Глава 11 - «Никто не спасёт нас. Даже мы сами»
Боль кричала в теле Киана громче, чем сирена в ушах Голдена.
Выстрел был резким, но в памяти Голдена он звучал растянуто — как хрип через железо.
Киан упал ему на руки. Горячая кровь пропитала футболку.
— Чёрт, нет… Киан!
Они были в старом паркинге на окраине Бангкока.
Голден приехал на встречу с женщиной, которую Сао упоминала как «друга матери».
Но вместо неё — выстрел.
И снайпер на крыше.
Тела охраны — без лиц. Киан ранен в живот.
А Голден… остался один.
До тех пор, пока из темноты не вышел он.
Алекс.
Чёрное пальто. Перчатки. И пистолет с глушителем в руке.
— Поздно, — сказал он, не поднимая глаз. — Ты должен был уехать.
— Ты знал?!
— Рафаэль. Его люди. Он хочет убрать тебя, пока я медлю.
— А ты что? Пришёл смотреть, как я умираю?
— Я пришёл убить их первым.
И он выстрелил. Раз, два, три — снайпер на крыше упал, будто марионетка без нитей.
Сзади выскочили двое — и Алекс повернулся молниеносно, расстреляв их в упор.
Кровь забрызгала стекло машины.
— Ты сумасшедший… — прошептал Голден, прижимая Киана к себе.
— Нет. Просто я не хочу, чтобы тебя убили. Пока не решу, сам ли это сделаю.
---
В больнице всё пахло антисептиком и тревогой.
Киан был в операционной.
Голден — на полу в коридоре. Руки дрожали. Губы пересохли. Он не мог поверить, что это произошло.
Алекс сел рядом. Тихо.
— Он выживет.
— Ты не знаешь.
— Я платил этим врачам, когда твои отцы ещё не вышли из университета. Он выживет.
— Почему ты это делаешь?
— Потому что ты сделал меня слабым.
— Это не ответ.
— Это всё, что есть.
Голден посмотрел на него.
Его кожа была в крови, рубашка на плече — порвана.
Он выглядел так, будто только что вышел из ада. И всё ещё горел.
— Ты убил пятерых. Ради меня.
— Я убивал за меньшее.
— Ты думаешь, это делает тебя хорошим?
— Нет.
Он посмотрел на него.
— Но ты всё равно смотришь на меня так, будто хочешь сжечь постель под нами.
Голден замер.
— Скажи, что нет.
— Я ненавижу тебя.
— Это уже что-то.
Он поднялся.
— Поехали.
— Куда?
— Вниз. На самое дно. Туда, где всё началось.
---
Они приехали в особняк. Старый, пыльный, заброшенный.
Дом Хантеров. Когда-то роскошный — теперь мёртвый.
Алекс провёл его по коридорам.
— Здесь он бил мою мать.
— Здесь она пряталась.
— Здесь я впервые выстрелил. В воздух. Потому что не мог попасть в отца.
Они вошли в спальню. Кровать без матраса. Стены с надписями.
На одной — ножом вырезано: “Мирия = ложь”.
— Я тогда подумал, что она предала меня.
— А теперь?
— Теперь я думаю, что она спасла тебя.
Он подошёл ближе.
— Скажи мне правду.
— Какую?
— Ты и я. Мы одной крови?
Голден закрыл глаза.
— Нет.
— Ты уверен?
— Я сын Элиаса. Брата твоего отца. Не Джейкоба.
— Значит… ты не Хантер.
— Значит, у нас нет крови между нами. Только… всё остальное.
Алекс долго молчал. Потом ударил кулаком по стене.
— Тогда всё, что я чувствую, не ошибка?
— Нет.
— Тогда иди ко мне.
Голден шагнул.
И Алекс схватил его — грубо, резко, будто боялся, что тот исчезнет.
Их губы встретились — с болью. С кровью.
Они рухнули на старый диван.
Алекс сорвал с него одежду, как кожу.
— Я едва не потерял тебя.
— А ты ведь даже не знаешь, кто я.
— Я знаю, как ты стонешь. Этого достаточно.
Он вошёл резко. Без просьбы. Без защиты.
Голден вздрогнул — боль смешалась с жаром.
Он закрыл рот рукой, чтобы не закричать.
Алекс целовал его шею, плечи, впивался в кожу.
— Ты будешь мой. Даже если мир рухнет.
— Я уже твой.
---
Позже они лежали, глядя в потолок.
Пыль летела в лучах уличного света.
Голден прошептал:
— Я боюсь.
— Я тоже.
— Киан может умереть. Рафаэль хочет меня убить. А ты…
— Я сам не знаю, кем стал. Но если кто-то тронет тебя — я убью их всех.
— Это не любовь.
— Нет. Это хуже. Это зависимость.
---
В ту же ночь Рафаэль встретился с человеком, которого держал в тени долго.
В белом костюме. С сигарой.
— Алекс теряет контроль.
— Он влюблён.
— Это делает его слабым.
— Это делает его опасным.
— Что будем делать?
Человек усмехнулся.
— Приведи Лэйма Харриса. Живым. Пусть Голден увидит, что бывает с теми, кто не подчиняется.
— А Алекс?
— Сломается. Или умрёт.
Мафия — не терпит влюблённых.