ГЛАВА 5. Сборы
Сборы, или, как их начали называть в середине 1990-х, сходняки, были важнейшим ритуалом в жизни группировки. На них решались текущие вопросы и тренировалась коллективная мобильность группы, которая требовалась во время войн. С помощью сборов старшие контролировали младших. Их нельзя было пропускать без уважительной причины. В 1980-е сборы могли проходить ежедневно по два-три часа в день. К середине 1990-х собирались уже реже: не более трех раз в неделю на полчаса-час. Во время экстренных ситуаций, например войны с другими группировками, проходили строгие сборы или «обязаловки». Сборы были первым, с чем ты сталкивался, приходя на улицу.
1976 г.р. Роберт Гараев
Cостоял в группировке «Низы» в 1989–1991 годах
Мои первые сборы были максимально окружены дворовой романтикой. Макс с Димоном привели меня к шести часам вечера на окруженную серыми многоэтажками уютную полянку в районе разъезда Восстания. На фоне серых типовых домов она, окруженная зарослями канадского клена, смотрелась крайне чужеродно. В центре горел костер, в который мы скоро начали кидать принесенную картошку. Человек двадцать моих сверстников должны были провести на этом месте полтора-два часа.
Больше других мне запомнились двое – Бисприк (от слова «беспредельный»), маленький, юркий и авантюрный добряк, обматывающий ноги пластинами свинца для того, «чтобы удар был пиздаче», и Малыш – наш «крайний» (то есть смотрящий, что-то типа старосты класса, у каждого возраста их должно было быть двое). Малыш был голубоглазым блондином с пухлыми губами, косой челкой и в моднейшем, как мне тогда казалось, прикиде. Его штаны были не менее 32 сантиметров в ширину, что было в топе тогдашней пацанской моды, еще он носил импортную олимпийку. Но главное, что Малыш много и ярко говорил, часто до крови из носа отстаивая свою позицию. В этом была его суперспособность. Но еще он был параноиком и психопатом.
Внешних опасностей на сборах было две. Во-первых, менты, которые могли в любую секунду приехать и забрать в отделение тех, кто не успеет убежать. Во-вторых, курировавшие нас старшие, которые заходили с проверками. Проверяли они наше количество, могли внезапно нагрянуть и застать кого-нибудь за курением сигарет, хотя для наказания хватало и сигаретного запаха, желтых пальцев или застрявшей в кармане табачинки. Курение было под запретом и считалось серьезной провинностью. Чтобы назначить всему возрасту наказание – пиздюли, – достаточно было одного провинившегося.
Меня не покидало ощущение, что я самозванец, а расплата за то, что я посмел «примазаться», будет грандиозной. Я только окончил художественную школу и посещал все привозные выставки, собирал виниловые пластинки, был бывшим отличником (то есть задротом) – моя биография абсолютно не вписывалась в происходящее вокруг. На первых же сборах я чуть не облажался. Пацаны стали обсуждать новую группу «Сектор Газа». Я, подумав, что это что-то из международной повестки программы «Время», ляпнул невпопад и рассмешил своих собеседников. Этого не было в моих планах: вообще-то я рассчитывал им понравиться и сделал для этого все, что успел. Например, перед выходом тренировался произносить фразу «Привет, пацаны!» возле зеркала. Смех – это, конечно, хорошо, но лучше, когда смеются не над тобой.
Я отчетливо помню статью о драке двух группировок, которую прочел незадолго до этого. С каждой стороны было человек по шестьдесят с монтажками и металлическими шарами, в газете писали о проломленных черепах, смертельных исходах и неподоспевших вовремя милицейских «бобиках». А в том, что я увидел тем сентябрьским вечером, была густая уличная романтика, мужская дружба и то, что подразумевают под словами «плечо к плечу». Забегая сильно вперед, скажу, что я жестоко ошибался.
