Побег

Снова утро. Снова сквозь шторы пробивается свет, попадая в глаза. Тяжёлые веки медленно открываются. Пару минут я отхожу от сна.

Встаю с кровати, следую из комнаты в ванную. Умывшись и расчесавшись, я выхожу из ванной комнаты и возвращаюсь в свою.

Там я переодеваюсь в школьную форму, беру рюкзак и выхожу из комнаты.

Мать сидит на кухне, завтракает, напротив неё сидит уставший отец с синяками под глазами.

Их взгляды направлены на меня.

—Объясни дорогуша, где ты была последние три дня? — Мама старается изобразить строгий голос, но у неё это плохо получается. Она зевает, её глаза прикрываются на секунду, потом она вновь смотрит на меня усталым взглядом.

—Тебя это разве волнует? Вам же всё равно, где я и как я. С чего это вдруг ты решила поинтересоваться? — Мой спокойный голос становится слишком строгим, будто бы не она мне сделала замечание, а я ей.

Разум молчит. Это к лучшему даже. Не будет ненужных комментариев в сторону родителей.

—Да от того, что три дня назад кое-кто сломал нос парню на вечеринке. А когда сказали, что ты замешана в этом, нам пришлось бегать по всему городу,чтоб найти тебя. — Усталый взгляд матери направлен на отца, который уже начал дремать, от чего моя мать ударила его ладонью по голове и он очнулся.

—Что не так?! — Грубый, но усталый голос отца коснулся слуха.

Могу предположить почему же эти двое не выспались. Очередная ссора длинною в вечность или же бессонная жаркая ночка.

—Ты хоть помнишь, что наша дочь парню нос сломала!? — На этот раз голос матери становится грубее и громче, от чего мне чуть не закладывает уши.

—Опять.

Хочу по-тихому свалить, но не успеваю сделать и шагу как слышу голос матери.

—Юная леди, ты наказана за то, что ты сделала. Сейчас ты идёшь в колледж. Придёшь, продолжим разговор. — Всё, что она мне говорит перед тем как начать орать, на папу.

Мне становится безразлична их ссора из пустого места и я взяв рюкзак просто ухожу из дома.

Косые взгляды учеников в коридоре направлены на меня когда я захожу в колледж. Мне становится противно осознавать, то, что я учусь в одном заведении с такими людьми которые не чем не отличаются от моих родителей, Майка и Дэйва. Все они по своему ебанутые, но должна же быть мера.

"—Майк сам виноват. Не нужно было второй раз толкать меня в бассейн."— Эти мысли успокаивают меня и я становлюсь смелее. Поднимаю подбородок к верху и выпрямив спину, иду короткими, но быстрыми шагами вперёд, уже не обращая абсолютно никакого внимания на взгляды.

Чувство будто я нахожусь в психиатрической больнице и из каждых палат на меня смотрят обезумевшие, дёрганые люди, пока меня везут на каталке в операционную.

Я прохожу мимо своих однокурсников стоящих у двери кабинета и залипающих в телефонах. Они косо смотрят на меня, но нечего не говорят. Молчат. Эта тишина по коридору давит на меня. Не могу сосредоточиться. В голову лезут дурацкие мысли. Вечеринка. Потеря контроля. Побег. Дэйв. Машина. Друзья. Зло. Падение. Возвращение. Наставление матери.

Всё сразу запрыгивает в голову когда я захожу в кабинет. Все замолкают и смотрят на меня так же как и остальная часть колледжа. Мне становится не по себе. Я никогда не хотела привлекать к себе особого внимания, но сегодня без этого явно не обойдётся. Хочется верить, что на меня все забьют, пропустят мимо ушей и продолжат жить как раньше. Я знаю, что это не может быть так. Без ругани и ора жить не интересно. Особенно ученикам моего колледжа. Особенно дружков Майка. Они сто процентов что-то устроят. Нужно быть готовой ко всему.

Прохожу мимо парты Клары, все продолжают смотреть. Думала, что Клара будет смотреть так же и думать о том какая же я сука, что ударила её парня святого как Иисус. Но нет. В её глазах читалась грусть... И печаль. Такие жалкие глаза от этого человека я вижу впервые. Наши взгляды на миг пересекаются. Я продолжаю идти, уже поворачивая голову обратно, но краем глаза замечаю, что голубые глаза моей подруги расширяются, а рот приоткрывается. Она хочет что-то сказать, но не может. Кажется мне, но она просто открывает рот, из него выходит тихий, едва слышный выдох.

