3. Последняя неделя.
— Да, Бэлл! Ты думаешь, ты мне зачем-то нужна?! Да я сам не знаю, нахера тебя на меня повесили! Это просто наше общее задание, как ты не понимаешь! — он кричит, но делает паузу, тяжело вздыхая. Всё так же держа меня. — Поверь, я был такой же, как и ты. Я тоже так сбегал и получалось, но сейчас... — чёрт, он заикается. Такое чувство, что вот-вот и заплачет. — Я потерял свою сестру... и.. — он резко замолчал, не договорив, мои глаза в миг округлились, и он сразу отпустил меня с больной хватки. Резким движением я развернулась к нему, смотря на его поникший вид. Он смотрел вниз, как загнанный щенок в угол, но я лишь потёрла руки от некой боли, пока на них оставались следы от его мертвой хватки. Тяжело сглотнув слюну, он убрал ствол за спину и неожиданно для меня начал уходить, гордо подняв голову вверх.
— Эй?.. — зачем я это сказала? Наверное, и сама не знаю, но он остановилась перед выходом, даже не обернувшись на меня.
В моей голове много вопросов и догадок, но смысл углубляться в это? Сейчас вовсе не до этого, да и есть проблемы поважнее. У меня развязаны руки, и я спокойно могу уйти, но нужно ли это? Наверное, нет, всё-таки я дура. У меня подписан контракт, и я беру и всех подставляю. Всё, угомонись, Бэлл.
Положив руку на другую, я с виновным взглядом подошла к нему, начиная идти туда, откуда пыталась сбежать пару минут назад. Он даже, и взгляда не кинул на меня, и бровью не повёл - это так странно...
***
— Ну смотри, это твоя комната, — лёгкими шагами Ари прошла в середину тёмной комнаты. Провернувшись вокруг своей оси, девушка приблизилась к тумбочке, беря с неё маленький пульт, включая кнопочку. По краям комнаты засветились небольшие светодиодные лампы, придавая красок и больших впечатлений. Я открыла рот и издала хрип, смотря на огромную комнату, большую чёрную кровать и довольно простой декор, но всё, как мне нравится. Минимализм всегда притягивал и этот раз не исключение. Закрывая рот рукой, я не верила своим глазам, проморгавшись несколько раз, я уверяю себя в реальном. Да, я не из бедной семьи, но эта квартира просто моя мечта, хоть немного и меньше моего дома, но ни капли ему не уступает, даже лучше. Арина улыбалась во все тридцать два зуба, немного подпрыгивая от радости, елозя руками в ожидании моих слов.
— Ну как тебе? — ещё сильнее улыбаясь и прижимая руки к груди, спросила она, пока глаза продолжали бегать по всей комнате.
— Побереги радость, это жильё всего на неделю, — съязвил мне Макото, проходя в уже мою комнату, кладя на столик какой-то телефон и сбербанк карту. Он точно какое-то приведение, ведь бесшумность в какой-то степени его залог.
— Это что? — я подошла к нему, смотря на марку телефона. Айфон последней модели. С чего такая щедрость?
— Телефон, — смотря на меня недовольным взглядом и складывая руки на груди, отрезал парень, — ну и карта, — я не отрывала от него взгляд, принимая такое же положение, складывая руки, — Что? Там семьдесят косарей. Или что? Марка телефона не нравится? — изогнув бровь, Макото язвительно фыркнул.
— Нет, зачем мне это? — я продолжала сверлить его взглядом, пытаясь понять, что он хочет, но в его глазах я не могла найти ответов, лишь безразличие. Слишком закрытый, слишком загадочный. Прям видно, как он хочет сказать: «Чё достала? Заткнулась». Ха, наверное.
— Так распорядились, меньше вопросов, — попытавшись поставить окончательную точку в разговоре, блондин продолжил наблюдать за мной. Увидев моё задумчивое выражение лица, он вздохнул, закрывая глаза.
— Кто? — вот тут стало не по себе. Мне точно нужны ответы.
— Меньше вопросов! — резким движением открыв веки, он оскалился, будто вот-вот сорвется с цепи и убьет меня. Я даже подпрыгнула от некого страха, а глаза меня точно выдали.
