Ненужная

Прозвенел звонок. Постепенно начали подходить одноклассники, кидая косые взгляды на меня. В их толпе я заметила нашу самую популярную троицу девчонок, которым просто приносило удовольствие издеваться надо мной. Они всегда были в центре внимания, и пользовались большой популярностью среди противоположного пола.
- О, Никуля, - ехидно вскрикнула Милана, подходя ко мне со своими подружками, - ты сильно не переживай, по поводу волос, Ольга Ивановна правильно сделала, нечего хвастаться ими перед всеми.
- Да, и теперь ты похожа на чучело! – добавила Даша, после чего девчонки залились диким смехом.
- Замолчите! – выкрикнул Дима, - пошли вон отсюда!
-Ой, Димуль, защитник наш, не паникуй, всё в порядке, - съязвила Милана, накручивая волосы на палец.
- Вот ты пришла как на дискотеку! – отвращено посмотрев на неё, ответил Никита, - если ты завязала волосы в хвост, то это не значит, что тебе их не отрежет эта стерва!
- Не отрежет! – выкрикнула Милана, изогнувшись, после чего, эта троица овец снова залилась смехом.
- С вами противно разговаривать, - отвернулся Данил, - просто невыносимо противно. Один ваш смех чего только стоит!
- Никуля, чего молчишь, нечего ответить? Или ты просто проглотила язык оттого, что тебе отрезали твои драгоценные волосы? – кривляясь, в своей мини-юбке, смеялась Ульяна. Я подняла голову, и взглянула на Милану, которая просто умирала от смеха со своими подружками.
- Нечего… мне нечего ответить, - тихо прошептала я, сжимая в руке остатки волос.
Прозвенел звонок на урок. Я встала с подоконника, и только хотела было направиться в сторону кабинета, как Даша толкнула меня в бок. Дима поймал меня, и обнял, а они рассмеялись и пошли в кабинет.
Я села за последнюю парту с Димой, напротив Данила и Никиты.
- Здравствуйте, - произнесла Нина Николаевна, - садитесь.
- Почему Фролова сидит на последней парте, нет места? – спросила она, смотря на меня, - садись с Ульяной, на вторую парту!
Я, неохотно встала, и, собрав свои вещи, направилась за пустое место, указанное Ниной Николаевной…
«Достали…» - подумала я, сев за парту. Уля с насмешкой смотрела на меня, крутя в руках ручку. Я отвернулась от неё, и начала открывать учебник.
- Так, последняя тема у нас была «Электродвижущая сила», - произнесла Нина Николаевна, - я задавала конспект, пересказ и задачи номер пять и шесть, кто готов?
В классе наступила абсолютная тишина…
- Демидова Милана, тетрадь на стол, и решай задачу номер пять, а шестую задачу решит Фролова, - сказала Нина Николаевна, смотря в журнал.
- Давай, удачи, Никуля, - ехидно прошептала Уля, облокотившись о спинку стула.
Я встала, и, взяв тетрадь, направилась к доске. Милана уже решала задачу.
- Так, пока Демидова решает, ты будешь пересказывать, - сказала Нина Николаевна, - открывая мою тетрадь.
- Внутри источника тока заряды движутся под действием сторонних сил против кулоновских сил, электро...
- Достаточно, - перебила меня учительница, - что называют сторонними силами?
- Сторонними силами называют, любые силы, действующие на электрически заряженные частицы, за исключением сил электростатического происхождения, - ответила я.
- Ага, хорошо. Что называют электродвижущей силой? – перелистывая мою тетрадь, спросила она.
- Электродвижущая сила… электродвижущая сила в замкнутом контуре представляет собой отношение работы сторонних сил... при перемещении заряда вдоль контура к заряду, - ответила я, смотря на неё.
- Ага, молодец, - ответила она, отдав мне тетрадь, - иди к доске, решай задачу.
Я послушно подошла к доске и взяла мел. Мои ноги дрожали, я судорожно держала мел в руках, смотря в учебник, в сотый раз, перечитывая условия задачи.