1972 г.р. Александр А. (имя изменено)
Вступил в группировку в 1985 году
Помню, бежал, ног под собой не чуя, на первое собрание после второй смены в школе. Сумку зашвырнул за какие-то сараи, а галстук пионерский снять не догадался. Старшие товарищи поржали и посоветовали алую материю снимать перед собраниями, а лучше вообще не носить. Причем эти же товарищи мне ее и вешали торжественно на шею за четыре года до этого. Пришивался без пиздюлей, контора тогда довольно крупная была, не двор и не коробка, правила то ужесточались, то ослабевали. Да и перед пришиванием я много времени проводил с друзьями-участниками: ходили вместе в спортивные секции, в хоккей играли. Так что пришив был делом формальным.
1973 г.р. Андрей Борзихин (имя изменено)
Состоял в группировке «Хади Такташ»
Обычно смотрели на человека, могли и через пиздюли пришить. Дисциплина жесткая была, утром бегали к соседям «C добрым утром» . Когда на улицу приходил какой-то чертоватого вида молодой человек и с виду вызывал сомнения, обычно спрашивали, уверен ли он в своем выборе, готов ли к пиздюлям? Если он не уходил, запускали в круг и били, но руками – ногами только врагов можно было. После пиздюлей снова интересовались: не передумал ли? Если не отказывался, то пришивали к пацанам. Кстати, когда отшивали, тоже давали выбор: как пацан отошьется или как чушпан? Если выбирали пацановский вариант, то били жестко, но оставляли возможность пришиться к другой группировке. Если чушпанский, то не били, гасили и все. Часто соглашались на чушпанский вариант, боялись пиздюлей.
1973 г.р. Андрей Питулов
Состоял в группировке «Светлая» в 1990–1993 годах
Предприниматель, клубный деятель
Кажется, это был октябрь-ноябрь 1990 года. На сборы меня привел друг, все происходило на территории группировки «Светлая», на одноименной улице, недалеко от кинотеатра «Идель». Сборы шли с шести до восьми или девяти часов вечера. Пацаны стояли в кругу, было два возраста – супера, к которым я пришел, и молодые, то есть возраст старше. Меня представили: вот такой-то, хочет быть с нами. Я вышел и говорю: «Пацаны, хотел бы быть с вами, хотел бы защищать улицу, то есть территорию». Молодые мне задавали какие-то вопросы, но особо не пробивали – за меня же поручился человек. Сказал, что я его знаю, ручаюсь за него, он порядочный. Я действительно нигде не был замечен, ни в окодах никаких. Я не помню, пришлось ли мне в первый день вставать в отмах – там же проверяли, нужно было с кем-то побиться. Но в первые два месяца мне регулярно приходилось драться. Мы собирались на хоккейной коробке, все это было похоже на тренировки.
1976 г.р. Алексей Снежок Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Первый раз я пришел на сборы в неурочное время и в неурочном месте. Был четверг, сборов вообще не должно было быть, просто решался вопрос в отношении одного мальчишки – его отшивали с улицы. Сначала был разбор полетов, потом завели за стенку и жестко его и отшили. Собрался возраст, пригласили его прийти не туда, где сходняк был у молодежи, а в другое место – около клуба «Полет». Они удивились, потому что об этих сборах было объявлено на перемене друг другу шепотом. «Стоять! А как ты вообще сюда пришел? Каким образом ты здесь оказался? Никто же об этом не знал!» И я не знал, на самом деле. Поэтому, я говорю, это просто предопределение. Вот что-то щелкнуло, и кто-то мне сказал встать и идти, и все. Внешние силы есть.
Роберт М.
Вступил в группировку в Приволжском районе в 1992 году
Я вступил в это движение в 1992-м, когда был студентом одного из техникумов города. Подтянул меня мой друг. Все тогда знали и понимали, что ходить по улицам становится опасно и небезопасно, да и выбора особого не было. Либо ты с пацанами, либо тебя гасят и трясут бабло. Началось все стремительно. Спортивный костюм Adidas, сборы на стадионах под видом игры в футбол. Для поддержки боевого духа организовывались спарринги, где ты обязан был выстоять и неважно с кем – другом или профессиональным боксером. Курение категорически запрещалось, но мы все равно тайком курили.