— Почему мне ничего не рассказывают?! Я пустое место?! Алло! — он даже не дослушал и с силой хлопнул дверью. В этой квартире, похоже, после выселения придется делать ремонт. Злость хлестала через край. — Вы меня тут заперли ничего не сказав, заставили подписать чёртов контракт, хер знает на что и продолжаете молчать?! Что за херня?! Да пошли вы все!
— Бэлл, Бэлл, хватит! — быстро подбежала ко мне Арина, буквально затыкая мне рот. Злость переполняла, и я оттолкнула её.
— Что хватит?! Расскажите мне лучше всё! — злость переполняло тело, в такие моменты я вовсе не контролирую себя, и это моя пагубная привычка. И впрямь с самого детства я вспыльчива, и многие близкие указывали на это. — Что в этом такого?! Мне как минимум с вами два месяца сосуществовать, а вы даже...даже... — тяжелые вздохи чуть ли не превращаются во всхлипы, но я сдерживаюсь, — у меня даже слов нет! — я смотрю в глаза Ари, они полны испуга, она даже не представляет, что мне ответить или сделать, просто делает шаг назад, сгибая брови к переносице, но даже сейчас ни одного ответа. Я выпрямлюсь в спине, давая последнюю возможность, но слышу лишь молчание. — Ясно, — резким движением я отворяю дверь, выбегая из комнаты, а после из квартиры, хлопая так, что все точно бы услышали.
— Что за хрень?! — прокричал Макото, выбегая с Ваней из кухни, смотря на перепуганную Ари.
— Дайте ей побыть одной. Она всё равно никуда не денется, — глаза бегали по напарникам, пока руки прижимались к груди, чувствуя некую вину и беспокойство за белокурую девчонку. Вдруг с кармана джоггеров Макото издался звон телефона, и парень поднял мобильник с недовольной гримасой.
— Да? — с телефона издался голос, но ничего нельзя было разобрать, — прям сейчас?! — недовольно сгибая брови, крикнул парень, сжимая кулак от злости, — ц-ц, хорошо, скоро буду, — быстрым движением руки Макото отключил звонок, надевая обувь.
— Ты куда? — приподнимая бровь, спросил Ваня, останавливая уходящую фигуру.
— К Сухарю, — сухо ответил он, выходя из квартиры, не дослушивая напарника. Брюнет обернулся к Хиллс, смотря на её усталый вид, но, тяжело вздохнув, Ари также начала обуваться.
— А ты то куда? — еще сильнее возмущаясь, спросил брюнет.
— Попробую Бэллу найти, поговорить и всё объяснить.
— Ари, Макото сильно разозлится, а я не хочу потом твою жопу оправдывать, — взволновано произнёс парень, волнуясь за подругу из-за гнева Макото. Голубой взгляд упал на Ваню с улыбкой, и Арина тыкнула пальчиком по его носу, давая понять, что всё будет хорошо. — Не вздумай ей многое рассказывать, и если Макото узнает... — Арина вновь улыбнулась, тихонько скидывая руку Вани с себя.
— Все будет хорошо, — быстрым движением девушка чмокнула парня в щёку, после чего мигом выбежала из квартиры, пока Ваня расплылся в улыбке.
***
Мой безэмоциональный взгляд перелистывал геолокации, пытаясь найти белокурую девушку, держа её на прицеле, но пока поиски были безрезультатны. Эта маленькая девчонка делает слишком много проблем и шума, а мне приходится всё разгребать. Была бы моя воля слить эту блондинку кому-то, я бы так сделал. Тяжелый вздох издался из уст, и огромные двери лифта открылись перед ним, пропуская в коридор. Я быстрым шагом вышел из него, идя вдаль, мимолетно убирая телефон в карман, заходя в главный офис.
Распахнув двери, я прошёл в середину, выравниваясь в спине, пока Сухарь вальяжно сидел на краю стола, читая какую-то книгу, возможно, какую-то информацию на будущее, либо же просто какой-то детектив. Мужчина сделал вид, будто не заметил меня. Брови нахмурились от некой злости. Для чего я пришёл, если на меня не обращают внимание? Это, как минимум, неуважение. Хотя какое уважение может быть от босса к моей персоне? Я покашлял, привлекая внимание босса, но даже на этот жест он не обратил внимание, и вся злость захотела вырваться наружу.
