ляляля

Мне снилось небо – бескрайнее, голубое, с разорванными в клочья подушками перьевых облаков. Теплый ветер обдувал стремительное тело; под лучами солнца трепетали сильные крылья. Поймав восходящий поток, я поднималась все выше и выше. Туда, где разреженный воздух холодил легкие. Туда, где жило ощущение запредельного, бесконечного счастья полета.

Сон... Грезы был настолько реальными, словно они – мои воспоминания. Но ведь доселе я не испытывала ничего подобного! Наяву летала лишь в детстве – пару раз с соседской вишни, а затем, когда выросла, парила в медитации, попав в тончайшие Светлые потоки.

Тут меня что-то разбудило, так и не дав насладиться полетом. Либо сама проснулась, поняв, что пора возвращаться в настоящий мир, который покинула в разгар боя. Мир, в котором были разрывы ядер демон-пушки, и мертвая девушка на сухой траве, и яростный крик дракона, и Терс, пронзенный копьем, из чьих сведенных судорогой рук я забрала лук, и кочевник, заносивший над головой Кайла короткий искривленный меч...

Довольно!

Открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Заморгала, привыкая к теплому свету магических светлячков. Повернула голову. Я лежала на жестком матрасе, укрытая до подбородка колючим шерстяным одеялом. Надо мной – пожелтевший, застиранный полог, свисавший с каркаса кровати, пропускавший неясный гул незнакомых голосов. Воздух был пропитан запахами лечебных трав и Светлой магией.

Наверное, больница...

Пошевелилась, затем привстала, пытаясь вспомнить последние моменты перед беспамятством. Кажется, я получила рукоятью меча в висок. Сейчас уже ничего не болело, только кружилась голова, да и в руках совсем не было сил. Перед тем, как откинуться на подушку, я успела разглядеть в щелях между двумя полотнищами полога огромный зал, заставленный похожими кроватями. Десятки кроватей...

По проходам деловито расхаживали женщины в черных мантиях с вышитыми на них знаками кубка и змеи. Магини. Хорошо хоть не Сестры Единоверы! До меня доносились разговоры, смешки, стоны. Кто-то звал лекаря, кто-то ел, кто-то плакал... Женские голоса, женское крыло.

– Пришла в себя, – удовлетворенно произнесла немолодая худощавая магиня, откинув полог. За ней следовали три девушки в серых ученических мантиях. – Алистэ Рисанир, – представилась вошедшая, – руковожу больницей Святого Хольберга.

– Лайне Вайрис, – отозвалась я.

Магиня села на угодливо подвинутый девушкой стул. Взяла меня за руку, сдавив крепкими пальцами запястье. Я почувствовала, как по венам потекла теплая магическая волна.

– Вполне здорова, – наконец, произнесла магиня.

– Что со мной было?

– Полное магическое истощение. Ушибы, сотрясение. Разрыв связки подколенного сустава, перелом ключицы. Легко отделалась. Лежи! – приказала мне, когда я попыталась встать. – Чуть позже тебя покормят. Если что понадобится – звони в колокольчик, – указала на шнурок над моей головой. – Будешь хорошо себя вести – завтра отпущу домой.

– А... Хольберг? Мы его отстояли? – спросила у магини, когда она поднялась, чтобы уйти.

– Вы его отстояли, – произнесла женщина, делая удар на «вы». – Теперь мы будем врачевать ваши раны.

Ушла, и ее место рядом с моей кроватью занял... Надо же, магистр Шаррез, в новой черной мантии взамен дырявой! Я не сдержала радостную улыбку. Как же хорошо, что он выжил и ничуть, ни капельки не изменился! Может, черты лица еще больше заострились, движения стали излишне резкими. Я знала, что это означает – либо он забыл, когда спал, либо нервничал. Магистр взмахнул рукой, произнес короткое заклинание, накинув на мою кровать Полог Тишины и Невидимости. К тому же непрозрачный, потому что очертания внешнего мира померкли, словно я оказалась внутри большого мыльного пузыря.

