За один миг

Это книга имеет свой мир и может пересекаться с реальностью.

Мы все сидели и отдыхали в моей съемной комнате, ждали моего друга Николая, но в какой-то момент Егор сказал: «Парни, идите сюда, есть одна идея». Мы пришли к нему и стояли напротив, он перевернул в нашу сторону ноутбук и показал на какой-то сайт. Там было написано: туризм в страну, а точнее, бывшую страну — Ставрополь.

— Ты совсем с ума сошел? Там же много радиации и опасности, — сказал Андрей.
— Так это туризм, там будет гид, который нам все объяснит. Да, давай пошли навестим нашу страну, — ответил Егор.
— Мне в этой больше нравится, — сказал Андрей.
— Я пойду туда, — сказал брат Андрея, Артем.
Андрей подумал, почесал голову и ответил:
— Ладно, я с вами.
— Кирилл, ты с нами? — спросил Егор.
— Да, — ответил я.

Кто-то начал стучать в дверь. Я открыл дверь, а там стоял Николай.
— Здорово, Кирилл, прости, что опоздал, — сказал он.
— Привет, — ответил я. Он зашел и поздоровался со всеми. Егор сразу сказал:
— Николай, мы в Ставрополь идём, ты с нами?
— В ту страну, из которой нам пришлось сбежать из-за того, что люди начали революцию и в ходе революции взорвались все АЭС? — сказал Николай.
— Ну да, а зачем так долго говорить-то? — спросил Егор.
— Не знаю, — ответил Николай.
— Ну ладно, ты с нами? — сказал я.
Николай кивнул головой и сказал:
— Да.

Мы все обрадовались.
— Так, ладно, там написано, что нужно взять самое нужное. Надо взять дозиметр, обязательно для каждого, правда, он дорого стоит, но думаю, денег нам должно хватать. Зубную пасту, щетку, сменную одежду, ну и вещи для похода, палатку и так далее. Так что я заказываю билеты на послезавтра, согласны?
Мы все сказали: «Да».

Два дня спустя
— Так, парни, все взяли самое нужное? — спросил Егор.
— Да, — ответили мы.
— Так, ладно, до машины ещё 1 час, проверим, что вы взяли.
— Мы что, на машине поедем? — спросил Андрей.
— Да.
Мы все открыли рюкзаки и начали смотреть, кто что взял, кроме дозиметра. Андрей взял бинокль, бинты, жаропонижающие, воду, тушенку. Я взял тушенку, воду, палатку, зажигалку. Егор взял сухофрукты, тушенку и воду.
Мы уже хотели посмотреть рюкзак Кирилла, но пришла машина. Мы быстро собрали вещи и зашли в машину. После того как мы сели, машина начала ехать. На передних местах сидели 2 человека, они были молчаливыми и вели себя, как мне казалось, странно. Это меня насторожило. Примерно через полчаса машина остановилась, и сел ещё 1 человек. У него была маска, но он напоминал мне кого-то. Человек, который сидел на переднем сиденье, сказал, чтобы он снял маску или его придется бросить на обочине. Он с большим недовольствием снял маску, и я понял, кто это был — это был Гоша. Он не отвечал на звонки, когда мы хотели его позвать. Артем сразу спросил, почему он не пришел и не отвечал на звонки, но Гоша просто молчал, как будто язык проглотил. Когда мы выехали из города, мне было тревожно. Парни чем-то занимались, а Гоша просто молчал. Несколько километров спустя двое людей, которые везли нас в Ставрополь, надели противогазы. Я был ещё сильнее встревожен. Я не понимал, зачем они это сделали. А Гоша посмотрел на них невозмутимым лицом. Водитель посмотрел на своего напарника, его напарник просто кивнул, и водитель нажал на какую-то кнопку в салоне. Начал распространяться газ. Я был в испуге, и в голове проходили разные мысли, но они все мигом пропали, и я начал думать об одном — как же мне хочется спать. Мне было плевать, где: в грязи, на холодном полу, под водой, просто спать. Я закрыл глаза и уснул.

