Искупление

Глаза распахнулись от стука в дверь. Мне показалось, что мне это приснилось, поэтому я повернулась на другой бок и закрыла глаза. Очередные громкие стуки. Чёрт! Это уже не сон, я уверена. Встав с дивана, я посмотрела на время. «11:24». Я подбежала к двери и открыла её.

— Лиз, прости меня! — девушка даже не успела ничего понять.

— Брось, — улыбнулась она и вошла в дом за ручку с Марком.
— Марк, — я заулыбалась и обняла его.

Сегодня у него были розовые щечки, он выглядел вполне здоровым.

— А разве ты сегодня не работаешь? — подняла я глаза на девушку.

— Я отпросилась, в смысле, взяла ещё один выходной.

— Это из-за Марка? Ты могла его привести с утра, я бы встала, — утверждала я Лизе.

— Дело в том, что я вчера пообещала ему посмотреть с ним мультики, — улыбнулась виновато девушка. — А я сдерживаю обещания, тем более, я не против ещё одного выходного.

— Хорошо, раздевайся, а я пойду сбегаю за продуктами.

13:17

Идя по магазину я выбирала всё подряд, особенно сладости. Я знала, что я не буду их есть, не влезет. Странно, как вчера в меня влез тот салат в ресторане. Может, под влиянием Викторова? Или под влиянием его шоколадных глаз? И вообще, почему я думаю о нём в последнее время? Положив коробку с хлопьями, я почувствовала, как завибрировал телефон в кармане. Достав, я увидела незнакомый мне номер. Я не отвечаю на незнакомые мне номера, но почему-то в этот раз я сделала всё иначе, нажав «Ответить».

— Да, — мимолетно ответила я.

— Ты где? — поинтересовался хрипловатый мужской голос.

— Позвольте поинтересоваться, кто Вы? — с иронией произнесла я.

Глубокий вздох мне в трубку — и я поняла, кто это.

— Архипова, без шуток, где ты? — уже более грубо спросил парень.

— Дома, — быстро ответила я.

— Хорошо, — на том конце послышались короткие гудки.

Какого хрена это было? Все ещё округлёнными глазами я смотрела на экран телефона. Теперь он контролирует меня? Чтобы его денежки не сбежали? Или насильственное удовольствие не ускользнуло? Ну, что ж, подпишем тебя. Чтобы не было страшно поднимать трубку:

«Мистер Полудурок»

Я засмеялась сама себе, от чего на меня обернулся парень, выбирающий мороженное. Я кинула взгляд на тележку — полная. Пора двигаться к кассе. Купив всё необходимое, я поймала такси и поехала домой. Сумки были тяжёлые, и таксист мне помог. За это ему огромное спасибо. Я знала, чему обрадуется Марк: торту, который он так безумно любит. Достав из кармана ключи, я открыла дверь. Толкнув ногой дверь, я закрыла её за собой, поставив сумки на пол.

— Марк, угадай, что я тебе... — мои слова прервались, когда я зашла в гостиную и увидела его.

Глеб сидел рядом с Марком, держа в руках его самолёт. Его скулы напряглись.

— Что ты здесь делаешь?! — развела я руки в стороны, находясь в шоке.

— Проверял тебя на прочность, — встал он с пола, засовывая руки в карманы чёрных джинс.

У меня приоткрылся рот.

— Где Лиза? — оглянулась я по сторонам.

— Она ушла, — спокойно произнёс Викторов и надел очки на глаза.

— Как она могла оставить Марка на тебя? — моему возмущению не было придела. — Как она вообще так просто впустила тебя сюда?

Викторов, накинув куртку, оглянулся по сторонам и подошёл вплотную ко мне.

— Я сказал, что я твой парень, — его голос был твёрд и холоден.

— Как ты смеешь так просто здесь сидеть? — я посмотрела на Марка, который был напуган.

— Ты встревожила своего брата, — Глеб склонил голову набок, смотря на меня.

— Зачем ты пришёл? — попыталась казать я уверенней.

— Ты всегда врёшь? — не обращая внимания на мой вопрос, он, достав из кармана айфон, посмотрел на время.

— Ты всегда не отвечаешь на вопросы? — подняла я одну бровь, пытаясь поймать его взгляд.

— Не ври мне, малышка, это плохо для тебя кончится, — безразлично произнёс он и положил айфон обратно в карман штанов.

