Глава 1
Резко подрываюсь с кровати, будто бы меня облили холодной водой. Всего лишь страшный сон, всего лишь кошмар.
Очередной.
Я обеспокоенно пытаюсь восстановить дыхание и собраться с мыслями, но у меня это слабо получается. Тревожность захватывает меня полностью, и мне нужно какое-то время, чтобы вспомнить, как считать до десяти. Слова Елены где-то так далеко, что я не могу достать их из памяти и воспроизвести вновь.
Что-то про концентрацию на предметах справа от меня, слева и впереди... Мой взгляд ловит фокус на красной сумке, которая лежит на стуле, который стоит возле двери в гостинную. Слева от меня дверь на балкон, а справа... справа моя Льюи.
Моя маленькая подружка, щенок породы Бишон фризе, все еще спит, мило сложа лапки на своей пушистой подстилке. На миг мои губы расплываются в легкой улыбке от беззаботности этого крохотного существа – хотела бы я быть такой же.
Замечаю, как мое дыхание выравнивается и мне становится спокойнее. Итак, счет один-один, и пока все идет хорошо.
Часы показывают пять утра, и так начинается почти каждый мой день уже на протяжении двух недель. Мне снится один и тот же сон с большой частотой, но также и появляются другие – более запутанные, рванные и незавершенные, словно разбитые осколки драгоценной вазы. Сонно протираю глаза, по пути в ванную ставлю кипятиться воду для утреннего кофе, ковыляю до умывальника и включаю кран на полную мощность. Холодная вода помогает смыть остатки ночного кошмара, и я внимательно рассматриваю себя в зеркало. Светлые блондинистые волосы спутались после сна, черные глаза выглядят слишком уставшими для двадцатичетырехлетней девушки, а кожа немного сухая из-за недостатка витаминов и неподходящего для меня климата.
Я поправлю всё это через пятнадцать минут. Дайте мне кофе, и в моих глазах появится огонь. Возможно. Слышу короткие шаги по линолеуму и оборачиваюсь – Льюи проснулась. Когда я дома, она просто ни на шаг от меня не отходит, поэтому аккуратно и неспеша беру малышку на руки, и мы вместе идем заваривать кофе. Льюи всего лишь год, но мы стали настоящими друзьями на всю жизнь, она – самый преданный друг, радуется, когда возвращаюсь домой и не будит меня по утрам, если хочет есть. Чудо во плоти.
Уже через десять минут делаю глоток обжигающего кофе, разглядывая заснеженный Лондон через окно на кухне. Пройдет еще немного времени, и снег растает, а зеленые деревья заполонят улицы. Птицы начнут петь, а сердца людей снова цвести. Тяжело вздыхаю, пока пальцы греются о горячую чашку. Хотелось бы поверить в это хоть на мгновение, думаю я, закрывая глаза... Возможно, кому-то под силу остановить миг и сделать так, чтобы мир замер на пару секунд? Чтобы вся суета, в которую город погрузится через пару часов, растаяла и исчезла, словно и не было ее никогда. Неспеша проснуться, в тишине выпить кофе, прочитать утром пару страниц любимой книги... Так мало нужно людям для того, чтобы начать день правильно, верно?
Крупные хлопья снега неторопливо ложатся на землю, пока я подхожу к высокому офисному зданию в центре города. Неожиданно для себя улыбаюсь и останавливаюсь, осматривая улицу. Красиво как в зимней сказке — светло и чисто.
— Мисс Вульф, доброе утро, — приветствует Мишель, моя ассистентка, когда я захожу в офис, — утренняя почта на вашем столе. Гарри просил передать вам, чтобы вы спустились в студию, как только приедете.
Внимательно слушаю и рассматриваю ее новый темно-зеленый пиджак из замши. Он прекрасно идет к волосам Миши цвета темной вишни.
— На часах еще девяти нет, а он уже в мастерской? – удивленно интересуюсь.
Гарри – наш фотограф. Безумно талантливый блондин с нестандартным мышлением и таким же личным мнением. Познакомившись еще три года назад, мы оба поняли, что будем работать вместе, рука об руку. В принципе, так и случилось.
