Глава20.

Снова противный скрип ступеней, до ужаса знакомый, раздающийся эхом в самом сознании. Снова звук собственного сдавленного дыхания, всё нарастающее биение сердца, которое невозможно унять. Снова шелест голосов. Она снова здесь. Сколько бы лет не прошло она всегда сюда вернётся.

Она вновь идет по темному паркету, её шаги лишь немного разрывают тишину. Вновь минует развешанные на стенах фотографии, не обращая на них внимания. Вновь дверь всё также открыта. Из комнаты вновь валятся неизменные отблески мигающего света от телевизора. Всё остальное тонет в темноте. Раздается едва слышное тарахтение какой-то юмористической программы. Это неважно. Всё, что вокруг не имеет смысла.

Она вступает в полоску до боли ярких, мерцающих лучей. Голоса ревут, заглушая мысли. В комнате один человек. Он сидит в кресле спиной к двери. Когда слышит её, он поворачивает голову. Она не помнит его лица. Он начинает что-то говорить, что-то важное, даже встает с кресла, но она не может вспомнить ни одно слово, сказанное им. У него нет одной руки. Правой. Это врезалось в память очень хорошо, даже слишком. Он делает шаг вперёд. Кажется, он настроен миролюбиво. Он пытается ей что-то донести. Вроде, даже улыбается. Она не помнит. Не помнит ничего, что было важно.

В наушнике раздается приказ. Она поднимает руку вперёд и сжимает кулак. Безмолвный жест. Быстрее чем мысли, чувства и осознание. Голоса ревут. Пряди молниеносно вырываются вперёд, достигают его, разрывают его тело на части, разбрасывая ошметки плоти по комнате. На её руку даже попадает теплая густая кровь, но она так и замечает со сжатым кулаком. Его речь обрывается на полуслове. Он говорил что-то важное. Она не запомнила. Она не запоминает то, что важно.

Иса проснулась, тяжело дыша. Очередной кошмар. Очередной ошмёток воспоминаний, пришедший к ней среди ночи. Она сжала запястье одной руки другой, будто до сих пор ощущая чужую горячую кровь на коже. Ужасно, когда сны заходят так далеко, когда они становятся почти реальными. Снова реальными. Её грехи, её багровый след днём уходили на второй план, казались давно пережитыми. Исай знала, что в будущем её ждёт всё тоже самое. Зачем же тогда переживать о том, что уже произошло? Но ночью она уже не властвовала над разумом. Они возвращалось. Они приходило в кошмарах, напоминая о себе. Будто издевались, показывая её провалы в воспоминаниях. Но не давали открыть путь к тому, что действительно важно.

Кошмары можно пережить. К ним можно привыкнуть, можно научится не испытывать страх. Вот только после них приходили те, кто на много хуже. Сны - лишь предвестники Ада. Голоса. Именно они хуже всего. И они уже начали кричать. Исай села на кровати, вцепившись руками в волосы.

- Завалитесь, - процедила она сквозь стиснутые зубы, но голоса только начали свой сводящий с ума концерт. В висках запульсировала боль. Скоро она разрастётся по всему черепу, начнёт давить на глаза, разрывать лоб, раскалывать затылок. А голоса будут орать, разрезая последние остатки самообладания.

Иса хотела встать, найти таблетки, но силой заставила себя сидеть на месте. Парацетамол - лишь плацебо. Не он заставляет их заткнуться. Просто глупо верить в подобную чушь. Таблетки лишь уловка, заставляющая тело и мозг самопроизвольно подавлять голоса. Тогда, что делает И, когда пьет их? Какое конкретное действие вынуждает их замолкать?

Этому трюку с парацетамолом научил Макс, но тогда она была совсем маленькой. Ещё даже не Высшей. Он сумел научить её расслабляться в моменты, когда выносить голоса становилось невозможным. Когда контроль ускользал, будто её воспоминания. Тогда другого способа быть не могло. Маленькая Иса не обладала значимыми навыками осмысленного контроля, а в минуты, когда голоса сходили с ума, она становилась неуправляемой ядерной боеголовкой, опасной для всего живого, что только может увидеть. Наверное, если бы не трюк Макса, то число случайных жертв выросло бы в разы.