Я открыл глаза, и перед моими глазами появился потолок, в котором была дыра. Через эту дыру можно было увидеть небо. Оно было необыкновенно красивым, но одновременно обыкновенным, но мои мысли прервал чей-то голос.
— О, проснулся! А я-то думал, что умер, хотел уже пульс проверить.
Я посмотрел в сторону, откуда исходил голос. Он был в куртке, надел капюшон, а его лицо скрывало бандана. Я спросил:

— Кто ты и где я?
— Кто я — это не важно, кто ты?
Я очень хотел пить и, до того как представлюсь, сказал, чтобы он дал воды. Он принес мне бутылку. Я выпил всю воду, которая находилась в бутылке, и сказал, что меня зовут Кирилл. Он сказал, чтобы я отдохнул. Через несколько часов пришел человек, на вид 40 лет, лысый, и сказал:
— Здравствуй, путник.
— Кто вы? — спросил я.
В комнату зашел человек и сказал:
— А это друг мой, главный в этой территории, кличут его...
Главный закашлялся, намекая на то, чтобы он заткнулся.
— Я продолжу. Меня зовут Алексей, но можешь звать меня как и все — отец. Я главный группировки «Вольные». Группировка «Вольные» — это кучка разных людей, которые по тем или иным причинам решили не слушаться ничьих приказов и действовать как захотят. Пусть меня и зовут главным в этой группе, но это не значит, что все меня слушаются и обязаны это делать. Я здесь главный, так как я основал эту группу. Я торгую разными товарами, скупая товар, и даю разные поручения, за которые щедро плачу. Ладно, Кирилл, вижу, ты устал. Как оклемаешься, зайди ко мне в комнату, поговорим потом.
В течение двух дней ко мне приходили члены группировки «Вольные», поили и кормили. После того как я оклемался, я спросил у «вольных», где находится комната отца. Они указали его комнату, и я постучался.
— Заходите.
Услышал я чей-то голос из двери.
Я открыл дверь и увидел сидящего отца на кресле.
— Привет, Кирилл, я вижу, ты отдохнул — это хорошо. Ладно, не буду тянуть время, короче, есть дело. Сегодня парочку моих личных бойцов пойдут на штурм одной группировки. Так вот, пока их нет, ты будешь занимать пост на главной башне. Надеюсь, ты умеешь стрелять?
Я сказал ему, что не умею стрелять. Он немного огорчился, вздохнул и сказал:
— Ладно, тебя один из моих солдат немного научит, как обращаться с оружием. Когда мои бойцы придут, потом нормально обучим, как обращаться с оружием.
Я кивнул, и потом генерал ушел. Через несколько минут пришел солдат, посмотрел на меня и сказал, что он будет обучать меня стрельбе. Мы пошли на стрельбище, он научил, как правильно перезаряжать разное оружие, показал, как одевать форму, во сколько я встану на пост, что делать и в кого стрелять.
— Ты все понял? — спросил солдат меня. Я сказал ему «да», он сказал, что я могу отдохнуть. Не зная, что делать, я пошел сидеть у костра. Там сидели два парня: первый играл на гитаре, а второй слушал. Я подошел к ним, поздоровался, они поздоровались в ответ. Я сказал, что меня зовут Кирилл. Человек, который играл на гитаре, сказал:
— Как давно здесь?
— Недавно, новенький я, — ответил ему я.
— Ааа, понятно.
Он достал из-под куртки бутылку водки, взял металлическую кружку, налил туда водки и сказал:
— На, пей. Здесь без этого тяжело, — сказал он с ухмылкой на лице. Я ухмыльнулся в ответ и поблагодарил его. Мы пообщались, но потом я пошел на свою койку поспать. Я услышал голос:
— Кирилл, Кирилл, вставай, тебе надо на пост.
Я встал с койки, протер глаза, переоделся, взял винтовку, пистолет, нужное снаряжение, рацию и пошел на свою башню. Начал осматриваться вдаль за территорией нашей базы.
— Прием, вышка «12 Б», ты слышишь меня? Я — вышка «12 А».
Я включил рацию и спросил:
— Чего тебе?
— Я тут вижу, ты новенький. Откуда пришёл да и как? — спросил он.
— Не думаю, что это подходящее время, чтобы такое обсуждать, — ответил я.
— И почему же ты так думаешь? Ты думаешь, что кто-то придет и обстрелять нас? Поверь, за 2 года службы в этом месте только 3 раза были какие-то серьёзные набеги, и то мы их быстро отбили. И по большей части это были бандиты или шайка каких-то отморозков, которые думали, что они могут нас убить и сделать нашу базу своей.