Я сажусь за последнюю парту. Все кто сидят рядом брезгливо отводят взгляды и наплевав на меня утыкаются в свои телефоны. Я как будто могу прочитать мысли каждого ученика в кабинете. Так и видно по их лицам о чём они думают.

"—Какая сука. Ещё осмелилась прийти в колледж".

"—И почему в моей группе учится такая неуравновешенная девка?!"

"—За что она ему нос сломала, он же нечего плохого не сделал, это была обычная шутка".

"—По ней видно, что чувством юмора её обделили".

Внутренний голос искажал голоса одногруппников, делая их более похожими на демонические, словно в одной фразе смешивалось несколько разгневанных голосов.
Это было что-то не ясное. Не понятное разуму. Голову пронзила боль. Виски начали адски болеть, будто их бьют иголками. Поднеся указательные пальцы к вискам я начала их массировать, таким образом пытаясь избавиться от внезапно нахлынувшей боли.

Пара уже началась, а учителя всё нет. Это даже к лучшему, смогу нормально поразмышлять. Пускай в классе и было слишком громко, чтобы поразмышлять, но меня это не волновало. Мои мысли сбиваются только тогда когда мне начинают рассказывать какую-то чушь которая мне ни капли не интересна.

Преподаватель заходит в класс спустя двадцать минут после начала пары. Он выглядит взволнованно, но никто этого не замечает.

—Эвелин Бёрнер, прошу пройти к директору. — Говорит мужчина смотря на меня и указывая рукой на закрытую дверь.

Одногруппники начинают шептаться. Меня это начинает раздражать.

—По поводу чего? — Скрываю дрожь в голосе и стараюсь вести себя как можно спокойнее.

"—Не подавай виду, что тебе страшно, иначе твоим страхом могут воспользоваться". — Голос моей матери прозвучал в голове. Она говорила это только тогда когда ей самой было до одурения страшно, но она всячески скрывала это.

Мой отец раньше был тем ещё тираном. Когда у него происходили вспышки гнева, моя мать старалась меня упрятать как можно дальше от него, лишь бы со мной всё было в порядке.

Она постоянно говорила не понятные и бессмысленные, для меня пятилетней девочки, фразы. Я реагировала на это спокойно, как и в общем то на всё плохое, что происходило в нашей семье. Но позже стала понимать, что не всё так как мне кажется. Это было ужасно. Тогда в мои десять лет у меня случился полный сдвиг по фазе.

Отец чуть не убил её. На моих глазах. Я ненавижу этот чёртов день. Хочу вычеркнуть его из памяти. Забыть. Уничтожить. Растворить. Сжечь к чертям. Я проклинаю его за это. Эта тварь не достойна жизни. Он даже не достоин гореть в аду. Я желаю, чтобы его отправили в место похуже чем какой-то ад. Хочу чтобы его пытали там, разрывали на части, потом вновь склеивали и так по кругу. Желаю ему всего самого наихудшего.

—Это уже объяснит тебе директор.-— Сказал мужчина скрещивая руки на груди.-— Прошу на выход, можешь сразу с вещами.

Одногруппники сразу начали рьяно обсуждать это. Всем уже ясно было насчёт чего меня вызвали к директору. Да и я знала. Я встала с места, скинула вещи в портфель и одев его на плечи я пошла между партами прямо к двери не посмотрев ни на одного человека в этом кабинете.

Уже подхожу к двери. Слышу тонкий голосок Клары. Слышу как она встала с места. Её обеспокоенный голос раздался по кабинету.

—Учитель! Эва не виновата в этом. Она лишь дала отпор. Это была самозащита. Это не её вина!-— Моя подруга кричала это на эмоциях. На жалких эмоциях. Её зрачки бегали по классу ища поддержки, но ни один человек не поддержал её.

—Клара Ценова, будьте так добры помолчать. — Сказал учитель на, что подруга опешила, но не собиралась затыкаться. Он рукой указал, что самое время молчать. — Это её дело. Вы не обязаны помогать ей. Это не входит в ваши обязанности.

Я была мягко говоря в шоке. Я думала Клара будет так же ненавидеть меня и уж тем более не станет защищать меня.

Она присела на своё место не в силах спорить с учителем и напоследок взглянула на меня. Я улыбнулась от чего её губы дрогнули в улыбке. После чего я вышла из кабинета.

Теперь я знаю, что говорить.

Это была самооборона.

Пускай и перешла границы.