— Плохо кончится? Все эти три дня с тобой хуже ада, — кинула я ему и, обойдя стол, села на софу.

Он, усмехаясь и стоя ко мне спиной, обернулся. Я сидела, скрестив руки на груди, и чувствовала, как всё буквально закипает во мне.
Парень навис надо мной, оперевшись руками о стенку. Перед своими глазами я видела только его губы.

— Ты думаешь, что я делал тебе больно все эти три дня? — с усмешкой поинтересовался Викторов.

— Хочешь сказать, нет? — кинула я ему.

— Ты ещё не знаешь, что такое боль, Архипова, — холодно произнёс он и отстранился от меня.

Усмехнувшись, кудрявый посмотрел на меня.

— А я хотел дать тебе выходной передохнуть.

Чёрт. Теперь я поняла, что я прокололась. Сделала только хуже. Его лицо выражало злобу.

— Теперь мы поиграем в настоящие игры! — тёердо произнёс Глеб и, выйдя из дома, хлопнул дверью, от чего я подскочила.

Мне стало страшно. Что может быть хуже того, что уже есть? Или было? Что может быть хуже этой боли? Я почувствовала, как по щеке покатилась горячая слеза. Быстро вытерев её, я обернулась назад, когда детские ручки обняли меня.

— Зачем ты его выгнала? — спросил маленький братик.

— Что он тебе говорил, Марк?

— Он поиграл со мной в самолётики, и потом пришла ты.

— Самолётики? — усмехнулась я. — И больше ничего?

— Нет, — качнул мальчик головой и, увидев нераспакованные сумки, побежал к ним.

21:19

Тёмные улицы. Было много народу возле клуба. Пока я шла, на меня оглянулись несколько пар глаз. Кто бы сомневался. На мне было короткое чёрное платье, совсем другое, не то, что было в первый раз. Туфли на шпильке, маленькая чёрная сумочка. Даже не знаю, зачем я так вырядилась.

Сумасшедший день. Больше всего я боялась встретить его. Хотя бы не сейчас. Откинув прядь волос, я зашла в клуб. Сегодня я не хотела никого искать, просто пока посижу в сторонке. Найдя свободный кожаный диван, я присела и заказала себе два коктейля. Снова ничего не ела. И снова буду в обмороках валяться? Не думаю, сегодня у меня ещё есть силы. Выпив залпом один коктейль, я принялась за второй. Готово. Достав сигарету из пачки, я подкурила её. Вдохнув вкус вишни, я поняла, что мне это нравится. Начал действовать алкоголь.

Откинув спину на диван, я уложила свою голову на его верхнюю часть.

— Веселишься? — послышался женский голос рядом.

Подняв голову, я увидела перед собой Натали. Выглядела она, как всегда, изысканно и великолепно. Присев рядом со мной, она закурила сигарету.

— Почему одна? — вдохнув дыма, спросила она.

Я снова не ответила на её вопрос. Да, и что, в общем, я отвечу? Сижу, знаешь ли, пью, курю, скучаю.
— Я смотрю, ты пару дней с Викторовым, а уже переняла его повадки, — усмехнулась девушка, стряхивая пепел с сигареты.

— О чём ты? — нахмурилась я.

— Его любимое дело — не отвечать на вопросы. Смотрю, и ты пошла по его стопам.

Я сразу вспомнила наш сегодняшний разговор с Глебом. Меня передёрнуло.

— Я не иду по его стопам, — твёрдо ответила я.

— Маленькая глупая девочка, — начала медленно она, — тебе слабо подойти вон к тому парню, — указала она пальцем, — и потанцевать с ним?

Она ждала моего ответа.

— Нет? — выпросила она. — А знаешь почему? Потому что ты боишься. Ты одновременно боишься Викторова, и ты жаждешь быть только с ним.

Девушка потушила сигарету и допила коктейль, который принесла с собой.

— Опять молчишь? — усмехнулась она, посмотрев на меня. — Хочешь опровергнуть мои слова?

Я бы с удовольствием это сделала. Но я сейчас ни капли не соображала. Глаза автоматически закрывались, меня буквально отрубало. Что за коктейли я вообще выпила?

— Почему Глеб сейчас пользуется мной, а не тобой? — покосилась я на девушку.

