Глава 34

Я резко подорвалась с кровати и ста- ла пытаться отдышаться после того, что произошло. Это всего навсего сон, ничего большего, но почему всё было настолько реалистично? Непонятное пространство, обрыв, глубокая, тёмная дыра, да и мно- жество всяких мелочей, которые на столько ясно были прописаны у меня в голове, что я даже не могу предста- вить откуда мой мозг такое сгенерировал. Последствия таблеточек?

Я протёрла свои сонные глаза и стала вылазить из кровать, чтобы сходить на кухню за стаканом воды. Боль прошла, чувствую себя более менее хорошо. Стоило мне встать с крова- ти, как в углу комнаты что-то заше- велилось, я обернулась назад и чуть ли не откинулась от страха.

— Ты? Ты что тут делаешь? С ума сошёл так подкрадываться! — стала чуть ли не кричать я. Меня пере- дёрнуло от страха, что кто-то про- брался ко мне в дом, да ещё тогда, когда я спала! Передо мной стоял Нейсон. Что он забыл у меня дома? Да и как вообще попал сюда?  А, ну вопрос "как попал сюда?" явно был лишним, итак ясно как, но почему сейчас? За окном уже была кроме- шная тьма, видно поспала я совсем не пару часиков, как планировала.

— Мы не виделись целый месяц.Так ты встречаешь своего наставника? — спокойным голосом ответил Нейсон. Его выражение лица было плохо видно из-за отсутствия полного света в комнате, но это знакомое телосло- жение и голос стали для меня таки- ми близкими за столь короткое вре- мя, что я, наверное, никогда больше не найду кого-то похожего на него.
— Сума сойти, как давно ты здесь? — стала спрашивать я, пропуская мимо ушей его слова.

— Плюс минус час.

Мои брови взмыли вверх, а глаза выпучились на Нейсона. Что, изви- ните? Он был здесь, в моём доме где-то час, пока я спала и могла сделать что-то позорное во сне. Это просто ужас! Бабушка всегда говори- ла, что я бормочу что-то, когда сплю, также я не исключаю другие факто- ры позора, например, такие как: почесать свой зад или потёкшие слюни...

— Что!? — я сделала шаг назад и видимо не рассчитала, что комната маленькая и что сзади меня стоял рабочий стол со стулом, о который я сейчас запнулась. Точнее моя нога, которая не стала на ровную поверхность, а поехала куда-то в бок. Моя рука сразу же стала тянуться к полу, чтобы падение не было таким болезненным. Я даже закрыла глаза, но ничего не произошло, точнее вместо падения я почувствовала, что повисла в воздухе, опираясь при этом на чьи-то мускулистые руки. Я открыла глаза и увидела, что Нейсон держал меня на руках, он успел перехватить меня прежде, чем я приземлилась бы на пол.

— Тише, а то соседи с низу поднимутся возмущаться и увидят меня, а мне здесь находиться не положено. — тихим, бархотным голосом произнёс Нейсон, наклоняя немного свою голову к моей. — Ты видела вообще, куда шла? Ещё бы чу-чуть и ударилась бы головой об угол стола.

— А, нет... — немного прочистив горло от сонной хрипоты, я добавила. — Спасибо.

Я убрала руки с плечей Нейсона и спустилась обратно на пол. Опустив голову вниз, я заметила, что даже не переоделась, после того, как верну- лась с улицы. На мне были всё те же спортивные штаны и светлый лонгслив. Хорошо, что я не додума- лась переодеться в пижаму, а то сейчас бы было стыдно. Нейсон же стоял в кожаной куртке, которая была растёгнута, но я видимо немного скинула её с плечей, когда держала его за шею, чтобы не упасть. Из под куртки, как обычно, на нём была чёрная рубашка с тремя растёгнутыми пуговицами сверху. Его серьёзный взгляд исследовал моё лицо, а я просто стояла, смотря в ответ. Я не ожидала его увидеть здесь, да ещё и в такой час.

— Месяц же ещё не прошёл. — медленно констатировала я факт, который итак понятен, не знаю, почему мне захотелось это сказать. Нейсон тут же кивнул, подтверждая то, что я сказала. Он так вниматель- но на меня смотрел, казалось, что от его глаз не скроется ни одно моё движение. — Раньше закончил работу?

— На сегодня, да. Ты бледная, идём на кухню, я сдею тебе травяной чай. — сказал Нейсон и пошёл в сторону кухни, взял при этом меня за руку. Интересно, кухня моя, а чай сделает он.

— Как ты мог увидеть, что я бледная, если в комнате был включён тусклый режим? Да и травяного чая у меня нет, казалось бы.

Последнее слово я растянула от удивления. На кухонной столе стояли два белых пакета полные едой, которые точно были не мои, а рядом с ними огромная коробка чая, на котором так было и написано "травяной чай".