- Ну, Ника, ты чего? - спросила Нина Николаевна, - решай, ты ведь учила.
«Блин, я ненавижу задачи...», - подумала я, дрожа от волнения. Я пыталась что-то написать, но это было безуспешно, в то время как Милана уже заканчивала.
- Ника! – с жалостью вскрикнула Нина Николаевна, - куда ты катишься? Что с тобой происходит? Вроде рассказала на отлично.. эх, садись.
Я, со слезами на глазах, опустила голову, и направилась за парту.
- За ответ пятерка, а за решение - два, - произнесла учительница, уткнувшись в журнал, - Милана, умничка.
- Не расстраивайся, мышка, - издевательски, прошептала Уля, косо смотря на меня.
Я опустила голову, и уткнулась в тетрадь, повторяя задачу, и пытаясь её решить.
Раздался звонок. «Ну, неужели…» - пронеслось в моей голове. Я собрала сумку, встала, и направилась к выходу.
- Ника! – остановив меня, произнес Дима, - не переживай, главное, просто на время забудь об этом случае.
Я кивнула головой, и пошла вперед. Следующим уроком должна была быть химия. Настроение было просто на нуле, я просто хотела провалиться сквозь землю, хотела быстрей оказаться дома, и уткнуться в подушку… Войдя в кабинет, я села на последнюю парту, и положила голову на сумку, закрыв глаза.
- Ника, мне ужасно больно смотреть на тебя, - подсев ко мне, прошептал Данил, - не стоит так расстраиваться, это всего лишь оценки, и волосы вырастут.
Я улыбнулась и, кивнув головой, отвернулась в другую сторону. Данил вздохнул и пересел на своё место, а рядом со мной сел, как всегда, Дима.
Вошла Галина Николаевна. Все встали.
- Садитесь, - сказала она, строго осматривая всех, - Ника, что с твоими волосами?!
- Отрезали... Отрезала... – ответила я, опустив голову.
- Зачем?! – удивленно спросила она, махнув руками в стороны.
Я лишь промолчала, смотря на пол, и ощущая на себе множество взглядов.
- Такие красивые волосы, - произнесла она, - ну ладно, у нас новая тема, - развернувшись к доске, добавила она, взяв в руку мел, - «Альдегиды»…
    Химия прошла нормально, меня не мучили и не ставили двоек. Учительница рассказала новую тему, и прозвенел звонок. Следующим уроком физкультура.
Войдя в раздевалку, надо мной снова начали издеваться девчонки.
- Ника, сколько двоек уже хапнула? – ехидно спросила Даша, - пять или десять?
- Она забыла все на свете, думая о своих волосах, - добавила Милана, - да, Никуля?
Я лишь просто стояла и, молча, переодевалась, не обращая на них никакого внимания.
- Она язык проглотила! – просмеялась Уля, - да, мышка?
- Ты почему молчишь, овца?! – разозлившись, вскрикнула Милана, подходя ко мне.
Я взглянула на неё, и, обувшись, направилась к двери.
- Стоять, овца неухоженная! - толкнув меня рукой, произнесла Милана, - девчонки, смотрите-ка, она нас игнорирует! – после этих слов по раздевалке прошелся смех.
Я хотела было встать, но она снова меня толкнула, и, склонившись надо мной, прошептала:
- Теперь иди, неуклюжая овца, - с этими словами она улыбнулась, а эта троица развернулась, и вышла из раздевалки.
- Ника, не обращай внимания, - произнесла, еще более-менее нормальная девчонка Элиза, - главное, не молчи!
- Они бесят меня, считают себя такими крутыми... – прошептала я, вешая сумку на вешалку.
- Но не позволяй им издеваться над тобой, а то они видят, что ты позволяешь, и продолжают! – ответила Элиза, повесив сумку, - идём?
- Идём... – прошептала я.
   Мы пришли на уличную площадку, в ожидании физрука.
- Ника! – вскрикнул Дима, - давай домой, ты не сможешь пробежать один километр, сегодня зачет, собирайся, - заботливо добавил он.
