Глава 6
Как это произошло? В какой момент? - этими вопросами задавалась Мира, скребя вилкой по тарелке. Это всё было похоже на сюр или дешёвую комедию. На кухне за небольшим столом сидели все четверо в неловком молчании. Воздух в комнате можно было резать ножом. Том поглядывал изредка то на Миру, то на Маля, сжимая и разжимая вилку. Ему наверняка хотелось задать кучу вопросов, но он словно стеснялся это делать при Изабелле или всё же понимал, что не к месту. Маль даже не притронулся к еде, его лицо как обычно было хмурым, но сейчас особенно: ему как будто было противно сидеть за столом с "людьми." В этой тишине послышалось как скрепят его зубы или девушке просто показалось. Она в этот момент вообще ни в чём не была уверена, абстрагировавшись от мира и придумывая план по спасению своей задницы в глазах сестры. Мира жевала еду без перерыва, что бы не давать возможность сестре задавать самые неудобные вопросы, даже головы не поднимала. Изабелла, пожалуй, была единственной кто чувствовал себя отлично на этом "дружеском ужине". От такого сравнения Мира даже подавилась и получила хлопки по спине от сестры.
Оказывается это Том написал ей, сообщив, что отец пропал. Он говорил Мире об этом на работе, но она, конечно же, совершенно забыла или даже не слышала, загруженная мыслями о поисках, а после это стало как то не нужно, ведь она прекрасно знала где находится папа. Сейчас всё же задумалась, что это было не правильное решение с её стороны, ведь кто знает какие будут последствия - от этой мысли её передёрнуло и она снова поперхнулась. Но парень развернул всю ситуацию так, что выставил Миру глубоко страдающей и что ей непременно нужна помощь и поддержка. За это во время рассказа Том получил один презрительный взгляд, из за чего стушевался и дальше сидел молча.
К счастью, Изабелла не стала спрашивать дальше, что произошло между ними тремя, а просто настояла на ужине. Хотя, "настояла" - слишком мягкое слово для того, с каким напором она проталкивала всех в кухню. А сейчас то и дело бросала хитрые взгляды на Миру, заставляя её заливаться краской и прикрываться стаканом. "Лучше бы засыпала вопросами" - всё время вертелось в голове. На нервы ещё действовал капающий кран. Все четверо обращали на него внимание, хоть и пытались скрыть это. -"Хорошо хоть эти двое молчат."
-Маль, а кем вы работаете?- Мира дёрнулась и нож с звонким стуком упал на пол. Ей хотелось полететь следом, но вместо этого она тихо извинилась, сама поражаясь своей неуклюжести и недовольно ворча внутри. Дёрнула плечом и ударилась головой об стол, когда услышала, что ответил мужчина.
-Охранником.- Она удержалась от нервного смешка, насколько серьёзным тоном он произнёс это. Изабелла заинтересованно хмыкнула.
-А что охраняете?- Мира едва заметно помотала головой, смотря на Маля. Уголок его рта дёрнулся вверх.
-Преисподню.
В кухни воцарилось прежнее молчание. Все три пары глаз смотрели на Маля, который впрочем то остался равнодушен. Он беспечно отпил из стакана и вернул своё лицо зрителям. Изабелла неловко переспросила:
-Простите?
-Это он так метро называет. - Выпалила Мира. Изабелла легко рассмеялась, прикрывая рот пальцами. Даже Том облегчённо выдохнул и издал что то по типу смешка. Мира поскорее нашла новую тему для разговора. - Как там Агнесс?
-Она замечательно. Делает первые успехи в клубе юных археологов, этим летом ездила в лагерь с уклоном по истории.- Мира хотела было сказать, что Генри ужасно сейчас гордился бы своей внучкой и рассказал бы ей тысячи историй, но вовремя осеклась, так как поняла, куда может завести этот разговор.
-Она молодец.
Весь оставшийся вечер прошёл за такими короткими диалогами. Лишь Маль и Том угрюмо молчали, подчёркнуто не смотря в сторону друг друга. И если от первого это было как подарок, ведь его колкий язык только бы усугубил ситуацию и точно бы завёл конфликт по новой, то от второго никак не могло ожидаться. Что удивило девушку: Том всегда был вхож в дом Миры с детства и знал Изабеллу, как свою сестру, - с радостью разговаривал с ней, смешил, даже присутствовал на её свадьбе - а сегодня был сам не свой.
"Он чем то обеспокоен, молчит, в стол смотрит, даже на вопросы с неохотой отвечает. Не верю, что это так Маль на него давит. Он ему конечно серьёзно не нравится, но Том не из пугливых и так просто испугать его сложно. Надеяться, что к завтрашнему дню он забудет о нём - глупо. Завтра он прополоскает мне мозги. Мне тоже есть что сказать по поводу его выпада с приездом сестры. Пусть не думает, что я оставлю такое вмешательство в мою жизнь без внимания. Хорошо хоть Маль молчит, боюсь представить во что бы превратился этот и так "прекрасный" ужин. Том бы точно сорвался. Всё это так не вовремя! Чувствую себя школьницей, которую застукали с мальчиками. Фу! Противно."
Мира быстро выпроводила обоих мужчин, бросив напоследок:
-Я надеюсь, вы не станете драться, как мальчишки. - Те ничего не ответили, только ещё раз встретились взглядами, которые предвещали, что оба жаждут реванша.
Мира долго смотрела им в след, наблюдая как каждый уходит в свою сторону. Закрыла двери и прислонилась к ней лбом. Плечи опустились вместе с вышедшим из лёгких воздухом. На кухне зашумела вода и это здорово успокоило оголённые нервы. Девушка улыбнулась - наконец этот долгий день закончился.
-Мира, помоги мне!- Раздался голос сестры из кухни. Девушка остановилась рядом с ней и, взяв полотенце, стала вытирать посуду.
-Так, кто тебе из них нравится?- Кружка в руках сделала сальто, но не была уронена. Мира сглотнула и продолжила своё занятие.
-Мы с Томом решили попробовать... эм... Быть вместе? Да, я и Том теперь вместе, не как друзья.- Изабелла кивнула, но как то заговорчески посмотрела в ответ.
-Понятно. А нравится тебе кто?- Кружка громко стукнулась о столешню.
-Иза! Ты меня смущаешь!