— Это ты принёс?

На мой вопрос последовал немой кивок в знак согласия. Я подошла ближе и посмотрела в один из пакетов. Я увидела пачку творога, сыр в плёнке, молоко и грудку курочки. Во втором пакете лежали фрукты: вязка бананов, жёлтые яблоки и хурма. Зачем столько? Я озадаченно посмотрела на Нейсона, он стоял спиной ко мне, наливая полный чайник воды.
— Ты ко мне с гостинцами, как к старенький бабушке в больницу, наведываешься? — с улыбкой на лице спросила я. Я бы сейчас пошутила на счёт откупиться от дальней, старой родственницы, но пожалуй не стану.

— Не нравится мне твоя самокри- тика, не такая уж ты и старая. — немного ухмыляясь произнёс он. Его зелёные глаза вновь не сводили с меня свой взгляд. Я только сейчас заметила то, насколько уставшими они выглядели. Немного впалые скулы стали более рельефными, а подбородок острее, чем прежде, но при всём этом Нейсон всё равно выглядел, на удивление, привлека- тельно. Растрёпанная причёска на его голове создавала вид, словно он только проснулся и не успел расче- саться, так и хочется подойти и пригладить выбившиеся прядки. — Но то, что больная, мне не нравится ещё больше, потому что это правда.  — серьёзным тоном сказал Нейсон.

— С чего ты взял, что я болею? Со мной всё прекрасно. — упрямо произнесла я. Не нравится ему, а я и не собиралась не болеть, чтобы кому-то нравится. Видимо организм забыл у Ризерфорда спросить: можно болеть мне или нет?

— Да, а мои источники передавали совсем другую информацию.

— Какие источники? За мной что, кто-то следил?

Тут я совсем оболдела. Откуда Нейсон знает, что мне было плохо?

— Я собирался оставить возле тебя кого-то, но не было необходимости.

— Тогда откуда ты знаешь что...

— Тебе всё таки было плохо. Почему ты мне сразу не позвонила? Ты понимаешь, что в Империи Снов триста лет не было смертных, кото- рые оставались здесь, а не уходили на остров Забвения. Никто точно не может сказать, что какие-то травмы или болезни на тебя влияют также теперь, когда ты тут, как на всех остальных. Даже раньше такие как ты были чувствительнее ко всему, чем мы, поэтому ты всегда должна первым делом говорить обо всём мне. — недовольно выразился Ней- сон. За то время, пока он говорил, на его лице сменилась целая куча эмо- ций. Сначала это была злость, потом негодование, а после вроде бы как смирение. Его брови были всё ещё немного изогнуты в направлении переносицы. Видно Нейсон злится, потому что я не сказала ему, что у меня что-то болело, но какая ему разница, если мы все тут бессмер- тные, то смысл беспокоиться? Или его чувства ко мне, как к подопеч- ной, так сильны, что он правда переживал?

— Ты же был занял, если бы я позвонила, то могла помешать.

— Поверь, один твой звонок не помешал бы никому. Даже если не позвонила, то могла хотя бы написать.

— И чем бы ты мне помог? Я думала, что ты был в Нивэрлассе. — Резко стала отвечать я. — И если на то пошло, то почему сам ничего мне не писал? Мог бы также написать и спросить. — уже спокойным тоном говорила я.

— Я и был в Нивэрлассе. Пришёл, как только услышал от Нильса, что тебе было плохо.

— Всмысле пришёл? Ты что, прям оттуда переместился сюда? Прикольно.

Нейсон нахмурил брови и устало вздохнул. Всё же он правда устал, но вместо того, чтобы отдыхать, приехал ко мне. Его и вправду так волновало то, что мне было плохо? Приятно осознавать, что ещё остался кто-то в этом мире, кого волнует, что я чувствую. Возможно я себе это придумываю, но иногда хочется верить в какуе-то чушь, чем знать, что на тебя всем всё равно. Обычно это чувство нужности восполняют родители, ноу  меня их нет, тогда за эту часть берутся самые близкие родственники, но, увы, и их я не так давно лишилась, да и сама успела отбросить коньки, никогда бы не подумала, что после смерти есть ещё что-то. Совершенно другая жизнь. Но главное, что с призванием или без, я всё ещё остаюсь той самой Элиной, которая не любит вставать по утрам, пишет ночью стихи, рисует всё то, что понравилось глазу и обожает пить чай.

— Элина, ты была в мед центре? Ты вообще знаешь, где они находятся?

— Нет, не была, это всего лишь то изжога, всё прошло, видишь, ничего серьёзно... го.

