Отпусти меня...[заморожен]

Мечты о мягкой кроватке придётся отложить на вечер. Меня не освобождали от занятий, поэтому пришлось идти на информационную безопасность, а потом на тренировку с Димой.
—Начнём с улучшения твоей выносливости. 20 кругов, чередуешь скорость в среднем 20 км/ч и 35 км/ч. За скоростью следи по браслету, — он одел на моё запястье лёгкий симпатичный предмет, сочетающий в себе не только спидометр, но и сканер, навигатор и многие другие функции, важные для выполнения тех или иных миссий.
Я тяжело вздохнула:
—А может не бегать, а как-то иначе выносливость тренировать?

Мой жалобный взгляд погоды не сделал.

—Ты можешь решиться прыгать на скакалке, —предложил Дима. Но я отказалась.
Когда начинаю прыгать на скакалке, то смущаюсь. Уж слишком сильно выделяется грудь, что ещё и сильно меня нервирует.
—Тебя даже в постели надолго не хватает, — состроил парень хитрую улыбку.
Чёрт, А меня это задело. Щёки загорелись огнём, внутри сердце сейчас все рёбра переломает. Но я набралась смелости взглянуть в его наглую физиономию, снять маску и, приблизившись практически в плотную, прошептать в его губы:
—Значит, пока не стану более выносливой, никакого секса? Ах, какая жалость,— я отпрянула от него и побежала, напоследок крикнув, — А я надеялась, что такая тренировка вперемешку с удовольствием мне тоже поможет. Ну ладно, тогда выбираю бег.

Недоумевающее, и в то же время полное желания выражение строгого лица Димы надо было видеть. Я еле сдерживалась, чтобы не засмеяться вслух. Однако широкая улыбка не покидал меня до самого последнего круга. Только во время силовых упражнений мне удалось сосредоточиться на технике выполнения. Под конец ужасно болели ноги, ягодицы, пресс, спина и руки. От этого всё тело дрожало. Но на этом мы не остановились. Дима заставил меня отработать уже выученные мной приёмы и показал парочку новых.
Сама себе диву даюсь, но я выдержала эту адскую тренировку, несмотря на потерю последних сил.
—Ты сегодня молодец,— похвалил меня Дима, похлопав по плечу.

Поверить не могу, можно отдохнуть.

Я просто рухнула на пол, наслаждаясь полным расслабление тела.
—Я так устала... Сейчас пойду в комнату и завалюсь спать.
—Света, это всё хорошо, но у кадетов, несмотря на отсутствие официальных занятий, нет свободного времени. Вернее, оно есть, но проводится с пользой...—посмеялся парень, но я его прервала.
—С пользой, например отдыхаю после изнуряющих тренировок с Генерал-майором.
—Нет, Солнышко,—огорчил он меня, —Кадеты либо идут в спортзал, либо изучают то, что  надо в выбранном ими профиле, либо отрабатывают или разрабатывают свои техники боя, стрельбы и стратегии.
—Это получается, я тоже должна куда-то идти?
—Да...

Ещё немного помолчав, я спросила:
—Дим, а почему меня определили в спец группу, не спросив об этом?

Парень немного опешил, а потом лёг рядом со мной и ответил:
—У тебя помимо высоких баллов по всем направлениям, невероятных физических и умственных навыков, хорошие способности к разработке стратегий. Ты не паникуешь в экстренных ситуациях, а пытаешься найти наиболее выгодный вариант развития событий. И ещё... Из-за более полного использования твоими предками, как по отцовской, так и по материнской линиям, мозга, ты обладаешь уникальными способностями. Твоя интуиция никогда тебя не подводит, в определённых ситуациях твой организм приобретает высокую чувствительность, обостряя все 6 чувств, и ты, по идее, должна видеть какие-то отрывки из будущего. Возможна также телепатия... У тебя ведь было что-то подобное!