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Первый сходняк хорошо помню. Пришел с пацанами, мне сказали: вот парни, вот улица, типа все дела, отвечай на вопросы. Я постоял в стороне, люди общаются между собой, стоят в кругу, потом подзывают меня. Задали десяток вопросов из разряда «Почему решил подойти к улице?», «Почему именно к этой улице?», «Кого знаешь?». Отвечать было просто: с пацанами общаюсь, с пацанами живу, решил поддержать своих друзей и близких, решил присоединиться к вам, потому что у вас хорошая репутация, зарекомендовали вы себя на отлично, бла-бла-бла, устраивают уличные принципы и конкретно ваша улица. К тому времени, в 1995-м, это уже превратилось в такой элитный клуб: никого никуда не затаскивали, не приведи господь. Приходили только проверенные люди, у которых есть репутация, за которых могут поручиться. В массовости, в толпе уже не было необходимости. Эпоха 1980-х – начала 1990-х, когда воевали за асфальт, когда нужно было собирать орду в пятьсот человек, чтобы где-то, кого-то, чего-то накрыть, закончилась. У нас небольшая улица была, всего человек тридцать в младшем возрасте. Я, наверно, где-то 31-м, 32-м был.
После этого сказали: «Окей, дружище, а теперь проверим, на что ты способен». Надо было подраться, себя проявить; стояли старшие, трое человек. Вышел один, погоняло Белый, как сейчас помню, здоровый лось. Я такой: «И че, с ним?» – «Да». Ну и я огреб пиздюлей. Я получил пизды, но достойно. И все: «Вытри кровь, вытри сопли, присоединяйся к пацанам». И так понеслось: три раза в неделю сходняк, раз в месяц сдавали в общак.
1982 г.р. Антон Т.
Состоял в группировке «Телестудия» в 1996–2000 годах
Спросили: «Откуда и почему к нам?» Было похоже на собеседование, только антураж другой: все стоят в кругу и смотрят на тебя. Сборы – это такие системные совещания. Если не было суровых вопросов, то минут пятнадцать-двадцать какие-то подвиги обсуждали и расходились. До трех раз в неделю это было. Иногда были строгие, обычно, когда мы с «Домом обуви» воевали, собирались каждый день.
1976 г.р. Алексей Снежок Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Когда ты с пацанами, ответственности прибавлялось. Уже нужно где-то лицо своей улицы представлять, поэтому взвешиваешь поступки. Если какая-то ситуация возникала – пьяные загуляли с соседней улицы, а ты один – ты готов с ними драться. Думаешь: ну и ладно, неважно, чем это закончится. Сломают, ну и пускай, зато за улицу! Ты понимаешь, что если встречаешь своих пацанов, то надо подойти поздороваться за руку, тем более со старшими. Не отвернешься куда-то, а через дорогу перейдешь, поздороваешься, потому что это твой старший возраст. Нос задираешь тоже – ты же теперь с пацанами, можешь где-то что-то себе позволить, например лишнего. Хотя и так никто не обламывался. Мы-то росли, в принципе, пацанами, просто потом это поняли – что мы пацаны.
1976 г.р. Роберт Гараев
Cостоял в группировке «Низы» в 1989–1991 годах
В обмен на новый статус ты был исправно посещать сборы три раза в неделю и раз в месяц платить в небольшой общак. Запрещалось курить, пить алкоголь и употреблять наркотики. За последнее жестко отшивали, за провинность в первых двух пунктах просто давали пиздюлей всему возрасту. Честно признаться, третий пункт был условным: на тот момент настоящие наркотики я видел только по телевизору в страшных милицейских сводках и в «видеофильмах» (так мы тогда называли фильмы, увиденные в только появившихся видеосалонах).
Опасно было, если твои дом или школа находились на территории враждующей группировки, но враждующей в какой-то момент могла стать любая близлежащая улица. Я жил на территории «Панелей», с которыми «Низы», слава богу, не враждовали. Но я ездил к бабушке в центр на Большую Красную, а там были совсем другие порядки и дерзкая молодежь группировки «Тельмана Рабочий квартал».