Но когда-нибудь таблеток не окажется под рукой. Никогда не знаешь, когда они начнут кричать в следующий раз. Ей надо научится справляться самостоятельно, без глупого плацебо. Никто, кроме неё не сможет их контролировать.

Иса сжала пальцами виски, будто пытаясь выдавить слепящую боль. Что она делает, когда пьёт таблетки? Голоса - плод бешенной бьющейся силы, непослушной с самого начала. Они немного затихают, когда И использует облако. Если успокоить энергию, будут ли они молчать? Исай прислушалась к своему потоку. Магия рвалась во все стороны, будто пожар или череда взрывов. Её метало по телу с невероятной скоростью, из одной части в другую. Ничего необычного. Её сила всегда такой была.

Иса выдохнула. Надо волей заставить поток замедлиться. Закрыв глаза, она погрузилась в шторм собственной магии. Сначала, необходимо собрать энергию внутри тела, не давать ей выбираться наружу. И попыталась сжать её, но пожар силы всё равно находил щели в контроле и выбивался на свободу. Все попытки оказались тщетными. Тогда Исай начала закручивать поток, будто плетя канат. Быстрые частицы магии постепенно сбивались всё плотнее, пускались по петлевой траектории, всё больше уходя в глубь тела. Сила сопротивлялась, но девушка славилась своим упрямством. Миллиметр за миллиметром, шаг за шагом, каждый кусочек тела медленно и постепенно успокаивался, поток становился действительно потоком, а не бесконечным огнём, входя в единое русло, циркулирующее по организму. И не знала сколько просидела, согнувшись под грузом боли, но в конце концов она добилась желаемого. Спокойная, ровная сила, как у всех нормальных магов. Только для этого ей пришлось превратить свой поток в тугую спираль, больше напоминающую пружину, готовую в любую секунду разжаться. Спокойствие требовало невероятных усилий, и голоса от них не замолкли. Они медленнее набирали обороты, но всё также продолжали кричать, сливаясь в невыносимый гомон.

Исай вновь шумно втянула воздух. Сейчас нужно оттеснить большую часть энергии от головы. Просто вырывать силу из каждого отдельного волоска казалось нереальной миссией, поэтому И решила работать с уже сложившимся потоком. Она сжала его с концов, изменяя траекторию движения энергии и образуя тем самым достаточно крупную петлю. Таким образом, получилась восьмерка, где верхнее кольцо начиналось у шеи. После этого, Иса начала плавно переносить эту петлю вниз, к телу, оттесняя её из головы. Снова каждый новый сантиметр давался с боем, требовал невероятной концентрации, но Исай, стиснув зубы и пальцы, продолжала укрощать собственную силу. Секунды, длящиеся бесконечно, сводили с ума, энергия ускользала. И удвоила напор и наконец полностью замкнула поток.

Теперь оставалось его лишь поддерживать. Полностью самостоятельно в таким положении он существовать не мог, приходилось продолжать гнать силу по определённой траектории, но это уже было лучше, чем ничего. После продолжительной борьбы Иса могла наконец слегка расслабится.

Девушка откинулась на кровать, распластав руки в стороны. Голоса не исчезли, но их шепот теперь оказался почти не слышен. Всего лишь еле заметное шуршание на фоне. Состояние равносильное тишине. И смогла различить звон в собственных ушах. Он казался таким ровным и тихим, что напоминал колыбельную. Исай закрыла глаза. Её окружало безмолвие, темнота, легкий, успокаивающий гул и собственные мысли. В голове стало настолько пусто, что голос сознания становился невыносимо громким. Казалось, он выдворял сон прочь, не давая ему и шанса. Иса не знала, сколько времени она пролежала в тщетных попытках вновь уснуть. В прошлые ночи удавалось поспать всего от силы несколько часов, а вчера так и вообще сна почти что не было. Однако, он всё не приходил, и несмотря на ломоту во всём теле, не мог соревноваться с голосом сознания. Мысли заполняли голову. Вчера слишком много чего произошло.