— У меня есть подозрение, что он и не уходил со вчерашнего вечера, — Мишель приглушает свой голос и наклоняется ко мне ближе, будто рассказывает тайну. – Когда я его видела, он выглядел весьма потрепанным.
— Поняла, Миша. Спасибо.
Решаю спуститься в студию прямо сейчас и не откладывать это на потом. Она находится на цокольном этаже, поэтому снова захожу в лифт, из которого вышла две минуты назад, и жду. Мы снимаем в аренду весь тринадцатый этаж под нашу компанию – маркетологи, дизайнеры, менеджеры, переговорная – находятся здесь. А на цокольном – студия Гарри, в которой мы проводим простые фотосессии и где хранятся различные вещи с прошедших съемок.
Часто нам приходится арендовать и другие студии, потому что мы не всегда располагаем теми реквизитами, что нужны. Нерационально сначала покупать, например, подвесную кровать размера king size, крепить ее к потолку утром, а поздно ночью снимать обратно. Намного выгоднее взять в аренду уже готовое решение и изменить его под свои требования.
С силой толкаю тяжелую дверь в мастерскую и осматриваюсь: на большом экране компьютера висит нарезка из каких-то фотографий – видимо, набросок будущей съемки, а сам Гарри мирно посапывает за столом.
— Гарри, — зову его шепотом.
Ноль реакции.
— Гарри, — нежно трясу его за плечо.
— Я не сплю, — испуганно говорит, немедленно подрываясь с места, — я не сплю.
Вижу. Даже почти верю.
— Гарри, ты работал всю ночь? – я растерянно смотрю на него, пытаясь словить взгляд парня.
У нас были времена, когда мы не спали до утра, чтобы придумать концепцию бренда и угодить новым заказчикам, но эти времена – самое начало нашей карьеры. И сейчас, особенно сейчас, нет нужды задерживаться до самого утра, чтобы сдать проект.
— Нет, — Гарри небрежно бросает, но когда ловит мой неверующий взгляд, признается: — Да. Я работал всю ночь и придумал потрясающую, работающую концепцию!
— Я не сомневаюсь в этом, — радостно восклицаю я, пытаясь уложить подальше свое подозрение. – Рассказывай.
— Помнишь свою идею про греческих богинь-воительниц?
— Конечно.
Сейчас у нас появился заказ по женским украшениям. Заказчики попросили отклониться от стандартных идей с фотографиями девушек в цветах крупным планом, поэтому все наши силы направлены на рождение новой рекламы. Одна из идей – те самые греческие богини-воительницы, женщины Wonder Woman.
Почувствуй себя богиней с этими сережками.
Не той богиней, которая только созерцает рядом с пьедесталом Зевса, а той, которая рвется в бой, чтобы добиться своих целей. И, кто бы сомневался, добивается.
С новой волной феминизма в двадцать первом веке может быть достаточно выигрышно, но мое главное правило — не играть с людьми, поэтому все, что делаем мы в компании — это искренне и по-настоящему. Если мы запускаем проект, то абсолютно точно разделяем каждый принцип рекламной кампании все вместе, и никак иначе.
— Я составил эскизы будущих промо-фотографий, нашел парочку студий – посмотри и выбери, в какой будем снимать. Мне нравится та, которая на 21 авеню, мы сможем использовать ее локации по полной. Когда определишься, можем начинать.
Я внимательно слушаю его слова, но больше всего меня интересует внешний вид друга: Гарри выглядит суетливым и действительно потрепанным. Его светлые волосы взъерошены после сна, торчат в разные стороны, а глаза бегают, суетятся. Перевожу взгляд на столик: несколько пустых чашек кофе стоят рядом с открытой упаковкой снеков, пара штук смятой бумаги разбросаны по полу. Он старался всю ночь отвлечься от своих проблем.
— Конечно, — просто повторяю я и присаживаюсь рядом на соседнее кресло. – Гарри, что стряслось?
— Ничего. Совершенно ничего.
А через минуту вскакивает со своего стула и начинает носиться по студии.
— Кроме того, что эта сумасшедшая вчера собрала все свои вещи и уехала бог знает куда.
Вздыхаю. Немного с облегчением. Снова проблемы в раю.