Таких романтичных сборов, как первые, больше не было. Во-первых, костер попал под запрет: слишком заметен для ментов. Во-вторых, мы теперь не курили на территории самих сборов. Для этого тихонько отходили по двое в подъезд, заодно и погреться, если дело было зимой. В-третьих, само место сборов приходилось часто менять, потому как менты достаточно быстро их вычисляли и приезжали нас разгонять. После того пустыря мы чаще всего собирались на площадках двух школ на нашей территории и играли в футбол. Футбол мне не особо давался, и поэтому я его недолюбливал. Меня ставили в защиту. Единственный урок, который я вынес: если на тебя бежит противник с мячом, надо подбегать к нему и пинать ботинком по ноге, а уже после пытаться отнять мяч. Это в нашей игре разрешалось.
Сборы были обязаловкой и довольно скучным занятием. Когда приезжали разгонять менты, это развлекало. Пробежка врассыпную дарила тебе на какое-то время адреналиновый всплеск. Убежать было относительно легко, и самое главное, что возвращаться обратно было не надо – можно было спокойно пойти домой или затариться в какой-нибудь теплый подъезд вне нашей территории. Но сборы нужны были нашим старшим: они были показателем нашей мобильности и силы.
1968 г.р. Дмитрий
Стоял у истоков группировки «Аделька»
Предприниматель, протестант
Раньше были просто дворовые блатные, между алкашей, бывших сидельцев и среди всяких горлопанов шишку держали . Их звали стариками. Они к группировке никакого отношения не имели. Притесняли молодых, естественно, были у них на побегушках всякие. Мы же были выходцы уличные, но мы с ними считались, потому что они были взрослые. А когда уже перешли в пятый-шестой класс, со всякими ихними выкрутасами начали бороться. Возмущались между собой и говорили друг другу: «Ну все надо решать!» Где-то в 1983–1984-м, когда я после восьмого класса пошел в училище, мы начали собираться и решили этот вопрос.
Тогда среди наших рядов пошло уже не пить, не курить, заниматься спортом. Старики посмеивались над нами. В один прекрасный момент мы под видом, что у нас якобы возникли серьезные проблемы с другими улицами, «Калугой» и «Комбинатом», пригласили их на стрелку. Мы частенько в этих зарослях собирались, и в этот раз всеобщие сборы сделали, человек 160 нас собралось со всей улицы. Старики пришли – их где-то человек семнадцать-восемнадцать было. Вот так вот мы и лишились стариков. Мы их избили, прогнали, и больше они к нам нос не совали. В результате появилась [группировка] «Аделя Кутуя», и нас стали звать «аделевские».
1981 г.р. Марат Т. (имя изменено)
Состоял в группировке в 1995–1999 годах
Бизнесмен
Если собирались на улице, то все зависело от погоды. Никто – ни мы, ни наши старшие – не хотел себе жопу морозить. Приходили решать текущие вопросы: кому как помочь, кто где залетел, кому на лагерь отправить, если кто-то сидел из возраста в данный момент. Полчаса-час можно летом постоять, груши околачивать; если старших нет, пойти поднакуриться, пивка попить. Это превращалось в посиделки каких-то мальчишек без контроля, где они делились своими переживаниями. Дети по сути.
1976 г.р. Алексей Снежок Снежинский
Экс-участник группировки «Слобода», экс-киллер группировки «Жилка»
Отсидел, принял ислам, занимается строительным бизнесом
Тогда по воскресеньям в Казани в шесть вечера начали показывать по телевизору диснеевские мультики. А у нас сборы в пять. И Галя начал раскачивать весь возраст: «У меня младший братишка, мама обязала с ним сидеть до шести, так что в пять не могу – на сборы его я же не потащу с собой, там год ребенку! Давайте на шесть перенесем». Все говорят: «Так в шесть часов мультики начинаются!» Галя стоит на своем, мы на своем, не можем договориться между собой. Всё, ну это волосы. Пришли старшие и сказали: «Вы будете теперь собираться в 17:30». Я удивился: «А как мы-то не додумались до этого?» Это же просто – если никто не уступает, то все тогда, пополам. Я подумал: как же это просто-то на самом деле.