Иса вновь села на кровати и включила лампу на тумбочке. Желтый не яркий свет озарил комнату. Девушка стянула с деревянной поверхности выкранную из штаба Мафии фотографию и снова уставилась на неё. Весь вечер она провела с ней в руках, прожигая её взглядом. Казалось, И знает уже её наизусть. Слева от маленькой девочки с синими косами на одном колене стоит женщина лет 25 или даже младше, поддерживая ребёнка одной рукой. Исай не могла отделаться от мысли, что м волос. Она была похожа на Ису, как две капли воды. Или, скорее, это И выросла её абсолютной копией. Именно так когда-то выглядела её мать.

Бледная, белая кожа, на контрасте с которой ещё больше алели красные глаза. Тонкие черты лица. На небольшой фотографии мало что имелась возможность разглядеть, но И могла поклясться, что видит слегка выпирающие клыки и маленькую точку родинки под правым глазом. Лишь короткие каштановые волосы и татуировка на шее отличали эту девушку от нынешней Исай. Это невероятное сходство поражало до глубины души. Они были идентичны.

Разница с отцом на этом фоне становилась ещё резче. И оказалась на него практически не похожей. Если бы не темно-синие волосы, она бы никогда не сказала, что этот человек с ней как-то связан. Он стоял чуть позади маленькой девочки, положив ей руку на голову. Коренастый, среднего роста, с холодным взглядом и небольшим изгибом губ, лишь отдаленно напоминавшим улыбку. Его правая часть лица покрылась тёмным шрамом от ожога. На фоне счастливых матери и дочери, этот мужчина выглядел угрожающе и отстранено. В груди появлялось странное, смутное чувство тревоги, когда Иса смотрела на лицо человека, без сомнения являющегося её отцом. Она не могла разобрать, что конкретно чувствовала, но что-то в нём заставляло её настораживаться. И это немного пугало.

На фотографии было ещё порядка десяти людей, но ни один не казался знакомым. Больше ни на кого Исай не походила, так что вряд ли это её родственники. Никого напоминавшего Шулера тоже не наблюдалось. Но кто тогда все эти люди? Рядом с кем она была такой счастливой? Или просто маленькой? Ещё умеющей радоваться мелочам и не замечать кошмаров...

Иса отложила фото в сторону и вновь рухнула на кровать. Бессмыслица. Она ничего не вспоминает. Только делает выводы на том, что видит. Черт возьми, самое большое проявление памяти - смутная тревога от отца, возможно, совершенно беспочвенная! Хотелось выть от беспомощности. Хотелось пойти кричать на начальство и бить кулаками по столу. Хотелось поехать к Максу и начать требовать открыть ей воспоминания. Хотелось сделать хоть что-нибудь! Но И лежала, уставившись в черный глянцевый натяжной потолок, сжимая зубы и продолжая циркулировать силу внутри себя. Нельзя. Нужно сохранять осторожность. Не известно, что будет, когда Совет узнает о том, что она так далеко зашла в своих догадках. И что сделают с Максимом в таком случае. Он ведь позволил этому произойти.

Исай рывком поднялась с кровати, не в силах больше оставаться на месте, и отправилась на кухню. Осторожность. Спокойствие. Рассудительность. То, чего ей всегда не хватало, и то, без чего она больше не сможет продвигаться дальше. Пора взрослеть. Пора учится на ошибках. Иса схватилась за клубок из очень тонких нитей, который должна распутать самостоятельно, бережно, чтобы ничего не порвать. Не включая свет, девушка поставила чайник кипятиться, а затем села на столешницу рядом с ним. Слишком много мыслей, чтобы воспринимать их без чая.