— Ты же знаешь, Сэм делает это уже в сотый раз.
— Знаю, Элис, я знаю, — блондин останавливается и говорит себе под нос: — только я не железный. Я не могу каждый раз выслушивать ее истерики и ждать, когда она придет в себя.
— Гарри, я не думаю, что ей такое поведение приносит удовольствие, — он приподнимает бровь и смотрит на меня с немым вопросом «серьезно?», — я уверена. Она еще слишком юна и импульсивна. Ей не хватает драйва, эмоций. А может, внимания. Ты же законченный трудоголик. В хорошем смысле.
— Ты так говоришь, словно тебе пятьдесят. Ты ненамного старше нее, — верно замечает Гарри.
И в правду.
— А ты ведешь себя как сорокалетний дедушка. Воспринимай все проще. Тебе всего двадцать восемь.
— Элис, — Гарри говорит весьма строго, мне даже не по себе. Затем его взгляд смягчается: — Ты же знаешь, что такая взбалмошная попалась мне в первый раз. Я не знаю, что делать.
— Знаю. Если Сэм действительно дорога тебе, не дай ей уйти. Научи ее.
Гарри отворачивается в сторону интерактивной белой доски, а я решаю продолжить:
– Поговорите как серьезные люди. Выясни ее истинные мотивы, расскажи о своих чувствах, которые ты испытываешь, когда так происходит. Необязательно ходить к психологу, чтобы разобраться в себе. Иногда, – прочищаю горло, – даже чаще всего, близкие люди – самые лучшие психологи, имеющие ключ к решению. Вы можете помочь друг другу.
Медленно встаю с кресла, выравнивая несуществующие складки с темно-бордовой юбки.
– Я напишу, когда посмотрю студии. Езжай домой, выспись.
Гарри кивает, бросая на меня мимолетный взгляд:
– Спасибо, Элис, – его брови немного нахмурены, сейчас он находится в своих мыслях.
Тоже отвечаю ему легким кивком и выхожу из студии. И думаю. А кто я такая, чтобы раздавать советы? Лезу не в свои дела, считая, что всё знаю.
На самом деле, не знаю ничего.
Но буду рада, если смогу помочь им.
Пока поднимаюсь к лифту, считаю количество ступенек. Восемь здесь и девять там — это число остается неизменным, но мое дыхание выравнивается, а мысли сосредотачиваются, когда я делаю это из раза в раз.
Гарри — вдумчивый и очень внимательный мужчина, Сэм ему очень подходит. Они похожи, хоть она еще и очень молода — Саманта как дикий зверек, которого нужно еще научить всему в этом мире, потому что тот не привык к людям и спокойной домашней жизни.
К концу рабочего дня голова уже гудит от работы — такова цена бегства от реальности, и я согласна ее платить. Сейчас мои мысли хаотичные, будто атомы в бурлящей воде: виски пульсируют от перенапряжения, а глаза устали от фотографий аксессуаров для съемки. За рабочий день я успела одобрить план по продвижению компании на следующий месяц, провести несколько презентаций для потенциальных клиентов (ведь кто сможет продать лучше, чем основатель компании?), подобрать модель для фотосессии и заказать пару реквизитов, которые могут нам пригодиться. И теперь я готова ехать домой.
Мое внимание привлекает звук сообщения на телефоне.
«Бокал вина?»
Это Ким, моя самая близкая подруга в этом городе. Перевожу взгляд на время – восемь вечера, а значит, офис уже давным-давно пуст, все разъехались домой еще в пять часов. Выключаю ноутбук, свет и одновременно набираю быстрое: «Определенно. Еду»
Мгновенно получаю «Жду» и радуюсь. Приятно, когда ждут. Приятно, когда кому-то нужен.
Завожу машину и вспоминаю о Льюи. Она же ждет меня совсем одна. В темной холодной квартире, где одиноко и тоскливо. Ей часто приходится оставаться одной, и я постоянно чувствую уколы совести за то, что не могу проводить с ней весь день.
