Пролог
Трансильвания (Южные Карпаты)
17:00 центр по геноинженерии
Cod roșu. Repet: cod roșu. Toți membrii autorizați ai centrului sunt solicitați să se evacueze imediat, conform protocolului de urgență. (Код красный. Повторяю: код красный. Все уполномоченные сотрудники центра должны немедленно эвакуироваться в соответствии с протоколом экстренной эвакуации)
Белый искусственный свет в лабораториях сменился на мигающий алый, все настороженно посмотрели по сторонам, в надежде на объяснение. Каждый из сотрудников ожидал, что кто-то признается, что случайно не выключил прибор или же зацепил какой-то из объектов, тем самым напугав сигнализацию. Если никто не отвечает, значит, кто-то зашёл или вышел на территорию центра без пропуска. Может, коза забежала или же, как это обычно бывает, студенты-практиканты опять заблудились. Однако признания так и не последовало, и это означало только одно. Льюису надо было срочно бежать.
— Они меня нашли, — тихо, будто не веря, прошептал Льюис себе под нос.
— Ты что-то сказал? — не отрываясь от микроскопа, спросил его сосед по лаборатории, который сидел абсолютно спокойно, даже не воображая того, что надвигалось.
— Нет, ничего, — с улыбкой отмахнулся Льюис. — Допишешь заключение за меня, а я пока отойду.
— Да без проблем.
— Спасибо, — сняв силиконовые перчатки, Льюис вышел из стеклянной комнаты.
— Когда уже выключат эту сигнализацию... — дёргая ухо, зло простонал лаборант.
Льюис подошёл к шкафчикам, где работники могли оставить свои личные вещи. Проведя картой, мигалка загорелась зелёным, и металлическая дверца отворилась. Единственное, что взял парень, был половинчатый кулон и старый кнопочный телефон, кинув всё в карман белого халата. Задумавшись, парень уставился на металлический сейф, будто в его голове сейчас проигрывались все возможные сценарии. Собираясь уйти, он всё-таки решился. Приподняв верхнюю панель в шкафчике, он достал спрятанный там пистолет и засунул себе за пояс. "Это на всякий случай." Льюис начал свой путь к выходу. Пройдя через коридор, он заметил, как перед лифтами столпились люди, не давая никому пройти. Парень, опустив голову, резко свернул на лестничную площадку. Спустившись на первый этаж, ситуация не изменилась: красный цвет окутал весь центр, крики, шум, носящиеся лаборанты и охранник. Льюис услышал, как глухой звук тяжёлых ботинок стал приближаться в его сторону. Выглянув в коридор, он увидел, как зашла группа людей в спецнасовском обмундировании, с касками на голове, в бронежилетах, с винтовками наперевес — через главный вход было не пройти. "Придётся искать другой выход." Вариантов было не так много. Точнее, один — спуститься вниз, на минус второй этаж, и выйти через чёрный вход, через который вывозили взрывоопасные элементы, так, чтобы в случае взрыва гора, на которой располагался центр, не рухнула. Льюис стал тихо проходить сквозь деревянные коробки и железные чёрные бочки. Было тихо. Подозрительно тихо. Через главный холл вышла группа военных. Льюис развернулся, чтобы бежать обратно. Однако было поздно — засада.
— Что вам нужно? — крикнул Льюис, сердце забилось чаще, и ему казалось, что его водолазка стала его душить.
— Меня зовут Сайлас Восс, военное подразделение GENOS (греч. genos – род). — Льюис молча наблюдал за происходящим.
Из толпы вышел высокий, сухой мужчина чуть старше среднего возраста. На его широких плечах висело чёрное пальто, под которым можно было разглядеть тёмный мундир. На пальто чёрными нитками была вышита буква "G", на воротнике — серебряный значок, круг, в котором была выгравирована спираль ДНК. На лицо он казался уставшим: острые, практически впалые скулы, коротко стриженные волосы, которые уже красились в седой, и лёгкая щетина на подбородке. Вот только взгляд Льюиса был прикован лишь к одному — продолговатому шраму, который шёл от брови, проходя через глаз до практически самого конца лица мужчины. Глаз отсутствовал. Вместо него был искусственный протез белого цвета.
— Ха, не притворяйтесь, что не знаете. — Мужчина издал глухой хлопок кожаными перчатками.
— Я насчёт проекта «Химера». О нём вы должны быть весьма наслышаны, не так ли? — Льюис упорно молчал и стал постепенно отходить назад.
— Господин Малькон, — по спине Льюиса пробежали мурашки. "Откуда ему известна моя настоящая фамилия?" — как учёный, вы же понимаете, что надо излечить больных.
— Тогда вы знаете, что проект оказался провальным. Риск смерти.
— GENOS не убивает. GENOS корректирует. — На этих фразах Льюис понял, что разговор зашёл в тупик. Два предложения — мантра всех участников GENOS. Оправдание за их грехи.