Я немного попрыгала на месте с поднятыми руками, чтобы доказать Нейсону, что у меня больше ничего не болит, но не тут то было. Видно действие таблеток уже прошло или это я что-то не так сделала, потому что резкая боль заколола в правом боку. Я немного согнулась, придер- живая руку на том месте. Нужно бы- ло выпить две таблетки, а не одну, видно не хватило дозы, нужно было прочитать инструкцию или то, что хотя бы написали на упаковке, прежде чем пить.

— Чёрт. — сказал Нейсон и подбежал ко мне, словно у меня не просто болит желудок, а потеря сознания. Всё было не так критично, как могло показаться со стороны. — Что случилось?  — взволнованно спросил он.

— Поджелудочная разыгралась, ничего, оно скоро само пройдёт. Всё — я замолчала так и не договорив ту заветную фразу, которую я сегодня произношу ну слишком часто. Колющая боль стала наростать, этотмне совершенно не нравилось.— нормально.

— Ну и в каком месте это, — Нейсон также сделал паузу, уделяя особое внимание моему полу согнутому виду. — нормально? Постой.
Нейсон резко поднял меня на руки и посадил на стул. Сам же нагнулся, находясь одной высоты с моими глазами, задержал взгляд на моей руке, которая всё ещё крепко держалась за бок. Я посмотрела на Нейсона, сверху его волосы казались такими объёмным и длинными или это они просто отрасли за то время, пока он был в Нивэрлассе. Я потянулась рукой к его голове, чтобы наконец поправить выбившиеся прядки волос. Проведя рукой по направлению его глаз прямо по пробору волосы быстро встали на свои места. Нейсон не сразу понял, что я сделала, а потом просто поднял голову и мы встретились взглядом. Он вопросительно наклонил голову, а я просто пожала плечами.

— Прядки выбились из причёски. — объяснила я. Нейсон, ничего не ответив, положил одну руку на мою, которая всё ещё лежала на животе, хотя боль немного утихла. Отвлека- ться иногда полезно, например тогда, когда кошмарно болит всё внутри. Нейсон отлично с этим справляется, потому что всегда, когда он рядом, моё внимание целиком и полностью сфокусировано на нём. Просто невоз- можно думать о чём-то ещё, когда на тебя смотря два хитрющих зелёных глаза. Так как на улице уже темно они кажутся темнее чем обычно, но от них все равно начинает чаще стучать сердце.

— Завтра обязательно сходи в боль- ницу. — настоятельно сказал Нейсон, поднимаясь и направляясь к вски- певшему чайнику. — Сейчас выпей чай, а я приготовлю ещё что-то на ужин.

— Ты же устал, не нужно, у меня есть чем можно перекусить.

— И чем же это? Клубникой с молоком? — Со смешком в горле спросил он, открывая холодильник. Да, если так посмотреть, то мой холодильный брат и вправду был пуст, только полка с едой Сэма не давала холодильнику совсем одичать.

— Ну, я каши ем, быстрозаваремые, делаю на одну порцию, чтобы каждый раз была свежая. А клубника не моя, да и молоко тоже.

— Быстрозаваремые!? — неожиданно громко для меня спросил Нейсон. — Из-за такого питания у тебя и болит живот. Как можно вообще такой гадостью питаться, она же безвкусная. И чьё, позволь спросить, тогда всё это? — поинтересовался он, указывая на полку с продуктами Сэма.

— Питаюсь, как хочу, тебя волновать не должно, да и на что-то другое у меня денег нет. А вся еда в холодильнике моего знакомого, он живёт на этаж выше.

— И почему же этот твой знакомый, — на последнем слове Нейсон невольно закатил глаза. Что уже не так со словом "знакомый"? Мне нельзя общаться с людьми или что это за реакция такая только что была? — не хранит СВОИ продукты в СВОЁМ холодильнике? 

Его выражение лица подсказывало, что кое-кто начинает злиться, и это не я, а кроме меня с Нейсоном в комнате больше никого нет.

— У Сэма месяц назад случилась очень неприятна ситуация. 

— Ага, значит у Сэма. Имя есть, теперь найти его в этом общежитии будет легче, чем колючек у сукулента пересчитать. — подметил Нейсон.

— У сукулента вообще-то нет колючек, если мы конечно говорим об одном и том же растении. — вставила я. Нейсон приподнял одну бровь и щёлкнул пальцем, подтвер- ждая мои слова. Это значит, что он в серьёз станет искать Сэма? В обще- житии столько народу, я сомневаюсь, что найти кого-то будет так просто, как Нейсон сейчас сказал.

— Именно, а вот если ты мне ещё скажешь его фамилию, то эта твоя неприятная ситуация будет стоять передо мной уже через пять минут. — грозно оповестил меня он.

— Зачем он тебе?

— Фамилию.

— Для чего? — не отступала я. Мы смотрели сейчас друг на друга, как два упрямых барана. Никто из нас не собирался отступать.