Пока выезжаю из парковки, глубже погружаюсь в свои мысли. Я тоже чувствую себя немного Льюи в реальной жизни – мне интересно в обществе, бывает весело и смешно, но внутри – также скучно и одиноко. Я как Льюи, которая ждет кого-то сегодня вечером. Но чаще всего не дожидается, потому что всё не то.
***
Допиваю вино в своем бокале, и смотрю на Ким. Мы сидим в ее двухкомнатной квартире на кухне в компании очаровательного джентльмена – красного вина.
Девушка копошится в своем телефоне, а я удивляюсь – какая же судьба странная женщина! Соединить нас, таких не похожих друг на друга, в одной комнате... Ким – жгучая брюнетка, эмоциональная и импульсивная, за словом в карман не полезет. У нее длинные вьющиеся волосы и большие карие глаза.
Хотя, у нас все-таки есть сходство. У меня тоже карие.
— Эйдж меня уволит, — печально вздыхает она. – Но я не расстроюсь. Я прямо в кабинете открою шампанское и запущу фейерверк перед ним. Хочу посмотреть на его физиономию.
Эйдж – ее непосредственный начальник, который постоянно заваливает Ким всякой нудной и неинтересной работой. Распечатать договор, сделать триста копий нечетных и сто семьдесят восемь четных листов документа, съездить в прачечную и забрать его вещи, а потом выяснить, что он перепутал дни и прачечную с химчисткой.
В общем, подруга не скучает.
— Нет никаких причин, Ким, — мой голос звучит успокаивающе. И искренне.
— Он найдет. Он прикапывается к любой мелочи, — подруга отвечает мне, хмурясь.
— Может, ты ему нравишься, — говорю игриво и улыбаюсь.
— О, нет-нет-нет, — протестует брюнетка, вставая с барного стула и активно жестикулируя, — избавь меня от этих сказок. Мы не в детском саду.
– Тогда давай посмотрим правде в глаза: – многозначительно гляжу на брюнетку, поднимая бокал, – если бы ты была плохим работником, тебя бы уволили в первую неделю.
Ким соглашается и подходит к холодильнику, что-то ищет, а потом вытаскивает наружу. Небольшая мисочка черники. Пальчики оближешь! Тянусь за одной и радостно раскусываю.
— А как у тебя с Томом? – простой вопрос, но такой трудный ответ. Я даже теряюсь на мгновение.
— Все хорошо, наши отношения развиваются своим чередом, — выдерживаю ее взгляд и даже не отвожу глаза. Это стоило больших усилий.
— Не ссоритесь? – Ким – совсем не дурочка, поэтому и не ведется на мои попытки что-то скрыть. Она показывает, что не поверила мне, но и давить не станет – сама все расскажу. Сейчас, позже или никогда.
— Нет, — слишком быстро отвечаю я, — мы не можем долго друг на друга сердиться.
Вдруг мы слышим мелкие шажки в коридоре.
— А кто тут у нас? – радостно вскрикивает Ким, складывая руки в замочек умиления. – Льюи, наша сладкая девочка!
Как мило. Подруга резво бежит к собаке и также быстро поднимает на руки. Ким сюсюкается с малышкой, прикасаясь к носику Льюи.
— Дайте я сделаю фото, — снимаю пароль с телефона и навожу камеру на влюбленную парочку.
Делаю пару снимков, не переставая умиляться Льюи и Ким — две звездочки. Пока бегло листаю фото, смотрю на время – уже далеко за десять. Только сейчас снова испытываю навалившуюся усталость от сегодняшнего дня. За эти два с лишним часа у Ким я успела отключиться от реального мира.
— Ким, спасибо, — благодарю я, собирая сумку. – Мы уже поедем, завтра снова рабочий день.
— Элис, тебе спасибо. Приезжайте почаще, я вас накормлю своими новыми блюдами.
Уже обуваясь в дверях, шучу:
— Сегодня было по-особенному вкусно.
Ким хихикает, будто бы пятиклассница в школе.
— Я – мастер в открытии пробки от вина.
Мы прощаемся, и я стараюсь как можно скорее добраться домой. Сажу Льюи в переноску для собак, а после пытаюсь замершими руками от холода вставить ключ зажигания. Получается не сразу, с попытки третьей, и я хвалю себя за это дело.