— Хорошо, — я вальяжно развернулся от него, идя к выходу, ели сдерживая агрессию.
— У тебя вовсе нет терпения, Макото, — нога вальяжно легла на вторую, а рукой он положил книгу на стол, смотря на меня, который остановился перед самым выходом. На удивление босс был спокоен, совершенно не выражая чувств.
— Ну и зачем ты меня позвал? — напрягая челюсть и оборачиваясь к боссу, спросил я, складывая руки на груди. Я чувствовал что-то неладное, но пыталась скрыть своё беспокойство своей вспыльчивостью.
— Что у вас нового, как Бэлла? — аккуратным движением он снял очки для чтения, сменяя их для зрения, поправляя их.
— Всё отлично. Что-то ещё? — пальцы рук теребили нижний край футболки, пытаясь скрыть все эмоции, пытаясь быть безэмоциональным.
— Правда? Неужели... — его взгляд был задумчив, пока я молчал, — ты вовсе не умеешь врать, Макото, — дыхание сперло, взгляд уставился на него, сохраняя спокойствие, — ты думаешь, ты сможешь что-то утаить? Нет, Макото, я знаю каждый ваш шаг, так что лучше тебе самому всё выложить мне на блюдечке, чем кто-то пострадает, — я облизнул засохшие губы, мне нечего говорить, меня раскрыли в одном предложении, но нужно выбираться из этого положения.
— Сухарь, она только осваивается, ей сложно, — на лице босса образовалась улыбка, его взгляд направился вниз, и аккуратным движением он снял очки, начиная смеяться, как реальный псих.
— Мне плевать, Макото! Ты обязан докладывать всё, а не врать мне в лицо! — его эмоции меняются в секунду, будто вот-вот он кинется на него, как собака и раздерет мне глотку, но я лишь сглатываю этот поток эмоций. Но босс успокаивается в истеричном смехе, смотря на меня, зная, что я напряжён. Встав с места, он прошёл к выдвижному шкафчику, вытягивая «Предупреждение».
Предупреждение — это небольшая книжечка, похожая на паспорт Российский Федерации. В ней написана краткая информация о наёмнике и жертве. Предупреждение даётся гражданским или же другим мафиозникам страны, давая понять, что намерения на жизнь и другое государство.
Предупреждения может делать только мафия или же его главный наёмник при убийстве главного наёмника, другая мафия может убить другого мафиозника, заняв его место, перепечатав имя наёмника и имя жертвы в предупреждение, при других случаях мафия не может убить другого мафиозника, только через его главного наёмника.
Без предупреждения нельзя убить ни наёмника, ни мафию - это будет считаться против закона.
Красная книжка упала на стол передо мной. Моё сердце забилось, не понимаю, что сейчас произойдет, ведь обычно я предугадываю его действия.
— Ты же сказал на этой неделе задания окончены, и я могу отдохнуть, — беря в руки предупреждение, не открывая его. Губы начинают понемногу дрожать, но я лишь прикусывает их, чтобы скрыть это перед Сухарём.
— Твоя подружка нарушила правила, поэтому надо преподать ей урок, — его бесчувственный взгляд упал на меня, у которого округлились глаза, впервые за долгое время я не мог сдержать свои настоящие эмоции, выражающиеся на лице.
— Она только привыкает! Дай ей время! Она на всё согласна, не будь хоть раз тварью! — сжимая предупреждение, покричал я, зная какая это боль, ведь сам испытал это на собственной шкуре...
***
Четырьмя годами ранее.
Яркий взгляд бегает по всему кварталу, пока ноги запутываются между собой, я бегу против ветра, пытаясь успеть любой ценой. Слёзы текут с моих щёк, пока страх окутывает всё тело, но я почти на месте. Мозг совсем не соображал. В глазах всё плывёт, но даже это неспособно остановить меня. Эмоции переполняют мои ядовито-зелёные глаза и тело двадцатиоднолетнего меня. Я на месте. Трясущимися руками, я открываю дверь, миновав ключи и замочную скважину. Вбегаю в небольшой дом. В нём темно, но на втором этаже слышится сильный плач младенца. Я, спотыкаясь через лестницу, бегу вверх, вытирая мимолётно слёзы. Перебежав все ступеньки, я останавился, с дрожью вздыхая, рука медленно достает из-за спины тяжелый пистолет. Я буквально вцепляюсь в него, боясь отпустить. Руки трясутся, держа ствол, но решившись я вбегаю в главную комнату, выставляя оружие и зажимая курок, но никого нет. Мой взгляд переносится в угол, и пистолет падает из рук, пока ладони закрывают рот в немом крике. Увиденное разбивает сердце, и я не сдерживаясь кричу в истерике, захлебываясь в собственных слезах. Я не осмеливаюсь и вздохнуть, но сильный плач младенца тянет к себе. Я делаю неуверенные шаги к лежащему трупу, падая перед ним на колени.