- Нет… нет... нет… надо сдать, я не пойду домой, - не смотря на него, говорила я, - вон Олег Петрович идёт, идём.
Мы выстроились в колонку перед учителем.
- Сегодня зачет, пробегаете километр по стадиону, - произнес Олег Петрович, - всем ясно? Вперед!
После его слов мы приступили к зачету. Стадион был огромным, один километр – два круга. Я бежала на уровне Элизы, и, обернувшись, я заметила, как меня догоняет эта троица девиц…
- Ника, не боишься, что и сейчас ты получишь двойку? – догнав нас, с насмешкой спросила Милана, толкнув меня в бок, - а?
- Нет, не боюсь, - ответила я, - может, хватит?
- Чего это хватит? – оказавшись с левой стороны от меня, спросила Уля, - мы тебе что, надоели что ли?
Даша увела Элизу вперед, так, что Уля и Милана бежали со мной.
- Да, надоели. – Коротко ответила я.
Я взглянула вперед, где бежали парни, среди них были мои друзья, и, опустив голову, я поддалась издевательствам и насмешкам среди девчонок.
- Надоели, говоришь? – рассмеялась Милана, - правильно сделала Ольга Ивановна, так тебе и надо!
После этих слов, Милана схватила меня за руку и поставила подножку, так, что я сильно упала, и уткнулась лицом в землю... Было ужасно больно… сквозь боль, я слышала дикий заразительный смех, отдаляющийся от меня. Я заплакала… у меня не было сил, даже подняться..
- Ника, вставай! – тут же подбежав ко мне, крикнули Дима и Данил, поднимая меня, - вставай, господи, бедная.
Я встала, и они начали быстро отряхивать меня. Уткнувшись лицом Диме в плечо, я закрыла глаза и заплакала.
- Фролова! – крикнул Олег Петрович, - а ну беги!
После его слов, меня будто током ударило. Сквозь ужасную боль в коленях, я принялась бежать.
- Ника, пойдем к учителю подойдем, он поймет! – схватив меня, сказал Данил, - ты же не можешь бежать! Тебе же больно!
- Нет, я добегу, - ответила я, убрав его руку, - отпусти.
- Ника, ты совсем не думаешь о себе! – ответил Дима, бежав на одном уровне со мной.
- Нормально все, – вытирая слезы рукой, прошептала я, и побежала вперед.
Начав бежать второй круг, Дима и Данил старались бежать рядом со мной. Было тяжело и больно, но я не сдавалась..
- Больно? – ехидно спросила Уля, оказавшись со мной, - сильно?
- Отвали, тварь! – оттащив её за руку, крикнул Дима, толкнув в сторону.
- Больно! – вскрикнула она, схватившись за руку.
- Сама же и ответила на свой вопрос, - рассмеялся Данил, - не трогай Нику!
Она кинула на нас косой взгляд, и убежала вперед.  Повернув голову к Диме, я снова упала от чьей-то подножки…
- Еще одна! – выкрикнул Данил, - пошла вон!
- Вставай, - подняв меня, произнес Дима, - они ответят за это.
Я встала и увидела Милану, которая смеялась, бежав с Улей, и оборачиваясь на меня.
- Достали! – выкрикнула я, голосом, полным боли и слез, - достали!
- Всё, дальше мы не побежим, у тебя все колени разодраны, – прошептал Данил, - идём в раздевалку.
С этим я уже не могла не согласиться, потому, что всё болело уже невыносимо. Мы направились вдоль стадиона. Учитель, увидев это, начал кричать на нас, но мы шли вперед, к нему.
- Почему не бежите?! – кричал Олег Петрович, махая журналом, - если ты упала, это не значит, что ты не должна бежать!
- Но Олег Петрович, она очень сильно упала! – ответил Данил, повысив тон, - вы что?!
- Сейчас зачет! Меня не волнует! Или ты заново бежишь два круга, или я ставлю две двойки! – повышенным тоном, изрекал Олег Петрович.
- Но бежать она не будет! – с этими словами Данил потащил меня в раздевалку.
- Вам троим по две двойки! – строго сказал физрук, открывая журнал.
