Глава 7. Попугай жив!
Культисты были почти в двух метрах от Толика. Он оглядел огненного человека. Это душа?
-Да, - ответил Толик спокойно.
Время понеслось галопом. За те шесть секунд до взрыва гранаты Анатолий Ефремович Сычев увидел, как обваливается на чернобожников потолок. Крупные обломки плющили тела, ломали кости. Анатолий провалился во тьму.
***
-Как он? - спросил врача Андрей.
Врач нахмурился.
-Идëт на поправку, но шрам останется. Учитывая отсутствие выходного отверстия, я могу сделать правдоподобное предположение, что он самостоятельно достал пулю. К счастью, органов она не задела, но покорëжило еë внутри знатно. Канал очень неровный, рваный. Я просто не понимаю, как расплющенную пулю можно достать самому, да ещë и в поле?!
-Он крепкий малый, - ответил командир улыбнувшись.
Толик пришëл на пост за час до Самосбора и спустя полторы недели после возвращения Шпалы и Славена в блок. Израненный, поседевший, с такой же седой щетиной на лице. Парень бредил про культистов, провал в полу, падающий потолок и звал какого-то Серëжку. Командир понять не мог, как он выжил! Андрей точно слышал взрыв ровно через шесть секунд после слова "Кольцо". Его уши точно могли отличить взрыв оборонительной гранаты от падающего обломка.
Спустя два месячных цикла Малого выписали. За бутылкой дрожжëвки он рассказал, как после того, как он выдернул чеку, к нему пришли Души. Пол под ним разверзся, он упал на груду какого-то тряпья. Боль была адская. Он блуждал по коридорам три дня, потом рана начала гноиться. Пулю нельзя было оставлять внутри, иначе она застряла бы. Он дрожащими пальцами достал аптечку, полил руку спиртом. Непрошибаемый командир морщился, представляя боль, которую испытал Толик, а Костян вообще не поверил. Малой засунул в рану мизинец и выковырял пулю. Отрубился.
Хронометр показывал, что прошло семь часов. Мысли путались, поднялся жар. Он так и не обработал рану до того, как упал. Потом он это, конечно сделал, но сепсис уже вступал в свои права.
Толик не помнил, как вышел на пост. Не помнил ничего, кроме первых дней блуждания. Не помнил совершенно ничего. Иногда рассудок возвращался, он вспоминал Серëгу и плакал, выл...
Малой вычитал в какой-то фантастической книге название крепости и рассказал друзьям. Она называлась "Кадия". ЛПУ-16 теперь носила это имя, с подачи Варшавина, конечно.
Они снова собирались в его ячейке, мужики называли еë сычевальней, и пили дрожжëвку. Всë было как раньше, только... Только вот Кабана не было.