— Наш мальчик любит все свеженькое, будь уверена, он и тебя заменит, — она достала следующую сигарету и подкурила её.

— Не могу дождаться этого дня, — кинула я холодно ей, поднимаясь на ноги, но девушка, ухватив меня, откинула обратно на диван.
Медленно прикоснувшись своими губами к моим, она прошептала:

— Это ты сейчас так говоришь, потом всё изменится.

Я облизала губы, жадно сглотнув. Видно, зря я это сделала. Горячие губы девушки впились в мои, и, хватаясь за моё бедро рукой, она сильно сжала его.

— Натали! — послышался громкий женский голос, и девушку оттянули от меня.

— Саша, ты, как всегда, не вовремя, — облизав губы, Натали наблюдала за мной.

— Здесь Викторов, если он это увидит...

— Он накажет меня? — восхищённо поинтересовалась Натали.

— Он размажет тебя по стене! — угрожающе ответила рыжая девушка и потянула Натали в толпу.

Видел бы меня сейчас кто-нибудь со стороны. Испуганное лицо, большие глаза. Я не могу здесь больше находиться. Еле поднявшись с дивана, я направилась к выходу. Выйдя на улицу, я вдохнула свежий воздух, пытаясь разобраться с путаницей в голове. Пьяные мысли немного развеялись, так что можно было уже спокойно идти. Такси я не стала вызывать, просто решила пройтись. Идя по тёмной улице, которую ещё освещали фонари, я пыталась согреть себя, обняв руками. Ноги заплетались, поэтому я сняла к чертям туфли. Холодный асфальт заставил дрожать меня ещё больше. Было ощущение, что за мной следит кто-то. Я обернулась назад, затем по сторонам. Пусто. Может, уже галлюцинации? Я ведь пьяная. Интересно, что мне будет, если...

— Девушка, — разрушил мои мысли мужской голос.

Я обернулась назад, увидев перед собой взрослого мужчину с улыбкой на лице.

— Подвезти? — подмигнул он мне, указывая на машину.

Я была права, вот, кто за мной ехал.

— Нет, спасибо, — кинула я ему и, развернувшись, пошла быстрее.

— Ну куда же ты, постой, — догонял он меня, отчего мне становилось страшнее.

Я почувствовала, как грубая мужская рука вцепилась в мою и потянула к себе.

— Отпустите меня! — вскрикнула я.

— Давай отойдём, я тебе заплачу! — тянул он меня к себе в машину.

— Я не шлюха! Ясно вам?! Отпустите меня! — вырывалась я из его рук, заставив мужчину разозлиться.

В этот раз он не спрашивал: открыв дверь машины, он толкнул меня в неё, пытаясь закрыть дверь, но я держала её ногами.

— Что же ты сопротивляешься, — парень открыл дверь и схватил меня за ноги.

Я, резко дёрнув ногами, ударила ему по достоинству, отчего он согнулся. Выпрыгнув из машины, я побежала между дворов, минуя белые кирпичные стены. Резкая боль в области головы. Кажется, меня потянули за волосы, толкнув в стену.

— Ты меня разозлила! — мужчина начал расстёгивать себе ширинку одной рукой, а другой держал меня за волосы.

— Отойди от неё! — хриплый голос заставил содрогнуться мужчину.

Обернувшись назад, мужчина засмеялся. Глеб стоял, засунув руки в карманы, на глазах очки. Опять? Черная рубашка, чёрная кожаная куртка.

— Не мешай мне, малолетка! — фыркнул мужик, прижимая меня к стене.

— Я дважды не повторяю, — склонил кудрявую голову набок.

Мужчина, усмехнувшись мне прямо в лицо, отпустил мои волосы. И резким движением замахнулся в сторону Глеба. Тот успел перехватить его руку и ударил ему с ноги по рёбрам, от чего мужчина упал на землю и застонал.

— Я же сказал: дважды не повторяю, — твёрдо произнес Викторов.

Тот, побормотав что-то непонятное и еле встав с земли, пошатываясь, скрылся в темноте. Я, облокотившись о стену сползла по ней.

— Кто разрешал тебе уходить из клуба, Архипова? — холодный тон Глеба.

— Натали поцеловала меня, — еле слышно прошептала я.

Наступила глубокая тишина. На долю секунды мне показалось, что его уже здесь нет, он растворился.

