Ник Вестон
Вот и первая глава<|+_+|>
Автор настоятельно рекомендует включить эту или вашу любимую песню;) Приятного прочтения!
Play on ( King - Years and Years )
- Щенок, да у тебя зубки появились, - смачно даря пощечину, проговорил мужчина темноволосому подростку. Хоть мужчина и был прилично пьян, но удар я вам скажу был на "плюс пять". Ибо, стоявший ранее напротив него подросток, отлетел в противоположную стену, не сильно ударяясь об кафель.
- Блять, сын шлюхи так и останется сыном бляди, - на пути выплевывая, рявкнул мужчина еле волоча ноги, наверняка, направляясь на кухню, чтобы достать еще бутылку очередной дешевой водки.
Лежащий ранее темноволосый мальчик, которому язык не осмелиться дать 13 лет, потянулся к раковине, так и не вставая с места. Правильно, ведь кровь-то смыть нужно. Открыв кран, он подставил лицо под холодный поток, немного прогнувшись в спине. Так, немного постояв и убедившись, что кровь больше с носа не идет, он, взяв полотенце, мягко вытер лицо.
Какого черта, наверное, думаете вы, а я скажу, что это просто "typical situation", по крайней мере для него. Этого мальчика зовут Ник. Ник Вестон, сын Даниэла Вестона, полицейского в отставке. Типичный житель Медфорда, города который находится в штате Орегон на северо-западе США. У его матери было биполярное расстройство, и когда дома никого не было, она покончила с собой. До своей кончины она много изменяла мужу как с мужчинами, так и женщинами. Даниэл не желал признавать, что его жена больна, поэтому о лечении и речи быть не могло. А ведь когда-то они были нормальной семьёй, когда-то его отец был любящий и заботливый. Жаль, все это прошлое и оно не вернется. Он учится в обычной средней школе Медфорда. Умом особо не блещет, да и физические способности не впечатляют, казалось бы, обычный тинейджер.
Ник, поставив руки по обе стороны от раковины, хмуро оглядел себя в мутноватом старом зеркале. Откинув мешавшие мокрые пряди назад, недовольно поджал губы, замечая вот-вот поступающий синяк на левом глазе. Вытерев махровым полотенцем зеркало, Мальчик дрожащими босыми ногами потопал в свою комнату. Закрыв за собой дверь, прислонившись к ней спиной, тихо, но устало выдохнул.
Завтра уроки, а у него наверняка лицо разукрашено. На ходу раздеваясь, он плюхнулся на свою кровать, этот день его утомил. Комната у него была простая: одноместная кровать в правом углу комнаты, на стенах плакаты различных рок групп, старый, но рабочий компьютер, стоящий на столе в левом углу комнаты, шкаф, в общем, все, как у нормальных людей.
Завтра последний день учебы и настроение у мальчика было просто омерзительным, даже невыносимо устав, он понимал, что в школе его хотя бы никто не избивал. Как бы там не было, он устал светить фонарями всем вокруг. Вот бы что-то изменилось, вот бы он изменился. С этими мыслями мальчик крепко заснул, не догадываясь, что все еще впереди. Что все может измениться. Надо только верить.
- Трынь-трынь! Трыынь! - будильник бы продолжал звенеть, если бы не бледно-худая рука, выбравшаяся из простыни, одним легким нажатием выключая его.
Затем высунулась лохматая черная макушка:
- Доброе утро, Ник. Доброе утро,- пробормотал сам себе подросток, небрежным движением откидывая мешавшие взору пряди.
Сегодня последний школьный день в восьмом классе, а потом нужно будет искать работу на три месяца каникул, ведь вряд ли его отправят в летнюю школу. Убрав постель, почистив зубы, он оделся. Надел он футболку и тонкие джинсы, особо насчет одежды он не заморачивался считая это "waste of time".
Спустившись на первый этаж,он обнаружил за столом заснувшего отца и его лицо незаметно перекосило от отвращения. Такую тягу к этим тошнотворным напиткам он не понимал и не одобрял, считая людей, у которых есть расположение к алкоголю, слабовольными. А ведь для себя он поклялся, что никогда не будет пить эту гадость, которая рушит жизни, ломает семьи.