В машине тут же раздается звук входящего сообщения, и что-то заставляет мое тело встрепенуться, даже насторожиться. Все мои внутренние инстинкты уже наготове, но я делаю пару глубоких вдохов, чтобы их успокоить. Это просто сообщение. Для рабочих дел – поздно, скорее всего, Том волнуется или Ким что-то забыла.
Открываю SMS и непонимающим взглядом читаю текст, а потом еще и еще, но смысл не становится понятнее даже после десятого раза. Наверное, если бы справа сидел человек, он бы смог услышать биение моего сердца — я почти уверена, что оно сейчас выпрыгнет из груди. Мне даже кажется, что я уже слышу его в ушах.
«Лондонский мост падает, падает»
Конечно, я сразу же узнаю известную детскую песенку про Лондонский мост, ее также часто используют в качестве считалочки. Но ничего не понимаю. Возможно, кто-то ошибся номером. Хочу узнать отправителя, но строка на телефоне показывает мне «Инкогнито».
Наверное, все-таки ошиблись. Может, какой-то ребенок отправил не туда, дети всегда все путают. Но какое-то непонятное, тяжелое чувство не покидает мою грудь, когда я отбрасываю телефон на сидение и включаю любимую песню в машине, даже не различая знакомых слов.
Врываюсь быстрым шагом в комнату, попутно снимая пальто. Меня всю трясет от нахлынувших эмоций – мои ладони буквально горят, и я ничего не могу с этим поделать. Вязкое, тяжелое разочарование топит меня как в марианской впадине, а я даже не противлюсь. Мои действия резки, но кажутся слишком заторможенными, как в какой-то старой пластинке кино, которое решили включить спустя двадцать лет складирования в пыльной антресоли на чердаке. Будто бы весь мир в какой-то вате. Еще немного, и я себя потеряю.
Пока разматываю шарф, он спокойно появляется сзади – как всегда спокойный, уверенный в себе и до ужаса привлекательный.
Как же мне не нравится его умение держать себя в руках.
Или нравится.
Еще не определилась.
У меня внутри все кипит, а ему хоть бы хны.
— Ты невыносимый... ты просто невыносимый, я больше не могу, — шепчу я отчаянно.
К чему эти выяснения, ссоры и разбирательства? Сделай свой выбор или позже придется делать мне. Я открыта перед тобой — подходи, смотри прямо в душу, разбирай на кусочки, рассмотри каждый угол. Убедись, что я не предам. Я на твоей стороне.
— Зато ты у нас не такая идеальная, как из себя строишь, — вдруг выпаливает он. – И все это уже поняли.
Зачем же ты стреляешь в упор?
И зачем взял с собой пистолет?
Выразительно смотрю на него, ожидая продолжения.
— Ты не такая хорошая, как хочешь казаться. Добрая маска иногда отклеивается от твоего лица, и ты ничего не можешь с этим поделать.
И я чувствую это.
Лиса, ему также больно и непонятно настолько сильно, что он не может удержать это в себе. Этот шар внутри него надувается, тяжелеет, каменеет и скоро просто разорвет его на мелкие части. Помоги ему.
Чего же ты хочешь на самом деле, скажи?
— Я ни с кем не была настолько настоящей и живой, как с тобой.
Его глаза ловят мои, и мы не можем оторвать взгляда. На секунду мир замирает, когда его голос разрезает тишину:
— Как и я, – в его голосе самая большая грусть, которую я слышала.
Делаю шаг вперед, чтобы попасть в самое любимое место на Земле, и вижу, что он делает то же самое. Спасибо, что могу чувствовать. Он пахнет домом, и мне больше не найти места роднее, чем его объятия. Я осторожно улыбаюсь ему в предплечье, пряча свою улыбку в этом человеке. А резкий, совершенно бесцеремонный звонок в дверь заставляет нас разорвать объятия и врывается в наш мир с такой громкостью, что я...
Просыпаюсь.
__________
Вот и первая глава – начинаем знакомиться с героями и погружаться в тайны мира Элис Вульф. Очень важна обратная связь – напишите, пожалуйста, пару строк о первом впечатлении :) Буду рада обсуждению!