-Ага, как же. Тебя смутишь.- Засмеялась старшая. От этого и самой Мире стало весело.- Если честно, когда я увидела ту картину, то подумала, что ты и впрямь стала обольстительницей, как говорила когда то тётя Лоуренс.- Мира небрежно фыркнула, припоминая ненавистную тётку.- Они оба такие разные. Том всё тот же Том, которого я помню: весёлый, податливый под твоим характером и ответственный в отличии от некоторых!- твёрдо произнесла Изабель заглядывая прямо в закатывающиеся глаза сестры.- Он никогда не изменится, это что то постоянное, как атомная единица массы. А вот Маль остался для меня нерешённой задачей. Со звёздочкой, я бы сказала. С виду обычный человек, серьёзный - у него лицо такое было, будто у него сильная головная боль - молчаливый- на этом слове Мира ещё раз поблагодарила богов. - я его даже побаиваюсь, но есть в нём что то такое, что цепляет и хочется копаться дальше. Весь вечер я наблюдала за ними, их глаза с тебя не слазили. Где ты их нашла?
"Маль явно проклинал меня и мечтал посадить в адский котёл (они вообще существуют?), а Тому просто хотелось задать кучу вопросов." -Но вместо этого она произнесла.
-Хватит говорить о них, как о своих проектах.- Улыбнулась Мира, поставила стаканы и тарелки на место. Всё это выглядело очень странно и неловко.
И нет, она не стеснялась из за того, что еë вдруг застукали с парнями. Она стеснялась самой Изабеллы, еë хитрого, взрослого, насмешливого взгляда напротив, заговорческой полуулыбки. Она чем то напоминала маму в такие моменты. Было в этом что то смущающее, словно еë снова ставили наравне со школьницей.
Причина была самой простой и настолько очевидной, что даже разочаровывала: Мира никогда не обсуждала что то важное с сестрой, что то что волновало бы еë, не спрашивала советов и не просила помощи. Когда мама умерла, Изабелла тут же уехала в колледж, пытаясь утонуть в учёбе, и это стало одной из причин. Между ними появилась невидимая пропасть. Она не мешала в кругу родных, когда тишину заполняли вечные вопросы и дискуссии на темы, которые были незначительные и тут же забывались, как только за гостями закрывались двери. Но наедине разговор между сёстрами превращался в обмен неловкостями: старшая всеми силами пыталась сделать вид, что знает младшую как свои пять пальцев, как когда то. Изабелла ощущала эту пропасть меньше, так как была старше на тот момент и меньше ощутила отдаление от сестры в суете учёбы, а уже и после замужней жизни. А вот Мире пришлось постараться, чтобы научиться обсуждать важные вопросы с самой с собой, но в этом были и некоторые плюсы, как девушка отметила позже. Несмотря на этот недостаток их взаимоотношений, это не мешало им любит друг друга и быть готовыми подставить плечо.
-Мира, ты почему дома в перчатках ходишь?
-Холодно.- Отмазка была до того нелепой, что резала по ушам, но девушка надеялась, что сестра воспримет её как шутку. -Я спать, устала жутко. Спокойной ночи.
Девушка побежала по лестницы, но в догонку ей строго прилетело:
-Мира!- и тут же более мягко, склонив голову набок, Изабель произнесла.- Отец найдётся, точно найдётся.
Мира кивнула, понимая, что это нужно скорее сестре, чем ей, ведь как бы не храбрилась старшая, какой бы взрослой она не хотела казаться в глазах Миры, внутри всё же была та девочка, что тоже боится больниц и воспоминаний о дне, когда не стало самой важной частички их жизни. Потому, Мира, выпрямившись, произнесла:
-Я знаю, я тоже в это верю.
А в голове пролетела клятва:
"Я сделаю всё, что бы он снова оказался дома. Он обязательно похвалит Агнесс за её успехи. Он вернётся домой, Иза."
За окном истошно кричала какая то птица и ветки бились о стекло под порывами ветра. За задёрнутыми шторами то и дело громыхали молнии и врывались в комнату вспышками света. От такой погоды всегда не спалось, какое то чувство напряжения волной окутывало всё тело, заставляло перекатываться с левого бока на правый, словно перед каким то важным событием. Мира лежала на спине, потирая проклятую ладонь, и тупо пялилась в потолок. Электронные часы показывали:
"1 сентября 20** года"
"00:41"
Девушка прокручивала в голове всё что происходит с ней сейчас. Могла ли она когда нибудь подумать, что встретиться с Аидом и Персефоной, что увидит гибель древнейшей наяды и побывает в параллельном античном мире. От таких мыслей взгляд то и дело возвращался к руке. Когда же наконец чары спадут? Мира даже несколько раз в голове прокричала "верю!", но под подушечками пальцев всё равно чувствовалась обвислая мягкая кожа. Нервно рыкнув, девушка резко повернулась на правы бок и натянула одеяло по самый подбородок. Здесь, в темноте и тишине комнаты, нарушаемой только стуком капель о окно, на Миру накатила тоска, которая приходит лишь в тишине, когда остаёшься один на один с самим собой. Несмотря на усталость, сон не шëл. В голове вертелась глупая шутка: "Морфей халтурит."
-Интересно, а он вообще существует?- насмешливым тоном спросила она пустоту.
-Кто "он"?- ответил ей такой же насмешливый голос. Мира закатила глаза.
-Морфей, конечно же. -Ответила девушка, подумала, нахмурила брови и вскочила.
Разум догнал реальность намного позже чем вылетел ответ. Этот голос был не из еë головы, а из тёмного угла возле окна. Мира пригляделась, свет молний очертил силуэт незнакомца: высокий рост, широкие плечи и ярко янтарные глаза, как потерянные огоньки гирлянды. Мира закатила глаза и шикнула.
-Маль, что ты здесь делаешь?
-Поднимайся. -Мужчина включил торшер, ослепив ярким светом.
-Мой вопрос всë ещë актуален. Ты что под дверьми ждал? Вы вот только час назад ушли.
Несмотря на то, что еë вопрос так и повис в воздухе, Мира начала активно собираться. Маль, не поднимая глаз, вертел в руках какую то безделушку, спокойно ответил.
-Идëм в Подземное царство: Персефона выполнила уговор. - Миру передёрнуло от его тона и она повернулась к нему.
Его вид был какой то странный, несвойственный ему. Взгляд всë время искал какой то объект в комнате, на котором можно зациклиться и не смотреть на девушку. Жертвой стала медаль, он изучил еë вдоль и поперёк: каждое ребро и выгравированную букву. Мира почувствовала в этом призыв к действию, она шагнула и выхватила несчастную медальку.
-Что с тобой не так?
-Какая тебе разница?- Привычно огрызнулся тот и поднял взгляд полный какой то странной ярости - не слишком сильной, но ощутимой на подсознательном уровне - и удивления, словно он и впрямь не мог понять зачем ей спрашивать. Мира смотрела на него в упор, ничего не говоря. Она видела, как его глаза постепенно тускнеют, словно расслабляясь и теряя запал, видя, что агрессия не вызывает ответной. Мужчина опустил вновь взгляд. -Не знаю.- Он передёрнул плечами и скривился отчего то.- Выбесил твой пай мальчик, хотелось придушить его одной рукой...