— Нужно, Элина. Значит, пока меня не было в городе, вокруг тебя уже появился какой-то Сэм, который имеет доступ к твоему холодильнику двадцать четыре на семь, а я об этом не слуху не духу? — раздражённо стал высказывать Нейсон.

— Естественно он не может заходить, когда захочет, только тогда, когда я дома. Я сама ему открываю дверь. Да и как видишь он хранит здесь только одну клубнику да молоко. Почему бы не помочь человеку?

— Он имперец, Элина, а ты засекреченная оружейна, ты не можешь близко общаться с кем-то, по крайней мере сейчас.

— Классно, я так со скуки помру, если что-то внутри меня, конечно, не лопнет раньше. — Что-то  не замечала когда-то за собой, чтобы у меня был большой выбор в общении. Сейчас из друзей у меня есть только Ронда, Лия, Нова, Ясна и Чарли, никто из них, кроме Ронды, не знает о том, кто я, также и с Сэмом. С ним мы вообще просто знакомые. Чтобы стать друзьями, по моему мнению, нужно больше времени, да и другие обстоятельства. Я считаю, что чтобы нормально дружить с кем-то, то никогда нельзя скрывать что-то, если это конечно не совсем личное. Такие вещи, которые для здешних жителей обыденные, как призвание, семья, академия, обо всём этом я не могу рассказать никому, потому что моя личность не оглашается, и разве с таким букетом секретов можно с кем-то дружить?

—Не переживай, не помрёшь. И ничего у тебя там не лопнет, держи чай.

Нейсон поставил передо мной кружку зелёного чая, внутри которого плавали различные лепесточки, также я заметила в чае лимон. Зелёный чай с лимоном – лучшее сочетание. Я отпила пару глотков чая и немного потупив взглядом в стену, произнесла:

— Вкусный, а что в нём? — я потяну- лась за самой упаковкой чая, чтобы посмотреть состав. Из того, что я могла прочитать, это только назва- ние "Травяной чай", всё остальное было написано на непонятном мне языке. Зелёная упаковка с различны- ми травами казалась очень даже привлекательной.

— Травы, которые растут на острове Забвения. Они успокаивают душу и устраняют боль, но это только одно из, что нужно принимать, когда чем-то болен. Я так и не услышал удоалетворяющего меня ответа, что ты всё услышала и поняла.

— Что я должна была услышать и понять?

Нейсон сменил выражение лица, теперь оно вновь казалось недоброжелательно настроенным. Я затаила дыхание, в ожидании какой-то подлянки, но не тут то было.

— Завтра чтобы сходила в мед центр.

— А, ты об этом. — я облегчённо выдохнула и притянула к себе отставленную недавно кружку чая. — Ладно, завтра схожу, я итак туда собиралась в скором времени, если что.

Я набрала воздуха полные лёгкие, в ожидании, когда пройдёт это лёгкое покалывание в левом боку.
— Я позже проверю. — сказал Нейсон и отставил уже пустую кружку от себя. Он быстро выпил чай, а у меня ещё оставалась большая часть, потому как обычно я оставляю немного места в кружке, чтобы долить туда обычной воды, так чай можно было бы сразу пить, а не ждать, пока он остынет, Нейсон же так не сделал, поэтому мне казалось, что чай всё ещё сильно горячий.

— Что этот Сэм о тебе уже знает? — задумчиво спросил Нейсон. Он нахмурил брови и опёрся локтями об стол.

— Ничего.Что он может обо мне знать, если я сама о себе толком ничего не знаю. — это ведь правда, если бы я знала почему я здесь или хотя бы долю того, что должен знать имперец о себе, тогда был бы смысл что-то скрывать, а пока что моя личность зашифрована, поэтому я создаю себе новую, которую можно раскрыть всем остальным.

— Не может быть такого, что он ничего у тебя не спросил, а ты ничего не рассказала, Элина. Что ты уже успела ему о себе рассказать? — спокойным тоном спрашивал он. Действительно, что де я успела ему такого рассказать? Вот если бы кое-кто хотя-бы иногда писал мне, пока был а Нивэрлассе, то знал бы много того, что произошло за время его отсутствия.

— Например? — интригующе спросила я, наклонив голову вбок и немного улыбнувшись, чтобы хоть как-то сгладить эту нахлынувшую атмосферу. Нейсон видно ожидал, что я могу так сделать, вроде бы обычный жест, но насколько он ослабляет его бушующий характер. Нейсон немного сощурил глаза и также улыбнулся, хотя его улыбка больше была похожа на оскал, чем на что-то милое.

— Элина, не выводи меня, иначе завтра на твоём столе появится ещё один документ с переделанным учебным планом, где добавится какая-то пара пунктиков того, что тебе нужно будет выучить и освоить к тому времени, пока наши уроки вновь не восстановятся.

