Малюта

   Оставив начальницу дома, Ник отправился на окраину города, в элитный поселок "Светлый", где в одном из переулков припарковал автомобиль. Пройдя три улицы, он свернул на тихую аллею, в конце которой приютился заросший плющом двухэтажный домик. На первом этаже было темно, а на втором, в щель между шторами едва пробивался приглушенный свет. Оглянувшись по сторонам, Малюта подпрыгнул и, подтянувшись, перемахнул через забор. Метнувшись к дереву, стоящему около дома, Николай быстро влез по нему и неслышно спрыгнул на балкон. Дверь была приоткрыта, а из комнаты тихо-тихо лилась классическая музыка. Малюта прислушался и уловил тихие стоны. Через несколько минут они усилились, а затем всё стихло. Подождав еще немного, он услышал, как кто-то, шлепая босыми ногами по полу, открыл дверь и включил душ. Следом за этим раздался женский смех и дверь в ванную закрылась. "Пора" – решил Малюта и, осторожно приоткрыв дверь, заглянул в комнату. Кроме раздетого мужчины с завязанными глазами и пристегнутого наручниками к кровати в ней никого не было. Он тихонько подпер стулом дверь ванной комнаты и подошел к кровати. Мужчина видимо почувствовал присутствие кого-то в комнате:
   - Что-то быстро ты, дорогая, я ещё не успел отдохнуть.
   Ник закрыл ему рот рукой:
   - Замолчи! Крикнешь — удавлю сразу! И её тоже. Ты меня понял?
   Перепуганный мужчина соглашаясь, быстро закивал головой.
   - Где мальчик, сын Софьи? - Малюта убрал руку от лица прикованного. - Валентин Семёнович, я знаю, что вы бухгалтер Мусы и приходили к Софье в офис, а значит знаете о похищенном мальчике.
   - Я ничего... – попытался было сказать лежащий на кровати, но тут же, почувствовав на своей шее цепкие пальцы, прохрипел:
   – Я всё скажу! Муса в дачном поселке, на тридцатом километре, в доме справа от водонапорной башни. Мальчик должен быть там же.
   - Сколько с ним людей? – Малюта снова слегка сжал его горло.
   - Один! Его личный телохранитель — прохрипела ничего не видящая жертва.
   Николай взял подушку и, накрыв лицо лежащего, держал её до тех пор, пока тот не затих. Затем приблизился к дверям ванной и, услышав шум воды, убрал стул. Тихо выйдя на балкон, спустился по дереву.
   Через несколько минут Мерседес выруливал на трассу, которая вела в дачный посёлок.
   Ориентируясь по водонапорной башне, Малюта, так же как и в предыдущем месте, остановился за несколько улиц и направился пешком. Фонари тускло светили, и то лишь на перекрестках. Николай крался вдоль заборов и, почти добравшись, увидел, что какая-то машина свернув, вот-вот осветит его фарами. Пришлось перемахнуть через невысокий забор и притаиться. "Малина", – чертыхнулся он, чувствуя аромат спелых ягод и недружелюбное прикосновение колючих ветвей, оцарапавших до крови лицо и руки.
   Когда машина проехала, Малюта приподнялся и заглянул в соседний двор. Там было темно и тихо. "Неужели бухгалтер обманул?" – брезгливо поморщился Николай и вдруг увидел какое-то движение на крыльце. Там кто-то сидел, но было непонятно, то ли собака, то ли человек. Через какое-то время оттуда послышался приглушенный кашель, затем экран звонившего телефона осветил лицо сидевшего, который что-то ответил на своём языке. Он встал и подошел к калитке. Когда стал поворачиваться, чтобы уйти, Малюта метнул нож, который впился тому в шею. Человек успел обернуться и, чуть постояв, упал на землю. Выждав минут десять, Николай вернулся на дорогу и, пройдя по другой стороне улочки, перелез через забор. Опять засветился экран телефона, лежащего на земле у калитки. Малюта спрятался за углом, когда услышал скрип открывающейся двери. А затем, когда из-за двери показалась голова Мусы, Ник снова метнул нож, но так, чтобы в голову попала тяжелая рукоятка и оглушила жертву. Дверь распахнулась и Муса с грохотом свалился на крыльцо. Нападавший быстро втащил тело внутрь, и закрыл двери на ключ. Открыв следующую дверь, он вошел и посадил бесчувственное тело на стул, связав за спиной руки его же ремнем.
   Спустя какое-то время, пришедший в себя Муса попытался понять, что за человек сидит напротив его. Муса видел его впервые:
   - Ты кто, щенок?