— Вы совершаете ошибку.
— Нет. Единственный, кто создаёт ошибку — это вы, господин Малькон. Вы же учёный, эволюция — это будущее, неизбежный процесс. Вы, как никто другой, должны это понимать.
— Да, но не таким путём.
Льюис резко выстрелил в одну из стоящих бочек позади солдат — бирюзовая жидкость стала выливаться на пол, превращаясь в едкий химический газ, который стал заполнять хранилище. Сайлас снял с пояса противогаз и надел его.
— Вы сделали свой выбор, мистер Малькон, — тяжело вздохнул Восс.
— Поймайте мне его. Он мне нужен живым, — Сайлас отдал приказ, и группа людей в масках последовала за Льюисом.
Бегая по коридору, Льюису оставалось перейти за угол и выйти через дверь, которой пользовались грузчики. Однако прежде чем дойти до выхода, он остановился. Выйдя в горы, он окажется совершенно один, и вероятность, что его поймают, была велика. Он посмотрел на пистолет в его левой ладони, на его лице выступили капельки пота, а в горле резко пересохло. "Если меня найдут, то будут пытать, а я не такой сильный. Я — обычный слабый лаборант," — думал Льюис про себя. Хотя он прекрасно осознавал, что в глубине души слабость — это лишь верхушка причины. Он взял телефон и набрал единственный записанный в нём номер.
Люси шла по парку, как обычно, направляясь за утренним кофе, как вдруг в груди она почувствовала, что что-то не ладно. Остановившись, она дотронулась подушечками пальцев до золотого кулона, висевшего у неё под рубашкой — так она старалась себя успокоить. Вынув подвеску, которая состояла только из половинки круга, девушка прокрутила её и прошлась ногтем по выпуклому узору, напоминающему лабиринт. Сердце нервно забилось, будто приближалось что-то ужасное, как при нападении. Однако вокруг неё лишь проходили прохожие и одинокий мужчина с собачкой. Что ж могло её так напугать? Выдохнув, Люси уже собралась спрятать подвеску обратно, как вдруг она почувствовала вибрацию сотового в её сумочке. Дрожащей рукой девушка потянулась за старой «Нокией». Неизвестный номер. Но Люси прекрасно знала, кто ей звонит.
— Алло?
— Люси, дорогая...
— Льюис... — протянула девушка, её глаза становились мокрыми. Голос в трубке был прерывистым и грустным.
— Люси, милая, прости меня.
— Всё хорошо, я понимаю.
— Нет, ты прости за то, что я не могу вернуться. Я очень хотел, но не могу. Время пришло.
— Я понимаю, — эти два слова были единственными, которые могла повторять Люси.
— Он ещё у тебя? — Люси сжала кулон сильнее.
— Да, — выдавливая из себя ответ, шепотом произнесла девушка.
— Ты же понимаешь, что они станут искать.
— Да, — Люси была не глупа и прекрасно понимала, в какой опасности может оказаться, однако она отказывалась верить, что всё так закончится — по телефонному звонку.
— Ты должна избавиться от него. Выкинь, продай, утопи — главное, не храни у себя. Так ты будешь в безопасности, слышишь?
— Пообещай, что сделаешь это ради меня.
— Угу, — чуть всхлипывая, пообещала Люси.
— И последнее... Люси, я люблю тебя.
Прозвучал резкий выстрел, который заставил Люси вздрогнуть и сорвать с шеи канат с кулоном. В трубке остались лишь гудки. Звон от упавшего украшения разрешил литься её слезам тихо по щекам. Люси стояла так несколько минут, пока перед её глазами появлялись самые страшные картинки.
— Вы обронили, — Люси вздрогнула от испуга и резко развернулась. Она минуту просто смотрела на молодого парня перед ней, будто, когда на неё посмотрели, она превратилась в каменную статую. Парень же, в свою очередь, спокойно потягивал поднятый кулон.
— Спасибо, — запинаясь, наконец выдала Люси. Она уставилась на половинчатый золотой медальон, прикусив губу. На её лбу появились складки. Разжав губы, с её рта вылетел тихий цок, и она решила:
— Не могли бы вы его оставить себе? Или же отнести в ломбард?
— Разве он не ваш?
— Не думаю. Может, кто-то до меня его обронил?
— Вы уверены?
— Мг. Поэтому прошу вас позаботиться о нём. Наверное, он дорог кому-то.
Линди кивнула, будто успокаивала саму себя, что сделала всё правильно. Уйдя вдаль, на её щеке показалась одинокая слеза.
"Прощай," — прошептала она и растворилась вдалеке.
Парень посмотрел на кулон в руке, разглядывая холодный металл. Проведя пальцем по выступающим зубчикам с одной стороны, он всё ещё никак не мог понять происходящее. Тёмные брови сдвинулись к переносице. Он посмотрел вслед девушке, затем обратно на медальон — и крепко сжал его в ладони.