- Да хоть по десять, - произнес Дима, так, что физрук его не слышал, - ставь, сколько влезет.
  Я вошла в раздевалку, и, быстро переодев футболку и кеды, вышла.
- Всё, домой пойдем. – строго сказал Данил, - Ника, только не расстраивайся, хорошо?
- Но еще ведь немецкий, - ответила я, - нам задавали стих и перевод!
- Нет, на немецком Милана и Уля с Дашей, они… в общем, нет, - взяв меня за руку, сказал Дима, - мы не сможем защитить, потому, что мы на английском.
  Мы вышли из школы, и навстречу нам шли девчонки. Дима отвращено отвернулся, и вздохнул, закатив глаза.
- Что Никуля, упала? – ехидно съязвила Милана, - ушиблась?
- Отвали! – толкнув её в сторону, сказал Данил, - идём Ника.
Милана вскрикнула и добавила:
- Учительница непременно узнает о том, что вы сбежали!
- И поставит еще двоечку, - рассмеялась Уля.
- Ну и пусть, - ответил Дима, двинувшись вперед.
- Ну-ну! – залились смехом девчонки, - давайте, дерзайте!
Я, не обращая внимания, шла с опущенной головой, и молчала.
- Ника, почему ты молчишь? – спросил Данил, - почему ты не можешь им ответить?
- Я не хочу... – ответила я, - я просто их ненавижу!
- Интересно, что же их в тебе цепляет... почему они издеваются именно над тобой... – произнес Дима, задумавшись…
Мы подошли к моему подъезду, и остановились.
- Давай, Ника, завтра лучше не приходи, - произнес Дима, поцеловав меня в щечку.
- Пока, - сказал Данил, и тоже, поцеловал меня в щечку.
- Пока… - пробормотала я, тут же опустив голову.
  Я вошла в свою квартиру, и, разувшись, кинула сумку на пол, и направилась на кухню.
- Мам? Пап? – крикнула я, но ответом последовала тишина.
«Наверно еще с дачи не вернулись» - подумала я, и вошла на кухню.
Все, что мне хотелось сейчас, это чтобы меня успокоила, и обняла мама... Сев за стол, я налила себе кофе, и принялась пить, и обдумывать недавний случай. Трогая волосы, на мои глаза наворачивались слёзы… как так? За что?! Почему именно со мной, и именно так?! Что за несправедливость…
Мои раздумья прервал телефонный звонок.
- Да, - сделав глоток кофе, ответила я, сдерживая накопившиеся слёзы.
- Это квартира Фроловых? – послышался приятный голос девушки, на том конце провода.
- Д-да, - встав, ответила я, подойдя к окну, с кружкой кофе, -  а это кто?
- Ваши родители… они разбились в автокатастрофе между улиц Советская и Ленинская, - проговорила девушка, - к сожалению, ни женщина, ни мужчина, не остались в живых. Приносим искренние соболезнования.
После этих слов, из моих рук на пол упала кружка с горячим кофе, а я упала на колени, медленно опустив телефон… Я не могла в это поверить, я думала, что это сон…. Слёзы, напором хлынули из моих глаз, я смотрела в одну точку, и просто молчала.
«Нет, не может такого быть… нет…» - проносилось в моей голове...
Осознав суть происходящего, я быстрым шагом направилась в прихожую, обула кеды, накинула толстовку, и выбежала из квартиры. Все действия происходили, будто в тумане, я думала, что это конец. Выбежав из подъезда, я, ни смотря, ни на кого, со всех ног побежала вперед.
«Советская и Ленинская…» - прокручивая в голове слова девушки, бежала я, - «Еще чуть-чуть… совсем скоро…»
Я бежала, сломя голову, не чувствуя боли в коленях… Прохожие подозрительно оборачивались мне в след, но мне было все равно! А вдруг, это сон? Вдруг это неправда? Они живы, это ошибка! Моя голова была забита только мыслями об одном.