-Разве это не твоё обычное состояние?
-Это что то другое, никогда не было такого острого ощущения именно к определённому человеку.- Он говорил тихо, как сумасшедший свою злобную тайну, что заставляло внимать каждое слово. -Он пах горько и остро одновременно. Мне хотелось вырвать его глаза, что бы он... Не знаю зачем... не смотрел?... Это странно.- Он спутался, потупил взгляд на очередную безделушку.
Мира сопоставила всё, что увидела и поняла, что её так удивило в нём. Обычно в его глазах читалась абсолютное безразличие ко всему, даже когда злился или язвил он делал это так органично в своём исполнении, что это не вызывало резонанса. А сейчас этого безразличия в нём не оказалось, как какой то важной его части. Она впервые увидела это в нём сейчас и поняла, как странно это выглядит в нём: чужеродно, уродливо. Его что то беспокоило, волновало, даже пугало. Ей хотелось сказать что то, но нужно ли было?
В ней терзались сомнения на счёт Маля. У неё о нём не было целостного мнения. В эту минуту Мира поняла, что имела ввиду Изабель, когда сказала, что Маль - задачка. Его можно было сравнить с чистым листом и он всегда оставался чистым. Маль не пятнал себя эмоциями, не раскрашивал словами, даже не заляпывал той злобой что таилась в нём. Злоба и безразличие были его неотъемлемой частью, которая не портила его. Они были так же естественны, как смена дня и ночи. Но девушку мучил вопрос: неужели это всё что есть? Невозможно, что бы человек состоял только из двух качеств, особенно тот, кто прожил столько лет.
-Да, странно.-Всё что она смогла выдавить из себя. Мира решила не смотреть на него больше, тихо вышла из комнаты, прислушалась к соседней - за ней слышалось тихое сопение -, спустилась в гостинную и встала перед зеркалом. Она почувствовала как за спиной встал Маль и она тут же обернулась, шёпотом прошипев.
-Не смей меня больше толкать.- Он поднял руки, капитулируя.
Мира выдохнула и поняла, что действительно хочет туда, в тот мир. Пальцы коснулись прохладной глади зеркальной поверхности, лёгкая приятная рябь прошлась по всему телу, подул тёплый ветер. Это заставило решительно шагнуть вперёд, зажмурившись от боязни столкнуться лбом со своим отражением. Но этого не произошло. Тело камнем полетело вниз, на этот раз Мира успела почувствовать, как одежда становится легче, волосы собираются; разглядеть землю из жёлтого песка и редкой зелёной травы, но вместо падения, она была прижата к телу крепкой хваткой и пролетела мимо земли в самую преисподню. Маль и Мира очутились вновь на каменном полу, как в их первую встречу. Девушка вскочила.
-Хватит хватать меня без моего разрешения! Тебя не учили, что вторгаться в личное пространство людей нетактично?
-Если бы я тебя не "схватил", - он сделал кавычки пальцами и это выглядело смешно - людская привычка, которую он перенял, странно смотрелась в его исполнении- то тебе пришлось бы топать до входа в подземелье лишние километры. Могу переместить обратно и организовать прогулку. - Мира шокировано отшатнулась от того, сколько слов он произнёс за тридцать секунд. Тем временем Маль уже направился к массивным дверям. Мира тоже сделала шаг и почувствовала как за ней, что то тащится.
-И ты здесь!- Знаменитый красный плащ Афины снова украшал её плечи, Разлом возвратил его хозяйке. Девушка удручённо вздохнула и поплелась в след за мужчиной. -Вот сейчас смеху будет.
В зале Аида вновь царил полумрак, но Мира почувствовала, что что то изменилось. Сам воздух будто стал другим: более мягким, менее напряжённым. Аид всё так же задумчиво восседал на троне, подперев руку на посох, а подбородок на ладонь. Взглянув на Миру, он почему то расплылся в хитрой полуулыбке. Спустившись, он оглядел её и в его взгляде скользнуло что то большее, но что Мира так и не смогла уловить. Она оглянулась на Маля, стоявшего чуть позади, в поисках пояснения, но тот подчёркнуто не смотрел на неё. Это немного расстроило и даже разозлило.
"Он что всерьёз обиделся? Что с ним сегодня? И ведь не расскажет... Стоп! С каких пор меня интересует его настроение?"
Эта мысль ей не понравилась. Но из размышлений её вырвал голос Аида.
-Цербер,-Он сказал это так, что даже Мире захотелось встать по струнке смирно.-Чем ты так занят, что пропускаешь мимо носа беглецов на восьмом круге? Тебе напомнить твои обязанности?
От его голоса бежали мурашки по коже, сжималось горло у Миры, а что происходило с Малем она и представить не могла, стоя к нему спиной. Услышав его голос, понятнее не стало, так как ни одно слово не дрогнуло в этом тоне.
-Их уже нашли. Мне осталось только наказать их.- Напротив, в его тоне сквозила неподдельная злость, ярость. Даже жаль стало те души, которые скоро попадут под его руку.
-Чего же ты ждёшь? - Небрежно бросил Аид и повернул в сторону трона.
Мира обернулась на Маля. Тот не сдвинулся с места, будто прирос к полу и впервые полным взглядом янтарных глаз зацепился за Миру. Они, словно обменялись молчаливым диалогом, в котором Мира не поняла ни слова. Маль смотрел открыто, бесстрастно, словно ждал чего то. Аид обернулся на десятой ступеньке и громогласно зло бросил, теряя терпение.- Мне долго ждать?
Мужчина отмер и широким шагом направился за двери. Как только они хлопнули, Мира осознала, что впервые осталась один на один с кем то, кроме Маля, из богов. Стало не по себе от мысли, что её незримая поддержка в виде Цербера ушла. Раньше она не придавала этому значения, а теперь поняла, что Маль, хоть и всегда оставался в стороне, но был на подхвате.
Аид поднялся, уселся обратно на трон и о чём то задумался. В этом действии Мира уловила пренебрежение к её персоне, словно к летающей мухе по комнате. Внутри поднялась неведомая волна, которая захлестнула разум и заставила говорить не своим голосом, даже не своими словами, но так осознанно, что захватило сердце.
-Не играй со мной, Аид, не нужно выдерживать такую паузу. Не думай, что если у меня нет сил сейчас, то их не будет потом. Лучше скажи мне: где Персефона?- Аид прищурился и выпрямился, окинув свысока взглядом девушку, но та ни капли не смутилась.
-С какой стати ты решила, что можешь так разговаривать со мной, Афина? Я могу свернуть тебе шею.- Его тон был скучающим, спокойным. Мира склонила голову набок, играючи задумалась и протянула:
-Не свернёшь. Я нужна тебе. Пока не знаю зачем, но я нужна, иначе бы ты давно убил меня.-Аид хмыкнул и кивнув, ответил:
-Ты права. Ты мой козырь. - Аид не продолжил, но его молчание было красноречивее многих слов.