– Ну что, самоубийца, – сказал маг, устраиваясь на стуле. – Добро пожаловать – заметь, в очередной раз! – в мир живых.

– Спасибо, магистр!

Cела, хотя он дернулся было мне помочь. Тут темно-серое, пропахшее влажной шерстью больничное одеяло соскользнуло с моей груди. Ой!.. К счастью, на мне оказалось чистое домашнее платье. Белое, в пышных старомодных кружевах, украшающих более чем скромный вырез. Не было такой одежды в моем гардеробе! Может, Трисс принесла? Или тетя Чарити выдала из своих запасов?

– Ильсар, – произнес маг, уставившись на меня.

– Что?

Под его взглядом мне стало не по себе. Я неуверенно пощупала завязку на вороте. Вроде бы... Все на месте, ничего не развязалось! Тогда почему так смотрит?

– Мое имя – Ильсар. Так меня зовут.

– Я... Я знаю, как вас зовут. Но мне неудобно вас так называть!

– Неудобно? – удивился маг. – С чего бы это? Неудобно ходить на голове или есть ногами, а в моем имени, поверь, нет ничего не удобного.

– Вы все же старше меня...

– Не так уж и сильно, – поморщился он, – к тому же для магов пятнадцать-двадцать лет ничего не значат.

– И потом, я считаю вас своим наставником, – наконец, призналась ему.

Подозреваю, все же покраснела, потому что жаркая волна прилила к щекам. Кажется, Темного позабавило мое смущение.

– Так и быть, обсудим это уже дома – кто кого и кем считает, – наконец, сжалился он.

– А... как себя чувствует лорд Дьез?

Вместо ответа удостоилась задумчивого взгляда мага.

– Неплохо, – сказал он. – Порывался тебя навестить, но мне пришлось привязать его к кровати.

– Но, магистр!..

– Ильсар, – напомнил он. – Шучу! Конечно же, он придет, как только задурит голову церберу по имени Рисанир, главе здешней больницы. Ему еще не разрешено вставать.

– Он...

– Ранение в грудь. Довольно неприятное, но он полностью поправится.

Кивнула.

– Остальные? Трисс?..

– Твоя рыжеволосая подружка? – переспросил магистр. – Cпит. И проспит, надеюсь, – вновь усмехнулся, – до завтрашнего утра на одной из милых кроваток, откуда недавно выписали ее пациента. Пришлось пойти на крайние меры. Она походила на лунь лесную... Сидела подле тебя всю ночь, затем отправилась к Дьезу.

– Боги!.. Вы ее усыпили?

– А как ты думаешь? Увидев ее, я испытал странные чувства. Судя по всему, это была жалость, – он издал гортанный смешок. – Вот к чему приводит общение со Светлыми!

– Спасибо, магистр...

– Ильсар, – повторил Темный. – Прежде чем задашь еще один вопрос – тетушка... гм... Чарити, подозреваю, допивает послеобеденный чай. Как только закончится содержимое ее любимого чайника, она обязательно тебя навестит.

Его слова вызвали у меня улыбку.

– Несмотря на отсутствие некоторых ключевых фигур, – продолжал магистр, – собралась очередь из желающих поговорить с тобой, Лайне Вайрис! Мне удалось пробиться первым, пользуясь своим положением, личными связями, а также подкупом, шантажом и запугиванием.

– Ильсар, вы... – начала я, подавив смешок. – Ой!

– Неплохо, – улыбнулся он. Улыбка сделала его лицо совсем молодым. Да он вовсе и не был стар! Тридцать пять – тридцать шесть, разве это возраст для мага? – Рисанир настаивает, чтобы ты осталась на ночь в больнице. Хочет приглядеть за тобой. Будешь хорошо себя вести, завтра заберу тебя домой, – сказал магистр и задумался. Я тоже. – Странно звучит, но мне нравится, – наконец, объявил Темный маг.

