Первый день осени Арги
Арга открыла глаза после нелегкой ночи. Она спала от силы пару часов, но звук будильника дал понять, что время сна окончено и пора приступать к обязанностям жены.
Арга не спеша повернула голову в надежде, что слева от нее никого не будет, что это номер отеля, а она вчера была на чьей-то другой свадьбе и на ночь осталась здесь. Но это было не так. Ее новоиспеченный муж мирно лежал, все еще видя сны.
Его лицо было все такое же угрюмое, как и всегда. Черты его, даже спящего, были довольно резкие. Он был красив, но красота его была отталкивающая, холодная. От него веяло опасностью и теперь Арге это было заметно как никогда. Будто того молодого человека, который старался за ней ухаживать, делал комплименты, дарил подарки и не было вовсе. После того злосчастного поцелуя все началось меняться для Арги не в лучшую сторону.
Арга была наслышана о характере Теродама. Он был жесток, хладнокровен, всегда добивался своего любыми способами и не раз ранил чувства других девушек, которые убегали от него в слезах. Но с ней он был другим...
По-своему, с холодом, но он проявлял все чувства, которые мог проявить к Арге. Не давил на нее, чтобы, не дай бог, не спугнуть.
Именно поэтому Арге были непонятны все эти слухи. Но вчера она стала понимать весь ужас предстоящей ей судьбы и надеялась, что все будет не так ужасно, как она себе представила по описаниям слухов о Теродаме.
За окном уже была осень, листья с деревьев успели опасть, чем испортили весь пейзаж, оставляя только неприятный холод. Арга встала, накинула на себя халат, который отправила ей с собой свекровь. Халат был тонким, элегантным, бледно-бирюзового цвета, но теплым, что было весьма кстати.
Она спустилась на кухню, открыла холодильник, осмотрела все изучающим взглядом и оставила дверцу открытой. После чего начала изучать содержимое всех шкафов открыв их настежь. Арга проанализировала все, что есть и решила приготовить куриный суп. Она волновалась, что что-то пойдет не так и Теродам будет зол, показав всю ту натуру, о которой она только слышала.
Она взяла тарелки, миски, ножи и хотела переложить их на стол сзади себя, как вдруг вскрикнула и уронила все на пол. Позади нее все это время стоял Теродам, пристально смотря на нее. Взглядом он буквально поглощал ее. Но даже не шелохнулся, когда раздался грохот.
Арга начала тревожно собирать посуду и только собрав ее, обратила внимание на то, что она вся в крови и не только она. Кожа на указательном пальце была рассечена. Порез был неглубокий, но проходил по всей длине пальца. Только в момент, когда она посмотрела на свой палец, Арга поняла, как ей было больно. Теродам же продолжал наблюдать. Она подставила руку под холодную воду и смыла размазавшуюся кровь. На счастье Арги, кровь остановилась. Она не стала ничем перевязывать и постаралась начать готовить, однако боль еще не проходила и каждое случайное прикосновение доставляло дискомфорт. Все это время Арга чувствовала на себе его тяжелый взгляд. Он просто наблюдал за ней, стоя позади нее. Даже когда она оставалось просто ждать момента, пока суп закипит, он остался стоять на месте.
Когда же все было все готово, он неожиданно для Арги подошел к столу и сел. Она даже чуть не разлила суп, зачерпывая его половником.
Ели она также молча. Когда же Теродам закончил, он посмотрел в глаза Арги холодным пронизывающим взглядом, отчего та замерла с ложкой у рта. Через несколько секунд он отвел взгляд, встал и ушел наверх. Так прошел весь день Арги. Чтобы она не делала, он молчал и смотрел.
Уже вечером, разбирая все то, что положила ей ее свекровь, она нашла дневник и ручку вдетую в корешок. Он был пуст и, видимо, куплен недавно. Пах свежими страницами, будто только из типографии. Ора знала, что ей надо будет высказаться, а высказаться будет некому. Арга была благодарна за это, ведь теперь она могла доверять только себе и, разве что, изредка, Оре. Уйдя куда-то в дальний угол дома, пока Теродам был занят тем, что колол дрова для камина, она взяла ручку и начала писать. За целый день это был единственный момент, когда он оставил ее одну.
«День 1.
Вчера остатки моей души были потеряны окончательно. Я согласилась на сделку с совестью ради своей семьи. Если бы мой отец не убил человека, а мэр не был бы свидетелем, этого бы никогда не произошло. Когда я увидела окровавленного отца, я была просто в панике и испугалась за него. Когда он рассказал в чем дело, я тоже была в панике, но уже боялась самого отца. Оказалось, что это был абсолютно незнакомый мне человек. Я бы не стала его защищать, после такого предательства. Ведь он был для меня примером идеального человека, а оказалось, что он вовсе не святой... Если бы не мать, которая не в состоянии и дня прожить без капучино и мюсли на завтрак, я бы не пошла на такое. Она не способна сама готовить, не проработала ни дня и просто не выдержала бы всего свалившегося на ее плечи. Я тоже от нее не так далеко ушла. Во время учебы я не думала о работе. В это время мои одногруппники уже находили что-то свое и начинали карабкаться по пресловутой карьерной лестнице. Будучи выпускницей с хорошими оценками, у меня нет никаких практических навыков.
Как же прошел мой первый день брака? Страшно. Нет, не из-за волнения, как у новобрачной, а страх перед, уже, мужем. Он целый день молчал и смотрел на меня пронзительным, леденящим душу взглядом. Я боялась его. Я не знала, чего ожидать и от любого его движения вздрагивала. Его безучастие внушало ужас предстоящего. В голове постоянно была мысль, что это затишье перед бурей. Это могло быть так, ведь, день еще не закончился. Так я почувствовала, что осень уже началась. Не знаю, как это все связано, но это был мой самый холодный и неприятный день. Будто я постоянно наступала в слякоть, а отряхнуться было негде. Как мне дальше так жить? Не знаю...»
Арга закончила писать и спрятала свой дневник, как она думала, в укромное место, где бы никто не стал его искать. После чего, доделав все остальные дела по дому, отправилась в спальню. Она надеялась быстро провалиться в сон и избежать встречи со своим мужем. Но ее надежды были напрасны. Через несколько минут вошел Теродам и лег рядом с ней.
Теродам повернулся к ней лицом и решил исполнить свой «супружеский долг». В этот раз он больше уделял внимания своей жене, но ей же каждое прикосновение было противно. Лишь мысль о том, ради чего она это сделала, немного успокаивала ее. Она старалась мысленно смириться с тем, что теперь ее жизнь связана с этим человеком, но ей было нелегко это принять.