   - Мне нужен Стас — мальчишка, которого ты похитил. И будет лучше для тебя, если он жив-здоров и находится где-то здесь, – Николай вертел в руках нож.
   Муса молча усмехнулся.
   - Предлагаю обмен, — продолжил Малюта, — ты отдаешь мне мальчишку, а я тебе информацию о том, кто убил Шаха.
   - Шаха убить невозможно! – рассмеялся Муса, — он никогда не покидает своей крепости.
   Ник достал из кармана Мусы телефон:
   - Мы ему позвоним, — и включил громкую связь.
   На звонок долго никто не отвечал, Муса уже был готов расхохотаться, когда в телефоне раздался голос старшего сына Шаха:
   - Дядя Муса, папу убили!
Связанный рванулся вперед, но, получив сильный удар в живот, сложился пополам. Ник поднял его и вновь усадил на стул.
   - Либо обмен, либо я тебя убью и сам найду мальчика, — Ник продолжал невозмутимо смотреть на Мусу.
   - Убей и ищи! - отвернулся тот и сплюнул на пол.
   - А кто отомстит за Шаха? Кто защитит его детей – твоих племянников? Он же был женат на твоей сестре или я ошибаюсь? - Малюта безжалостно задавал вопросы, от которых у Мусы ниже и ниже опускалась голова.
   - А где гарантии, что твоя информация правдива? - решился Муса.
   - Вот сам и проверишь, — Ник улыбнулся, – давай решим так: ты отдаешь мальчишку, я дам тебе возможность отомстить.
   - Он в доме напротив, в погребе, — Муса кивнул в сторону окон, выходящих на улицу.
   Малюта поднял связанного со стула:
   – Идём, покажешь.
   Проходя мимо лежащего у калитки телохранителя, Муса посмотрел на Ника и прошипел:
   - Будь ты проклят!
   Стас сидел в погребе, со связанными руками и ногами и какой-то тряпкой во рту. Услышав, что кто-то пришел, он испуганно забился в угол и отвернулся. Ник связал ноги Мусы, чтобы он не убежал, и затем вытащил мальчишку из погреба. Бледного, осунувшегося Стаса трясло от испуга и он сначала даже не узнал водителя своей мамы. Малюта вытащил кляп и дал мальчику воды, которую тот стал жадно пить.
   - Вы что, его голодом морили? - Ник с ненавистью посмотрел на Мусу, а тот только презрительно сплюнул.
   - Ник, а где мама? – Стас наконец с удивлением узнал Малюту и заплакал.
   Водитель обнял мальчишку за трясущиеся плечи и гладил по голове, пытаясь успокоить:
   - Сейчас мы к ней поедем.
   Ник развязал Мусу, поднял на руки Стаса и направился к выходу.
   - А информация? - напомнил Муса.
   Малюта обернулся, и чтобы не услышал мальчик, шепнул Мусе:
   - Шаха убил я! Я работаю на Маркуса и выполняю его приказы.
   Глаза Мусы налились кровью:
   - Я сначала убью Маркуса, потом всю эту семью! - он ткнул пальцем в Стаса. - А напоследок — тебя!
   - Если приблизишься к этой семье, я вернусь в дом Шаха и добью оставшихся, — услышав голос Ника, Муса попятился, а Малюта продолжил: - Убить меня? Буду ждать. И посиди здесь, пока мы не уедем, не то я вернусь.
   Зло сверкая глазами тот уселся на стул.
   Пока ехали домой, Стас уснул. Еще немного и наступит утро. Небо только начало сереть на востоке, а дворники уже махали метлами, сметая в кучи опавшие листья. Подъехав, Ник вытащил спящего мальчика и, поднявшись по ступеням, позвонил. Почти сразу в прихожей загорелся свет. "Не спали" - грустно улыбнулся Малюта. Софья отодвинула занавеску на окне и, увидев пришедших, кинулась открывать двери. Трясущимися руками ей с трудом удалось это сделать и, выйдя, она замерла. В её глазах появился страх, но Ник успокоил:
   - Он в порядке, спит.
   Софья пропустила их в дом и показала, куда положить мальчика. Став на колени, она прислушиваясь к дыханию сына, нежно гладила его по голове и, беззвучно, чтобы не разбудить, плакала. Проснулась Ася, которая стоя в дверях комнаты, переводила взгляд с брата на мать и по ее щекам текли слёзы.
   Ник положил ключи от машины на тумбочку в прихожей, тихонько вышел из дому и, вызвав такси, уехал к себе досыпать остаток ночи.