— На-настя... — я трогаю бездыханное тело старшей сестры, видя глубокие порезы и пули в разных частях тела, пока изо рта виднеется засохшая дорожка крови, — молю, нет... проснись... — я буквально шепчу себе под нос, надеясь, что она встанет, но это жизнь, и это невозможно. Она холодная, словно айсберг. Слёзы падают на бездыханное тело, пока я пытается безуспешно пробудить её в истерике. Мозг не хочет осознавать увиденное, — боже, забери меня, но неё, прошу... — поднимая за каменные плечи сестру, я обнимаю труп, плача в окровавленное тело, пока под ней большая лужа крови начинает окрашивать мою одежду. В кроватке плачет новорожденная племянница, которой от роду пару дней...
***
Мои глаза бегают по Лёше. В какой-то степени испуганно и судорожно, но я продолжаю смотреть в его голубые глаза и противную ухмылку. Да, возможно, я недолюбливаю Бэллу, но человечность во мне есть и убивать её родного человека за первый промах просто незаслуженно. Эта белокурая девочка ещё слишком мала, чтобы ещё раз почувствовать потерю. И как бы я не пытался переубедить Сухаря, он всё ровно настроен на своё. Он безжалостен.
— А в тебе есть человечность, Макото? Да ты не лучше меня, — он берет в руку пачку сигарет, доставая длинную палочку Мальборо, поджигая и делая затяжку, всё также без особых красок на лице.
— Она это не заслужила, прошу дай ей время. Я могу взять ответственность за неё, что больше такого не повторится! — я размахивал руками, прикладывая руку к груди. Тем самым показывая правдивость данного обещания.
— Я всё сказал, Макото, на выполнение у тебя четыре часа, — губы сжались, как и руки в кулаки, пока глаза горели зелёным пламенем.
— Ну и супер! — резким движением я ударяю по его столу, выбивая на этом свои эмоции, но у него лишь возникает улыбка, пока я в спешке покидаею кабинет...
***
Приятная и успокаивающая музыка играет на заднем плане кафе и различных забегаловок. Всё же именно здесь их достаточно много. Это несомненно удобно. Одурманивающий запах шаурмы и другой не столь дорогой вечерней пищи раздавался по всей набережной Москвы. Люди любуются красотой и атмосферой этого места, пока прохладный вечерний ветер обдувал их тела в майскую ночь. Тут восхитительно красиво, и глаз блондинки это заметил в первую секунду нахождения здесь. Нотки морского воздуха успокаивали её пыл, и сейчас она лишь наблюдала за счастливыми лицами других. Так и чувствуется этот запах начинающегося лета, как наступает теплота, всё вокруг становится ярким, пока дети радуются каникулам. По вечерам хочется погулять по красивой большой Москве, а днём сходить на пляж от жары. И почему она здесь не была раньше?
Ветерок обдувал фарфоровую кожу девушки, пока длинные волосы немного развивались на ветру, немного запутываясь. Руки в карманах толстовки, а взгляд направлен под ноги, не обращая внимания на весь внешний вид.
Почему же всё так резко свалилось на меня? Ведь я обычная девушка, которая двадцать лет жила обычной жизнью, а сейчас просто нахожусь на волоске от того, чтобы меня не убили или же не заделали в какие-то рабыни и всё из-за того, что я подписала чёртов контракт... Кому я смогла перейти дорогу или насолить, чтобы со мной так поступили? Но что мне оставалось делать?! Правильно, ничего. От этого могли пострадать мои близкие люди, хотя, как я могу быть уверенна в том, что с ними сейчас всё хорошо? Они настоящие бандиты, угрюмые и жестокие. Где в них человечность, именно та, которая присутствует у обычных смертных? Ведь я даже их навестить не могу, потому что поплачусь их же жизнями, если верить Макото. Хотя почему ему вообще стоит верить? Его вид не самый доброжелательный по отношению ко мне. Но и врать ему незачем. Я полностью запутана... И даже не представляю, что и делать, может, просто смириться? Вдруг это не ошибка, и это будет самый лучший отрывок моей жизни? Ха-ха, Бэлл, ты снова несёшь бред.