— Так мне всё ещё не нужно прихо- дить в академию? Я думала, что всё вернётся, когда ты приедешь. — сказала я и громко отпила глаток чая. Я уже решила, что вновь придётся вставать свет ни заря, чтобы прийти вовремя на занятия, что снова начнутся тяжёлые будни вместе с Нейсоном, который обяза- тельно найдёт удобный случай, чтобы сказать какая криворукая, но в этом ведь вся натура Ризерфорда. Но также вместе со всем этим в мою жизнь вернутся нормальные обеды, которые не будут либо подгорелыми, либо недоделанными. Может Нейсон и прав в том, что мой желудок вновь воспалиося из-за той еды, что я ела на протяжении последнего месяца. Раньше все мои проблемы со здоро- вьем были из-за слишком большого количества выпечки и жареного, но даже не смотря на это я всегда была худенькая. Когда ты живёшь с бабуш- кой, у которой просто божественные руки, которые могли сварганить всё, что угодно, было бы только время, да желание, то, поверьте, гастрит был бы обеспечен всем. Кто-то после такой вкусной жизни зарабатывает ожирение, но моя бабушка всё на диетическом масле готовила, вот и получила стройную и красивую внучку, но с гастритом, да и прыщики тоже та ещё проблема. Деликатная, как я называю. Не каждого она затронула, но и не всех обошла.

— Когда вернусь, то да, но сейчас я всё ещё в Нивэрлассе, поэтому уроки в академии возобновятся где-то через недели две. Мне ещё нужно закончить там кое-какие дела.

— Так долго. — протянула я, поджав губы. Ещё целых две недели спокойного сна, но почему же меня это совсем не радует, мне хочется поскорее вернуться к тому, что было ранее.
— Что, так сильно хочешь побыстрее пройти все мои тесты, которые ждут тебя уже совсем скоро? — улыбаясь, спросил Нейсон, приподнимая при этом одну бровь в верх. Он потянулся к своим волосам и закинул передние пряди назад, но волосы всё равно вновь вернулись на своё место. А мне так даже большее нравится, когда на голове Нейсона царит беспорядок. Такое редко можно увидеть.

— Нет, просто. — спокойно ответила я, всё ещё поджимая после губы. Я допила свой чай и также оставила от себя кружку. — На счёт Сэма, единственное, что я сказала ему о себе, так это то, что меня зовут Элина, на этом всё. Не думаю, что в Империи Снов так мало девушек с таким же именем.

— Это всё? Ему правда не было интересно у кого он оставляет свою еду? А вдруг ты маньячка, которая только и ждала момента подсыпать ему что-то?

У меня глаза на лоб полезли от того, что только что сказал Нейсон. С чего вдруг меня можно принимать за маньячку? Я что настолько подозри- тельно выгляжу? Я конечно пони- маю, что не совсем вписываюсь в их культуру, что не совсем похожа на коренного жителя империи, но всё де не так плохо.

— С чего вдруг я похожа на манья- чку? Да и вообще сам ты такой. Вообще ничего хорошего сказать не можешь, я думала, что мы как бы друзья, ну или хотя бы что-то в этом духе, мог бы и написать мне разок, пока был в Нивэрлассе, тогда бы знал кто такой Сэм и при каких обстоя- тельствах мы познакомились.

Нейсон глубоко втянул воздух, что я уже подумала, что разозлила зверя, но нет, он всего лишь то облакотился на спинку стула и сложил руки перед собой.

— И при каких же обстоятельствах вы познакомились?

— У него проводку замкнуло и начался пожар, а на его этаже в то время все были на учёбе. Вот он и спустился на этаж ниже, чтобы поискать огнетушитель, а у меня он был. Ну я помогла ему ещё прибрать весь тот хаос, который случился у него на кухне. Холодильник сгорел, да и в принципе комната сильно пострадала, вот я и предложила свою помощь, у него нет тут знакомых, сам только год назад сюда переехал. — рассказала я в кратце историю моего знакомства с соседом сверху. Нейсон внимательно послушал, смотря при этом куда-то себе под ноги. Пока я говорила, не видела его глаз, потому как Нейсон опустил немного голову, а его чёлка закрыла весь обзор на лицо.

— Понятно, на этом всё? Он у тебя больше ничего не спрашивал? Там откуда ты, призвание, где учишься? Это обычные вопросы для имперцев, но для тебя их лучше избежать. — серьёзным тоном произнёс он. Нейслн поднял свою голову и мы вновь встретились взглядом. В его глазах блестнул свет от лампы, на кухне был включён полный свет, поэтому зрачки Нейсона казались меньше, а глаза тёмно-малахитовыми.  Смотря на него, я думала стоит рассказывать о том, что я ещё сказала Сэму, или лучше промолчать, но взгляд Ризерфорда говорил, чтобы я всё ему выложила, да и впринципе, если я вляпаюсь в какую ситуацию, то мой великий наставник спасёт меня, по крайней мере я на это надеюсь.