Все школьные книги он сдал, так что в школу он идет сегодня без своего джинсового рюкзака со времен президента Билла Клинтона.
Сделав быстрый бутерброд из тостов и шоколадного масла, на ходу завтракая, перед выходом он оглядел себя в зеркале и тихо хмыкнул. Он был довольно худощавого телосложения или как любят сейчас выражаться " дрыщ дрыщем". Он бледный, болезненно-бледный, среднего роста, вроде последний раз, когда он в школе измерялся, его рост был 160 см, на лице прыщи, под глазами мешки, нездоровый цвет лица, вечно растрепанные волосы цвета вороньего крыла. Пожалуй единственным его достоинством были глаза: выразительные, голубого цвета. Вот только при его -4,5 зрении, его глазки оставались незамеченными под толстыми очками, которые приписал его лечащий врач - Марк Кинан. Хороший дяденька, даже купил ему эти очки, иногда Марк приглашает его к себе домой и они, просто попивая кофе или, любимый Марком, зеленый чай, разговаривают обо всем. Марк не женат, но у него есть девушка Кэтрин, для друзей просто Кэт. Рыжая, с зелеными глазами, очень темпераментная девушка, но хозяйственная, работает официанткой, по крайней мере, работала. Кстати, кажется, на ее работе они и познакомились. Такая милая лав стори, не так ли?
- Ну что Никки, погнали, - с неким задором сказал он себе, закрывая дверь ключом.
Он жил на 4 квартала дальше от школы, так что приходилось ездить на школьным автобусе с этими припадочными. С разбега плюхнувшись в свободное место рядом с толстячком Бобби, который и не обратил на него внимания, продолжил есть начесы с чесноком. Вот Ник никогда не любил чеснок и лук, так как он считает, что это редкая гадость. Как можно есть то, что воняет? Поэтому, когда он увидел на упаковке надпись "with garlic" его лицо незаметно перекосило.
- Хей, Вестон, отлично выглядишь! - с задних рядов раздался до жути ненавистный голос Мэтью Винчи. - Новые очки? Слушай, где ты такие достал? Моя прабабушка ищет, посоветуй оптику, - тем временем продолжал глумиться Мэт. Честное слово, в последний день учебы мог бы изменить своим пристрастиям стеба.
- Отъебись от него, Мэт. Он же заплачет, - сзади послышались хихиканья да хохот вперемешку со смешками.
Ник давно перестал обращать на них внимания, ему стало плевать. Конечно, он не из тех пафосных людей, которым плевать на чужое мнение, но он просто привык, хотя иногда до жути обидно.
На улице было прилично жарко, да и в автобусе душно, что даже кондиционер не помогал, хотя в этом случае он, наоборот, делал хуже.
- Приехали, малышня! Будьте, блять, умными и спускайтесь друг за другом! - велел водитель, открывая обе двери школьного автобуса.
Только вот на что он надеялся? Услышав его просьбу, "малышня" резко с криком сорвалась в школу, то и дело толкая друга друга и давая подзатыльники. Ну да, все верно, пожалуй, этот последний день учебы ждали все школьники без исключения. Когда еще можно придти в школу без учебников и только для веселья? Нет, конечно и в его школе были затворники, которые каждый день приходили именно для этого. Вот Ник остался сидеть на месте, предварительно пропустив толстячка Бобби. Как только все вышли из автобуса, то старик-водитель, матеря "послушных малышей", сказал Нику быстрее сваливать из автобуса. Ибо старику надо поспать после очередной светской пьянки. Никки на это только хмыкнул и поспешил ретироваться, он не может опоздать на первый урок, ведь его ведет - Мисс Кэртни. Учительница по мировой литературе или просто "жесть женщина". Она полноватая брюнетка с броским макияжем. Никто не знает, зачем она каждый день штукатурит лицо, даже смотреть страшно. Ибо неестественное лицо, наоборот, отталкивает.
Большими шагами обгоняя школьников, которые тоже спешили на первый урок, по пути поправляя съехавшие очки, он вошел в класс. Однако, что странно, кабинет был пуст. Достав свой кирпич, а точнее старенький Nokia, он посмотрел время, половина девятого. Он пришел вовремя, если только... Догадка, внезапно появившаяся в его голове, заставила его застонать, схватившись за голову. Вот он идиот! Сегодня, черт возьми, суббота, а по субботам уроки у них не на нулевом этаже, а на первом!