Мире хотелось найти ответы на её вопросы, хотелось чтобы всё стало элементарнее. Но девушка поняла, что ей нужно доказать, что она достойна знать правду. В глазах этих богов она должна стать равной им. А поэтому нужно возродить богов, чтобы ей открылись дверцы в прошлое.
-Где Персефона?- Аид поднял взгляд и в нём скользнула ласка, скрытая за холодом и Мира поняла, что ровно в этот момент застучали двери.
В зал вошла Персефона. Изгибы её тела огибала лёгкая тёмно-синяя ткань, чуть открывая правую ногу от бедра. Рыжие богатые волосы обрамляли острые плечи. Она шла плавно, неспеша. Каждый шаг сквозил величием. Она была красива, как взрослая женщина элегантна. Такие, как она, на земле курят только Marlboro и пьют красное вино, никогда не приходят на свидание заранее, не бегают за мужчинами и такси и не смеются с глупых шуток. Таких не встретишь в баре или в стрит фуде. Они считаются неземными, недосягаемым, роскошными, как дорогое казино, как лучшие бриллианты. Мужчины превозносят таких женщин до небес, строят империи, чтобы у них были свои солдатики.
Даже у Миры забилось сердце чаще, когда она увидела, какими глазами Аид смотрит на Персефону. Как девочка, она тоже хотела, что бы на неё смотрели так же: с восторгом, с гордостью, с любовью. Превозносил над всеми богами, над целым миром. Казалось, он готов пасть перед ней на колени, но это сделала она. Она! Сама! Эта сильная, роковая женщина с дерзким характером, села у его ног в подушки. Смиренно положила свою голову на его ладонь и смотрела так же, как Аид, но более открыто, ничего не скрывая. Словно нарочито показывая, что она слабее. Но было ли это так? Мира не понимала её, желала найти в её глазах и движениях хоть каплю насилия над собой, но не находила. Вскоре ей стало стыдно рассматривать их так откровенно и она прокашлялась: Аид и Персефона повернули к ней головы.
-Персефона, ты выполнила уговор?- Женщина оторвалась от глаз Аида и посмотрела на Миру прищурившись: вернулась и сталь, и настырная уверенность. Она хотела смутить Миру, но девушка непреклонно смотрела, ожидая ответа. Персефона спустилась вниз и махнула рукой, указывая идти за ней.
Богини вышли в красивейший сад. У Миры захватило дыхание от извилистых зелёных дорожек, что уходили вглубь, не имея конца, утопая в обилии цветов и деревьев. Встречались бассейны с кувшинками и мраморными парапетами. Мира бы никогда не подумала, что существует столько видов растений разных форм, размеров, цветов, запахов, которые смешивались в один сплошной сладкий, дурманящей. От них кружилась голова.
Персефона шла вперёд, оглядывая своё детище - в этом не было сомнений - это она создала этот уголок рая в аду, она смогла превратить это место в царстве мёртвых во что то поистине живое. Неожиданно, под её ладонями бутоны стали распускаться шире, завявшие - оживали, а пустые места в клумбах наполнялись. Но то что стояло в центре сада поразило Миру сильнее всего.
Они спустились по потрескавшимся от времени белым, обвитым зеленью ступеням в небольшую аллею, упирающуюся в стену замка. По краям и в центре располагалась узкие бассейны, а между на дорожках стояли большие зелёные статуи олимпийцев и других богов в мельчайших деталях, во весь рост, во всё своё величие. Мира узнала Геру в диадеме и с павлином у ног с распростёртыми вверх руками; Диониса, обвитого виноградной лозой; Фемиду с весами и мечом. Эти статуи были словно живые, будто они сейчас отомрут и начнут говорить. А когда Мира увидела её, то замерла сама напротив.
Афина стояла гордо подняв подбородок, расправив плечи в доспехах. Её пальцы сжимали копьё, отставив его чуть вперёд, словно готовясь к бою. Мира видела её как настоящую, смотрела как маленькая девочка: восхищённо, заинтересованно. А неживая Афина смотрела глубоко, осознанно.
-Ты на неё не похожа. В тебе нет той внутренней силы, что была раньше. Того стержня. Пока ты маленький ребёнок. Может это потому что к тебе пока не вернулись воспоминания, но ты точно не будешь прежней, Афина.
Мира задумалась, всматриваясь в пустые глазницы, чувствуя, как голова начинает снова раскалываться на две части. Зажмурившись, в голове зашумело: звук медленных отражающихся от сводов шагов, шуршанье ткани, позвякивание доспехов. Не было видно ни то кто это идёт, ни звука голоса, но Мира отчётливо поняла, что этот человек - бог. Бог не по сущности, а по характеру, по силе воли. В нём нет ни капли смирения, ни капли страха. Словно его воспитали быть воином. Мира даже слышит чужой шёпот, сопровождающий этого человека, но он ни на секунду не задумывается бросить взгляд или повернуться.
-Расскажи о ней, пожалуйста.- Тихо прошептала девушка. Мира села прямо на парапет бассейна, рассматривая статую. Персефона осталась стоять, уведя взгляд в сторону.
-Я помню тебя ребёнком, среди всех своих братьев и сестёр ты была самой сильной, не столько по силе, сколько по характеру. Никто не смел переходить тебе дорогу, хотя ты ни разу не проявила ни к кому агрессию, всё по справедливости делала, по правде. Все боялись одного твоего взгляда. Все знали кто стоит за твоей спиной. И каково же было моё удивление, когда ты бросила ему вызов.
-Кому?
Персефона обратила свой взгляд на девушку. Там горели пожары, отражённые из прошлого, погибали целые города. В нём был словно отражён тот "вызов". Случилось что то действительно страшное, настолько, что даже древние боги пришли в ужас и отошли в сторону. Разверзлись небеса, бушевала природа, всё пошло против системы. Мира осознала это настолько чётко, что это уже казалось воспоминанием, тем в чём она участвовала. Однако она не вспомнила ничего, даже голосов не было.
Персефона вдруг подняла её подбородок, сжав его пальцами. В её голосе прозвучала сталь, но на дне глаз плескался страх.
-Ты же понимаешь, что Аид не оставит тебя в покое? Ты даже не представляешь что ждёт нас потом, когда соберутся все. Те, кто проклял вас, ждут удобного момента, они желают расправится с нами раз и навсегда.- Хоть её пальцы и сжимали Мирен подбородок, тон был скорее умоляющим, шепчущим, сбивчивым, чем властным, но Мира вырвалась, встала, оказавшись наравне.