— Ну, он спрашивал откуда я и где учусь. — всё-таки решила рассказать я. Всё это я сказала так робко, словно не хотела чтобы Нейсон об этом узнал.

— Что ты ему сказала? — спросил он, его строгое выражение лица говорило мне, что попытка ответить будет одна.

— Сказала, что из Коросса вроде или он сам так решил, ну, в общем ещё он думает, что я из приюта, потому что единственное, о чём я не соврала, так это то, что у меня нет родителей. — быстро растолковала я и была немного поражена тем, что Ризерфорд сейчас сидел передо мной и в наглую ухмылялся. — Что?

— Да в том то и дело, что ничего. Ты молодец, взяла придумала себе историю, если он совсем дурак, то не догадается, а если что проскочит, разберёмся, но чтобы больше никаких знакомств без моего согласия, понятно? По крайней мере сообщай о таких случаях мне сразу.

Я не стала повторять Нейсону, что он мог бы сам мне написать, если у него было время на телефонные разговоры или звонки. Знал бы всё давно. Я просто молча кивнула ему, чтобы не парить ни себе ни ему мозги.

— Ладно, что дальше на счёт призвания? Есть какая-то история или легенда о его получении, которую мне стоит знать?

— Да нет вроде, я промолчала, когда Сэм спрашивал, он вроде бы как и не понял.

— Так. Значит сейчас запоминай, если кто спросит, то ты из волновых.  Твоё призвание – волны жизни, чувствуешь душу, её краски, поэтому у тебя хорошо развито чувство прекрасного, если что выкрутишься, понятно?

— Волны жизни? Как мистер Куэ? Интересно, а что ещё за чувство прекрасного? Если кто спросит подтверждение того, что я волновая, то что мне делать? — не понимающе спросила я. Разве можно так просто соврать на счёт своего призвания кому-то? Это же легко вычислить, достаточно просто попросить показать что-то или сказать. Мистер Куэ сразу же мне про мою судьбу необычную и что-то про душу выдал, тогда то я ещё совсем не понимала о чём идёт речь и что вообще происходит, сейчас, конечно, я хоть как-то въехала в это всё.

— Ты рисуешь, Элин, этого достаточ- но, чтобы интересующиеся окружа- ющие поверили в твою правоту. — с улыбкой на лице растолковал Нейсон.

— Вообще-то рисовать могут многие, кто проявляет этому делу особое внимание. Да и что особенного в том, что я рисую? Вот ветром людей сдувать или двери в пространстве открывать – это что-то необычное.

Нейсон хитро улыбнулся, а в его глазах блестнул огонёк задора. Он закинул одну ногу на другую, складывая при этом руки в замок перед собой.

— Ты сильно недооцениваешь то, как ты рисуешь. Здесь в империи в основном все творцы из лиги волновых. Твои умения также можно отнести к их роду, в каком-то смысле твои рисунки приобретают некую жилку, когда ты их доделываешь до конца. Так что вопросов быть не должно. Скажем так, ты из лиги волновых, ярко видишь энергети- ческие поля вокруг. Слабое призвание, но зато безопасное, если что случится, никто ничего не должен заметить.

— Почему ты иногда говоришь про клан, а иногда про лигу? В чём разница? — озадаченно спросила я. Нейсон уже не раз так делал, я всё задавалась вопросом, от чего это зависит, но всё никак не спрашивала у него, а сейчас повернулся удобный момент.

— Лига, это все имперцы с таким же призванием, как, например, у нас. Мы из одно лиги, но не из одного клана, хотя. — Нейсон осмотрел меня с ног до головы, специально перед этим преподнявшись на стуле. — Это не известно, ведь мы не знаем, кто твои родители, а также всю историю твоего рода. Но одно мы знаем наверняка, ты – настоящая оружейна и это факт, который ты сама, Элина, уже не раз подтвердила. — я немного поёрзала на стуле, устраиваясь как-то по удобней, потому что меня стало клонить в сон, нужно немного расшевелиться, хотя совсем не хочется что-то делать, когда так уютно сидеть на кухне вместе с Нейсоном и слушать его, после долгой разлуки, но если я сейчас что-то не сделаю, то просто провалюсь в сон, а возможно свалюсь со стула, тогда, после такого полёта, и сон уйдёт, да и сам Нейсон, наверное, тоже. Я засунула под себя ноги, чтобы было удобней прямо сидеть, и немного облакотилась одним локтём о спинку стула. Мне сюда только пледа не хватает. — Клан – это имперцы, обладающие одним призванием, но бывает в разных его возможностях. Это когда силы ограниченны или наоборот хорошо развиты, это уже зависит от самого имперца, мелкие индивидуальности. Так вот, в клане могут состоять те, у кого пересекаются поколения, подсчёт идёт от тридцатого. Сейчас во всей Империи Снов осталось только четыре клана, рождаемость оружейн сильно упала. Никто не заинтересован в поиске своей второй половинки в наше время, все заняты своим развитием.

