Глава 1
«Никогда с таким не сталкивалась, пока не перешла в старшие классы», — подумала я.
Большое скопление незнакомых мне людей, которые вплотную прижаты к твоей спине.
Вот уже как два месяца по утрам, мне приходится ездить в битком набитом поезде.
Мысли, что эти мучения продлятся еще два года не покидают меня. И думая об этом каждый раз, к горлу будто ком подходит, а глаза наполняются слезами.
Два месяца назад,
— Как ты себя чувствуешь?
Спросил мужчина в белом халате.
— Голова болит, — ответила я.
— Ты помнишь, что произошло? — аккуратно спросил офицер.
— Отец не справился с управлением.
Слезы наворачивались на глазах от того, что картинки произошедшего вновь мелькают перед глазами. Я знаю, что доктору и офицеру полиции нужно знать как можно больше деталей произошедшего в тот вечер.
Но нужно ли помнить мне о них.
Тот вечер навсегда останется в моей памяти, и будет преследовать меня еще очень долгое время.
Я бы очень хотела забыть, забыть что произошло, забыть обо всем, забыть кто я.
«Век бы сюда не совалась», — раздраженно подумала я.
Поезд наконец-то останавливается, и я смогу выйти из этой адской коробки.
Вдохнув глоток свежего воздуха, я будто вынырнула из под воды.
Два месяца назад,
Стоя в холле больницы, я ждала брата, пока он оплатит больничные счета. Он приехал только вчера, вместе со своей девушкой Миэ.
— Идем, — сказал он.
— Это точно хорошая идея? — спрашиваю я его. — Я могла бы пожить с бабушкой.
— Энни, все хорошо, Миэ не против того, ты останешься с нами.
Он взял сумку с небольшого диванчика и мы направились к выходу.
Токио – был для меня достаточно привычным городом. Сама Япония была мне уже знакома. Раньше я приезжала сюда почти каждое лето, когда брат жил один.
Он учился в старшей школе Хорикоси, куда отправили и меня.
Дорога до нее занимает не много времени, но его вполне хватает, чтобы погрузиться и полностью уйти в свои мысли. Чтобы осмотреть все вокруг, в особенности людей, которые постоянно спешат куда-то.
По началу мне было не просто вписаться во всю эту атмосферу.
Другой язык, на котором мне приходится разговаривать каждый день. Другая школа. Много совсем незнакомых мне людей.
Зак – мой брат, сказал что мне нужно как можно больше практиковать японский и поэтому в доме мы не разговариваем на английском. Миэ – девушка моего брата, во многом мне помогает, в том числе объяснила как и что мне не стоит делать в новой школе.
Что приемлемо, а что нет.
Миэ провожала меня до школы первую неделю, как только мы приехали.
После я уже ездила сама.
Моему удивлению было то, что наша староста Азуми живет поблизости. И мы часто стали возвращаться вместе.
Мне всего шестнадцать лет, и я мало что знаю о жизни.
Весь этот поток неизвестности порой захлестывает меня с головой, от чего я раздражаюсь еще больше.
Зайдя в класс я села на свое место и надела наушники, включив плейлист, что уже так стал мне по душе.
— Ты сегодня рано, — сказала Азуми.
— Вышла рано.
Все так же уткнувшись лицом в парту ответила я.
Все эти пару месяцев я ощущала себя беспомощным потерявшимся ребенком, и только в часы, которые я проводила с Азуми, моя тревожность исчезала.
«Как же мне с ней спокойно», — подумала я, когда посмотрела на нее.
Неужели есть такие люди, с которыми легко. Они не просят ничего взамен, они просто рядом. Азуми действительно стала мне близким человеком, даже ближе, чем люди с которыми я общалась в прошлом.
В Нью-Йорке я оставила все и всех.
Люди, которых я считала своими друзьями с самой начальной школы, оказались просто притворщиками в моей жизни.
Все, кто был вокруг меня – отвернулись. И я осталась одна.
И когда я уже была уверена в том, что проведу в этом одиночестве всю свою оставшуюся жизнь, мне довелось встретить ее, нашу старосту класса.
— Энни! Линдберг!
Я резко открыла глаза, когда услышала свое имя, хоть и не с первого раза.
Подскочив со своего места я извинилась перед учителем и села обратно.
— Ты снова плохо спишь? — спросила Азуми.
Я кивнула в ответ.
Поглядывая на часы, что висели над классной доской, я считала минуты до окончания урока.
Моя успеваемость неплохая, я третья в классе, и это большой плюс, иногда меня отпускают раньше остальных. Но пользоваться этим так часто, как хотелось бы, нельзя.
— Ты придешь завтра?
Азуми похлопала меня по плечу, чтобы проверить не уснула ли я снова.
— А что завтра?
— Баскетбольный матч, который проводит наша школа.
Я посмотрела на нее в полном недоумении.
— Я не слышала об этом, — сказала я и отвернулась к окну.
Она снова похлопала меня по плечу.
— Я говорила о нем тебе.
— Когда?
— Вчера, когда мы шли до дома.
— Прости, точно.
— Ты меня не слушала.
Азуми закатила глаза.
После урока истории я направилась в кабинет директора, чтобы отдать квитанцию об оплате обучения.
Постучавшись пару раз, я приоткрыла дверь.
— Можно?
— Подождите за дверью, — ответил директор.