Мне же его слова показались крайне двусмысленными, но мне очень хотелось домой. К Трисс и тетушке Чарити, а еще лучше – в Волчий Дол, к Милодаре и Реми.

– Девушка, – вздохнула я, вспомнив о странных сновидениях. – Драконица. Она умерла?

– Аришша, – лицо мага помрачнело. – Ее звали Аришша. Одно имя на двоих... Знаю, ты пыталась ее спасти. Но нет... – он покачал головой. – Она не выжила. Чиаро, мой друг, запомнил тебя. Просил передать, что сожалеет о своем поведении и знает – ты хотела ей помочь. Он благодарен тебе.

– Как он сам? – я вспомнила просьбу умирающей девушки.

– А вот он выжил. К сожалению для него, выжил, – глухо отозвался магистр Шаррез. Откинулся на спинку стула. – Плохо, Лайне! С ним все плохо, что тут скрывать? Уже никогда не будет лучше. Ты же знаеш

ь драконов.

Я не знала драконов, но читала о них в книгах магини Сивиссы. Там говорилось, что, единожды встретив, драконы не расстаются со вторыми половинами. Если умирал один из пары, второй погибал от тоски.

– Вы могли бы с ним поговорить, – вздохнула я, понимая, что словами тут не поможешь. – Хоть как-то поддержать. Быть может...

– Бессмысленно, – глухо отозвался Темный маг. – Не знаю, сколько он еще протянет.

Повисла тишина, в которой каждый думал о своем.

– Кочевников отбросили, – наконец, произнес магистр Шаррез. – Твой... гм... новый генерал-губернатор удерживал город до прихода регулярной армии. Теперь собирается выступить с ополчением Хольберга, усилив им регулярную армию. Дать Мазгул бой, пока она не сбежала в свои степи, вдоволь награбив на землях Кемира. Ар-лорд Хаас, – маг скривился, – собирает под свои знамена всех боеспособных. Кстати, тебе это не относится, моя дорогая! – усмехнулся он, когда я выпучила глаза, услышав «дорогую». – Твоя война на этом закончилась.

– Я... Я и не собиралась, магистр Шаррез! А вот вы?..

– Я уже сдал экзамен по патриотизму. Подозреваю, на самый высокий балл. Без меня разберутся, – отозвался он. – Дьез бы еще повоевал, но... – покачал головой. – К моменту, как он встанет на ноги, война будет далеко отсюда. Так что, дорогая воспитанница – дом, учеба, Академия, – внушительно произнес маг. – Думай в этом направлении.

Наконец, пожелав мне хорошо выспаться, маг ушел, не убрав полог Тишины. Я же стала ждать следующего из обещанной череды посетителей, о которых намекнул магистр Шаррез. Втайне надеялась, что придет ар-лорд Хаас, хотя понимала, что ему не до меня. Ведь Этар вел боеспособных на войну! Быть может, лорд Дьез развяжется и сбежит меня навестить, несмотря на свою рану? Или же Трисс проснется от гипнотического сна... Или тетя Чарити допьет чай...

Вместо них пришел Кайл. Принес букет полевых цветов и красные крепкие яблоки. Сел на стул. На щеке красовался тонкий светлый след от затянувшейся раны, который вовсе не портил его симпатичное лицо. Я была рада его видеть. Поболтали о том и о сем, стараясь не углубляться в воспоминания об осаде Хольберга, но постоянно возвращались к этому дню. К моей радости, Элогим тоже выжил и собирался меня навестить. А вот из его десятка осталось... Только мы и остались. Спас нас ар-лорд Хаас, который, словно карающая небесная десница, практически в одиночку уничтожил отряд, пошедший на прорыв. Затем взмыл в небо со мной на руках. И, по видимому, отнес в больницу.