На мне появилась некая паническая улыбка, я еще сильнее снизила свой шаг, поднимая взгляд по всей улице на счастливых людей вокруг меня. Так хочется быть на их месте без столь важный проблем, раз они так веселятся, но я лишь тяжело вздыхаю. Подхожу к небольшому заборчику, ограждающую дорогу от красивой Волги, протекающей вдоль всей набережной. Я всё время думаю о последствиях, и что будет дальше? Мне это просто надоело... Уже как несколько дней я не могу думать о чём-то другом и меня это пугает...
— Бэлл, — вдруг с боку от меня появился силуэт девушки, облокачивающийся руками об забор, также, как и я. Голос знаком, и я оборачиваюсь к ней, это Арина, но как ни странно почему-то я рада её видеть. — Долго ты гуляла, — искренне улыбаясь, она посмотрела на меня.
Мои брови сомкнулись к переносице. Я не понимаю, как можно быть такой счастливой и жизнерадостной? Она самый настоящий оптимист, из всех кого я встречала в своей жизни. Неужели она рада тому, что подписала контракт, чтобы работать на Макото? Ну или же не на него. В голову врезался момент, как Макото сказал: «Так распорядились, меньше вопросов». Всё-таки, наверное, они все работают на какого-то одного человека, и, кажись, мне предстоит ещё узнать всё это, если, конечно, я не останусь пустым местом в неведение. Я лишь сжимаю губы, отворачиваясь от неё.
— Слушай, пошли в кафе, я кушать хочу, да и поговорим о чём-нибудь, — всё так же улыбаясь она толкнула меня в плечо и отстранилась, наблюдая за быстротекущей рекой. Я не поверила её словам и обернулась к ней, смотря с недоразумением. Неужели она всё расскажет мне? Хоть какие-то вопросы станут ясны? Всё-таки мои мысли о том, что она хорошая, оправдались.
Мы зашли в небольшое кафе, где было достаточно много людей, довольно красивое место и уютное. Приятный запах кофе вонзился в нос, и впервые за день на мне появилась улыбка. Ари прошла к концу, садясь за последний столик, возле окна. Я села напротив, наблюдая за её красивой улыбкой. От неё блещет через край этой добротой и искренностью и это забавляет.
— Здравствуйте, девушки. Что будете заказывать? — к нам подошёл молодой официант, любезно спрашивая и давая маленькое меню. Ари взяла в руки его, с интересом рассматривая все десерты с блестящим взглядом.
— Можно этот тортик и экспрессо, — вводя пальцем по меню, ответила она, смотря на меня, — а ты что будешь?
— Просто воду, если можно, — денег у меня нет, поэтому выбор не велик. У Ари нахмурились брови, и она снова посмотрела в меню.
— Нет, тогда принесите ещё капучино и шоколадный мафин, — отдавая меню с улыбкой, официант лишь улыбнулся, уходя от нас. Боже, мне стало стыдно.
— У меня нет денег с собой, — произнесла я, поджимая губу, она снова смотрит на меня с улыбкой.
— Это самое малое, что я могу сейчас для тебя сделать, — она внимательно рассматривала меня, — можешь задать пару вопросов, если хочешь, — мои глаза округлились от удивления. Неужели это мой шанс узнать почти всё? Моя улыбка неимоверно быстро растянулась, и я ближе пододвинула стул к столу.
— Кем ты работаешь и на кого? — сразу начиная расстрел с самого сладкого, спросила я, но на Ари упала улыбка, меня это напрягло.
— Ох, я думала будет помягче, — я сложила руки на груди в ожидании ответа, — ну кем я работаю это сложный вопрос, если говорить лёгким языком, то я нахожу информацию о человеке, докладываю боссу, иногда меня отправляют в другие города для слежки, — у меня был шок, что я даже приоткрыла рот, но мне этого было недостаточно.