Темнело… Вдалеке я увидела много машин, толпу людей, несколько машин скорой помощи, и милицию. Внутри всё сжалось, голова закружилась, мне стало резко плохо, но, ни смотря на это, я бежала навстречу ужасу…
- Пропустите… можно… пропустите... – пропихиваясь через людей, говорила я, подходя к аварии все ближе и ближе.
Наконец, я увидела машину моих родителей… она была всмятку, похожа на баян, а рядом стояла другая машина, состояние которой, было ничем не лучше нашей машины. Врачи вытаскивали обезображенные тела моих родителей, а рядом стояли носилки. Увидев это, я закричала настолько, насколько позволило мне моё горло, и кинулась к родителям…
- Не-е-е-е-т! – начала кричать я, подбегая все ближе к машине, - мама, папа!
Но тут меня резко схватили за руки с двух сторон, и начали оттаскивать назад. Я орала, пинала, плакала, но было напрасно…
- Девушка, вы кто? – спросила медсестра, подходя ко мне.
- Я… это мои родители… мои родители! – плакала я, пока меня держали милиционеры.
- Успокойся, - произнесла медсестра, после чего, вытащила какую-то бутылочку из халата, и поднесла её к моему носу.
Всё постепенно начало расплываться, везде был туман и, голоса людей, звуки сирены скорой помощи, медленно отдалялись...
- Мама… - медленно опускаясь на колени, бредила я, - папа… я… я… па…
После этих слов я полностью погрузилась в темноту…
   Я медленно разлепила глаза…. мое дыхание было очень тяжелым, двигаться я не могла. Попытавшись сделать попытку приподняться, у меня не получилось, и я опрокинулась назад.
- Где я? – с трудом спросила я, не имея понятия у кого, но в ответ последовала тишина. Я закрыла глаза, и сделала глубокий вдох… В голове пролетели все недавние события, и из глаз потекли слёзы… Я понимала, что ничего не исправлю, и пришел конец моей нормальной жизни, но все же, я надеялась на то, что родители живы, что это ошибка…
- За что мне все это? – не открывая глаз, шептала я, заливаясь слезами, - я не заслужила... я не заслужила такого… нет, за что?!..
- Вы в больнице, - сказала девушка, голос которой, прозвучал около меня, после чего я открыла глаза, и заметила медсестру. - У вас болевой шок, вам нужно побыть в больнице некоторое время, - добавила она, доставая ампулы для шприца.
- Что… - пробурчала я, закрыв глаза, - я не могу!
- Девушка мне очень жаль, но ваших родителей больше нет, – прошептала она, со шприцом подходя ко мне, - давайте руку, - добавила она, после чего, я дала ей руку, и она вколола вакцину в вену. Было больно, но не больней той боли, что причинил мне тот день, то событие, когда я узнала, что мои родители...
- Всё, - вытащив шприц из вены, сказала медсестра, - отдыхай, - с этими словами она вышла из палаты, оставив мне стакан с водой, и таблетки валерьянки... Дышать давалось довольно-таки сложно, будто у меня отняли одно легкое. Я не смогу это пережить… я не хочу жить, лучше я умру! Умру, но увижу родителей! Я ненужный человек… теперь уже никому не нужный…
Я кое-как заснула, оставив за собой мысли…
Лучше бы я не засыпала, сон был ужаснейшим, все до последнего, повторилось, весь день, все события и все происшествия. Как же больно заново это все переживать, пусть хоть и во сне... я в очередной раз поняла, что не хочу жить…
     Открыв глаза, я увидела белый больничный потолок, и капельницу, воткнутую в мою руку. Меня сейчас ничего не волновало, я хотела умереть, и считала это вполне возможным, находясь в этой больнице.
«Я никому ненужная, у меня никого не осталось… я сирота, всё кончено…» - после мыслей, подобного рода, у меня выступили слёзы, и стало болеть сердце. Смахнув слезы рукой, я приподнялась, выдернув из вены шприц, и убедившись, что капельница закончилась, я встала и вышла из палаты. В коридоре было темно, вероятно была уже ночь. Коридор был абсолютно пуст, и было слабое тусклое освещение, как в фильмах ужасов. Мне не на шутку стало страшно, но выхода не было. Сейчас для меня единственное, что было важно, так это умереть, чтобы встретиться с родителями…
- Привет,  – улыбнулся мне какой-то парень, - я Артем.