Итак, для начала нужно определится, что И уже может выжать из всей доступной информации. Первое, её родители определённо были магами. У обоих присутствуют признаки метаморфоза: у матери глаза, у отца волосы. Их унаследовала и дочь, что весьма любопытный случай. Изменения почти не передаются по наследству, они являются следствием адаптации организма к конкретной способности в следствии резкого перехода через категорию. Раньше Иса думала, что её внешность - следствие раннего метаморфоза, но по всей видимости, она одна из немногих, кто унаследовал измененные признаки.

К тому же, у магов не так часто рождаются дети со способностями. Обычно если сила проявляется, то через несколько поколений, в более позднем возрасте, чем у Исай в принципе. Скорее, у наследников магов просто чуть выше вероятность стать потенциалом. Выходит, И - случай один на миллион. Получить комбинацию из трех редко встречаемых факторов надо ещё умудриться. Что же вытворили её родители?

Теперь второе, она каким-то образом связана с преступными бандами конца девяностых - начала нулевых. Осталось только разобраться как. Каким образом взаимосвязаны люди с этой фотографии, Мафия, Шулер, её родители и, возможно, Антана. Единственно, что можно утверждать в данный момент - Шулер глава Мафии, с остальными цепочками всё обстояло куда сложнее. Возможно, рыжий картежник и её родители когда-то давно состояли в одной банде, из которой позже появилась новая криминальная империя. Но при чём здесь сама Иса? В то время она была совсем ребёнком. Почему сейчас И его интересует, при чём настолько, что его же подчиненные считают своего босса "помешанным". Хотелось надеяться, что это помешательство базируется на её силе и прочих привилегиях, а не на давней, возможно, не существовавшей связи. При этом, эта общая банда могла быть как-то связанна с падшей Антаной, например, союзнической группировкой или, наоборот, той оппозицией, которая заставила её рухнуть.

Чайник громко зашипел, оповещая о скором окончании кипячения воды. Иса спрыгнула со столешницы и сходила до раковины, возле которой на тряпке стояла кружка. По дороге она открыла один из настенных шкафов и достала коробку с чаем. Когда девушка вернулась к чайнику, он уже щелкнул и выключился. Быстро плеснув кипятка в чашку и бросив чайный пакетик, Исай вновь вернулась на столешницу, но уже с кружкой в руках, и продолжила свои размышления.

Оставались ещё те могилы. Судя по реакции Саши - в двух из них похоронены её родители. Это, конечно, не факт, но почему-то И была в этом абсолютно уверена. Что-то внутри так говорило. Хотелось верить, это что-то - отблески воспоминаний. К тому же, ей всё казалось таким отдаленно знакомым. Будто дежавю. До боли противное дежавю. При это ещё и так странно, что мать похоронена по всем традициям, а отец брошен где-то просто так, в стороне от всех. Выглядит, как посмертное неуважение, но что он сделал, чтобы заслужить его? К тому же, он умер в тот день, когда Иса оказалась в МООП. Вероятно, в ходе той стычки между бандами. Это месть соперников? Или своих?

Мама умерла на два года раньше, в 2003. Такой же пароль у Шулера на сейфе. В 2003 пала Антана, а мать погибла из-за какой-нибудь бойни в ней? Или это просто домыслы или совпадение? Если бы И имела доступ к архивам тех лет, может быть, всё стало по местам. Но их от неё скрывали, уже по понятным причинам. Наверняка, боятся, что она захочет вернутся к ремеслу родителей. Ещё один Высший преступник им не нужен.

В общем, фотография лишь прибавила вопросов. Большинство выводов просто подтвердили старые догадки, но это всё, что удалось выжать. То, что родители - маги и преступники, и так давно было понятно. Но зато теперь, в этой всей системе появился один Высший картежник, падшая много лет назад банда, десяток неизвестных людей и могил и цепочка вероятностей, которую можно раскручивать бесконечно. И всё это - прошлое девочки от силы восьми лет.