Неужели почувствовал, что мне нужна помощь?!

Мы еще поболтали с Кайлом об Академии и о том, как хорошо жить, когда нет войны. Просто жить... Наконец, Кайл ушел и, к моему изумлению, его место занял внушительных размеров Ольфилд, командир «Псов». В парадной одежде и при оружии. Увидев его, проявившегося под пологом Тишины, я растерялась. Попыталась встать, вызвав на бородатом лице снисходительную смешку.

– Лежи уже, пигалица! Вернее, молодец, Лайне Вайрис, не посрамила честь отца! Я наслышан о твоих геройских делах.

– Так ведь не было ничего геройского, – растерянно сказала ему, с удивлением заметив, как командир расположился на стуле, словно готовился к длинной беседе. – Стреляла из лука, латала дыры в стене. Пыталась спасти драконицу, но не преуспела. А вот Элогим, наш десятник, спас мне жизнь. И не только мне! Он заслуживает награды...

– Город мы защитили, – отозвался Ольфилд, – потому что каждый сделал не только то, что умел, но и намного больше. Я упомянул о тебе в свитке представленных к награде. Элогим тоже получит повышение. Его ждет должность сотника. В полку появилось слишком много свободных мест!

– Я сожалею о тех, кто погиб, командир Ольфилд! Благодарю за то, что нашли время навестить меня.

Смутившись, уставилась на старомодные кружева своего платья. Командир не уходил, рассматривал меня.

– Вы ведь пришли не из-за этого? – спросила у него.

– Ты права, Лайне! Я здесь для того, чтобы выполнить свой долг. Рассказать историю, которая имеет отношение к тебе, хотя срок ее давности – почти двадцать лет. Она касается твоего прошлого.

– Именно для этого я и приехала в Хольберг, господин Ольфилд!

– Можешь звать меня по имени, – разрешил командир, и я обомлела. Они что, сговорились? – Значит, отец рассказал тебе то, что должен. Но готова ли ты услышать мою часть рассказа? После этого твоя жизнь уже не будет прежней.

– Она и так уже достаточно поменялась, – пробормотала в ответ.

И он рассказал.

Девятнадцать лет назад двое военных – он и мой отец – возвращались из Северной Провинции в Южную, радуясь тому, что служба в армии для них закончилась в столь удачный момент. Они присягали на верность Старому Королю Кромунду, прошли под его знаменами весь изученный мир и остались верны присяге, в то время как их однополчане теперь служили Освару Тирингу, захватившему трон.

По дороге говорили, что каждый из них будет делать, когда вернется домой. Эрро Вайрис собирался выкупить таверну в Волчьем Долу. Жениться и завести детей. Ольфилд подумывал о путешествиях, не готовый к оседлой жизни. Да и не было у него никого и ничего! Ни друзей, ни семьи, лишь развалюха на краю Хольберга – все, что осталось в наследство от родителей.

На бедном постоялом двору, что в лесу на границе с Северной Провинцией, вдалеке от центральных трактов, они повстречали мага, сопровождающего кормилицу с ребенком. Маленькая светловолосая девчушка спала на руках у испуганной женщины-северянки. Маг выглядел более чем уставшим. Постоянно оглядывался и прислушивался, словно ожидал погони.

Единственные гости в таверне, они разговорились. Выпили немного, затем еще немного. Наконец, маг признался, что за ними по пятам идет стая ищеек Тиринга, чтобы отнять сокровище, которое он поклялся сохранить. Ему не было кому довериться, кроме как двум отставным лучникам из армии Старого Короля Кромунда.

– И вот тогда, в полном отчаянии, он произнес имя, умоляя спасти твою жизнь, – сказал Ольфилд. – И мы... Мы поклялись тебя защищать, верные принесенной присяге. Маг остался в таверне, мы с твоим отцом разделились. Я взял лошадей и усадил на них кормилицу. Ускакал в ночь, свернул на север, запутывая следы именно так, как научился за долгие годы службы. Твой отец спешил на юг. С девочкой на руках. С тобой, Лайне! Маг остался на постоялом дворе. Он знал, что скоро за ним придут, и собирался не только задержать преследователей, но и инсценировать твою смерть.