— Кто твой босс? — моментально спросив следующее, я увидела, как она помялась.
— Прости, но я не могу этого сказать. Максимум, что я могу сказать, что это очень влиятельный человек, и ты тоже работаешь именно на него, — чёрт, теперь у меня в тысячу раз больше вопросов. Наверное, чем больше вопросов я задам, тем больше их появится.
— Хорошо, вы все за кем-то следите? — нетерпеливо ожидая ответ, я начинаю играться собственными пальцами.
— Нет, у каждого своя работа. И нас очень много, именно мы втроем, а теперь с тобой вчетвером работаем вместе, такое обычно не допускается, но так как мы в этой среде очень давно, то мы главнее других, примерно так, — да, я была права. Еще больше вопросов. Я практически взрываюсь от жуткого интереса. Мое любопытство меня же и погубит.
— А тогда что делает Ваня с Макото? — Ари тяжело вздохнула. Я понимаю, что она боится, и по любому ей этого нельзя говорить, но она рассказывает, — я клянусь, что оставлю всю информацию в себе, — на ней появилась полуулыбка, и она продолжила.
— Макото наёмник, а Ваня его правая рука, в сложностях помогает, также Ваня снайпер, — совершенно спокойно ответив, она делает глоток кофе, который уже стоит на столе.
— Чего? Снайпер?! Наёмник? — больше всего я обомлела от того, что Ваня снайпер, значит тут жёсткий криминал, а вот наёмник... Те самые люди, о которых говорили по телеку.
— Наёмник - устраняет конкурентов босса, — теребя руками, проговорила она, пока я открыла рот, сглатывая слюну.
— Он... убийца?.. — шепотом, чтобы никто из посторонних не услышал, я переспрашиваю. Чувствую, как у меня дрожат ноги, мне в действительности страшно, но Арина лишь кивает головой в знак согласия, честно? У меня нет слов. — Но почему он тогда свободен?
— Бэлл, мы фактически работаем на государство, и Макото бывает даже главнее президента, так что тут, считай, всё по закону, есть устав и предупреждение.
— Государство?! Устав?! Предупреждение?! — с каждым словом я хочу выкрикнуть, но не позволяю себе этого.
— Это о-о-очень долгая тема, о которой можно говорить долго, но столько времени у нас просто нет, за эти два месяца, думаю, ты многое узнаешь, всё-таки Макото придется тебе довериться, — я просто откидываюсь назад, думая над всем и одновременно пытаясь придумать новые вопросы, а точнее выбрать какой-то из тысячи. К нам опять подошел официант, отдавая второй заказ, я взяла кофе в руки, пытаясь всё разгрузить.
— Вы тоже подписали контракты не по собственной воли? — Ари нервно издала смешок.
— Ты первая кого силой заставили его подписать на столь маленький срок, да и вообще, — я уже хотела открыть рот и задать вопрос на этот же ответ, — я не знаю, зачем ты нужна в нашей компании, даже Макото не знает, — похоже на правду.
— Странно это всё, — ощущая тепло чашки, я смотрю на Арину.
— Да, это не только странно, но и сложно, — я придумала вновь вопрос.
— На сколько у вас контракт, как вы его подписали и платят ли вам за это?
— У меня контракт на три года, у Вани на четыре, а Макото был одним из первых работников на босса, поэтому контракт у него на шесть лет, может даже его продлить, но этого точно не сделает, — я согнула брови к переносице и вновь офигела от этих сроков, — ещё интересный факт у нас у всех после семи заданий заканчивается контракт.
— Семи заданий?
— Ох, это уже лишнее, но мы поговорим об этом позже, на сегодня хватит, — заканчивая, она посмотрела на меня, давая понять, что больше не ответит ни на один вопрос.
— Но... — я тяжело вздохнула, понимая, что на сегодня информации и впрямь хватит, — хотя, наверное, ты права.
Наверное, мне только предстоит всё узнать...
Всем доброго времени суток! Хотела вам сообщить, что я создала свой тг канал по моей работе! Если кому то интересно узнавать различные новости, факты и другое, то приглашаю вас, буду всем рада! https://t.me/veldzzz