— Почему бы не помочь своему роду и не продолжит его? Никогда не думала, что так тяжело принести в подоле, как говорят. — поинтересовалась я, но, кажется, я уже задавалась этим вопросом, потому как не в первый раз слышу о том, что призвание оружейн на грани вымирания.

— Твоё выражение в подоле не осуществимо без взаимной симпатии к друг другу.

— А без неё никак? — хотела бы я по другому выразиться, но думаю, что сделать это рядом с Нейсоном будет не тактично.

— Никак, без хотя-бы мимолётной симпатии у имперца не возникает никакого желания в том плане. Нужно чтобы глазу нравилось тело, хотя бы какая-то часть его, а для вечной любви до гроба, как у вас, смертных говорят, нужно также полюбить душу.

— Ясно. Значит теперь для всех остальных я волновая. — Подтвердила я то, о чём Нейсон говорил ранее.

— Да. Ты можешь даже для достоверности говорить им прямо о эмоциях, которые присутствуют на их лице в ту минуту. Настоящие волновые это чувствуют, а тебе я думаю будет достаточно внимательно посмотреть на человека. Вот, например, ты сейчас чувствуешь расслабленность, чуточку безмятежности и также присутствует прострационная раздумчивость. — все это Нейсон сказал буквально на ходу, вставая со стула и подходя ближе ко мне на один шаг. Я просто оболдела от такого хода мыслей, потому что именно теперь я действительно в задумчиво состоянии, когда до этого я была практически расслаблена. — Ну что, как тебе?
— Как ты это? — оторопело произнесла я и попыталась также встать со стула, но не тут то было, потому что у меня замлели ноги, пока я на них сидела, в результате я не удержалась и полетела вперёд прямиком на Нейсона. Всё произошло как-то сильно быстро, но он успел с реагировать, потому что я не приземлилась на пол, а упёрлась о его грудь. Я буквально встрягла в его объятиях, Нейсона даже не колыхнуло, когда я летела на него. Я уже два раза падала вместе с ним, но каждый раз я приземлялась на его масивную грудь, а он падал на пол, но в этот раз всё по другому.

— Ой, прости, ноги просто замлели. — стала оправдываться я. Как только я отошла от Нейсона, то заметила, что вид у него был какой-то растерянный, что мне даже стало как-то ещё более неловко.

— Тебя точно лучше называть не криворучкой, а кривоножкой. — приподняв уголок рта, сказал Нейсон. Он одним движением руки поправил немного задранную рубашку, видно я немного задела её.

Я выразительно посмотрела на Нейсона, чтобы тот оценил всю суть моего негодования по поводу этой дурацкой клички. Губы сами свернулись трубочкой, а брови нахмурились, но на так, когда у меня плохое настроение, а так, что даже кончик моего курносого носа немного приподнялся, что появились складочки под глазами. Эту гримасу я называю "фу, не нравится".

В этот момент, когда я уже открыла рот, чтобы съязвить что-то Нейсону в ответ, раздался стук. Кто-то тарабанил мне по двери и по мотиву набивания, я поняла, что это пожаловал Сэм. Я развернулась чтобы идти открывать дверь, но Ризерфорд резко остановил меня, схватив при этом за запястье руки и притянув к себе, положив при этом одну руку мне на талию. Что, простите? Я обомлела, потому что Нейсон сейчас буквально нависал надо мной. Его малахитовые глаза прожигали моё лицо, я не знала куда деть свой взгляд, чтобы не смотреть в них, сильно близкое расстояние, у меня начинают слезиться глаза из-за стресса. Дело не в том, что этот парень мне нравится, просто... просто он так близко ко мне подошёл, что я не знаю куда себя деть. Боже, о чём я думаю!?

Я вновь посмотрела по сторонам, надеясь зацепиться взглядом хоть за что-то, но ничего не привлекло меня сильнее, чем человек стоящий в нескольких сантиметрах передо мной. Его лицо было похоже на магнит, не возможно оторвать взгляд, так и хочется смотреть на него с утра и до вечера, чем я переодически и занималась на протяжении целого месяца. Пока Нейсон был в Нивэрлассе, я частенько заглядывала в телефон и зависала над нашей общей фотографией сделанной на ярмарке. Наверное, если зайти в настройки приложений в телефоне и найти какуе-то функцию, которая показывает сколько какие приложения тратят мобильный заряд, то казалось бы обычная галерея у меня покажет больше всего.