-Скажите мне, что происходит? Вы ведь не из доброты душевной решили возродить остальных. - твёрдо произнесла она
-Лучше скажи ты: готова ли ко всему этому?- Этот вопрос заставил опустить взгляд и задуматься.
У Миры никогда не возникало страха, когда во время учёбы она думала о погонях, расследованиях, крови, трупах и стрельбе. Всё это ей казалось нормальным для той профессии, которую она выбрала. Поэтому, когда она столкнулась с этим наяву, вопросы о страхе даже не задавались. Девушка всегда была морально готова к опасности и трудностям. Сейчас же, когда она даже не представляет, что её ждёт, страх липким слоем обволакивал всю кожу, затрудняя движение. Миру пугала эта неизвестность, таинственность. Девушка не чувствовала опоры в виде умозаключений или фактов, лишь сплошные жмурки, игры в темноте, где то и дело натыкаешься на шкаф со скелетами или на ящик пандоры, которые никак не открываются, а другие наблюдают, тянут время.
Мира взглянула на статую Афины и подумала: а что бы она сделала тогда, когда её тело и возможности были другими? Афина Паллада бы точно согласилась, в этом почему то не было никакой тайны. Если верить тому, что Афина это и есть Мира, то всё что есть в богине, есть и в ней. В это до сих пор было трудно поверить, но на секундочку - в ту самую, когда уже надо было дать ответ - девушка почувствовала, как внутри всё кричит о готовности рискнуть, попробовать, просто даже ради глупого любопытства, который был присущ Мире. В этом мире нет ничего лучше и ужаснее любопытства. Он толкает к необдуманным поступкам, но приводит к знаниям.
-Я готова, но есть ли у меня выбор? Я втянута в это всё по праву рождения, кажется. Наверное, если бы отец не "нарушил" ваш закон, мы бы встретились иначе.- Съязвила девушка. Персефона ухмыльнулась, стреляя глазами.
-Правильно мыслишь. Ты нужна Аиду и он расскажет тебе рано или поздно обо всём, но пока ты абсолютно бесполезна без своих сил.
-Но как их вернуть?
-Тебе нужно вернуть своё копьё. В нём основной источник твоей силы.
-И где найти... копьё?
-Насколько мне известно, об этом должен знать кто то из богов. Когда вы умирали ты спрятала его, но рассказала лишь одному где оно.
Мира хмыкнула, выгибая бровь: "И что мне к каждому подходить и говорить: "Вы не видели моё копьё?" Что за бред?"
-Мойры рассказали, как вернуть богов?- Персефона кивнула и заговорила голосом чуть ниже обычного.
-Мотылёк всегда летит на свет, ему присущий. Наступит ночь - опалят крылья в свете звёзд своих, и подобно им, родятся заново в огне.
Наступило молчание. Персефона наклонилась к кувшинкам в бассейне, аккуратно поправляя их. Мира стояла с серьёзным выражением лица и хлопала глазами, ожидая пояснения. Но женщина уже потеряла суть разговора и даже будто хотела заговорить о чём то другом. Мира перебила её:
-И что это должно значить?- Персефона плавно развела ладони в стороны.
-Мойры никогда не отличались точностью. Все записи в судебной книге написаны очень размыто, поэтому чётких инструкций от них ждать не следовало бы.
-Спасибо, что меня только сейчас предупредили об этом.
Персефона отвернулась обратно к кувшинкам. Мира ещё раз обвела сад взглядом. Поняв, что больше ничего не услышит от Персефоны, она достала Нарцисс и положила рядом с женщиной на бордюр. Решив, что не стоит смотреть на эмоции Персефоны в этот момент, девушка удалилась, обдумывая новую полученную задачку. Мира бесцельно бродила по подземному дворцу, встречая то мелкую нечисть, что избегала её взгляда, узнавая кто она, то невиданной красоты залы с колоннами, фресками, бассейнами, плиточными дорожками. Девушка перебирала в голове всё что знала: что то ей рассказывал отец, что то она читала сама, что то проходили в школе.
"Думаю, что в этой загадке описывает некий ритуал, с помощью которого возродятся боги. Это что то типа инструкции. Может тогда и воспринимать её нужно прямо? "Наступит ночь" - значит, ритуал нужно проводить ночью, ещё там говорилось про звёзды, значит они тоже играют свою роль. Но вот фраза: "Родятся заново в огне" - меня смущает."
Мира завернула за очередной угол и увидела очень интересную картину. Здесь заканчивались стены и дворец превращался в развалины, выходя на мрачный скалистый обрыв. Вдалеке алел закат, но это только казалось так, на самом деле это горело адское пламя, в небе не было просвета от чёрного дыма, словно накоптившийся потолок подземного царства. На краю обрыва стоял Маль - Мира узнала его со спины- и смотрел вниз. Девушка тихо подошла и устремила взгляд туда же. Внизу, словно в агонии, души таскали камни в небольшие кучки, каждый к себе, при этом оглядываясь, будто боясь, что на его кучку кто то позарится. Иногда так и случалось, и тогда завязывались споры или даже драки. Но эти камни ничего из себя не представляли: ни драгоценностей, ни металлов, однако, души упорно и скрупулезно носились с этими камнями. Их руки были закованы в цепи, которые вели в центр большой круглой площадки. Они были достаточно длинные, но не слишком - не доставали до тех сокровищ, что лежали по краям. Поэтому им оставалось только бегать с этими булыжниками.
-Дай угадаю. Четвёртый круг ада - скупые и расточители?- Спросила девушка, покосившись на серьёзного мужчину.
Тот как обычно был безразличен, даже больше чем обычно зол, наблюдая за душами. Но всё же кивнул, не отрываясь от картины.
-Данте описывал все круги ада. Так странно, что он показал их так правдоподобно. Разве не Плутос должен охранять этот?
-Он умер. Вышел на свет и умер. Решил, что даже такие как он должны вовремя уходить.- Прорычал сквозь зубы мужчина.
-Ты не согласен с этим?- Впервые Маль повернул голову, обращая своё внимание на девушку. Он выглядел немного потрёпанным, чем то озадаченным, но в целом обычным, таким каким был всегда, а не несколько часов назад. Это порадовало, поэтому Мира неожиданно немного улыбнулась. Маль наклонил голову, осматривая её, но тут же отвернулся обратно, прищуривая глаза. Он вздохнул полной грудью и тут же выдохнул, сморщившись.
-Некоторые обязаны быть на своём месте по долгу. Всё остальное - отговорки.
В его голосе сквозил холод, такой сильный, что Мира поёжилась в этом пекле. Что то всё таки произошло. Вспомнив перепалку Аида и Маля, Мира вдруг произнесла.