— Понятно. Ладно, а ты можешь рассказать про какие-то новости? А то я не знаю, — спросил я.
— Ну, смотри, как ты понимаешь, тут, так сказать, полный беспредел. Непонятно, кто что делает. Каждый выживает разными способами: кто-то мародёрством, а кто-то наёмничеством. Для таких людей есть специальная группировка — «бандиты» и «наёмники». И у этих бандитов всё немного сложно в понимании. Группировки у них, так сказать, группировки в группировке.

У всех есть свой пахан, который разбирается с другими бандитами или же с другими группировками. Но, несмотря на то, что у каждой группировки бандитов есть свой пахан, у них ещё есть главный пахан, которого, конечно, можно попробовать свергнуть, но дело опасное. Не зря же он пахан. Выбирают его путём силы, смотрят на его группировку и насколько они сильные. И, по сути, главный пахан им не нужен, так как по большей части каждая группировка бандитов движется сама и делает то что хочет без ведомства пахана. А главный пахан тем временем может отжать территории либо же отобрать что-то, устроить сбор паханов, в котором обсуждается их последнее действие и что они будут дальше делать. Ну а ещё есть... Чёрт.
— Что случилось? — сказал я.
— Вороны, чёртовы, пришли.
— И что?
— Да они, как бы, необычные. Хотят всё сожрать. Если они сильно голодны, могут и на людей напасть. А как ты видишь, их очень много. А у нас рядом амбар, которого они силой толпы могут без проблем снести двери и утащить еду. Так что давай, отстреливай их, живо!
Я взял в руки винтовку и начал целиться по воронам. Получалось плохо, но я старался как мог, потому что я понимал: если они съедят всю еду, то я, возможно, буду голодать, а я этого не хотел. С трудом, но мы смогли отстрелять воронов.
— Хух, наконец-то мы их отстреляли, — сказал я.
— Приём, это вышка «6 C», как слышно? — сказал по рации вышка «6 C».
— Что случилось, вышка «6 C»? — спросил я.
— Беда. В кустах я заметил странный объект, возможно человек, возможно враг. Будьте начеку.
— Да расслабься, никто не осмелится на нас напасть, — сказал по радио вышка «12 А».
— Всё равно надо быть начеку, — согласился я с мнением вышки «6 C» и был прав.

Через несколько минут я услышал выстрел и удар чего-то об металл. Это была пуля, и она могла попасть в меня. Я сразу же спрятался за парапетом, взяв из спины в руки винтовку. Мои руки сильно дрожали из-за прилива адреналина. Понимая, что снайпер целится в меня и не может выстрелить из-за высокого парапета, я решил лечь и ползти до лестницы, чтобы спуститься. Он не сможет в меня попасть, если я спущусь по лестнице, потому что меня будут защищать стены. Я начал выполнять свой план. Когда я дополз до лестницы, я присел и, начав спускаться, встал и быстро спускался по ней.

Выйдя из башни, я увидел, что на нас напал целый отряд неизвестной мне группировки. Я с винтовкой в руках не знал, что делать, и боялся стрелять, так как боялся убивать кого-то. Я спрятался за угол и наблюдал за тем, как «Вольные» и неизвестная группировка сражались между собой. По рации было слышно, что снайпера «12 А» убили, и спрашивали, где я. А я спрятался в углу, за тенями стены, которые падали от лунных лучей.

В какой-то момент, когда враги начали сдаваться или отступать, меня кто-то уложил на живот. Посмотрев, кто это, я увидел человека с банданой, который держал нож и хотел воткнуть его в меня. Я взмахнул рукой и оттолкнул его от себя. Я быстро встал и пока противник лежал от моего удара, пнул его в голову. Быстро схватил пистолет, взвёл его и отошёл от него на два метра, прицелившись. Он жалостно смотрел на меня, умоляя о пощаде.

Я смотрел на него и не хотел его убивать.
— Кирилл, убей его, живо! — услышал я по рации от «Отца».
— Но он же сдался, зачем его убивать? — сказал я в рацию.
— Он нам живым не нужен, а его друзья нанесли вред, и он сам нанёс вред нашей группировке.