   В кожаном кресле Шаха с невозмутимым видом, словно всё вокруг всегда принадлежало ему, сидел Муса. Но за этим спокойствием скрывалась свирепая ярость уязвленной чести. Перед ним на коленях и с опущенной головой стоял начальник охраны Шаха, его хитрый лис, чующий беду на расстоянии, но всё-таки не уберегший своего хозяина. Муса подал знак, и острый клинок, не встретив сопротивления, отделил голову от туловища, из которого фонтаном забила кровь. Тело медленно завалилось набок, а бритая голова словно мяч подкатилась к Мусе. Муса брезгливо отодвинул ее от себя и встал:
   - Если бы мне не надо было отомстить за смерть моего брата, то ваши головы... - он окинул взглядом всех присутствующих в гостиной, - сейчас лежали горкой в центре этой комнаты.
   Все стояли понурив головы, боясь даже мельком взглянуть на Мусу. Выпроводив всех из гостиной и приказав забрать с собой тело убитого, он с тремя приближенными остался обсудить план мести.
   - Мы не будем уподобляться этой трусливой гиене Маркусу, подсылая убийцу, потому что он этого и ждёт. Мы нападем на все его "лежбища" одновременно. Пойдём завтра в два часа дня четырьмя группами: на загородный дом, две квартиры в центре города и ресторан, где он постоянно обедает. С утра отправите людей по этим адресам, и пусть докладывают обо всём, что там происходит, вплоть до мелочей. В случае, если обнаружится хотя бы малейший признак его присутствия в одном из этих мест, проведем перегруппировку, - как заправский полководец, Муса определил цели и задачи завтрашней атаки. - А сейчас идите и готовьтесь.
   Оставшись один, он долго сидел и смотрел на пляшущие в камине языки пламени, думая о завтрашней мести. Затем позвонил:
   - Руслан, зайди!
   Вошедший, высокого роста мужчина с проседью в волосах, с усами и аккуратно стриженной бородкой стоял у дверей и ждал приказа.
   - Руслан, ты будешь моим начальником охраны. Надеюсь, ты будешь лучше... - Муса кивнул на лежащую в углу голову предыдущего начальника охраны, - выполнять свои обязанности. Все, иди, и да, забери это отсюда, - он брезгливо скривился.
   С раннего утра наблюдатели передавали, что никаких движений, вызывающих подозрения, в местах, куда готовились нападения, не происходило. Ближе к обеду бойцы заняли позиции и ждали сигнала. Сам Муса во главе самой большой группы атаковал загородный дом Маркуса. Защитники оказывали ожесточённое сопротивление, потери росли с обеих сторон. Скоро появится ОМОН, и Муса понимал, что если быстро не покончит с противником, то рискует попасть под перекрестный огонь. А потому заставлял своих бойцов идти вперед несмотря ни на что. Выстрелы из дома раздавались все реже и реже, но тут сзади ударили автоматы. В спину попала пуля и Муса упал. В тишине он с удивлением увидел, что люди двигались к дому, и это были не омоновцы.
   - Маркус убит, - крикнул парень, высунувшийся в окно, и Муса радостно вздохнул.
   - Ну здравствуй, Муса, - раздался знакомый голос из-за спины.
   Муса с трудом обернулся:
   - Арамис? А я думал, что ты защищаешь хозяина...
   - Нет, дорогой! Я зачищал дворец Шаха, где ты оставил слишком мало людей, - усмехнулся Арамис. - В моём прайде чужие львята не нужны.
   - Но ты мне... - и не давая Мусе закончить, Арамис выстрелил лежащему в голову.
   Новый криминальный авторитет города огляделся. Пора было уезжать и оставить поле боя правоохранительным органам. Подав знак своим людям, Арамис сел в автомобиль, и в этот момент лобовое стекло пробила пуля, которая впилась в сидение в нескольких сантиметрах от его шеи. Мерседес рванул и скрылся за поворотом. За ним последовал и микроавтобус с бойцами. Две квартиры Маркуса и ресторан были сожжены, и Арамис двинулся к своему секретному логову. Машины влетели во двор, и охранник быстро закрыл ворота.
   Взбешенный Арамис рвал и метал, ища виновного в том, кто не выполнил приказ и не добил оставшегося в живых боевика Мусы.
   - Арамис! - окликнул хозяина начальник его охраны, бывший криминалист городского ОВД.
   Арамис приблизился, глядя на пулю у того в руках:
   - Что это?
   - Пуля из снайперской винтовки, - обеспокоенно произнес начальник охраны.
   - Ты думаешь, промахнулись? - нахмурился Арамис.
   - Или предупредили... - покачал головой собеседник.