-Прости. Не совсем понимаю за что, но прости. Аид сказал, что ты забыл про свои обязанности, но ты всё время проводишь со мной, по его же просьбе. Поэтому я чувствую некую вину за то, что тебе влетело.- Мира сказала это так быстро, что только потом подумала как странно это звучало, но произнесённое вышло из души, потому что она так чувствовала.
Маль вдруг хмыкнул, обнажая клыки. Они были чуть длиннее обычных, что придавало его полуулыбке подобие оскалу. Девушка подметила, что его это ничуть не портит, а наоборот придаёт более харизматичный вид. Потом она долго будет думать над этой мыслью, а сейчас просто слушала, что сказал Маль.
-Справедливая богиня.- Саркастично прокатил тот на языке.
Мира фыркнула, устроившись на камне, при этом удивляясь как ткань её белого хитона всё ещё остаётся белой. Взгляд цеплялся за дальние просторы. Несмотря на всю абсурдность и странность, это место вызывало некую умиротворённость и интерес. Хотелось смотреть, наблюдать, изучать. Как и всех его обитателей. Мира заговорчески повернулась к Малю. Он смотрел за мучениками, не обращая внимания.
-Ты знал, что тебе очень подходит твоё имя? - Он ничего не ответил, только посмотрел взглядом, означающим: "поясни". -Оно означает плохой, злой.
-Ты считаешь меня плохим?- Этот вопрос был задан настолько серьёзно, что Мира расхохоталась, едва не покатившись с камня.
-А ты не это доказывал мне всё это время?- Мужчина сначала задумался, опустив глаза, а потом вроде как даже согласился, тоже улыбнувшись чуть заметно.
-Не знал. Я этим именем почти не пользуюсь. - Этот факт удивил девушку и она спросила:
-Почему?
-Кроме тебя меня так никто не называет. -Мира приподняла брови в удивлении. Это признания приятно кольнуло в груди, слегка озадачив, но девушка тут же прогнала эту дурость, как простое наваждение. -Это имя дала мне мать.
Он тут же сморщился, как от противной зубной боли. Что то в его глазах блеснуло и от этого стало его жаль: какая то далёкая вспышка боли. Мира не показала то, что почувствовала, так как подумала, что мужчина взревёт от ярости при чувстве жалости. Она бы тоже сделала так. Девушка лишь тихонько спросила.
-Какой она была?- Мужчина безразлично махнул рукой.
-Не помню. Это было давно. Так давно, что не имеет значения. -Его тон заставил Миру усомниться в правдивости этих слов, но давить она не стала. Маль сжал зубы, прикрыл глаза и тут же встрепенулся, меняя направление разговора. - А твоё имя что значит, богиня? Душистая смола?
Девушка не поняла, но Маля, кажется, это развеселило не на шутку. Позже он пояснил, что это перевод с греческого, при этом злобно ухмыляясь. Девушка прищурилась, кривя губы.
-Нет, балда! Я названа в честь звезды. Моя мама была астрономом и это была её любимая звезда. Переводится, как "Удивительная".
Уголок губ Маля чуть приподнялся. Его янтарные глаза пробежались по всей девушке, задерживаясь на лице. Мира даже не знала: можно ли так бесстыдно рассматривать другого человека, сканировать его глазами, улыбаться ими? Хотелось вновь напомнить о тактичности, но в его взгляде мелькало что то тёплое, огненное, яркое, живое, впервые за долгое время, что они провели вместе, поэтому Мира наблюдала в ответ. Неожиданно Маль протянул руку и едва прикасаясь кончиками пальцев, оставляя считанные миллиметры, огладил смольные пряди. Такое странное движение не вызвало смущения - не считая розового румянца на щеках -, скорее ещё больший интерес: что он сделает дальше, как далеко зайдёт? Ей тоже захотелось в ответ потрепать его по такой же тёмной шевелюре, но она вовремя осеклась, побоясь, что он откусит ей пол руки. Поэтому Мира продолжила рассказывать, не отрывая взгляда:
-Мама говорила, что она удивительная потому меняет свой блеск, становясь то ярче, то совсем уходя в тень. А ещё она состоит из двух звёзд, где одна стягивает вещество с другой.
-Да, удивительная. - Сказал Маль, опомнился и отдернул руку, смутясь своих действий. Чуть скривился, но тут же вернул себе прежний, безразличный облик. Словно ничего и не было. Мира только сейчас заметила, что дышит чаще, поэтому жутко смутилась и от этого раздражилась, накидываясь на безвинный красный плащ, сминая его в пальцах. Мира не увидела, что Маль кинул на неё стреляющий огнём взгляд, пронизывающий, сканирующий. Он тоже хотел что то понять, но не понимал ничего в этих людях и богах, так как не относился ни к кому из них, поэтому решил съязвить.- В тебе тоже сейчас две звезды.
Мира ухмыльнулась, вставая и отряхивая хитон.
-Мне нужно идти, Персефона рассказала о словах Мойры. Теперь у меня есть хотя бы зацепка.- Она пересказала ему всё, что сказала Персефона, на что Цербер неожиданно расхохотался.
-А мойры не промах, сравнили богов с глупыми насекомыми. Колкие.- Мира лишь закатила глаза.
-Тебя только это смутило? Придумали новую загадку, а я опять разгадывать должна. Аид тоже умный: по любому не хотел всю эту грязную работу делать, а как только появилась удобная возможность свалить все проблемы на кого то, так он и воспользовался мной!
-Это и твои проблемы.
-Да? Что то они не волновали меня до встречи с вами.
-Боги тысячелетия ждали, заточённые на небе, когда мелкая смертная родится и вернёт их, а она, видите ли...- Миру словно переклинило, в голове вспыхнула мысль.
-Что ты сказал?- Маль прищурился и едко бросил.
-Ты всё слышала, зачем мне повторять? И не смей кому нибудь сказать, что это я тебе рассказал. Я и сам знаю это в тайне.- Но Мира не слушала, в её голове вспыхивали гипотезы
"Заточённые на небе... Значит все боги из за проклятия оказались там. Или нет... Они не оказывались там. Они всегда там были. Потому что каждая планета это олицетворение одного из богов. А с земли планеты выглядят как звёзды. Остаётся лишь огонь... Может он служит чем то вроде портала или они как феникс - восстанут из пепла? А что если зажечь шесть костров и они придут на его свет, как мотыльки?"
Девушка всерьёз задумалась воплотить эту идею в жизнь, так как ничего другого ей не оставалось делать. Нельзя было ждать, пока ответ сам придёт к ней. Оставалось только пробовать. Маль отправил её обратно. Вернее, просто толкнул, а вместо встречи с землёй она пролетела сквозь неё, бросая нелицеприятные слова вслед. Больно ударившись о пол в гостинной, Мира осознала, что ещё ночь. Это её несомненно порадовало, хоть и немного озадачило.