- Ага… - не смотря на него, продолжала идти я.
«Так, мне нужно туда, где есть зеркала…» - подумала я, свернув за поворот, «вероятно, это в туалете»
- Слушай, - прищурившись, пробормотала я, прослушав все, что он говорил - где здесь туалет?
- Эмм, по коридору, и налево, - ответил он, - у тебя что-то случилось?
- «Достал ты уже!» - подумала я, и, не ответив ни на один его вопрос, направилась по указанному пути. Из рук сочилась кровь, все болело, но мне было все равно, я шла – навстречу смерти.
- Так, по коридору, и налево… - пробормотала я, неуверенно шагая вперед.
Коридор был очень длинный, по бокам было очень много дверей. Я, наконец, завернула за поворот, где был туалет. Войдя в него, я включила свет, и медленно подошла к зеркалу.
- Простите меня друзья… я устала от этого всего, я не могу все это терпеть, – шептала я, и по моим щекам лились слёзы. Одним движением, я ударила кулаком по зеркалу, после чего, оно с невероятной громкостью разбилось, рассыпавшись на множество мелких осколков, и упало на пол. Эта боль была невыносимой! Я закричала, упав на колени. С руки ручьем лилась кровь… множество осколков вошли под кожу, причиняя мне ужаснейшую боль, но это было то, что нужно. Я подняла самый большой и острый осколок с пола, и резким движением, со всей силы надавила на запястье руки, что принесло не меньшую боль. Я со всех сил пыталась не закричать, чтобы не прибежали врачи. Стиснув зубы, я закрыла глаза, и все сильней и сильней давила на запястье, раздирая кожу до мяса. Кровь хлынула потоком… вероятно я задела вену…
Из руки текла кровь, и я принялась за другую руку. Взяв тот же осколок в руку, я хотела было надавить на запястье, как тут же у меня все поплыло перед глазами, и начало темнеть. Я опустила голову, и заметила на полу огромную лужу крови. Пока я еще находилась в сознании, мне удалось услышать крики людей, но мне было уже все равно. Обессиливши, я медленно выпустила из руки осколок, и упала на пол, ощущая холод по всему телу…
        Я медленно открыла глаза, и снова заметила белый больничный потолок. Не знаю, сколько времени прошло, но мне казалось, будто я умерла.
- Она очнулась, - послышался голос какой-то девушки, - Ника, открой глаза.
Я послушно открыла глаза и перевела взгляд. Это была медсестра.
- Ты что пыталась с собой сделать, ты совсем больная? – надменным голосом, спрашивала она, - я конечно понимаю, что у тебя погибли самые дорогие тебе люди, но у тебя есть бабушка, на попечение которой, ты отдана.
«Бабушка… есть такая бабушка, которая меня не любит, и никогда не любила» - подумала я, с огорчением, после чего, слёзы пробежали по щекам, и я отвернула голову.
- Так и запишем, попытка суицида, - произнесла медсестра, - ты никуда не должна вставать, ты меня поняла? - бесчувственным голосом, сказала она, после чего вышла.
Я открыла глаза, и взглянула на свои руки. господи… они были почти по локоть в бинтах, а правая рука, которой я разбила зеркало, была вообще полностью, вся забинтованная, и ей я не могла шевелить, просто не чувствовала её. Закрыв глаза, я опустила голову и отвернулась, думая о своей ничтожной жизни. Теперь меня отдадут бабушке, которая меня никогда не любила и не признавала.

    Не знаю, сколько прошло времени, когда я проснулась. Все происходило, словно в тумане. Я уже не могла различить, где сон, а где реальность. Мне снились родители, они были живы. Но раз я в больнице, то это явно, просто сон…
Повернув голову, я посмотрела в окно. Был день, светило солнце, и в этот момент ко мне кто-то вошел, и я тут же перевела свой стеклянный взгляд на дверь.