Иса не понимала, что чувствовала. С одной стороны, она давно смирилась с тем, что её жизнь началась не так-то и давно. Исай уже не стремилась понять, кто и что она, просто построила новую себя, девочку без прошлого. Девочку, ставшую жестоким циничным Исполнителем. Но с другой, когда вдруг появились зацепки, тонкие спутанные ниточки, скатанные в клубок из неизвестности и преступности, что-то в груди затребовало правды. И не понимала, хочется ли ей раз и навсегда свергнуть демонов предыдущей жизни или, наоборот, подружиться с ними, сделать своими соратниками, но ей хотелось знать. Ей хотелось понимать, что происходит и происходило много лет назад. Как всё это взаимосвязано. Но пустота, белая пелена не исчезла.

Она давила и давила, напоминая, что туда Иса не должна возвращаться. Не имеет права.

Снова появилось жгучее желание, что-то делать. Хотелось вскочить и поехать к Максу или хотя бы позвонить, послушать его ровный успокаивающий голос. Хотелось поехать к членам Совета и устроить скандал. Хотелось перебить на кухне пару тарелок или пару лиц не важно кому. Хотелось действовать, сделать хоть что-нибудь, пока неизвестность не разорвала окончательно.

Иса соскочила со столешницы и вместе с кружкой вернулась в спальню. Быстро переодевший, она вручную собрала волосы в два хвоста - не хотелось использовать способность, пока есть возможность насладиться тишиной. Бегло кинув взгляд на время, И решила пожалеть работягу-водителя и не вызванивать Семёна в такую рань, поэтому заказала такси. Хочешь что-то делать - сделай что-нибудь полезное. Все равно Макс спит, и его будить не хотелось. А в офисе ещё куча работы. Пора составлять обвинение.

***

Охранник даже не поднял головы, когда Иса, перемахнув через турникет, ворвалась в офис. Все, кто занимал пост в будке давно, привыкли к тому факту, что она игнорировала концепт времени. С одинаковой вероятностью И могла заявиться в МООП как в три часа дня, так и в три часа ночи. Ну а 4-5 утра так вообще любимое время. Девушка существовала по своему, совершенно отбитому графику, от которого коллеги сходили с ума. Никто больше так нагло не врывался в офис посреди ночи, будто это совершенно нормально.

Исай быстро поднялась в кабинет, отперла дверь и щелкнула выключателем. Зажегся отвратительный желтый свет. Когда-нибудь она поменяет лампочки, чтобы видеть какой-то менее раздражающий оттенок, но, вероятно, не раньше, чем её мир уничтожит Кровавый Ангел. Кинув куртку на кресло, Иса достала все материалы по делу из сейфа. Из них получилась довольно увесистая стопка абсолютно разрозненной информации, которую нужно собрать во единую логическую цепочку, после которой суд вынесет нужный им вердикт - "казнить".

И сняла с пробковой доски уже бесполезные бумажки с материалами для прошлого дела стажеров. Сейчас здесь появиться нечто куда более весомое. Доской вообще никто кроме Исай и не пользовался. Всем остальным следователям этого кабинета не составляло трудности удержать в голове факты и взаимосвязи между ними. Но её память никогда не славилась надежностью. Поэтому приходиться использовать то, что есть. Видя на доске тщательно распределенную информацию, Исе гораздо сложнее что-нибудь забыть. Этот способ снова придумал Макс, научивший её компенсировать собственные слабости так, чтобы их не могли использовать против неё же. Так странно, но именно благодаря ему, девушка научилась адаптироваться в гораздо более сложных ситуациях.