-В аду и вправду нет времени.
Бросившись к выходу и прихватив с собой спички, Мира вспомнила одно прекрасное уединённое место, откуда открывался вид на звёздное небо. Когда то его ей показала мама, вернее, просто взяла с собой наблюдать за планетами. Ехать было чуть больше часа. Только сейчас, проезжая по пустой трассе тёмный лес, Мира задумалась о том, что вообще творит. Ей захотелось расхохотаться и закричать одновременно от таких безрассудных поступков.
"Я еду неизвестно куда, неизвестно для чего на какую то гору ночью! Хуже не придумаешь. А я ведь точно на работу опоздаю... Что я скажу? Так странно думать о работе в такой момент, но как же быть? Я не могу отказаться от своей прежней жизни, несмотря на весь этот сюр с божествами. Или же нет уже никакой прежней жизни, а есть только вот это странное настоящее?"
Мысли крутились, словно в барабаре стиральной машины. Внутри тлела тревога, пальцы перебирали руль. Но решительность и надежда не отступали. Сил прибавляла мысль, что сегодня всё может закончиться и отец вернётся домой: живой и невредимый. Но тут же вспомнились слова Персефоны, их диалог. "Это только начало." - твердил голос в её голове. Мира мотнула головой.
"Ну и плевать. К чёрту. Главное, что бы с папой всё хорошо было, а что со мной будет - это уже другой вопрос. Справлюсь. Выкручусь."
Машина остановилась возле кромки леса. Девушка уверенно вышла, открыла багажник и нашла фонарик. Осмотрелась и увидела тропинку, ведущую вверх. Впереди в далеке чернела гора: мощная, молчащая, хранящая свои тайны. Мира стала подниматься, оглядываясь. Тихо, словно в вакууме, даже птицы не щебетали, не шуршала листва. Поблизости никого не было. Где то в дали перемигивался огнями отель. Девушка не стала подъезжать близко и идти по центральной дороге, так как, то, чем она собиралась заняться, нельзя было назвать "правильным поведением гражданина" - возникли бы вопросы к её нахождению здесь. Дорога то резко поднималась вверх, то шла прямо, извивалась, терялась в кустах. В голове то и дело вспыхивал вопрос: "Что я делаю?" Но он оставался без ответа. Вскоре показалась небольшая натуральная площадка-поляна с видом на простирающуюся долину с реками, холмами, лесами. Будь сейчас светлее, Мира бы оценила красоты этих краёв, но было некогда да и тьма поглотила всё вокруг. Девушка обошла округу, собрала ветки, сделала углубление для шести одинаковых по размеру костров, собрав их в круг.
В тот момент, когда головка спички должна была чиркнуть по коробке, руки остановились. Мира замерла, слушая своё дыхание и стук сердца. Почему то в этот момент, когда уже полдела сделано, её покинули силы и всякая надежда. Появилось раздражение и досада, словно ей сказали, что она дура и её теория полное посмешище. Но ей это говорил её здравый смысл, который в последнее время её подводил.
-Я ошиблась и поступила очень глупо. Ещё и Маля нет...
Мысли о нём появились сами собой и грудь наполнило неведомым теплом. Он раздражал, бесил и злил своим поведением, поступками, нетактичностью, но всегда был рядом, на подхвате, открывал глаза на этот загадочный мир. Был неким гарантом, что всё получится. Молча подставлял плечо. Что бы он сказал, увидев, что Мира сдалась и поникла? Высмеял и точно разочаровался бы. Ей не хотелось быть разочарованием в глазах кого либо, поэтому она чиркнула спичкой.
-Попробую, я ничего не теряю, раз уже здесь.
Слабый огонёк цеплялся за сухие ветки и становился сильнее с каждым порывом ветра. Языки пламени затанцевали причудливые движения, но ничего магического или сверхъестественного в них не было. Мира стояла по среди этого круга и не понимала: то ли она была не права, то ли сделала что то не так. Подняв уставшие глаза к небу, она чуть ли не взмолила звёзды. Одна из них весело ей подмигнула и тут же камнем полетела вниз, становясь всё ярче и ярче. А за ней ещё одна и ещё одна. Огонь стал неожиданно сильным, даже неестественным. Ярким. Кричащим. Он тянулся на встречу звёздам, словно готовый поймать их. Послышался свист, затряслась земля, готовясь к неизбежному. Белый свет ударил четко в каждый из костров, ослепив Миру. Последнее что увидела девушка перед тем как закрыть глаза это силуэты людей. Сердце билось как заведённое. Их было шесть. Шесть недостающих, проклятых богов. Всё её нутро тянулось к ним, словно противоположно заряженные частицы.
-Получилось... Получилось!- Радостно воскликнула Мира.
Превозмогая дискомфорт, она открыла глаза и увидела их. Белый свет пропал, оставив лишь костры. Ей хотелось сказать до боли абсурдную фразу: что она скучала. Но скучала не Мира, а Афина. Однако, люди начали падать, один за другим, теряя сознание. Мира отмерла и бросилась к первому попавшемуся.
Послышался крик орла: такой чужеродный в этой тишине, что девушка невольно вздрогнула. Всё вокруг начало искажаться. Сначала, Мире показалось, что это из за дыма, но тут всё вокруг завертелось, поднялся настоящий ураган. По поляне заплясали чёрные дымчатые тени. Они пытались ухватить за ноги и за руки, мельтешили перед глазами, путали, шептали на старом языке, сводя с ума. Мира отмахивалась от них, попыталась растолкать хоть кого нибудь, но тут перед ней возникла фигура. Мира пыталась разглядеть кто перед ней, но пепел, песок и дым застилали глаза, а пространство вокруг крутилось вихрем. Её позвал ласковый голос.
-Мира.- В нём было столько нежности, что сердце защемило от тоски и весь воздух из лёгких улетучился, ударив по рёбрам. Она узнала его, узнала бы из тысячи криков, хотя так давно не слышала.
Фигура подошла ближе и тогда она увидела. Перед ней стояла мама: свежая, подтянутая. На её лице отразилось беспокойство и тревога. Она протянула руки к девушке и та, ни секунды не колебавшись, нырнула в них, оказываясь в безопасности. Ей всегда казалось, что именно ей пахнет мама. А когда её не стало - безопасно уже не было ни где. А тут она, стоит пред ней, гладит её по голове, пока вокруг творится настоящий хаос, шепчет что то, а Мира тает в звуке её голоса. Но тут её пронзает ужасающее озарение,которое заставляет её оттолкнуть "маму". Мира замерла и раскрыла рот выпуская весь оставшийся воздух, а вместе с ним всякую надежду и радость.
