Глава первая. Взлёт
12.09.2025. Два дня до Крушения.
Тр-р-р...
Тр-р-р...
Тр-р-р...
Каждый день похож на предыдущий. Грёбаный круг, замкнутая цепь, я иду по ней вечно, и пусть моя надменная ухмылка окрашивает моё уродливое лицо в красный цвет насмешки и мелочной гордости, в душе я понимаю, что не выберусь из неё никогда. Каждое моё чёртово на протяжении уже одиннадцати лет начинается с одного и того же трещания. За одиннадцать лет я так и не удосужилась поменять стандартный звук будильника. Да чего уж там, я даже не в состоянии марку телефона поменять — перемены не для меня. Я слишком привыкла к этой цепи рутины, которая сдавливает моё горло и...
Тр-р-р...
Тр-р-р...
Тр-р-р...
— Вера! Вера! Вставай, ленивая девчонка! — Раздался над моим ухом недовольный голос мамы. — Сейчас в школу опоздаешь!
— Что есть школа по сравнению с бренностью бытия... — томно закатив глаза, я потянулась и села в кровати, попутно пытаясь выплюнуть нагло лезшие в рот волосы. Мать лишь недовольно хмыкнула в ответ и вышла из комнаты. Мне ничего не оставалось делать, кроме как подняться с кровати и побрести в ванную, дабы взглянуть, насколько сильно испортилась моя кожа за эту ночь. Вышла в коридор, поздоровалась с отцом, завернула в уборную, совмещённую с умывальней. Заглянула в зеркало...
На меня в ответ посмотрела до ужаса бледнющая девчонка с глазами цвета асфальта, волосами цвета пожухлой на солнце ржи и мешками под глазами, в которые эту самую рожь можно было складывать. На лице имелось несколько мелких прыщичков, шрамиков и прочей мерзкой всячины. Я невольно улыбнулась. Сухая до трещин кожа потихоньку начинала залечиваться. По сравнению с прошлой пятницей результат значительно улучшился. День обещает быть хорошим.
Покончив с утренним туалетом, я сразу вернулась в комнату и приступила к переодеванию. Даже из-за закрытой двери было слышно, как родители, ругаясь, вместе выходят на работу, а значит маминой "стряпнёй" можно было пренебречь. Я кое-как напялила на себя чрезмерно большие, мол, на вырост, вещи и таки переместилась на кухню, где меня уже ждал пустой стол с одиноко лежащим на нём куском дешёвой колбасы и остатками бабкиного компота. Блюдо пахло, откровенно говоря, не очень. Я скривилась и покончила с едой весьма неправильным с точки зрения этики способом: кружок колбасы — в мусорник, компот — в раковину. Заместо этого меня ждала нормальная еда: предпоследняя банка кильки в томате, забытая и брошенная. Почему мы вообще должны экономить на нескоропортящейся еде? Никогда этого не понимала. У нас что, военное время, или, может, конец света? Нет, это не так. А я пока могу насладиться солёно-сладкой рыбой в прекрасном томатном соусе, запив её, правда, обычной водой из-под крана.
Спустя десять минут с завтраком было покончено. Пора выдвигаться, до школы ещё дойти надо. До занятий оставалось ещё полчаса, но ведь мне идти всего десять минут... Можно расслабиться.
И правда, дорога до школы не занимала у меня дольше четверти часа, да и добиралась я всегда без затруднений. До звонка целый десять минут. Я могу успеть поговорить с друзьями перед концом. Концом перемены.
***
— Ве-е-ерк, а Верк? Чё такое имкомсуляция? — Девушка с длинными косами и круглыми голубыми глазами уставилась прямо на меня. Посреди контрольной таким громким шепотом говорить, вот наглость!
— Оль, имкомсуляция у тебя в жопе, а это инкапсуляция. И вообще, заткни свою пасть... — злобно прошипела я в ответ.
— Ковалевская! О чём вы там с Роговой шепчетесь? — Учитель информатики сверкнула очками. Я вжала голову в плечи. Меня всегда пугали старшие. Я не могла им перечить, как бы не пыталась. Не то, что Олька. Борзая девчонка, хорошо в праве разбирается, и вообще довольно талантливая. Художница, на гитаре играет, правда не очень хорошо. Книги правда не читает, а в информатике ей меня не обогнать никогда. Не зря её фамлия так созвучна со словом "роковая". Но сейчас что-то и она притихла. Видимо понимала, что не в лучшем положении, чтобы спорить и показывать боевой характер.
— И-и-извините... — промямлила я, вжав голову в плечи. Такая боевая женщина, как Анна Павловна, не оставляла ни для кого ни шанса на спор.
***
— Сучка ты, Вера, — Оля, надувшись, шла рядом со мной к гардеробу, то и дело повисая на моём плече. Бесило невыносимо, — я же тебе помогла на обществе, а ты так со мной...
— Ой бля, да как бы я тебе помогла, скажи мне, дорогуша? — Я стряхнула её руку со своего плеча. Мерзость.
— Эта ленивая мразота в итоге скатала у меня, — раздался справа от меня слегка скрипучий голос Лёшки Копьёвского. Одноклассник, слегка потрёпанный, нарисовался рядом и с самодовольной ухмылочкой поглядывал на Ольку, что лишь горделиво задрала нос, — а я пришёл спросить, что с проектом будем делать? Нам в группу ещё Свинца и Таганову добавили. М-да, прямо идеальная команда для выживания при апокалипсисе. Даже специальная шлюха для увеселений есть, Софка на всё сгодится.
— Лёх, ты пидор. Предлагаю послезавтра всем прийти в пиццерию и обсудить. — Задумчиво выдала я. Алекс и Оля одобрительно покачали головами.
— Я ща чат сделаю, надо будет обсудить, — протянул Копьёвский.
— На том и порешили. Арриведерчи. — Олька развернулась к нам спиной и затопала в сторону остановки. Алекс пожал мне руку и поплёлся к лавочке, ждать отца. Я же лёгкой поступью зашагала домой. Давно не кодила... Надо бы сегодня позаниматься.