Командир помолчал, погрузившись в воспоминания. Наконец, продолжил.

– На рассвете я видел зарево. Огромное зарево от пожара... Говорили, выгорел лес на несколько верст вокруг. Никто не выжил.

Он растерянно потер голову.

– Я спрятал кормилицу так далеко, как только смог, затем вернулся в Хольберг. Эрро Вайрис добрался до Волчьего Дола. Сидел, не высовываясь, готовый бежать при первом намеке на опасность. Но время шло, погони так и не было. Преследователи решили, что ты мертва, Лайне! Но мы с твоим отцом все равно приняли меры, чтобы обезопасить тебя и сохранить тайну. Амулет, висевший у тебя на шее, оставили на хранение у Амгерда Сида. Там же было и письмо с просьбой обратиться ко мне, если Эрро Вайрис по какой-то причине не успеет тебе рассказать.

– Амулет у меня, – вернее, он был у лорда Дьеза. – Письмо сгорело, но мой отец... – я отдернула рукав. Метка все там же, никуда не исчезла. – Он оставил мне вот это. Поэтому я и пришла к вам.

Ольфилд кивнул.

– Я могу указать место, где оставил твою кормилицу. Она до сих пор жива. Так и осталась в той рыбацкой деревеньке. Она и амулет – единственное доказательство моих слов.

Я кивнула.

– Если я назову твое имя, дороги назад не будет.

– Я готова. Вернее, могу и сама его назвать, – ответила ему. – Лайниза Кромунд, не так ли?

– Да, малышка! – довольным голосом произнес Ольфилд, откидываясь на стул. – Наша девочка выросла и стала той, кто она есть по праву рождения. Принцессой Кемира! Той, кто должен сидеть на троне. Той, за которой пойдет народ.

– Я...

– В тебе есть то, чего нет в Тирингах. Я убедился в этом, наблюдая за тобой во время боя. Ум, отвага, любовь к родине. Готовность жертвовать жизнью во имя Кемира.

– Но...

– Я вернулся на службу, Лайне, – продолжил Ольфилд, – потому что это единственное, что умею делать. Воевать. Но я хочу воевать за того, в кого верю. За того, кому присягал много лет назад. За династию Кромундов. За внучку Старого Короля.

Он резко наклонился. Разжал руку, и на его ладони лежал маленький синий кристалл.

– «Ангихор», – пробормотала я, почувствовав, как сжалось в тиски горло.

– «Ангихор», – повторил он. – Да, это мой ангихор! Когда будешь готова, позови меня! Подай знак, и я приведу под знамена Кромундов войска. Не только «Псы Короля» пойдут за тобой, Лайне! Слишком многие остались верны истинной династии. Слишком многие недовольны новой властью. Кемир – это адова смесь, к которой стоит лишь поднесли спичку. И эта спичка... Ты и есть наша спичка, Лайне! И вспыхнет пламя, и погибнут все, кто предал Хранителей нашей земли!

Наконец, он ушел, а я осталась. Лежала, оглушенная, обездвиженная его словами. Пыталась размышлять, но думалось плохо, пока, наконец, не услышала уверенные шаги еще одного посетителя. Полупрозрачный полог Тишины раздвинулся, пропуская ар-лорда Хааса.

Этар!.. Он пришел меня навестить, но после разговора с Ольфилдом я осознала, насколько огромна пропасть между нами. Плевать на несовместимость, что так тревожила ар-лорда! Ведь он – предан Тирингам, а я – беглая внучка Старого Короля, спасенная двумя лучниками и придворным магом, который отдал жизнь, чтобы сохранить мою тайну.