-Тебя нет. - Воспоминание того дня продрало до костей, проникло током под кожу. Весь её взгляд был прикован к ней.
-Что ты...- Прошептала Миссис Уильямс, хватая себя за предплечья, будто ей холодно - она всегда делала так, когда ей было тревожно. От этого действия стало физически больно. -Что ты такое говоришь?
Ветер становился всё сильнее. Мира вспомнила где находится и что происходит, и тут же прокричала.
-Тебя нет! Мама умерла! Кто ты?
Мира похолодела внутри от догадки, что сейчас она встретилась с одним из тех, кто убил её много веков назад. Всё тело напряглось: пред ней стоит не просто человек и он явно не желает ей добра. Мира сжала кулаки.
-Повторюсь, кто ты?- Прорычала она, а в ответ получила всхлип. От него бросило в дрожь.
-Доченька, почему ты не узнаёшь меня? Это ведь я!- Глаза напротив заслезились, а внутри всё сжалось. Сердце тянулось к ней, наплевав на довод разума
-Кто. Ты?- Её голос стал стальным. Лицо мамы вдруг закаменело, дёрнулось, как при инсульте, а затем губы вытянулись в противную улыбку. Зазвучал мерзкий громкий смех, как у гиены.
-А ты и впрямь умна, богиня, только до боли ещё наивна...- С этими словами она толкнула Миру с такой силой, что так отлетала к костру, неожидав, приземлившись левой рукой прямо в угли. Ладонь прожгло от резкой боли. Лицо "мамы" стало меняться, трансформироваться на глазах и перед Мирой появилась девушка с серой, почти глиняной кожей, её глаза сверкали фиолетовыми огнями, а длинные тёмные волосы то и дело закрывали лицо. Но хитрые, хищные, безжалостные глаза нельзя было скрыть. Она мягко наступала, как хищница, не отпускала взглядом. Внезапно она резко подскочила и схватила Миру за волосы. - Аид подставил тебя, всё ещё доверяешь ему?
Правая рука нащупала ветку из костра и, без сомнений, с силой ударила ею по девушке, разметав угли и искры.
-Больше чем тебе.
Мира дёрнулась, вывернулась из хватки и кинулась в непроглядный ураган, пытаясь найти тех, кого так отчаянно искала всё это время. Мира, споткнувшись о чьё то тело, повалилась рядом. Это была девушка: маленькая, хрупкая и очень бледная. Она словно спала, но пробудить её не получалось. Мира трясла её, хлопала по щекам, но ничего.
В этот момент она почувствовала страх, до этого его словно не существовало, но теперь, когда она увидела последствия своей опрометчивости, её сковал ужас. Нужно что то придумать, она должна спасти их и себя, иначе... А что будет "иначе" она даже представить не могла. Вдруг, в темноте мельтешащих теней и пыли, Мира увидела два горящих глаза. Как яркие светлячки, которые несли с собой надежду. Это был без сомнения он! В груди поднялась волна радости. На лице сама по себе появилась улыбка.
-Маль!
Он услышал, подбежал и крикнул.
-Что тут происходит? Что ты натворила?- Он схватил её за предплечья крепко, но аккуратно. В глазах метались ярость и и беспокойство.
-Давай попозже нравоучения почитаешь? Спаси их! Пожалуйста! Перенеси их к Аиду!- В глазах девушки плескалась мольба, а ещё решительность, готовность. Маль скривился, но не стал спорить, только смерил каким то взглядом: осознанным, полным незримого уважения. Уже развернулся, чтобы шагнуть к девушке, что лежала на земле, но тут же резко обернулся и прокричал.
-А ты?- Спокойно, как при обычном диалоге, но с долей смятения, словно он разрывался между чем то. Мира поджала губы и натянула вымученную улыбку.
-Я справлюсь. Давай!- Мысль, что все усилия были напрасны и она потеряет этих богов, приводила Миру в ужас, поэтому она не задумываясь, бросилась в поток пепла и песка, чтобы отвлечь ту, что пыталась обмануть её. И тех кто пришёл с ней. Она чувствовала, что та девушка не одна.
Мира схватила горящую палку и оглянулась. Всё было тихо, кроме гудящего ветра, но Мира знала, что где то там её ждут и наблюдают. Тени летали вокруг, смеялись, шептали, они словно пытались запугать её. Она не спешила, не кричала и не дёргалась. Прислушивалась. Где то Маль отправлял в подземное царство богов и эта мысль прибавляла сил. Но тут внезапно её снова толкнули, только на этот раз она удержалась и смотрела, как удаляется чья то спина в мгле. Потом снова, снова и снова. Скорость этого "кого то" была настолько большой, что Мира не успевала разглядеть и среагировать. Тут она поняла. С ней играют, запугивают, выматывают. Сил и вправду оставалось всё меньше, левая рука пульсировала от боли, ушибленный бок гудел. Но внутренний голос шептал: "Ты можешь, бей!"
И она ударила, наотмашь, даже не прицелившись, но попала точно в цель. Большого орла прибило к земле и тот жалостно закричал. Хотел взлететь, но Мира удержала его палкой, надавливая на туловище.
-Отпусти животинку.- Послышался насмешливый голос. Ветер угас, так же стремительно как и начался. Пепел и песок опустился на землю. Теперь Мира видела всё отчётливо. На поляне не осталось никого. Но перед Мирой стояла та девушка, освящённая встающим солнцем. От её тела ползли те самые тени, как шлейф её наряда: тёмные, сливающиеся в один сплошной чёрный дым, где то торчали руки и головы, но все они были безобразны. Лицо женщины скривилось. - Мы уходим.
-Даже на чай не останетесь?- Процедила Мира, держа вырывающегося орла. -Обсудили бы последние события.
-Нам нечего обсуждать, Афина. Я не враг тебе, но хочу сказать, что не стоит доверять Аиду, он будет лгать тебе, использовать, а потом возьмёт и бросит. Он со всеми так поступает.
-И кому же стоит доверять?- Насмешливо спросила Мира. Ей порядком надоело всё происходящее, но слова этой незнакомки заставили напрячься.
-Юпитеру. Он укажет нам путь. - Хитро ответила та и, закрутившись, превратилась в змею. Орёл вырвался из ослабшей хватки и, подобрав змею, полетел куда то вдаль.
Мира провожала их взглядом, а внутри разгоралась усталость. Она захватывала всё тело, заставляя пальцы разжаться. На горизонте золотел рассвет. Свет мягко ложился на поля, листву, холмы, пока не добрался до лица Миры. Она сощурилась и ей вдруг внезапно захотелось расплакаться. От досады, от радости, от такой желанной встречи с мамой и от разочарования, что это была не она. Но она взяла себя в руки, услышав размеренные шаги за спиной и обернулась. Это был Маль. Стук сердца восстановился.