23 глава. Вильям
Странно то, что документы Андрея липовые. Это было легко понять: неполные данные, неверное имя.
Но я не могу понять одного... Если он не числится как сотрудник, то что его здесь держит? И зачем он вообще пришёл?
Возможно, его подослал Босс для миссии. Но... Он появился здесь задолго до этого задания. Значит, он изначально был нужен миссис Лин. Но для чего? И зачем ей посвящать в подробности дочь? Неужели она хочет, чтобы та вступила в эту игру?
Если она действительно её родная мать, то разве стала бы затягивать дочь в этот ад? Габриэла, как никто другой, знает, каково здесь находиться. Неужели она желает Лилит такой жизни?
Пару дней назад Андрей посвятил меня во все детали миссии. Это меня насторожило. Он никогда не считал меня равным себе, особенно когда дело касалось заданий. А тут вдруг стал общаться со мной... как с другом?
Неужели он действительно считает меня другом? Был ли у меня вообще когда-нибудь друг? Да, был. Пока не предал. Будь я на его месте, привёл бы его на верную смерть? Нет. Я бы пожертвовал собой, но не другими. Особенно близкими. Но, видимо, он не считал меня настолько родным, чтобы дорожить мной.
Здесь, в «ДЛА», меня научили не зацикливаться на таких «мелочах», как любовь, дружба, грусть, радость. Здесь создают роботов — марионеток, которыми легко управлять. У людей отбирают всё самое ценное, чтобы у них не осталось смысла жить. Этот смысл стирается. И с годами ты понимаешь, что никому не нужен. Потому что у тебя никого нет. Друзья, родные, любимые — все они остаются в прошлой жизни, в которую ты уже никогда не вернёшься.
Проработав в компании почти семь лет, я начинаю забывать эти понятия. Даже если я найду способ разрушить этот ад, разорвать цикл насилия, прежним я уже не стану. Меня давно сломали. Сломали Джека Ботса и создали Вильяма Дея.
Но в сером мире всегда найдётся тот, кто светит ярче всех. В моей жизни это она — девушка, чья хрупкая улыбка озаряет всё вокруг. Её нежность словно магнит для меня.
Я хочу читать её. Читать, вдыхая аромат её духов. Хочу касаться кончиками пальцев её нежной кожи. Я желаю её каждый раз, когда вижу. Это настоящее влечение.
Сегодня я должен пригласить её. Может, это и не входит в мои обязанности, но я обязан сказать ей правду.
Ведь именно сегодня — концерт и небольшой бал в честь окончания зимней сессии и предстоящего Рождества. Все готовились к этому полторы недели. Как я узнал от Андрея, Лилит будет петь в дуэте с кем-то. Поэтому мне нужно собраться.
Дрожащие руки то и дело поправляли чёрный галстук-бабочку. Я не мог сосредоточиться. Стоя в огромном украшенном зале, я вместе с парой преподавателей вносил последние коррективы. Потом в растерянности опустился за шведский стол.
Ко мне подошла Нелли. Она выглядела шикарно: тёмно-бирюзовое облегающее платье до щиколотки идеально подчёркивало её фигуру. Верх был открыт, лишь лёгкая вуаль прикрывала плечи. Распущенные густые волосы молодили её.
— Ты весь на иголках. Что случилось? — спросила она так спокойно, что мои переживания вдруг показались глупостью.
— С чего ты взяла? — отмахнулся я. Но фальшь в голосе была очевидна, так что скрывать что-то бессмысленно. — Ладно... Ты меня раскусила.
Она с интересом присела рядом, закинула ногу на ногу и тихо сказала:
— Слушаю.
— Я просто не знаю, как подойти к человеку, если предстоит тяжёлый разговор...
— Ну... Не стоит начинать сразу с главного. Сначала заведи беседу на другую тему. Главное — подготовь человека морально. И не говори в таком шумном месте, как здесь. Выбери тихий уголок. Будь искренним, но мягким. Трудные разговоры иногда сближают, если вести их с уважением. И будь готов к любым эмоциям.
— Как думаешь, я хороший человек? — неожиданно вырвалось у меня.
Вопрос, кажется, озадачил её. Она задумалась на пару секунд, затем легко ответила:
— Да. Ты хороший. Просто запутался.
— Нелли! — позвал её профессор физики.
Она вскочила и быстро пробормотала:
— Прости, мне надо...
— Ничего. Спасибо.
Она улыбнулась, чуть прищурив накрашенные глаза, и ушла.
Студенты должны были прийти к пяти. Сейчас было четыре. Кроме преподавателей и пары работников общепита, никого не было. Хотя те, кто выступал, должны были прийти раньше. Возможно, Лилит уже здесь.
Ноги сами понесли меня по светлым коридорам. «Она должна быть за кулисами», — подумал я. Там была единственная примерочная — кладовая, где артистов готовили к выходу.
Я остановился у двери, сжал кулак, готовясь постучать... но вместо этого лишь учащённо забилось сердце.
Стук. Скрип половицы. Чьё-то пение.
«...I wanna be your lover, I don’t wanna be friends... Tell me later, love me again...»
Она тянула каждую ноту, будто вкладывала в песню душу. Неужели Лилит выбрала именно её? Кому она посвящала эти слова? Может... мне?
Потом раздался мужской голос, подхватывающий мелодию. Нет, не может быть... Он ещё и поёт?
Я не верил своим ушам. Неужели её партнёром был Андрей? От одной мысли скрутило желудок. Нет, он её брат, не больше. Или... точно брат?
* * *
Я стоял у стола, глядя на сверкающую сцену, окружённую толпой студентов. Всё выглядело идеально. Я ждал выхода Лилит.
И вот после объявления ведущего она появилась. Свет погас, зал окутал дым. Когда зазвучала музыка, прожекторы выхватили её фигуру — и я потерял дар речи.
На ней было облегающее бархатно-бордовое платье. Голые плечи украшали красные цветы, спускавшиеся, как рукава. Кудрявые светлые волосы собраны в высокий пучок, от которого выбивались непослушные пряди. Алые розы и лента дополняли образ. Она сжала микрофон, поднесла его к губам, закрыла глаза...
И запела.
Её ангельский голос звучал ещё нежнее, чем обычно.
После первого куплета свет выхватил Андрея. Его костюм в тон платью Лилит смотрелся неожиданно хорошо: белая рубашка и полосатый желет придавали ему солидности. У них что, у обоих талант? Ну точно брат и сестра.
Когда начался припев, Лилит посмотрела на меня — но не так, как раньше. Её брови сдвинулись, а глаза словно кричали о том, что творилось у неё внутри. И только тогда я вслушался в слова, звучавшие всё громче:
«I wanna be your lover. I don’t wanna be your friend. Tell me later, love me again...»
И я понял: они были адресованы мне. Она не просто пела — она кричала о своих чувствах.
А вдруг это не мне? Я оглянулся, но вокруг, кроме пустых столов, никого не было. Я стоял один.
Она сжимала микрофон, глупо улыбаясь, будто ждала ответа. Её взгляд был устремлён только на меня.
Я растаял. Ноги подкосились, и я едва успел опереться о деревянную стойку.
В этот момент я осознал, насколько глубоко впустил её в своё сердце.
_____________________
Again - Noah Cyrus, Xxxtentacion.