– Лайне! – Этар шагнул к моей кровати, пока я в смятении пыталась натянуть одеяло выше, до самого подбородка, словно оно могло спасти меня от проблем.

Но тут Этар сграбастал меня, со всем белым платьем и одеялом. Поднял, прижал к себе. Сел со мной на кровать, не собираясь отпуска

ть.

– Лайне, девочка моя! – мужчина зарылся лицом в мои волосы, пока я, растеряв слова и мысли, прислушивалась к судорожному биению своего сердца. Или же это его сердце? Как разобрать, когда, казалось, они стучали в унисон?

– Ты не представляешь, – произнес Этар. – Боги, какой сложной была эта битва! Ведь каждую секунду, каждый миг я понимал, что могу потерять тебя. Знал, что ты где-то на стенах и в ту сторону нацелены пушки. Каждый выстрел, Лайне! – застонал он.

Я выпутала руку из кокона одеял и осторожно погладила победителя и защитника Хольберга по голове.

– Этар, я... Ты же видишь, я выжила! С твоей помощью. Ты ведь спас город и... И меня тоже!

Ничего не ответил. Переместил, перехватил меня, и теперь я оказалась прижата к его ключице, а он... Коснулся губами моего виска. Замер, вдыхая мой запах.

– Я должен уехать, – неожиданно произнес он. – Очень скоро. Вернее, меня уже ждут. Мне не хочется оставлять тебя, но должен. Я вернусь, Лайне. К тебе! Если ты...

Замолчал.

– Что – я?..

– Если ты захочешь меня видеть.

– Как я... Разве я могу не захотеть тебя видеть?! – переспросила у него, пытаясь понять, как смогу жить без его объятий. До этого жила и ничего, а теперь... Привыкла. Быстро, за считанные секунды.

– Лайне... – вздохнул он.

– Ведь все дело в нашей несовместимости? – обреченно произнесла я.

Мы несовместимы. Как Огонь и Вода, как весенние ростки и жестокие заморозки... Как внучка Старого Короля и ар-лорд Хаас, верный слуга нового.

– Да.

– Расскажи, – попросила у него. – Я – сильная, смогу выдержать все. Все, Этар! Женщины Кемира, они...

– Они неспособны выносить наших детей, – произнес он резко. – Могут зачать, но... Умирают с младенцами в утробе. Да, Лайне, да! Не отворачивайся! Прошу, не отвергай меня! Побудь со мной еще немного. Побудь моей...

Замолчал, сжимая меня все сильнее, делая больно. Я молчала, прогоняя мысли и чувства, прислушиваясь к быстрому биению его сердца.

– Знаю, будешь ненавидеть, но... Сперва выслушай. Затем можешь судить.

– Кто я такая, чтобы судить вас? – прошептала я ответ, но он не расслышал.

Переложил меня на кровать, хотя я издала протестующий стон. Пересел на стул. Отдалился от меня в угоду уродливой пропасти, раскинувшейся между нами.

– Хотел бы я забыть! – произнес Этар. – Но вспоминаю каждый раз, когда думаю о тебе. Ведь я постоянно думаю о тебе, Лайне!

– Я...

– Кромунды решили выгнать нас из Кемира после того, как узнали, что наши дети убивают их женщин. А еще из-за того, что мой отец и его маги ищут решение этой проблемы.

Качнул головой. Темные волосы, смуглое, загорелое лицо. Красивый. Вернее, идеальный, но такой далекий. Из другого мира, в котором светят два солнца...

– Наше племя вымирает, Лайне! С каждым годом ар-лордов становится все меньше. Боги забирают стариков. Мужчины погибают в битвах за Кемир. Почти все наши женщины бесплодны. Я не знаю, почему так произошло. Видимо, проклятие Кемира!