"Гениально, Ник, тебе только в Гарвард с такой догадливостью!" - мысленно гавкнул он себе. Пришлось тащить свою тушу до первого этажа, хотя коридоры были неприлично пусты, что его радовало и огорчало одновременно. Ведь это значит, что он опоздал, а еще это значит, что сегодня урок рассказывает он. Как же он ненавидел школу, потому как смысла в ней он не видел. Он, черт возьми, все знал! Но если он начнет умничать, задиры будут заставлять его делать их уроки, угрожая кулаками, даже если, допустим, он им будет делать уроки, они все равно его будут и дальше задирать. Так какой в этом смысл? Да и он особо блистать знаниями не желал, четверки с минусом его вполне устраивали. Вот с такими тяжелыми мыслями он решил-таки зайти в класс, предварительно постучавшись.
Давайте пропустим время проведенное в школе, ибо там ничего сверхъестественного не случилось. С гневом Мисс Кэртни он как-то справился, ведь книг нет, что значит, учить нечего. Учительница решила сжалиться, но предупредила, что в начале следующего учебного года она так просто не отстанет. Хотя, что и следовало ожидать, от вампирши. Почему именно вампирша? Да потому что она способна выжить все соки за урок. Потому как после такого года ученики с дрожью будут вспоминать Мисс Кэртни. А еще что через каких-то 3 месяца все пойдет по-старому кругу. Вот из-за такого скопления мыслей он и пропустил школьный автобус. Конечно Ник попытался его догнать, но не получилось. Зато он увидел, как его одноклассники показывать ему отнюдь не двусмысленные знаки пальцами. Вы даже представить не можете, как он обожал своих одноклассников! Аж всех повесить захотелось от этой любви. Плюнув на то, чтоб догнать автобус, он решил прогуляться, заодно и работу подыскать. Авось, повезет сегодня. Он решил сначала заскочить к Марку. Хорошо что Марк живет недалеко от школы.
Улицы полны народу, люди сформировались в группы. Хакеры сидящие с ноутбуками, телефонами и наушниками разговаривают, перебивая друг друга, тем самым оспаривая, что та или иная формулировка программы, верна. Вот сидят местные гопники, хотя кто-то стоит, кто-то сидит. Вот гуляют подруги, наверняка, обсуждая очередного парня.
Погрузившись в эти мысли, он не заметил как добрался до дома Марка.
Он постучался:
- Иду я, иду! - послышался дома раздраженный голос. Ник еле подавил усмешку, кто как не он знал, то, как Марк любит готовить и злится, когда его прерывают.
- О, Никки малыш! Я был уверен, что ты придешь! С окончанием учебного года! - с этими словами он сграбастал щупленького мальчика в крепкие мужские объятия.
Ник почувствовал необузданную радость, все-таки Марка он чуть ли не боготворил. Ведь он был для него, как брат, на которого можно положиться, можно рассказать все, не боясь ничего. И сейчас он почувствовал небывалую нежность, находясь в таких родных руках.
Но все же смущенно вымолвил:
- Дядя Марк, не смущайте, - потупившись, сказал он, замечая заинтересованные взгляды соседей.
- Какой я тебе дядя, мне только 24! - раздался приятный хриплый смех, который был только у Марка.
- Ну-ну, - неопределенно хмыкнул он, - Кэтрин придет?- разувая обувь, поинтересовался он. Ведь у Кэт весьма плотный график, а все из-за того, что кафе вдруг изменило режим на "24 часа". Он молился всем Богам, чтобы Марк не стал спрашивать про его синяк в пол-лица. Марк, будто читая его мысли, не стал интересоваться, прекрасно зная заскоки Вестона.
- Нет, кажется, сегодня у нее вечерняя смена, - Вестон только сейчас заметил на Марке сиреневый фартук и тихо рассмеялся. Марк непонимающе посмотрел на него и вдруг его взгляд стал осознанным, ибо он начал осматривать себя.