И разложила документы. Для начала список установленных жертв. Первый на доску был прикреплён Ракитин. Хорошо, что её нелюбовь к бюрократии заставила хранить все материалы по его делу в сейфе, а не в архиве. Это в разы ускорило работу. Вот только доказательством причастности Шулера к этой смерти занималась Дельта. Исай постаралась вспомнить, что последнее она говорила по этому поводу, но ничего на ум не пришло. Будет обидно, если для того, чтобы разобраться с Ракитиным, придётся ждать утра. Иса шумно втянула носом воздух. Есть ещё вариант. Иногда Эва скидывает информацию на почту, если не успевает передать в живую. Девушка с надеждой включила ноутбук, извлекая его из недр бумаг, и зашла просмотреть электронные ящики. Первый адрес, рабочий, абсолютно пустовал. Последнее сообщение датировалось неделей назад и прислано с почты Макса. От Эвелены вообще давненько не было писем. На всякий случай И проверила ещё и личный ящик, но кроме огромного количества рекламы со всевозможных сайтов ничего в нем не обнаружила. В голове промелькнула мысль, что надо бы почистить спам, но Исай, как всегда, оставила это на потом, которое никогда не наступит. Её волновало абсолютное отсутствие материалов на Ракитина. Ждать пока Дельта придёт на работу равносильно пытке. Она хочет действовать, прямо здесь и сейчас.

Иса ещё раз щелкнула мышью, чтобы переключиться на рабочий адрес, однако в секунду курсор дрогнул и замер. У неё ведь есть ещё один ящик. Самый первый и уже давно не использовавшийся. Его помогла создать именно Эвелина, когда И только заступила на службу. Иногда Эва скидывает туда самую секретную информацию, поскольку этот адрес давно ни где не указывается и уже вычеркнут из базы данных МООП. Исай щелкнула по нему, молясь, чтобы ящик не затребовал пароль. К счастью, её молитвы были услышаны, и войти удалось без проблем. Есть плюсы в том, чтобы семь лет не менять ноутбук.

Вновь горы спама. Иса вообще не помнила, чтобы когда-нибудь заходила на те сайты, с которых сыпалась реклама. Как вообще ей может прилетать объявление об акциях двух ювелирных магазинов, если драгоценные камни и золото у неё есть только на двух коллекционных клинках? И потребовалось не мало силы воли, чтобы пробраться сквозь потоки рекламы. Она уже отчаялась, когда среди бессмысленных предложений мелькнула знакомая аватарка. Дельта. Сообщение со вчерашнего утра. Должно быть что очень важное, если она решила использовать именно этот адрес. Тут никто не будет читать сообщения.

Исай, затаив дыхание, открыла письмо. Несколько коротких строк, будто написанных впопыхах. "Питание подано 20:30. Смерть в 1:37. В 20:13 к ужину добавлена бутылка воды. Она была передана подчиненным Горелова Дениса Федоровича - помощником главы экономического отдела". Вот оно что. Подозреваемый достаточно близок к власти. Не удивительно, что Эва решила не пользоваться рабочей почтой. В случае чего, её не сможет защитить даже шеф.

Иса постаралась вспомнить лицо этого самого помощника, но не смогла. Она определенно должна была его видеть, но скорее всего просто не обратила внимания на его персону. И вряд ли определит всех глав в лицо не то, что их помощников. Но тут появляется загвоздочка. Как связать этого самого Горелова с Шулером. Судя по всему, у Дельты нет каких-либо зацепок на этот счёт. Жаль, но, если учесть количество трупов, найденных вчера, возможно есть шанс обойтись и без смерти Ракитина. Но, тогда как справиться с предателем?

Иса достала папку, украденную из сейфа Шулера. Благодаря устроенному погрому в штабе Мафии, её наличие перед начальством очень легко оправдать, не упоминая некоторых факторов. Просто лежала папочка в ящичке, сверху где-нибудь, а не в металлической шкафу в потайной комнате. В том, что эти документы будут представлены в суде, Исай не сомневалась. Личность этого человека - связующее звено между Шулером и шпионом. И снова всмотрелась в фотографию на первой странице. Черт возьми, она знает этого мага. Она видела это лицо. Но кто он? Интуиция подсказывала, что Горелов и человек из досье - одна и та же личность, но Иса не привыкла доверять интуиции. Ей нужно что-то более весомое, чем догадки. Девушка быстро просмотрела стопку бумаг.