– Проклятие Кемира, – пробормотала я. – О да... Но прокляты не только вы! Мы тоже не сказать, что счастливы. За что тебя наказали, Этар Хаас? Оккультная печать, замок на крыльях... Это ведь имеет отношение к тому, что ты сказал? Решение проблемы... Как именно вы пытаетесь ее решить? Магические ритуалы и опыты на женщинах Кемира, в тщетных попытках...

– Да, Лайне, да! Рабыни и нищенки, подобранные на улицах. Я узнал об этом от брата, потому что отец и Великий Жрец скрывали от меня правду. Раскидал охрану, выпустил девушек. Вернее, спрятал их так далеко, что их уже не найдут. Мой отец, – Этар усмехнулся, – слегка разгневался.

– И что теперь? – спросила у него. Боги, как же все сложно! – Ты уехал, а они продолжат опыты над кемирками?

– Я сделал все, что мог. Мой брат скоро станет верховным вождем племени. Отец стар, и, скорее всего, после Осеннего Конвента Роган возглавит племя. Брат запретит опыты.

– Но тогда ваше племя вымрет.

– Да. Если что-то не изменится.

– Ведь должен быть какой-то выход?

– Выхода нет, Лайне! – сказал Этар, склоняясь надо мной. – А вот для тебя... Ты должна держаться подальше от любого... От любого мужчины из нашего племени! Не позволяй никому подходить к тебе. Только мне.

– Только тебе?

– Ты будешь моей.

– Я...

– Когда захочешь детей, ты их родишь. Но не от меня.

– Что? – изумленно прошептала в сузившееся зрачки черных глаз, пытаясь понять то, что он сказал.

– Ты их родишь от другого. Я готов пойти... на эту жертву. Ради тебя.

Когда поняла, залепила ему пощечину.

– Убирайся! – приказала ему. – Сейчас же! Твои дети тоже будут не от меня, а мои – не от тебя. Катись на свою войну, Этар Хаас, и больше никогда не подходи ко мне!

Зажмурилась, желая, чтобы он провалился сквозь землю. Или же... Как жаль, что я еще не умею открывать порталы!

– Лайне! – голос полный тревоги. Голос полный волнения. Довольный голос. – Я рад, что ты так... Так отреагировала. Ты не представляешь, насколько эта мысль мучила и изводила меня. Грызла изнутри. Я и не знал, что хуже – что ты прогонишь меня, возмутившись из-за моих слов, или же... согласишься.

– Дурак! – сказала ему.

Открыла глаза, увидела довольное лицо.

– Дурак, – радостно согласился генерал-губернатор.

Бесцеремонно подхватил меня и вновь посадил к себе на колени. Попыталась было сопротивляться, но... То ли сил не хватило, то ли желания. Замерла на его руках. Задрожала, когда он принялся покрывать поцелуями мое лицо.

– Девочка моя, это было самое сложное! Если сможешь смириться с тем, кто я есть, если сможешь это пережить... Вернее, жить с этим, то, клянусь, сделаю тебя счастливой.

– Этар...

Уже не слушал. Наш первый поцелуй... Нежно коснулся моих губ, и я потянулась к нему навстречу.

– Этар... – произнесла я, когда он все же отпустил меня.

– Не могу без тебя, Лайне! – признался мне. – Ты – мой воздух. Ты – моя вода. Все, что мне нужно в этом мире. Прошу тебя, дождись! Две-три недели... Быть может, месяц. И вот тогда, обещаю, я больше тебя не оставлю.

Он ушел, получив мое обещание, но... Этар не знал всей правды. Я попросту не смогла ему сказать! Его тайна оказалась серьезной, но и моя ей под стать. Сможет ли он принять то, что я – внучка Старого Короля, врага династии Тирингов, если я приму то, что у нас никогда не будет детей?

Как же все сложно!..

Додумать не успела, потому что под Пологом появилась тетя Чарити. Принесла домашнюю выпечку и пожелания скорейшего выздоровления от слуг, а еще ворох новостей из приходящего в себя после нападения кочевников Хольберга.