- Ах ты сопляк!- с криком он поднял смеющего Никка на руки и потащил в гостиную. Находя диван, он завалил Никка на него. Холодные руки залезли под футболку проходясь по ребрышкам, будто бы считая их, и Ник, не выдерживая, рассмеялся.
- Ахах, Марк! Хаха, все хватит!- извиваясь под ним, верещал Ник, и не замечая того, что очки съехали с лица и лежат где-то на полу.
- Что, уже сдаешься? - хохотнул Марк, снова проходясь пальцами по бокам Ника.
- Д-да! Только хватит, - стирая слезу руками, пообещал Ник.
- Кхм, что ж... Пойдем кушать, я приготовил твою любимую пасту, - отдышавшись Марки указал на кухню, однако, увидев, что Ник завис.
- Никки? Слышишь меня? - он потрепал его по плечу.
- А? Д-да, да, - неопределенно закивал Вестон, поднимая с пола свои очки.
- Твой глаз... Опять отец, да?- ставя приборы, поинтересовался Марк.
- Хм, - хмыкнул Ник, на что Марк покачал головой, прекрасно зная ответ. Он давно знал о непростой жизни Вестонов, но не понимал отца малыша Никки. Иногда хотелось забрать мальчика под свое крыло, однако, ему еще нет восемнадцати. И вряд ли Кэт обрадуется такому исходу событий. Да и Никки не знал про эту, вроде бы неадекватную, идею, может он вообще будет против этого. Поэтому Марк не стал рисковать и решил повременить с этим вопросом. Придет время, он его спросит, а если ответ будет отрицательным, он не будет удерживать Никка.
Дальше они молча поужинали и, помыв за собой посуду, Ник поблагодарил за ужин и попрощался с Марком. Марк предложил остаться на ночь, ибо он в курсе какая у того семья, но Ник отказался, сославшись на то, что он должен найти работу хотя бы на полставки.
Марк предложил ему пару вариантов: уборщиком в парикмахерской, продавцом булочек у мистера Смита или консультантом в местном бутике. Еще раз поблагодарив Марка, он ушел.
Ник был благодарен Марку за поддержку. Вот бы у него был такой отец. Он был бы просто идеальным отцом. Ник отчаянно гнал мысли о том, что скоро у Марка будут дети. И он про него забудет. Отчаянно хотелось разбить голову об что-то твердое лишь бы отогнать навязчивые мысли, которые то и дело вспыхивали в черной растрепанной макушке. А ведь впереди еще целый вечер, ему надо найти работу, вроде бы Марк предложил пару хороших вариантов. Лишь бы быть подальше от этого ненавистного дома, от запаха едкого никотина, от алкогольного запаха, который будто припитался к дому. Хотя можно ли назвать домом то место, куда приходишь лишь из-за того, что больше некуда, лишь только для того, чтобы где-то провести ночь. Вряд ли знаете...
Дом - понятие разностороннее. Дом - это то место куда приходишь, чтобы отдохнуть от этой суеты, где тепло, дом, там где тебя ждут. Это может быть мама с теплой улыбкой, которая постоянно готовит ужин и спрашивает как прошел день. Это может быть брат, дающий щелбан чуть что, но который ждет тебя и беспокоится, если ты опаздываешь. Или же это может быть отец, поздно пришедший домой после работы, очень усталый, но такой родной. Вот каким должен быть дом. А не пустым и холодным, насквозь пропахший алкоголем и никотином.
На этих мыслях он и дошел до дома. Привычным движением открывая дверь, он понял, что дверь и вовсе не заперта, что означало, что отец дома. И, вероятно, его сейчас изобьют, наверняка, будет больно, потом отправят наверх, чтобы подумать над своим поведением. Ник, невольно съежившись, сглотнул, вчера он много что наговорил и много что позволил себе по отношению к отцу.
Play off ( King - Years and years)
Play on ( Tokio Hotel- Run run run)
Тихий щелчок будто отразился эхом в смертельной тишине.
Ведь тишина - дыхание смерти.
Неторопливые копания: рюкзак скинуть возле старого жалкого подобия зеркала да ботинки снять, закинуть ключи куда-то на пол.