Ого, и он так просто об этом говорит? Хотя...
—Если так подумать, то всё ранее тобой сказанное является правдой. Да, ты всё сказал верно. Обострение чувств, интуиция и даже вещие сны, только вот телепатией я не владею. Но откуда ты знаешь?
—Я с Владимиром Владимирович тщательно изучал всех его и твоих предков. У обеих фамилий были такие способности, но твоих родителей природа ими обделила. Однако не тебя. Это ещё одна из причин твоего вступления в спец отдел. И ещё, я наблюдал за тобой 3 года, пытаясь подтвердить или опровергнуть какие-то мысли и догадки. А потом тебя обнаружили не очень хорошие люди, и тогда нам не осталось выбора, как забрать тебя. Ты, наверное жалеешь об этом... —с грустью в голосе произнёс Дима, направив взгляд в высокий серый потолок.
—Раньше я всегда хотела работать следователем в полиции, потом думала идти в ФСБ. Однако мама не разрешала. Она хотела, чтобы моя жизнь была более спокойной, размеренно и безопасной. Я уж и думать о спецслужбах забыла. А тут... ОЗМВУ... И здесь я впервые влюбилась... Я не жалею о случившемся. Как бы не было трудно, преодолеть все препятствия и невзгоды мы сможем,— душевно ответила я.
—И почему ты не послушала, когда я проси тебя отпустить меня. Если со мной что-то случится, тебе будет невыносимо больно. А если ранена будешь ты, то этого не смогу себе простить я,— прошептал Дима, поглаживая тыльной стороной ладно мои щёки  и шею.
—Мы не всегда можем контролировать свою жизнь и чувства. Как бы мы её хотели сдержать себя от чего-то, а рано или поздно случается то, от чего мы словно ото сна пробуждаемся. Это толчок к новой жизни, к новым мыслям и поступкам. От этого никуда не деться.
—Да, возможно ты права,—неожиданно, Дима поцеловал мою руку и прошептал, —Свет, обещай, что бы ни случилось, быть сильной и всегда держать себя в руках.

Его голос дрожал, но взгляд был уверенным.
—Я не совсем понимаю, что ты имеешь...
Он меня перебил:
—Обещай, Солнце.
Я потянула его очаровательное, мужественно лицо к своему и прошептала:
—Обещаю.
Наши губы слились в страстном поцелуем, говорящем об искренних чувствах обоих.
Боже, как я его люблю. Он единственный, кто так обо мне заботится. Он стал моей семьёй!

—Никита Алексеевич, Вам бы лучше работой заняться. Для агента личная жизнь имеет второстепенное значение. Или Ты хочешь повторить ситуацию три года назад. Когда в прорыве чувств Ты, желая выручить Марину, не только провалил важную миссию, но и не смог спасти её. А ведь она любила тебя больше всех на свете, — грозно сказал седой мужчина, в котором я узнала генерал-полковника Комарова.
От этого старика веяло ужасом, смешанным с жестокостью. Я даже боюсь представить, что было бы, если б он стал меня тренировать. Один его вид наводит страх. А лицо всегда выражает недовольство. Суровости ему придают ещё и густые седые брови, всегда крышей склонённые над ледяными глазами, и морщинистая смуглая кожа. Сразу видно, что он военный человек, переживший за все свои года столько, сколько другому и не снилось в самом страшном сне.
Нам с Димой пришлось подняться на ноги.
Я чувствовала, что парень напрягся. Видимо, мужчина надавил на больное.
Точно, Дэн говорил о чём-то подобном.
—Света, иди займись чем - нибудь полезным. Мне надо разобраться с некоторыми делами.

Я лишь качнула головой и быстро вышла из зала.
Чёрт, как не хотелось оставлять их вдвоём. Но и поделать с этим ничего нельзя, я бы только мешалась.

Размышляя о том, чем заняться, я решила разобраться с волнующими меня практически весь день оборотнями.
Мне надо найти все материалы, так или иначе связанные со звероподобными людьми и экспериментами.
Я попросила ИРЧ помочь мне в поиске нужных материалов для исследования и полностью погрузилась в изучение и догадки. Все кажущиеся мне интересными или странными, нелогичными факты я выписывала отдельно. Так же мне предстояло проштудировать все документы, тем или иным способом связанные с Францией, Ягенуа и Нектари — государствами, куда отправятся в разведку наши ребята.
Хорошим помощником оказался ИРЧ. Этот искусственный интеллект оказался невероятно умным. Он мыслит, словно человек. Оказывается, ещё есть файлы с закрытым доступом, но, по словам ИРЧ, мне открыт доступ ко всему. И всё, я погрузилась в это с головой, не замечая, как пролетело время и наступила ночь.