Понимая, что всё равно умрёт, он резко вскочил и молниеносно бросился на меня. Я от неожиданности и страха вздрогнул и выстрелил ему в живот. Он упал и начал истекать кровью. Я остался в том же положении, в котором его ранил, и просто смотрел на него — не понимал, что произошло.

Меня оттолкнул в сторону один из членов группировки «Вольные» и выстрелил врагу в голову со словами:
— Хватит мучить беднягу. Он бы и так умер.
Он подошёл ко мне и спросил:
— Всё хорошо?

Я промолчал, потому что всё ещё не понимал, что убил человека.
— Приём, Кирилл, приходи ко мне в кабинет, поговорить надо, — сказал «Отец».
Один из «Вольных» взял у меня рацию и сказал:
— У него первый грех.«Отец» ничего не ответил, просто выключил рацию. Один из «Вольных» отвёл меня в комнату, пока остальные убирали труп.
— Отдохни. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Вся группировка это понимает.
После этих слов он протянул мне бутылку водки:
— Если сильно мучиться будешь из-за сделанного — советую выпить. Быстрее уснёшь. Я поставил бутылку на комод и лёг на кровать. Весь день я пролежал, думая о сегодняшнем убийстве. Как бы я ни пытался утешить себя словами: «Он сам на меня напал. Я не виноват. Я просто хотел защититься», — это всё равно не помогало. Утром я пошёл в столовую, чтобы позавтракать. По пути я увидел «Отца». Я не захотел с ним здороваться, ведь отчасти из-за него умер тот человек из неизвестной группировки. После завтрака я вышел из здания, чтобы прогуляться по территории. Во дворе стояли четыре башни, соединённые стенами высотой 7–8 метров. В центре находилось здание — ни большое, ни маленькое — в котором располагались кабинет «Отца», столовая и несколько комнат. В одной из них жил я и ещё несколько человек. Если смотреть дальше на двор, то там было место для армейской подготовки: турники, брусья, бег через препятствия. Сам участок для бега через препятствия был метров 10–15. Рядом с башней находился склад он не был огромным примерно 3 метра в высоту и 10 метров в ширину склад был сделан из досок которые покрасили в коричневый цвет а сверху был установлен шифер. Ворота открылись. Ворота были не высокие метров 3-4 и из этих ворот пришли люди суди по всему из нашей группировки они выглядели уставшими, все из того отряда пошли к зданию где находилась комната «Отца» скорее всего они будут давать отчет о том как прошла операция. Чтобы отдохнут пошел к костру которая находилась западнее центрального здания. Поздоровался со всеми и сел на сырую землю. Один из вольных взял гитару которая упиралось в бревенчатую скамью и начал играть на ней. Мелодия была тихой и расслабляющей. Я сидел на бревенчатой скамье и, сгорбившись, закрыл глаза, слушая музыку, но в конечном итоге уснул.
— Хэй, парень, вставай! Иди на кровать, там поспи, — услышал я мужской голос.
Открыв глаза и подняв голову, я увидел мужика лет двадцати трёх. Я послушался его совета и пошёл в свою часть, чтобы поспать.

В обед меня разбудили и сказали пойти пообедать. Я встал и пошёл сначала к умывальнику, чтобы пробудиться. После того как я помыл лицо, я пошёл в столовую, не протерев его полотенцем. Взяв еду, я сел за стол. Уплетая свою еду, я услышал голос по громкоговорителю:

— Внимание! После обеда все вольные должны собраться у полигона.

Я не знал, где полигон, и, поев свой обед, просто последовал за вольными. Когда я пришёл, "отец" стоял с каким-то мужиком. "Отец" сказал, что мы должны собраться в одну линию. Мы встали в одну линию, и он начал говорить:

Отец: теперь, господа, у нас есть новое правило. Из-за того, что многие вольные не умеют стрелять, и когда неизвестная нам группировка напала на нас, мы не смогли отбиться. Теперь все вольные должны проходить обязательную военную подготовку. Проводить её будет Олег. Во время подготовки все должны его слушаться.

Олег: добрый день, вольные. Могу сказать только, что с завтрашнего дня новое правило будет действовать на всех. А пока отдыхайте.