Неуклюжими большими шагами преодолеть небольшое расстояние до нужной комнаты, чтобы утвердить... "Быть уверенным в своей правоте." Это ведь сейчас самое важное, ему просто нужно знать, что он прав. " Всегда прав". И вот, достигая порога, он буквально задохнулся от своей любимой гордости за себя. Его отец был как всегда пьян и спал, положив руки на стол. Такая расслабленная поза... Что хочется выть и взорвать все к чертям. Лишь бы он не был так безмятежен, так спокоен. Нет, нет, нет... Нет! Он не может быть таким... Не сможет.
Он чувствовал такую тонкую стену вокруг себя. Сознание отчаянно чего-то требовало, что-то, что освободит его от этой тюрьмы сознания. Это такое тонкое восприятие, тонкая грань. Зеркало, стена... Можно понять как хочется, но факт - это грань.
Вспышка. Резкая вспышка в голове, пронизавшая его до мозга костей, заставляя заскрипеть зубами, но не издать ни одного звука, что больно. Но он таки дал слабину, трещину. А что вы хотели? Вцепившись побелевшими пальцами в волосы, массажируя голову, чтобы унять ниоткуда взявшуюся боль в голове.
Вдруг он осознал, что цепляется за последние отголоски сознания. Резко падая вниз, возможно, разбивая колени в кровь, все также цепляясь пальцами за голову, но все что сейчас он мог ощутить - холодный ужас. Он боялся... Нет, не упасть. Он чувствовал тяжелое, рваное, смертельно холодное дыхание за спиной. Будто что-то возвышалось над ним. Ник немигающим взглядом зацепился за поцарапанный паркетный пол. Нет... Он не мог поднять глаза. Он просто не мог. Прошедшая головная боль давала о себе знать резкими импульсами, пробивая голову, будто сжигая её медленно изнутри. Будто толпа бешеных кошек проникла в его голову, царапая, мстительно оставляя за своими ногтями кровавые разводы. Вестон не хотел терять сознание, сжимая ладонь до крови, чтобы сконцентрироваться на еще не ушедшем сознании.
Все нутро кричало: "беги, не оборачивайся, цепляйся дальше за свою никчемную жизнь." Но сознание вопило, любопытство сгрызало... Он. Должен. Знать. Он сдавленно захрипел. Забытая болезнь в коленях резко дала о себе знать. Вот сидит отец, и как бы он его не ненавидел, как бы не понимал. Он ведь его отец, да? Он должен защитить, даже не так. Он обязан защитить!
"Не спасет вас ваша вера
Так как вы давно грешны.
От меня нигде не скрыться вам.
Где не прятались бы вы."**
Он попытался дотянуться дрожащей рукой до такой, казалось, спины родного отца:
- О-от-тец... - буквально захрипел он, стараясь все также безуспешно дотянуться до отца. Голос охрип, даже жаль, что он это понимал в глубоком подсознании, но в реальности все было совсем не так. Почему его голос охрип? Почему чертов отец так далек от него? Почему, черт его возьми, он боится? Что там за спиной так издевательски за ним наблюдает? Как же это бесит...
"Я иду походкой тихою,
Не услышать вам меня
В вашу жизнь, довольно, мирною,
К вам украдкой крадусь я."**
Перед глазами все поплыло, наверняка, такое чувство бывает, когда впервые пробуешь наркотики. Все плыло, кружилось, предметы хаотично заменялись друг другом, а сознание затягивало в водоворот, туда где темно, где нет ничего. Остро хотелось рассмеяться в голос, чтоб желваки тряслись. Наверно, он сейчас смеется голосом, который охрип от страха неизвестности.
"Когда все твои мечты рушатся,
А те, кого мы приветствуем -
Худшие из всех,
Кровь в венах портится..."**
Наверняка, он выглядит как сумасшедший. Но почему-то, когда его окончательно занесло в темные углы далеко от сознания, он понял - ему плевать.
Play off ( Tokio Hotel - Run run run)
*- Это стихи или небольшие кусочки из стихов. Автором, которого является непосрденственно автор данного фанфика. Если в следующих частях вы увидете рядом со стихами одну звездочку, то это стих также от автора.
**- Это строчки из песен или стихотворении, которые НЕ принадлежат автору.
*** - Три звезды - доп. информация.