- Понтовый херожуй, тебе реально нужны полные биографии всех подчиненных? - отбрасывая документы воскликнула И. В них содержалась вся информация на некого Лебедева, но до прошлого года. Никаких данных о современной его позиции в Мафии, ни четкого определения функций. Бесполезно.

Исай откинулась на спинку кресла. Нужно будет с утра отдать папку Дельте. Девушка не сомневалась, что она верна МООП. Заподозрить можно кого угодно, но только не её. Эвелина не тот человек, какой будет спокойно смотреть на беззаконие. Ещё до становления магом она отучилась на следователя и даже успела поработать в МВД. И теперь её место не где иначе, чем по эту сторону закона. Но самое важное, ей есть, что терять. То, чем она не готова рисковать. И Иса прекрасно знала, что Эва никогда не сделает необдуманный шаг, который может ударить по самому дорогому, что у неё есть. Дорогому и очень уязвимому. Её муж - обычный человек. В случае чего, ей легко манипулировать, используя его. Легко причинить боль.

И отбросила документы. С Ракитиным в любом случае придётся разбираться с утра. Во всяком случае по тому, что это дело ведёт ни она. Пора перейти к тому, что действительно есть шанс разгрести сейчас. Начать лучше с Маэстро. Исай достала листок с именами всех приближенных Шулера. Имя мастера артефактов - Дмитрий Вадимович Верещагин. Фотография его трупа тут же отправилась на доску. С ним всё легко. Первое, Иса сама свидетель его смерти, а тот факт, что она является Исполнителем, уже дает основание доверять её словам. Второе, след от карты. Раны, которые оставляет способность Шулера весьма специфичны. Настолько тонкие и глубокие повреждения ножом оставить проблематично, да и края у ран остаются ровными, так что их характер уже указывает на него. К тому же на теле остались магические следы, которые теперь спокойно можно будет сопоставить. Исай быстро распечатала фотографии с более детальным изображением ран и прикрепила рядом с фото самого Верещагина.

Вот только почему он так легко избавился от мастера артефактов? Такие маги - большая редкость, тут даже низкие категории ценятся. Мастера на самом тонком уровне взаимодействуют с Источником, некоторые могут и заклинания без платы использовать. Только они способны создавать артефакты, причём абсолютно любые, что делает их возможности почти безграничными. Это особые маги, истинные дети Источника, они понимают и чувствуют его как никто иной, они используют его силу будто он уже даровал её им. Иметь мастера в своём распоряжении само по себе роскошь, но Шулер позволил себе лично его убить. Это либо показатель его невероятной тупости, что очень натянутый вариант, либо они упускают какой-то очень важный факт.

Иса фыркнула. Разбираться в мотивах полубезумного картежника ей сейчас не хотелось. Она открыла Word в ноутбуке и начала записывать свою мыслительную цепочку. Её надо будет отредактировать, но это будет уже куда меньше работы, чем потом заново её полностью прорабатывать. Монотонное набивание клавиш затягивало в сон, напоминая, насколько мало она спала в эти дни, но И упорно держалась. Начиналась самая нудная часть её работы, когда нужно рационально разложить всю информацию на бумаге. То, что девушка всей душой не любила. Хуже только отчеты. Потребовалось некоторое время, чтобы красиво скомпоновать мысли и более или менее четко выразить их в тексте.

