехать ей разок, чтоб успокоила свое эго, я начал остывать. Что она имела в виду? И откуда все-таки Анна знала имя моей избранницы? Ведь ни в одном из писем я к ней по имени не обращался.