В кабинете он был не один, я закрыла дверь и облокотившись о стену стала ждать.
— Занят?
Ко мне подошла Азуми, я лишь пожала плечами.
— Сказал подождать.
Изнутри послышались крики парня и самого директора, они слишком бурно что-то обсуждали. Многие оборачивались на кабинет директора, когда проходили мимо.
Спустя время крики прекратились и из открывшейся двери вышел высокий парень в спортивной форме. Задев меня плечом, он все так же продолжил идти в сторону лестницы.
— Аккуратнее можно? — крикнула я ему в след.
Азуми одернула меня за локоть, чтобы я не обращала внимание.
— Извини! — выкрикнул он, обернувшись.
После чего скрылся на лестнице.
Отдав директору квитанцию, я отпросилась после урока математики, и меня отпустили.
От школы я два часа тащилась до дому пешком. Втискиваться в заполненный поезд мне совершенно не хотелось.
Я была почти возле района, в котором мы живем, как начал накрапывать мелкий дождь, минут через пять полил по-настоящему. Укрыв голову рюкзаком я ускорила шаг, а через время уже побежала. Остановившись под навесом одного из круглосуточных магазинчиков, что находился неподалеку от дома, я решила переждать дождь.
Кроссовки промокли, форма тоже.
Это лишь малое из того, что могло бы меня волновать.
Стоя вот так под навесом, я потеряла счет времени. Дождь все никак не переставал идти.
Высунув руку я пыталась поймать его, но рука лишь сильнее промокла.
«Интересно, в этом магазинчике есть зонтики?»
Не успела я взяться за ручку двери, как меня опередил какой-то человек. Он быстро забежал внутрь и минут через пять уже вышел с зонтом в руках.
— Там есть еще? — указала я на зонтик.
— Это последний, — ответил он.
— Жаль, — я скрестила руки на груди и начала покачиваться то вперед, то назад.
Парень был достаточно высоким, но не похожим на местных жителей. На секунду мне показалось, что он мог быть иностранцем, как и я.
Он не спешил уходить, стоял и смотрел куда-то вдаль, будто ожидая кого-то или чего-то.
— Пойдем, — сказал он, от чего вывел меня из своих мыслей.
— Я?
— Ты, — коротко ответил он.
После этого он раскрыл зонт и стал ждать, когда я присоединюсь к нему.
— Я сейчас уйду один.
— Нет, подожди.
Я подбежала ближе к нему и встала под зонтик.
— Можешь идти ближе? Иначе мы оба промокнем.
— Да, я уже.
— Что?
Он повернул голову в мою сторону.
— Ничего, — ответила я и прижалась к нему еще ближе.
«Такое странное чувство»
Я только сейчас заметила, что он в спортивной форме.
«Не с ним ли я сегодня столкнулась», — подумала я.
— Ты живешь где-то рядом?
Решила я развеять эту тишину.
— Сосед сверху.
Вот так, коротко и сухо, ничего лишнего.
— Ты живешь этажом ниже, — сказал он.
Я промолчала, ведь ни разу не замечала его. Не видела его по дороге домой, или в школу.
Теперь я уже не уверена, была ли я жива все эти два месяца, если не замечала таких мелочей.
Он резко остановился и развернулся ко мне.
На секунду, я увидела его карие глаза. И он обнял меня.
Зонт упал из его рук за асфальт. Мы промокнем, но почему мне так тепло?
Почему я не чувствую тревожности, или страха рядом с ним. Мое тело не отвергает его, как многих просто проходящих мимо людей.
Я обняла его в ответ и града слез начала подступать.
Иногда я люблю дождь, за его возможность скрыть мою слабость.
— Тише, — проговорил парень.
Он гладил рукой по моим мокрым от дождя волосам, и пытался меня успокоить. Мы выглядели как давно знакомые люди, но это не так.
Я видела его впервые.
Счет времени потерян окончательно, и дождь уже давно перестал идти.
— Прости, — сказала я и отстранилась от него.
— Это ты прости, не стоило мне.
— Все нормально, — перебила я его.
— На самом деле я очень торопился, — улыбнувшись сказал он.
И я увидела его безупречную белую улыбку.
Мы шли в сторону нашего комплекса в полной тишине, изредка я смотрела на него. Он был сосредоточен на дороге, иногда смотрел в свой телефон и нервно играл скулами. Видимо из-за меня он опоздал, ведь куда-то торопился.
— Мой рюкзак! — вскрикнула я.
Я совсем забыла о своем рюкзаке, что оставила возле магазинчика. Я была так удивлена поведением этого парня, что все вылетело из головы.
— Мне нужно вернуться, — сказала я и побежала в обратную сторону.
«Как же хорошо, успела»— подумала я.
Магазин был еще открыт, и мой рюкзак стоял все на том же месте.
— Ты быстро бегаешь, — сказал тот парень, когда я подошла к комплексу.
— Ты еще здесь.
Он остановил меня, взяв за руку, когда я уже хотела войти внутрь здания.
— Постой.
Он встал с крыльца.
«Ты такой спокойный», — мелькнуло в моей голове.
«Такой красивый»
Я помотала головой, чтобы избавиться от таких мыслей, на что он лишь усмехнулся.
— Я, никогда, никого, не хотел так обнять, как тебя сейчас, — тихо сказал он и притянул меня к себе.