Дав себе лишь пару минут на отдых, Исай продолжила работу. Теперь Гамма. Фотография пожилого мага отправилась на доску. И остановилась на нем взглядом. Не то, чтобы они были очень сильно близки, но он был одним из тех, кто её обучал в своё время. Это был профессионал своего дела, умный и въедливый человек, талантливый маг, держащий в страхе весь преступный мир. Кажется, с ним Совет считался даже больше, чем с шефом. Но годы брали своё. Старость никого не щадит. И Гамма это понимал. Он сам назначил себе преемника в лице Макса и спокойно ушёл на пенсию с почестями. Всё же Гамма вовремя это сделал, через пару лет после этого у него началась деменция. От могущественного мага остался лишь старичок, нуждающийся в поддержке и постоянном наблюдении врачей. МООП не оставило его и оказывало ему всяческую помощь, присылало нянечек и медсестёр для непрерывного надзора. А Высший тем временем медленно разрушался и становился всё более беззащитным. Именно поэтому Шулеру удалось так легко его убить.

Иса со вздохом принялась перебирать документы. Снова магические следы сопоставимые с энергии с карт, снова характер разрушений. Всё это тоже выясниться и станет точным после экспертизы, но И и так понимала какой результат получит. Кроме этого, нашлось целых два свидетеля, видевших и опознавших Шулера. Один - охранник ближайшей школы, заметивший его из окна спустя пару минут после происшествия как ни в чём не бывало идущего прочь. Второй - работник аптеки, направляющийся как раз таки на работу, видевший Шулера на скамейке в сквере за пару минут до убийства. Теперь у них есть а) оружие убийства, б) показания очевидцев. К тому же фантастическое количество магического следа. Ну а смерть Высшего идёт за две. Тоже плюсик в копилочку.

И принялась печатать, быстро и не ритмично стуча по клавишам клавиатуры. Слова на экране то и дело подчеркивались красным, и Иса сотню раз возвращалась исправлять ошибки. На неё начала накатывать усталость и зевота, но девушка продолжала сопротивляться. Она работает. Нельзя отвлекаться. В конце концов, переборов непослушные пальцы и затуманивающиеся глаза, девушка сумела завершить начатое.

Можно закончить на последней жертве, которую ещё можно доказать. Парень, которого увозил Михалыч. Иса открыла телефон и переписала на листок имя молодого человека, которое сообщил Светофор. Фадеев Пётр Александрович. Листок с именем последовал на доску. Экспертиза опять-таки будет завтра с утра, но кроме неё к делу можно приписать, как косвенные улики местонахождение трупа, а также видеозапись с разговором двух Шулеровских пешек. Кроме того, в некоторой степени можно приписать показания самого Михалыча, хотя в них нет конкретики и само убийство он не видел. Больше ничего нет. Оставалось надеяться, что криминалисты смогут вытащить побольше зацепок. И быстро записала свои мысли и откинулась на кресле.

Возможно, экспертиза найденных трупов что-то даст, но именно на Шулера улики вряд ли будут указывать. Можно приписать эти деяния Мафии, исходя из слов Михалыча. Хотя у останков такой хреновый вид, что единственное, что с ними можно сделать – по нормальному похоронить и спокойно отпустить в Ад их наконец упокоенные души. Вообще самой организации спокойно можно приписать все мелкие преступления, накопленные годами, все проступки Колягина, которые смог вытащить Макс, Бабочка и весь её бордель, убийства Ланцета несмотря на то, что он человек, незаконные артефакты Маэстро. В теории И могла сдать и своих информаторов, но как-то это несправедливо получалось, да и лучше пока не терять возможности получать данные. Потихоньку накапливалась внушительная папка преступлений Мафии, на которые Совет раньше закрывал глаза. Если всё это подать в красивой обертке, подобрав правильные слова, то вполне себе возможно добиться полного уничтожения этой шарашкиной конторы.

Вот только на словах всё это легко и быстро, а переработать такой объем данных весьма проблематично. Надо учитывать всё, все показания, чтобы нельзя было придраться. Иса вздохнула. Потянулась. Ещё раз переворошила все имеющиеся у неё документы. В её распоряжении их осталось не так много, остальное надо брать у шефа, Дельты и Макса, да ещё и тащить из архивов, но пока нужно работать с тем, что есть. Наконец, И села и начала потихоньку вбивать информацию. Работы ещё немерено. И всё же, как она же она ненавидит бюрократию.