— Блять! — грубо вырвалось из его уст, парень был зол.

Я подняла на него глаза. Изящные черты лица, тату в виде креста были не способны скрыть его злость сейчас. Нервно сжимая кулаки, он засунул руки в карманы и медленно развернулся в сторону выхода дворов на дорогу. Он собирается уходить? Прямо сейчас? Кинуть меня? Но могу ли я его отпустить? Он медленными шагами направился к выходу. Казалось, забыв, что я вообще существую и стою здесь.

— Глеб, — позвала я его.

Он остановился, медленно повернув голову. Он ждал.

— Не уходи, — тихо проговорила я.

Парень, играя скулами, медленно направился ко мне. Я почувствовала его присутствие, когда кончики холодных пальцев коснулись моей щеки. Его теплые губы спустились на мою шею, отчего у меня подкосились ноги.

— Викторов, — слетело с моих губ.

Парень поднял на меня глаза, пытаясь понять.

— Я хочу тебя, — хрипло произнесла я, заставив его удивиться. — Прямо сейчас.

Он резко прижал меня к стене, впиваясь в мои губы. Я запустила язык в его рот, блуждая. Быстрые длинные пальцы подняли моё платье вверх и принялись за трусики. Я спустилась к его ширинке, пытаясь вслепую понять, как она вообще расстёгивается. Он понял, что я сама это не сделаю, и сделал это сам. Я впилась губами в его татуированую шею, поднимаясь к мочке уха, услышав, как парень томно вздыхает. Опустив глаза, я заметила, что его достоинство уже на предохранении. Что теперь точно не могло остановить его. Резко он схватил меня за бедра, насадив на на себя, отчего я изогнулась. Волна возбуждения прокатилась по мне, и я жадно впилась в его горячие губы. Обвив руками его шею, я прижалась сильнее к нему, чувствуя эти сильные ускоряющиеся толчки в себя. Мне так хотелось чувствовать его сейчас, каждую клетку тела, слышать каждый его вздох прямо себе на ухо.
Холодная стена и его горячее дыхание. Это всё перемешивалось и передавало невероятные ощущения. Он начал целовать мою шею, отчего я склонила её. Жадно покусывая мою кожу, он постанывал. Темп ускорялся с каждой секундой, и я чувствовала волны жара, обволакивающие моё тело. Это ощущение возрастало, аставляя обрывисто вдыхать холодный воздух, чтобы не забыться или не отключиться. Предчувствуя ту самую финальную волну, я начала глубоко постанывать, отчего парень вздрагивал. Я изогнулась под ним, напрягаясь. Мне нужно за что-нибудь схватиться.

С каждым разом ты чувствуешь его приближение, пытаешься схватить это. Помогаешь ему в этом. Кажется, вот ещё чуть-чуть — и ты почувствуешь это наслаждение. Ты не останавливаешься, потому что понимаешь, что уже скоро. Даже пусть у тебя и нет сил, пусть уже и дыхание сбивается к чертям, и ты слышишь громкий стук своего сердца, ты всё равно продолжаешь всё быстрее и упорнее бороться за дозу кайфа.

Мышцы начинает сводить от перенапряжения. Ты чувствуешь, как отнимаются ноги, как ты напрягся так сильно, как только можешь. И ты хочешь кричать, стонать ему на ухо, чтобы он делал это быстрее. Но не можешь, потому что это уже так близко. И вдруг волна разливается по всему телу. Закатываются глаза. Теряется дар речи: ты можешь издавать только стоны. И тебе нужно за что-нибудь ухватиться. Глеб еще сильнее входит в тебя, пытаясь удержать этот кайф. Но ты не чувствуешь боли, только наслаждение переполняет тебя, его, вас обоих.

Это начинает уходить, ты слабеешь, перестаёшь стараться. На тебя обрушивается мгновенная усталость, которой, казалось, даже не было пару секунд назад. Я, слыша стук своего сердца и обвив Глеба руками, буквально расплылась на нём. Парень, аккуратно достав своё достоинство, поставил меня на ноги. Холодные пальцы опустили моё платье на прежнее место, подтягивая трусики назад. Застегнув ширинку, Глеб обвил мою талию, схватив на руки. Единственное, что я помню из той ночи, — это его машина, дорога и мой дом.