Я остановила свой взгляд на чайнике, что стоял позади нас, а после перевела его на стол, за которым мы сидели десять минут назад, но тут я почувствовала, что рука Нейсона взяла меня за подбородок и повернула голову так, чтобы мы вновь встретились глазами с Ризерфордом. Его взгляд резко смягчился, а краюшек губ пополз вверх.

— Не отводи от меня свой взгляд. Я давно тебя не видел, Элина. — его взгляд опустился ниже моих глаз и остановился на губах. Я просто уверена, что сейчас я на много ярче помидора, потому что я чувствую приток крови к моим щекам и губам. Лёгкий жар пробежался по всему телу, а внизу живота отдало лёгким покалыванием. Это было приятное чувство, не так, когда у меня начинает болеть желудок, а нечто новое. Такое у меня бывало только когда я смотрю дорамы и то не всегда.

Стук в дверь всё ещё продолжался и это выходило меня из себя, я моментально обернулась на шум, но Нейсон вновь повернул моё лицо на себя.

— Кто это?

— Скорее всего Сэм, больше не кому.

— Не обращай внимания, постучит да перестанет. Что он вообще хочет в такой час?

— Нейсон, только восемь вечера, да и я никогда не сплю в это время. А Сэм скорее всего принёс смузи. Он делает его из клубники, которая стоит у меня в холодильнике.

— Ты ещё от него еду берёшь!? — желчно бросил он. В его глазах блестнул не дорбый огонёк, который предсказывал, что кое-кто скоро может сильно разозлиться. Я невольно как-то дотрагиваюсь ладонью до руки Нейсона, которая всё ещё лежала на моей талии, и медленно поводила пальцем по выступающим косточкам. Нейсон прочистил горло и расправил свои брови, кажется подействовало. Психология! Вчера в интернете вычитала, что внезапные прикосновения успокаивают нервную систему у детей аутистов, видно не только на них, либо я что-то не знаю о Ризерфорде.

— Ушёл. — спокойно сказал Нейсон, имея ввиду, что стук в дверь прекратился. Видно Сэм подумал, что я всё ещё сплю, поэтому ушёл.

— Ушёл. — повторила я. Стоило мне вернуть взгляд на Нейсона, как из соседней комнаты стала доноситься мелодия, которая стояла на звонке моего телефона.— Мой телефон. — тихо прошептала я. Нейсон отчаянно выдохнул и убрал руку с моей талии.

— Иди. — баритонным голосом произнёс он.

Я вышла из кухни, мысленно проклиная того, кому приспичило позвонить мне именно сейчас и именно в такой момент. Я не хотела оставлять Нейсона там, но гудок всё не прекращался и не прекращался. Вот почему в моём родном городке дозвониться кому-то можно было не всегда, всё это зависело из-за климатических условий: ураганы и дожди вечно перерывали какие-то провода. Но здесь в империи связь есть всегда, по кранней мере, с тех пор как я здесь всё было просто замечательно.

Телефон неустанно повторял свой вызов раз за разом. Я взяла наконец-то в руки свою мобилку и увидела, что на экране светились имя Сэма. Он что решил меня так разбудить? А если бы я и вправду спала? Я приняла вызов и прило- жила телефон к уху, не успела я и слова сказать, как из другого конца провода послышался взволнованный голос Сэма:

— Элина!? С тобой всё впорялке?

— Да, а что со мной может быть не так? Что у тебя там так шумит? — помимо голоса Сэма в динамике было чётко слышны ещё какие-то разговоры и громкий шум. Шум всё усиливался и мне уже стало казаться, что он исходил не только из моего телефона, но и где-то ещё. Сэм не ответил, что у него там происходит, но в далеко я услышала его отчётливый крик:

— Стойте, народ! Отмена!

Но Сэм явно не успел, так как крохот стоял не только там, где он находился, но и у меня в доме. Я быстро выбежала к своей входной двери, но то, что я там увидела, повергло меня в шок. Моя шикарная дверь валялась на полу, а рядом с ней огромное бревно, которым, по всей видимости, её выбили. Группа парней стояла в проходе, среди них, практически дальше всех, стоял Сэм, на его лице читалось удивление и лёгкий ступор. Видно я уже поняла, как косить под волновых, но наверняка ни один имперец из этой лиги не сможет прочесть эмоции, которые переполняли меня в этот момент.

— Элина, иди сюда. — резко приказал Нейсон, выходя из кухни и оказавшись позади меня. — Что здесь произошло. — как бы спросил он у тех людей. Его тон был таким серьёзным, такого я ещё от него не слышала, даже со мной Нейсон так никогда не разговаривал. Видно кому-то сейчас сильно перепадёт.